Аукцион.

Се Лянь непонимающе крутил головой. Фэн Синь и эта женщина знакомы? До этого злой Хуа Чэн резко стал спокойным. На его лице красовалась усмешка, пока Фэн Синь в гневе сжимал кулаки. — Что она здесь делает?! — воскликнул генерал. — Твоя женщина хотела что-то у меня украсть. — спокойно ответил Хуа Чэн. — Она не моя женщина! Она мне никто! — Да это ты просто бездушный кабель! — подключилась Лан Чан, размахивая руками в разные стороны. Пока они кричали и ссорились между собой, Му Цин подошёл и встал рядом с Се Лянем. — А кто они друг другу? — осторожно прошептал Се Лянь Му Цину. Хотя вопрос почему генералы пришли сюда ночью тоже интересовал его. — Ваше Высочество, а ты не знал? — Му Цин правда удивился. Он думал, что Хуа Чэн рассказывал Се Ляню абсолютно всё, что бы на всякий случай пользоваться ими. — У Фэн Синя есть ребёнок. Пока вас не было, он загулял и за ночь нагулял себе вот это чудо. Му Цин указал рукой на Лан Чан. Её и правда по другому не назовёшь… Се Лянь потупил взгляд в пол. Ребёнок? У Фэн Синя ребенок?! Это новость ошарашила но и радовала одновременно, если честно… Се Лянь всегда хотел дожить до того момента, когда их друзья заведут семьи. Но похоже, Фэн Синь был не очень рад такой семейке… — Сгинь с глаз моих! — кричала Лан Чан, сжимая кулаки. — Это ты пошла вон отсюда! — не отставал Фэн Синь, сверля её взглядом. — И главное никого не смущает, что это мой дом. — усмехнулся рядом стоящий Хуа Чэн, но его просто не услышали. — Сань Лан, так Лан Чан что-то украла? — пока они ссорились, у Се Ляня было время узнать обо всём поподробнее. — Ну вообще, она хотела убить двух зайцев одним ударом, — объяснил Хуа Чэн, выглядя на удивление спокойным. — Накачать меня чем-то и воспользоваться. А после пробраться в мой кабинет и выкрасть пару золотых слитков. Но первое у неё не получилось. Наверное, испугалась Эмина. А второе… Тоже нет. Мой кабинет всегда охраняется. — Почему она решилась воровать именно у тебя? — Се Лянь правда не понимал. В государстве столько богатых людей, да и многие готовы сами отдать Лан Чан деньги. Но она выбрала Хуа Чэна. И почему? — Потому что отомстить мне хочет. Раньше она была одной из моих так называемых невест, выбранной чиновниками. А после того, как я всем отказал, она ещё долго за мной бегала. Теперь злиться из-за этого. — Ну это дикость. — прокомментировать Му Цин, о котором все забыли. И Се Лянь был с ним полностью согласен. Даже если и отказал, что с того? Неужели из-за этого нужно воровать? Се Лянь наконец не смог больше терпеть эту перепалку и решил влезть. Он осторожно встал между Лан Чан и Фэн Синем, выставив руки по обе стороны, чтобы они не оттолкнули его. Но грудь Лан Чан случайно дотронулась до руки Се Ляня и тот как ошпариный отдернул её. Женщина, похоже, даже не заметила этого и продолжила орать. А вот у Фэн Синя задёргался глаз. И не понять из-за чего. — Хватит, — Хуа Чэн притянул Се Ляня за талию и отвёл в сторону. После его холодного голоса все остановились, боясь даже пошевелиться. Все тут присутствующие знали — Хуа Чэна злить плохо. Этот человек может раздробить их кости и ничего ему за это не будет. — Инь Юй. Лан Чан под замок, пока не сознается. Отпроска её Фэн Синю отдай. А Му Цин идёт с нами на тренировку. — Слушаюсь. — как всегда стоявший в тени Инь Юй поклонился и повёл Фэн Синя на улицу, чтобы забрать дитё из дома Лан Чан. Женщину в это время подхватила охрана и тащила её в противоположную сторону. На миг наконец наступила тишина. Но Му Цин не мог долго молчать. — А я то вам зачем? — Я же сказал, — Хуа