Аукцион.

В последнее время у Се Ляня была… Насыщенная жизнь. Он падал в любой момент и в любом месте. Иногда терялся в пространстве. А вот сегодня вообще забыл как его зовут. Одним словом: Хуа Чэну это не нравилось. После случая с нападением он бегал вокруг Се Ляня словно щенок, вообще не желая отпускать его. Для починки комнаты Се Лянь временно переехал к Хуа Чэну в покои. Не сказать бы что они как-то отличались от комнаты Се Ляня. Другие цвета и вещи. Наверное всё. А вот Хуа Чэн, в отличии от Се Ляня, был на взводе. Он перетряс всех слуг и охрану, чтобы те дали ответ на его вопросы. А вопросов то было немного. Всего один. Кто и как пробрался на его территорию? Но никто не знал. Ни те кто сторожил вход, ни те кто стоял вокруг поместья. Убийцы пробрались так незаметно, словно их никогда и не было. Но как они забрались на такую высоту и как умудрились разбить окно было загадкой для всех. Кроме Хуа Чэна. — Магия. — Магия? — переспросил Се Лянь, сидя возле дерева в саду и перелистывая старицы книги по технике меча. На его теле было множество бинтов, и походил он на ходячую мумию. Иногда так называл его сам Хуа Чэн. — Другого варианта я не вижу. — мужчина устало опустился рядом с Се Лянем и сразу же посмотрел на него. Этот взгляд иногда завораживал бывшего принца. Просто смотря на своего собеседника, хотелось разговаривать с ним и даже улыбнуться. Хотя настоящей улыбки на его лице не было долгое время. Рядом с Хуа Чэном Се Лянь начал расцветать. Даже если он сам не хотел это признавать. — Я давно не слышал о магии. Но знаю, что не каждый способен её творить. Можно сказать, только избранные. Так зачем таким могучим людям понадобился я? — Се Лянь правда не понимал этого и уже долгое время находился в раздумьях. — Думаю, у них свои цели, — по лицу Хуа Чэна, на котором промелькнул гнев, было видно его отрицательное отношение ко всей ситуации. Ну а как иначе. Но он смог взять себя в руки и вернуть себе прежние спокойствие. Не нужно напрягать и так пострадавшего Се Ляня своими мыслями. — Гэгэ, что-нибудь вспомнил из этого? Он указал на книгу в его руках. И Се Лянь сразу же подхватил тему, чтобы перевести разговор в другое русло. — Да не очень. Сейчас и голова не так чиста, чтобы полностью понимать что здесь написано. Да и я сам не привык к рукописи. — Се Лянь неловко закрыл книгу и отложил её в сторону. — Гэгэ, не унывай! — Хуа Чэн потянулся за книгой через Се Ляня, поэтому нечаянно задел его ногу. Этот жест не остался незамеченным. — Я уверен, у тебя всё получится. Пока ноги не восстановятся, читай книги. Или хочешь, я буду читать тебе? Мой голос очень приятен для слуха. Да. И правда приятен. Отрицать это было нельзя. От таких мыслей Се Лянь проткнул себя мечом тысячу раз, но голос Хуа Чэна никак не выходил из головы. Словно сирена, что зачаровала его. Странное чувство. — Думаешь, я снова смогу сражаться? — Се Лянь нервно переминал в руках свою одежду. Он не верил в свои силы. Даже если он и раньше был совершенен, сейчас он никто. Раб без определенного имени и множеством обязанностей. Хотя для Хуа Чэна ничего такого у него не было. — Это даже не обсуждается, — Хуа Чэн мило улыбнулся Се Ляню, и сердце пропустило очередной удар. — Ты сможешь всё, гэгэ. Если ли на свете человек сильнее чем ты? Я вот ни одного не встречал. — Сань Лан, перестань шутить, — с недавнего времени Се Лянь начал обращаться к Хуа Чэну без формальностей, как тот и просил. Хотя чаще всего «господин» проскакивало в их диалоге. — Мы знакомы всего ничего. — Но я уже успел узнать тебя вдоль и поперек, — мужчина наклонил голову к макушке Се Ляня, но не дотронулся до него. — Кстати, гэгэ. Хуа Чэн знал что Се Лянь сейчас начнёт спорить с его словами, поэтому решил быстренько перевести тему. — Я хочу направиться в город. Навестить своего старого знакомого, — при упоминании об этом «знакомом» Хуа Чэн презрительно фыркнул. — Не хочешь отправиться со мной? Там есть человек, с которым ты можешь пообщаться. Не всегда же в четырёх стенах сидеть. Не сказать бы, что Се Лянь был против… Но выходить к людям спустя столько лет заточений было страшно. Хуа Чэн общался с ним по особенному. Он умел находить подход к Се Ляню и не давал чувствовать неловкость в разговоре. Это… Было приятно. — Хорошо. Когда едем? — Хоть сейчас, — Хуа Чэн подозвал Эмина, который сидел на траве и выискивал бабочек. Большое животное сразу же подошло к ним и Се Лянь успешно сел на него. Эмин