Сто и одна сказка/ зарисовки

Глава 1     Дамы и господа, позвольте представиться во всех кинематографичных подробностях.   Меня зовут Зигрэйм Скарлет. Двадцать один год на этой грешной земле, если можно так назвать место, где я сейчас нахожусь. До недавнего времени я был самым заурядным парнем из приюта — брюнет с карими глазами, рост средний, телосложение ни то ни сё, в общем, идеальный кандидат на роль «фонового персонажа» в чьей-то истории.   Но Всё изменилось в один день. Когда народ Огня объявил войну… Хе-хе, вот это я загнул. Хотя, если вдуматься, в моей ситуации такие сравнения уже кажутся нормой.  Но если быть честным всё изменилась в  злополучный вечер. Хотя, если быть точным, это был ровно 21:43, когда я, уставший после изнурительной тренировки по исторической реконструкции (мы отрабатывали приёмы XIV века), поднимался по скрипучей лестнице своего пятиэтажного общежития. Запах дешёвого линолеума, вечный гул телевизоров за дверями, крики детей с нижних этажей — всё это было частью моего привычного мира.   Дверь в квартиру №317 (12 квадратных метров «роскоши», дарованных государством) скрипнула по-особенному, будто предупреждая об опасности. Я не придал этому значения. Как же я ошибался.   Тень метнулась из угла прежде, чем я успел щёлкнуть выключателем. Что-то тёплое, влажное и невероятно сильное впилось в мои запястья. Четыре укуса — два на левой руке, два на правой — оставили после себя странные раны, похожие на человеческие зубные отпечатки, но с каким-то неестественно ровным расположением клыков.   Боль была… особенной. Не острая, а какая-то вибрирующая, будто по моим венам пустили ток высокого напряжения. Я едва успел добраться до аптечки (третья полка на кухне, слева от микроволновки), прежде чем сознание начало уплывать. Последнее, что я помню — тени в комнате начали двигаться неестественно, словно живая субстанция, а температура упала настолько резко, что моё дыхание стало видно в воздухе.   Пробуждение вышла незабываемым.   Я очнулся в луче утреннего солнца, которое… не должно было быть таким красным. Первое, что бросилось в глаза — мои волосы. Из тёмно-каштановых они превратились в кровава-алые, буквально светящиеся на солнце. Зеркало в прихожей (трещина в правом верхнем углу, полученная в прошлом году) показало мне совершенно нового человека.   Глаза — два осколка арктического льда. Черты лица стали тоньше, благороднее, будто кто-то вручную вылепил их заново. А кожа… она приобрела странный фарфоровый оттенок, на котором даже следы от вчерашних укусов смотрелись как украшение.   Я стоял перед кухонным окном, пальцы судорожно впились в подоконник, оставляя полумесяцы на слоившемся пластике. То, что открылось моему взгляду, не поддавалось логике. Где должен был быть двор — с вечно сломанными качелями (правая цепочка порвана ещё в прошлом году), с покосившимся столом для пинг-понга, где дядька Серёжа ежевечерне распивал свой «Балтику» — теперь зияла абсолютная пустота.   Это не была просто темнота ночи. Это была… живая тьма. Она пульсировала едва уловимыми волнами, словно чёрное желе. Иногда в её глубине мелькали всполохи — то ли отблески, то ли глаза. Мой собственный силуэт в оконном стекле отражался с искажениями, будто пространство за стеклом имело другую плотность. Я провел парочку экспериментов. Эксперимент №1: Швабра Моя верная швабра (дешёвая, куплена за 199 рублей в «Фикспрайсе», с синей насадкой и вечно откручивающейся ручкой) стала первым испытателем. Когда я протолкнул её в тёмную массу, возникло странное сопротивление — будто погружаешь предмет в густой сироп. На отметке примерно 30 см швабра… перестала существовать. Не сломалась, не упала — просто исчезла. Последнее, что я услышал — тихий влажный звук, напоминающий чьё-то довольное чавканье.   