Сто и одна сказка/ зарисовки

Глава 15 (исправленная версия) Пока девушки наслаждались своим кровавым омовением, я углубился в бескрайнее море сокровищ. Воздух здесь был густым и спёртым, пахнущим остывающим металлом, пылью веков и едва уловимым, сладковатым дымком от туши Смауга. Золотые монеты звенели под ногами, увлекая меня в самую гущу легендарных богатств Эребора. Моё внимание привлекло мягкое, но настойчивое сияние, исходящее из-под груды позолоченных кубков. Разгрёб их руками, я обнаружил то, что искал — белые камни Ласгалена. Они напоминали бриллианты, но были гораздо белее и чище, а их свет был не холодным, а тёплым, живым, словно внутри каждого из них горела крошечная звезда. Они были оправлены в изысканное ожерелье из мифриловой нити, работа столь тонкая, что казалось, Что оно сплетено из лунного света. Рядом, в том же тайнике, лежала и диадема — лёгкий, ажурный обруч с подобным же камнем в центре, явно предназначавшийся для той, кому было бы под стать это ожерелье. Я аккуратно положил их в инвентарь, чувствуя исходящую от них древнюю, эльфийскую магию. Дальнейшие поиски привели меня в боковой грот, менее заваленный золотом, но куда более интересный. Это была оружейная палата, пусть и разгромленная драконом. Среди искорёженных щитов и сломанных алебард я нашёл то, что искал: сверкающую кольчугу из чистого мифрила. Она лежала в резном ларце из тёмного дерева, почти не тронутая временем. Кольца её были так мелки и так плотно сплетены, что ткань напоминала скорее жидкое серебро, нежели доспех. Она была легка, как пёрышко, и сияла собственным, мягким светом. Я вспомнил слова Торина: «Её не пробьёт ни один клинок». Эта вещь должна была достаться хоббиту в том будущем, что теперь не наступит. Рядом с кольчугой лежал и эльфийский клинок — длинный, изящный, с лезвием, которое не тускнело от времени, и рукоятью, украшенной узорами, напоминающими листья. Эта была Гондолинская работа, без сомнения. Я вышел из грота как раз в тот момент, когда девушки начали выбираться из бассейна с кровью. Их кожа дымилась и лоснилась, излучая магическую силу. Кассандра, вытирая лицо, первой заметила меня. — Вот, — сказал я, протягивая ей сверкающую кольчугу и клинок. — Это тебе. Кольчуга из мифрила. Говорят, её не может пробить ни одно лезвие. Носи на здоровье. Она взяла доспех, её глаза расширились от изумления, когда она ощутила невероятную лёгкость легендарного металла. — Артур… это слишком ценный подарок, — попыталась было возразить она. — Пустая скромность, — парировал я. — Мне, в силу моих расовых особенностей, обычные физические атаки не страшны. А ты будешь под надёжной защитой. Это куда практичнее. Затем я повернулся к остальным, и мои слова прозвучали чётко и ясно, нарушая почти мистическую атмосферу, царившую вокруг трупа дракона: — Нам нужно подготовить главный вход к осаде. Сейчас он надёжно завален корнями и камнями, и вряд ли кто-то сможет быстро разгрести всё это с той стороны. Но эта же груда будет мешать и нам при обороне. Нужно как-то разобрать завал изнутри, чтобы был удобный спуск и подъём наверх, и обустроить там позиции, откуда можно будет отбиваться от орков… и, возможно, эльфов. Я обвёл взглядом девушек, наблюдая, как кровь дракона на их коже окончательно впитывается, оставляя после себя лишь лёгкий блеск и едва заметный перламутровый оттенок. Очень интересно… и ещё интереснее, что именно это им дало, — промелькнула у меня мысль. — Но, к сожалению, я без понятия, дало ли им что-то кровь дракона или нет. И проверить как-то я не могу, потому что тупо не знаю, что и, самое главное, где надо смотреть. И мне нужно будет тоже искупаться в ней, хотя я сильно сомневаюсь, что мне это что-то даст. Просто потому что я не человек, а дух тьмы, хотя и наполовину. И что мне это даст, я вообще даже в теории или краем слуха, хотя бы в книгах и сериалах прошлого мира, не слышал. Надо бы забрать его ливер — печень, сердце. А также кожу с крыльев и чешую. Из них можно будет сделать достаточно хорошие доспехи, но это потом. И нужно будет найти где-то того, кто сможет из этого ливера что-то сделать полезное. А сейчас лучше послушать предложения девушек. Первой, как всегда, вызвалась Белатриса, её голос прозвучал с привычной надменной уверенностью: —Я