Чэн улыбнулся. Но Му Цин видел этот блеск в глазах и подрагивающие кончики его губ. Тот был зол. — Ты будешь тренироваться с нами. С мечом же управляться умеешь? — Когда мы перешли на «ты»? — Му Цин недовольно закатил глаза, но понимал, что выхода у него нет. Хуа Чэн не ответил и повёл Се Ляня на выход. А Се Лянь просто молча шёл с ним бок о бок. Что уж тут, у него тоже не было особого выхода. Хотя что-то ему подсказывало, что если он скажет, что не хочет, Хуа Чэн выгонит Му Цина и позволит ему отдыхать. Они быстро вышли на тренировочную площадку. Сейчас здесь не было никого. Наверняка Хуа Чэн позаботился об этом. Му Цин не знал почему Хуа Чэн вообще решил пригласить его, но это настораживало. Но после всё прояснилось. — Гэгэ, я бы хотел попробовать генерала в бою. А ты посмотришь и укажешь на его ошибки, хорошо? — Хуа Чэн говорил это с мягкой улыбкой, придерживая руки Се Ляня и согревая их своим теплом. У Му Цин глаз задёргался. Он занимает высокую должность в королевской армии, а тут какой-то хер из высших показух будет вот так в открытую оскорблять его?! Ну… С Хуа Чэном все уже привыкли. — Ну… Я не думаю, что буду лучше в бою чем Му Цин. — неловко улыбнулся Се Лянь, понимая мысли Хуа Чэна задеть Му Цина и видя реакцию своего бывшего товарища. — Всё равно, — Хуа Чэн остался непреклонен. В его голосе было что-то ещё, но Се Лянь не мог услышать ничего кроме тепла. — Сможешь же? Немного подождав, Се Лянь поймал себя на мысли что Хуа Чэн не будет обманывать его. Он кивнул. Му Цин недовольно цокнул языком, но не стал говорить что-то против. Всё-таки, не каждый день выпадает случай надрать Хуа Чэну зад. Му Цин достал свой меч и встал в стойку. Хуа Чэн даже не посмотрел на выбранное из сотен его орудий и тоже приготовился к бою. Они теперь были на расстоянии от Се Ляня и последний не слышал ничего, кроме звуков лезвий, летающих в воздухе. Му Цин нападал быстро, чётко и без лишних движений. Хуа Чэн был его полной противоположностью. Он дрался медленно, плавно и будто вообще не волновался от исхода боя. Пока Се Лянь честно и внимательно наблюдал за ними, Хуа Чэн спокойно спросил: — Что вы задумали? Му Цин отразил его удар и тряхнул рукой. — Ты о чём? Он сделал выпад, но Хуа Чэн увернулся. — О вас с Фэн Синем. Та глупая игра, глупый камень. Мы все можем им управлять, кроме Его Высочества. Не слишком ли подло? Му Цин скривился и обернулся, чтобы убедиться о анонимности их разговора. Се Лянь не изменился в лице, а значит, не слышал их. — Мы тебе не доверяем. Удар. — Мы с вами в одной тарелке. Уклон. — И что с того? Безликий Бай никого из нас не отпустит. Хуа Чэн резко скрипнул зубами. Он поменял тактику своего боя и резко нанёс Му Цину последний удар. Тот не ожидал такого и потерял равновесие, падая на землю. Поражение. Хуа Чэн приставил кончик своего ятагана к его груди и прошептал. — Не смей при мне говорить имя этой твари. И ещё, — он зло усмехнулся, недобро сверкнув своим глазом. — Мне очень интересно, как ты связан с Лан Чан. Привёл сюда Фэн Синя под предлогом беды с Его Высочеством? Иначе ночью он бы сюда не пошёл. Му Цин зло сжал губы, опуская взгляд. — Отвали. Пока Му Цин поднимался с земли с не читаемый выражением лица, Хуа Чэн тяжело выдохнул и снова натянул на себя счастливую улыбку. Серьезное лицо Се Ляня выглядело безумно мило, даже если он и сам не замечал этого. — Как я справился? — спросил Хуа Чэн, уже зная, что его похвалят. — Просто прекрасно, Сань Лан, — улыбнулся Се Лянь и похлопал в ладоши. Когда к ним присоеденился Му Цин, принц поклонился ему. — А