Эксперимент №2: Фонарик Луч моего старого фонарика (с потрёпанной голубой изолентой на ручке) не просто рассеивался в темноте — он изгибался, как будто попадал в чёрную дыру. Через пять секунд фонарик начал нагреваться до невозможности держать его в руках. Когда я его выключил, стекло оказалось покрытым мелкими трещинами.   Эксперимент №3: Звук Крик в пустоту вернулся ко мне через три секунды — искажённым, растянутым, с каким-то металлическим призвуком. Запись на диктофон телефона показала: в паузах между моими словами слышалось чьё-то учащённое дыхание.     Место, где ещё вчера была дверь в коридор (с потертостями на уровне дверной ручки и вечно отклеивающейся табличкой «317»), теперь занимала безупречно ровная стена. Обои — те же самые грязно-бежевые с едва заметным цветочным узором — продолжались без малейшего шва.   Когда я постучал — звук был глухим, словно за стеной находилась не соседняя квартира, а целая пустота. Приложив ухо, я услышал… тиканье. Но не механических часов — а что-то биологическое, мокрое, будто сотни крошечных сердец бьются в унисон.   В-четвёртых, мои глаза могут сиять красным. И, если присмотреться, узор в них подозрительно похож на Альфа Стигму из Легенды о легендарных воинах.     Три дня. Всего семьдесят два часа в этой проклятой квартире-ловушке, а ощущение будто прошли недели. Я сидел, прислонившись к стене, и с тоской разглядывал почти пустой холодильник. Последний пакет гречки – съеден вчера, две банки тушёнки – днём ранее. Даже крошки от сухарей я теперь бережно собирал пальцем.   Желудок сводило от голода, когда я бессмысленно переключал каналы на стареньком телевизоре. На экране мелькнула знакомая заставка «Кухни». Агузок с его вечно недовольной физиономией копошился на складе среди ящиков с фруктами. Горы еды – сочные персики, румяные яблоки, аккуратные ряды консервов…   «Вот бы сейчас оказаться там…» - прошептал я, и от одной этой мысли во рту скопилась слюна.   Щелчок в сознании.   Не звук, а скорее сдвиг в восприятии, будто мир на мгновение моргнул.   Первым ударил запах – сладковатый аромат фруктов, смешанный с запахом картонных коробок. Я стоял посреди того самого склада, босые ноги на прохладном бетонном полу.   - Ты кто такой?! – голос Агузка взвизгнул от неожиданности.   Его глаза округлились, отражая моё новое обличье: кроваво-рыжие волосы, неестественно яркие голубые глаза. Я и сам чувствовал, как выгляжу – как пришелец из какого-то фэнтезийного мира.   Инстинкты сработали быстрее мысли. Кулак со всего размаху врезался Агузку в лицо.Как я оказался здесь?.. — выдохнул я, ошеломлённый, но затем начал вспоминать.   Вот я лежу на диване. Вот я мысленно пожелал попасть на склад в сериале Кухня. И вот я здесь.   «А если попробовать ещё раз?» — подумал я, закрывая глаза и мысленно говоря: «Хочу попасть домой.»   И в следующую секунду я снова оказался у себя на диване, глядя на экран телевизора. Сериал продолжал идти, как будто ничего не произошло.   Но я чувствовал… Чувствовал, что могу снова вернуться в тот самый момент сериала, в котором уже был.   Экспериментируя ещё несколько раз, я понял главное: я могу путешествовать по разным мирам, если видел или читал нужный момент. А затем — перемещаться в эти моменты.   И самое интересное… Я мог неограниченно заходить в параллельные версии одного и того же момента. Более того, я даже мог различать миры, в которых уже бывал, и точно знать, на каких моментах оказывался.   Это было… охренеть как интересно.   Чуть успокоившись, я вернулся в мир, где вырубил Агузка, и начал быстро… э-э-э, тырить… точнее, забирать еду в фонд голодающих начинающих магов.   После того как я опустошил весь склад, наступил момент истинного блаженства — я наелся до отвала. А потом, откинувшись на полку с коробками, я наконец задумался: что делать дальше? Во-первых, с такой способностью я могу достать кучу крутых вещей. Например… Лампу Аладдина из одноимённого мультфильма — и стать практически всемогущим.    Талисманы из Приключений Джеки Чана — благо, их много раз показывали без охраны, так что отжать их у Джейд будет легко.   