могу с помощью трансфигурации сделать удобный проход наверх, — заявила она, играя своей палочкой. — А затем зачаровать перила наверху так, чтобы, когда их касается лестница, они отталкивали её от себя. Ни одна тупая орда не сможет подняться. — А что вы предложите? — я перевёл взгляд на остальных. — У этой ведьмы нет идей, — с лёгкой насмешкой бросила Морриган, кивнув в сторону Белатрисы, но та лишь фыркнула. — Я приготовлю лук и стрелы, — твёрдо сказала Кассандра, уже осматриваясь в поисках подходящей древесины или готового оружия среди сокровищ. — И займу самую высокую точку. — Э-э… я помогу Кассандре, — робко, но решительно произнесла Мавис, смотря на меня, словно ожидая, что я буду против. — Всё же эта ведьма может заняться для вас разведкой, — надменно добавила Морриган, и прежде чем кто-либо успел что-то ответить, её тело сжалось, закуталось в клубящийся дым, и через мгновение на груде золота сидела огромная чёрная ворона с умными, жёлтыми глазами. Она каркнула, звук эхом разнёсся по залу, и, взмахнув блестящими на свету крыльями, выпорхнула в направлении главного входа, чтобы разведать обстановку. Я кивнул, удовлетворённый таким распределением ролей. —Хорошо. Белатриса, займись проходом. Кассандра, Мавис — оружием и позицией. Я пока займусь… драконьими останками. Пока девушки разошлись по своим делам, я подошёл к туше Смауга. Вблизи она была ещё более внушительной. Я достал один из эльфийских клинков — он идеально подходил для тонкой работы. Сделав глубокий вдох, я начал со сложной задачи — аккуратно отделить чешую от кожи. Работа была медленной и кропотливой; чешуйки, каждая размером с мою голову, были невероятно прочными и крепко сидели на толстой, как бычья шкура, коже. Я действовал медленно, вкладывая в каждый разрез силу, чтобы не повредить ценный материал. Затем настала очередь крыльев. Перепонки были прочными и эластичными, идеально подходящими для лёгких доспехов или плащей. Я аккуратно срезал их, складывая в стопку рядом с растущей грудой чешуи. Самой сложной частью были внутренности. Разрезать плотную плоть и добраться до печени и сердца было не для слабонервных. Воздух наполнился резким, металлическим запахом крови и плоти. Печень оказалась огромной, тёмно-красной и плотной, а сердце — размером с небольшую бочку, всё ещё тёплое и упругое на ощупь. Я разрезал его на несколько частей, чтобы было удобнее хранить и переносить, и аккуратно упаковал всё в своё пространственное хранилище, предварительно завернув в прочную ткань, найденную среди сокровищ. Закончив с этим, я не удержался и, сняв верхнюю часть одежды, зашёл в уже остывающее, но всё ещё глубокое озеро крови у туши дракона. Жидкость была густой и вязкой, но на удивление приятно теплой. Я погрузился в неё с головой, чувствуя, как её энергия проникает в меня, укрепляя мышцы, наполняя силой. Это было странное, но мощное ощущение — как будто сама суть могущества дракона теперь стала частью меня. Выйдя, я почувствовал себя обновлённым, полным сил и готовым к предстоящей битве. Я быстро ополоснулся водой из фляги и направился к главному входу, чтобы проверить прогресс. Белатриса уже вовсю работала: её палочка выписывала сложные узоры, и каменные глыбы у входа начинали трансформироваться и двигаться, формируя аккуратный, укреплённый спуск с каменными ступенями. Кассандра и Мавис тем временем нашли целый арсенал гномьего оружия — луки из гибкого дерева, тетивы, не портящиеся от времени, и колчаны, полные идеальных стрел с острыми наконечниками. Они уже тащили всё это на вновь образовавшиеся уступы у входа, готовя огневые позиции. В этот момент в зал влетела ворона и, кружась, обрела форму Морриган. Она приземлилась бесшумно, её лицо было серьёзным, а в жёлтых глазах читалась холодная собранность. — Орки уже в неделе пути отсюда, — её голос прозвучал чётко, нарушая напряжённую тишину. — А эльфы — в трёх днях. И люди из Озёрного города тоже начали активно собираться. Похоже, они заметили ваши игры со стенами. Как я выяснила, они подумали, что гномы смогли убить дракона и теперь готовятся принять «гостей», жаждущих обещанного золота, — она усмехнулась, и в её улыбке была ледяная насмешка. — Ты знаешь примерную численность орков и эльфов? — спросил я, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Орков около ста тысяч, — безразличным тоном констатировала она, словно речь шла о погоде. — Эльфов тысяч пять, не больше. Но, учитывая, что мы будем обороняться в очень укреплённой позиции, и то, что почти все здесь — маги, мы с лёгкостью сможем продержаться пару дней. Этого должно хватить, чтобы убить как можно больше орков и, самое главное, их командиров. А потом спокойно вернуться в свои миры. — А их не слишком ли много? — чуть испуганно прошептала Мавис, её глаза стали ещё больше. — Я тоже не уверена, что мы сможем убить их командиров, прорвавшись через такую орду, — напряжённо сказала Белатриса, в её голосе впервые зазвучали нотки сомнения, а не привычной надменности. Она нервно провела рукой по своей палочке. — Будь при мне мой меч, я бы не видел проблем в том, чтобы прорваться через такую толпу, — задумчиво произнёс я, глядя на груду сокровищ, словно ища в ней ответ. — Но увы, без него я не одолею так много. Я перевёл взгляд на Морриган, ища в её невозмутимом выражении лица подтверждение или опровержение. —Тогда давайте убьём столько, сколько сможем, а когда наши силы будут на исходе, мы просто завершим задание и вернёмся в свои миры, — спокойно заключил я. В голосе не было страха, лишь холодная расчётливость. — Тогда так и сделаем, — насмешливо, но с лёгким одобрением в голосе сказала Морриган. — По крайней мере, это будет зрелищно. План был принят. Теперь предстояло воплотить его в жизнь. Белатриса, взяв себя в руки, с новым рвением принялась за работу. Её палочка выписывала в воздухе сложные руны, и каменные глыбы у входа начинали двигаться с ещё большей точностью, формируя не просто проход, а настоящую крепость с бойницами, узкими коридорами для обороны и даже нависающими карнизами, с которых удобно будет лить на головы врагам раскалённое масло или магию. Кассандра и Мавис, отбросив последние сомнения, методично переносили найденное гномье оружие на подготовленные позиции. Кассандра, чья сила после кровавой ванны, казалось, возросла, легко несла тюки со стрелами и несколько массивных гномьих луков, которые обычно под силу было натянуть лишь хорошо тренированному взрослому мужчине. Мавис, хоть и не обладая физической мощью, компенсировала это тонким владением телекинезом — тяжёлые грузы плавно парили в воздухе, послушно следуя за лёгкими движениями её рук, и аккуратно укладывались на нужные уступы. Я же тем временем сосредоточился на Аркенстоне. Драгоценный камень, тёплый и пульсирующий в моей ладони, жадно впитывал потоки моей маны. Я направлял их внутрь методично, сконцентрированно, чувствуя, как мои внутренние резервы постепенно истощаются, но вместе с тем и как мощь камня растёт, накапливаясь для будущего использования. Идея была проста — используя Аркенстон как катализатор и резервуар, я смогу колдовать дольше и мощнее, не истощая себя мгновенно. Параллельно я обдумывал тактику. Можно, конечно, использовать магию тьмы напрямую, силой воли, без кругов, — размышлял я, мысленно прикидывая масштабы. — Но у таких «снарядов», выпущенных в больших количествах, пробивная сила будет всего в полтора-два раза сильнее обычной стрелы. Зато таким заклинанием я могу накрыть площадь метров в триста. И всего смогу сделать штук шесть таких залпов на своих силах. Я мысленно взвесил возможности Аркенстона. Если успею его хоть немного наполнить, то, возможно, смогу выдать не шесть, а… тысяч… нет, это преувеличение. От силы — ещё тридцать-тридцать четыре залпа по такой площади. Но ведь орки не будут стоять кучкой на плацу… они растянутся. Главной проблемой было время. Учитывая мой текущий резерв и скорость его восстановления, у меня нет и года, чтобы заполнить камень под завязку. Так что к подходу орков я, скорее всего, успею подготовить дополнительно лишь те самые три десятка залпов. Хотя… В голове мелькнул интересный и рискованный план. Можно попробовать «по касплеить» немного тактики Габриэля Белмонта — ворваться в главные ряды армии и с помощью плетей тьмы убивать орков, делая их максимально длинными… Но что-то мне не очень хочется так стремительно идти на орков. Я сжал Аркенстон в кулаке, чувствуя, как его энергия начинает резонировать с моей собственной. Будь что будет. Главное — продержаться и сделать свою работу.