Ближе, чем хотелось.

На хате у Стинта всегда было шумно. Пахло пережаренными сосисками, пивом и чем-то ещё… может, носками. На стенах — старые постеры с какими-то тёлками и мемами из нулевых, кто-то припер когда-то пуфик, который теперь вечно занимал Лида. — Ну чё, за хату! — крикнул Шабанов, поднимая пластиковый стакан с чем-то тёмным. — И чтоб сессия нас не сожрала нахрен! — Пока не сожрала, — пробурчал Коля, глядя на свой телефон. — У меня пересдача через неделю. — Значит, за твою пересдачу, Коль — сказал Дрейк, и хлопнул его по плечу. Даня сидел у стены с кружкой дешёвого вина и просто смотрел на это всё. Вроде всё по-старому: те же лица, тот же срач, те же разговоры. Только внутри — не так. С тех пор, как он случайно… ну, вы поняли. Рус пришёл позже. В чёрной толстовке, с припухшими глазами, будто спал до этого. Даня не смотрел на него прямо, только краем глаза. Сердце будто дернулось, когда он его увидел. Самому стало противно. — Ещё одного дожидаемся и стартуем в нарды, — сказал Илюха, подходя. — Максон, ты чё, опять без закуски? — У меня есть чипсы. Хочешь — бери. Только не высыпай на пол, как в прошлый раз. Ксюша, девушка Ильи, смеялась. Она только недавно стала появляться с ними, но уже как своя. Легко подкалывала всех, держалась уверенно. — Даня, налей мне чуть-чуть, — сказала она, подсев к нему. — Только не то, что у тебя. Это чё, уксус? — Груша. Очень тухлая. — О, обожаю тухлую грушу. Она улыбнулась, но Илья тут же подошёл, приобнял её и потянул от Дани. — Э, не соблазняй мне тут друзей. Этот вообще при любом взгляде может влюбиться. — Я? — Даня поднял бровь. — Угу, — сказал Илья и подмигнул. — Особенно если смотреть долго. Секунд шесть, и всё — ты его. — Илюх, иди нахуй, — сказал Даня без злости. Все рассмеялись. Неля, девушка Макса, появилась ближе к девяти. С рюкзаком, в кроссовках и с пакетиком сока в руке. Всегда такая — будто с пары на бегу. — Я это, к вам. Кто тут умный? — Никого, — отозвался Дрейк. — Мы тут все с тройками. Она уселась рядом с Максом, обняла его за плечо. Даня посмотрел на них — как будто всё у них просто. Не думают ни о чём, просто любят друг друга и всё. Счастливые, наверное. Или тупые. Хотя, может, это одно и то же. Ближе к полуночи начали ныть колонки. Кто-то переключал треки, кто-то искал где зарядка, Лида играл с кем-то в бутылочку на спор. Рус сел рядом с Даней, и тот сразу напрягся. Не показал, но внутри будто всё сжалось. — Скучно, — сказал Рус, потягивая сидр. — Так уйди, — бросил Даня, не глядя. — Так скучно, что даже ты интересный становишься. — Отвали. Илья вдруг громко: — А, всё, вижу! Опять эти двое рядом! Он ткнул в Даню и Руса. — Вы чё, реально влюблённые уже? Где кольца? — Ты заебал, — сказал Рус, не глядя. — Да ладно, — не унимался Мазелов. — Я всё понимаю. Дань, ты ему признавался уже? Или Руслан первый был? — Илья, отвали, — тихо, но резко сказал Даня. — Всё-всё, шучу. Боже, какие вы нежные. Ладно, не буду вас отвлекать. Целуйтесь там в уголке. Ксюша закатила глаза, Макс хмыкнул. Неля что-то прошептала ему на ухо. Кто-то посмеялся, но Даня только глотнул вина и уставился в пол. Позже почти все начали расходиться. Кто-то ушёл, кто-то остался ночевать. Даня мыл чашки на кухне, потому что не мог сидеть без дела. Макс стоял рядом, мял сигу в пальцах, глядя в окно. — Ты с Русом нормально вообще? — вдруг спросил он. — А что? — Ну не знаю, как-то ты рядом с ним теперь как будто… на стреме. До этого, наоборот, будто расслаблен был. А теперь — не знаю. Будто рядом с преподом сидишь. — Просто настроение такое, — буркнул Даня. — Ага. Ну смотри. Мне-то пофиг, но если чё — скажи. Могу ему табуреткой врезать. Даня усмехнулся. Впервые за вечер. — Лучше не надо. — Ну тогда сам разберись. А то ты сам не свой ходишь. Ночью Даня лежал в кровати и не мог уснуть. В голове крутились слова Ильи, лицо Руса, его голос, этот дурацкий момент, когда плечи чуть соприкасаются — и сердце сразу начинает долбиться. Он не знал, чего больше боится: что Руслан ничего не чувствует — или что чувствует то же самое.