любил катать Се Ляня. А Хуа Чэн почему то не притрагивался к бывшему принцу самостоятельно. Он мог подать руку, или придержать в момент падения, но чтобы прижиматься или таскать на руках — нет. Экстренные ситуации не считаются. За несколько минут они оделись и сели в карету. Се Лянь задёргивал окна так, чтобы ни один лучик света не смог попасть внутрь. Он не хотел, чтобы его видели с Хуа Чэном. Просто чтобы не портить его репутацию. А тот молча кивал. Он давал Се Ляню делать то, что он хочет, даже подбадривая его в своих решениях. Такое отношение вызывало кучу вопросов, но задать их никто не решался. Пока они ехали, Се Лянь решил поразмышлять об их с Хуа Чэном отношениях. Хуа Чэн всегда вёл себя осторожно и мило рядом с Се Лянем. Давал ему всё, что тот захочет. Обещал. Выполнял. И не злился за любую оплошность или ненужное действие. Тот же поцелуй когда Му Цин с Фэн Синем ворвались к ним. Хуа Чэн ничего не сказал. Может быть, он ожидал от Се Ляня первых действий, чтобы тот объяснил зачем, почему и для чего это сделал. Но раз гэгэ предпочел молчать — то и он не обмолвиться словом. Была ли такая правда для Се Ляня полезна? Нет. Он не хотел думать, что кто-то заботится о нём. В последнее время мысли летали от одной к другой. То хочется снова попробовать вкус губ Хуа Чэна, но на этот раз напористее и жёстче, то сбежать оттуда, потому что все кажутся ему ужасными. Эти перепады настроения схожи с его перепадами организма. И это только сильнее раздражает. Пробыв в своих мыслях, Се Лянь и не заметил, когда они остановились. Хуа Чэну открыли дверь и он вышел из кареты, сразу же протягивая Се Ляню руку. От этого жеста щёки покрылись румянцем. Так обычно приглашают выйти девушек или маленьких детей. А если это человек нижшего класса, то он вообще должен передвигаться в специальном повозке. Но Се Лянь передвигался с Хуа Чэном, чем впечатлил многих. Подняв подбородок, захотелось снова немного поиграть и потрепать чужие нервы. Другими словами, проверяя их на прочность. Се Лянь проигнорировал руку Хуа Чэна и слез сам, как ни в чём не бывало вставая рядом с мужчиной и ожидая направления дороги. Слуга, встречавший их, сразу же надулся, словно рыба. Он открывал и закрывал рот, но в присутствии Хуа Чэна боялся сказать и слова. А сам Хуа Чэн не отреагировал на жест Се Ляня. Не хочет давать руку — не будет. Всё очень просто. Самое главное в данный момент, да и в принципе в его жизни, это комфорт Се Ляня. Почему? Лучше не спрашивать. Они пошли к огромному дому, но если честно, он чем-то походил на заброшенное кладбище. Весь такой темный и с ужасной аурой вокруг. Тут даже не было цветов. И птицы не пели. Просто тишина, которая медленно пробиралась тебе под кожу и оставалась звоном в ушах. — Если тебе с ними станет некомфортно, скажи мне. — произнёс Хуа Чэн, перед тем как дверь открылась и на пороге появился высокий парень, с пышными тёмными волосами и яркими глазами. Как только он увидел Хуа Чэна, то немного замялся в проходе, а Се Лянь и вовсе поставил его в ступор. — Кого там принесло? — послышался грубый голос в доме. Мужчина с длинными чёрными волоса встал позади первого и с прищуром смотрел на Хуа Чэна как на врага народа. — Чего тебе? — Дело есть. — то ли намеренно, то ли по привычке Хуа Чэн покрутил кольцо на большой пальце. Мужчина повыше от этого жеста недовольно цокнул языком. — Заходите, — коротко ответил он, уходя прочь. Первый парень сразу же ринулся за ним, тихо переговориваясь. — Мин-сюн, что делать? — Включить мозги, Цинсюань. Ши Цинсюань — известный аристократ. У его семьи много денег. Но практически все доходы идут от старшего Ши — Ши Уду. Мин И — тоже аристократ, но более бедной ветки. Свои богатства заработал сам, без чьей-либо помощи. С Ши Цинсюанем ведут неплохую дружбу, хотя и кажется иногда, что эти двое просто друг друга от скуки достают. Вот только была одна проблема. Се Лянь сразу узнать их. Тех двоих убийц, что разрушили его окно. Да и Цинсюань сам прокричал имя второго. Интересно, а Хуа Чэн узнал об этих двоих? Се Лянь не стал ничего ему рассказывать, хотя сам не знал почему. Просто промолчал. — Я… Я проведу вас в комнату, Господин Се. — Ши Цинсюань нервно улыбнулся. Было видно, что он сильно волнуется, и никак не может унять свой страх. А вот Мин И, в отличие от него, был полностью спокоен. — Я вижу нож. — подумал Се Лянь, перед тем как картина перед его глазами переменилась. Снова стало темно.