Или вспомнить Шаолиньских воинов — там же куча артефактов   А ещё есть и Вакфу. Блин, глаза у меня просто разбегаются от множества перспектив!   Вдох, выдох… — мысленно сказал я, направляясь в свою комнату.   Взяв компьютер, я включил его и открыл браузер. В поиске набрал: «мультфильм Аладдин».   Нажал «Поиск», выбрал первый попавшийся сайт и включил видео.   Спустя пару минут я нашёл идеальный момент для экспроприации лампы Джинна.   Поставив на паузу в 30:47, я всмотрелся в кадр — скала, на вершине которой лежала лампа.   Закрыв глаза, я пожелал оказаться в этом моменте, прямо на вершине.   И через секунду…   Я оказался там.   Возле лампы.   Но не успел я опомниться, как раздался громогласный голос:   — Кто посмел вторгнуться в Пещеру Чудес?!   «Охренеть…» — промелькнуло у меня в голове.   Не раздумывая, я схватил лампу и рванул к выходу.   Вот ошарашенный Аладдин смотрит на меня. Вот я пробегаю мимо него, на ходу хватаю очень красивую саблю и щит.   А ещё… , эту подозрительную сумку? Она слишком контрастно смотрится среди груд золота и драгоценных камней. Да и лежит прямо на моём пути…Хватаю её тоже.   Держа всё, что успел стащить, я решил забросить лампу в сумку, чтобы не мешалась.   На бегу резко распахнул сумку, швырнул лампу внутрь…   И вдруг она провалилась в пустоту.   — Э-э… Что за…?!   В голове промелькнула догадка: «Сумка с расширенным пространством?»   «О-о-о, вот это повезло!»   Не теряя времени, я метнул в неё саблю. Щит. И ещё пару драгоценностей на ходу.   А потом… потом начался настоящий лут-фест.   Я хватал всё, что плоха лежит, и швырял в сумку, радуясь её безразмерности.   Но вот спиной я ощутил что-то нехорошее.   Оглянувшись, я заметил.   Аладдина летевшим за мной на ковре-самолёте — и, судя по его взгляду, был очень, очень недоволен.   А за ним… Всё рушилось. Сокровища превращались в песок и камень.    Эм, да… Надо ускориться! — мысленно сказал я, прибавляя скорость.   На бегу хватал всё, что плохо лежало, закидывая в безразмерную сумку.   Вот я добежал до лестницы, но…   Чёрт!   Она начала превращаться в песок прямо за мной!   Я метнулся вперёд, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.    Как увидел  Джафара. Стоял у самого входа, сверкая наглой мордой .   Я видел, как он заметил меня — и, судя по его ошалелому взгляду, он не понимал, какого чёрта я здесь оказался.   Но времени разглядывать его не было.   Я прыгнул наружу, перекатившись по горячему песку, и сорвался с места.   Рывком Я побежал, даже не разбирая дороги.   За спиной раздался голос Аладдина, он кричал что-то Джафару, и тот, кажется, засомневался — гнаться за мной или нет.   Но мне было не до этого.   Я бегал  лишком быстро, а в голове вертелась одна мысль: Даже для тренированного человека это было… очень быстра.   — Ещё один подарок от той  неведомой хрени?! — пробормотал я, продолжая нестись куда глаза глядят. Спустя пару часов бега я устало рухнул на песок, раскинув руки.   — Ух, эта была близка… — пробормотал я, тяжело дыша.   Мой взгляд упал на кожаную сумку… Нет, скорее даже подсумок.   Что-то вроде тех, что носили шиноби в «Наруто», только сделанный из кожи и с отверстиями для ремня.   Эм, да…   Я открыл его… и увидел пустоту.   Засунул туда руку… как бы сказать  почувствовал все предметы, которые там лежали. Нащупав лампу я её бес труда достал.   Достав лампу, я задумался.   Что можно пожелать у джинна?    об этом как-то  я не подумал заранее.   Хотя, были варианты.   Спасибо Седрику и Ракоту за идею желания… стать самым могущественным джинном, что когда-либо появлялся во вселенной, полностью свободным от всех ограничений, обязательств и слабостей, будь то рабство у лампы, заключение в кристалле или иные способы ограничения и контроля со стороны любых существ, даже тех, что концептуально сильнее джиннов либо же имеют над ними некое преимущество.