твоя техника стала в разы лучше, чем была. Мне с тобой не сравнится. Тогда в лесу он сидел в карете и не видел весь бой. Сейчас же Се Лянь рассмотрел всё до мельчайших деталей и понял, что он отстал от своих товарищей. Ну да, пять лет как никак прошло. — Не преувеличивай. — Му Цин честно смутился от таких слов, но также чувствовал себя ужасно из-за съедающих его чувств. А ведь раньше он восхищался Се Лянем. Теперь тот даже ходить мог еле как. — Вот да, гэгэ. Он не достоин твоего внимания. — Му Цин закатил глаза, а Хуа Чэн подошёл к Се Ляню со спины и сжал в его ладошках свой ятаган. Он был тяжёлый и принц боялся уронить его, но крепкие объятия Хуа Чэна внушали чувство бога. Он как будто стал всемогущим. Ятаган уже казался не таким тяжёлым, а больные руки обрели былую силу. Это чувство нравилось Се Ляню. А Му Цина буквально скручивало от такого «милого» поведения с их стороны. Он впервые в жизни так сильно хотел назад к Фэн Синю. После Му Цин ушёл. Он не захотел оставаться в компании Хуа Чэна и пожелал Се Ляню удачи и мирного неба над головой. Последние было не очень понятно. Но Се Лянь был рад, что наконец-то он остался с Хуа Чэном наедине. После всех его кошмаров, удивительных и мифических вещей хотелось просто отдохнуть. Лан Чан пришла очень не вовремя. Все поцелуи, которые Хуа Чэн оставил на теле Се Ляня, будто приелись в кожу. Се Лянь помнил и ощущал всё. И ему не было противно. Наоборот, очень даже приятно. Когда это он стал тянутся к Хуа Чэну? Он до сих пор о нём ничего не знал. Но это ведь не значит, что нужно постоянно его остерегаться, так? — Сань Лан… — Се Лянь неловко перебирал рукава своей одежды, пытаясь подобрать правильные слова. Они снова сидели в библиотеке, в том самом месте, где Се Лянь впервые за долгое время встретил «того» человека. Он набрал в грудь побольше воздуха и заговорил. — Я не смогу рассказать про своё прошлое. Оно… Слишком грязное. Слишком много мне ненавистных людей там. Но это не значит, что я не доверяю тебе. Невольно Се Лянь вспомнил свои… Глюки, если их так можно назвать. Где Хуа Чэн стоял рядом с обрывом вместе с его маленькой копией и рассуждал о смысле жизни. Тогда Се Лянь отчётливо слышал, как Хуа Чэн произнёс: «ради неё». Кого неё? Та золотая ветвь с яшмовыми листьями? Это она? У Хуа Чэна действительно такой смысл жизни? Эти слова было слышать не столько больно, сколько противно. Вроде Хуа Чэн ведёт себя ласково с ним, а любит другую. Се Лянь эгоист. Но какой есть. — Я всё понимаю, гэгэ. — Хуа Чэн мягко улыбнулся и положил голову на плечо Се Ляня. Не почувствовав сопротивления, он довольно улыбнулся. Но улыбка быстро пропала с его лица, а тон сменился на серьезный. — Гэгэ… А ты не задумался, почему твои слуги пришли к нам ночью? Се Лянь нахмурил брови. — Я думал об этом. Сейчас поздняя ночь, но они решили наведаться к нам. Это на них совсем не похоже… — У меня есть подозрения… Что они как-то связаны со всеми этими странностями. И с Ши Цинсюанем тоже. Вспомни, как Фэн Синь пытался уговорить тебя не верить Му Цину. Но они не ведут себя как враги, хотя таковыми и кажутся на первый взгляд. Хуа Чэн рассуждал вполне логично. Се Лянь многово не понимал, и это просто бесило. — А тот камень помнишь? — спросил Хуа Чэн. — Естественно. — кивнул Се Лянь, уже зная, что Хуа Чэн вспомнил про него не просто так. — А ты не заметил красного свечения, пока Фэн Синь серьезно докладывал тебе о Му Цине? — Се Лянь набрал в грудь побольше воздуха. Точно. Когда они сидели за столом, Се Лянь видел как снизу, в кармане Фэн Синя горел красный огонёк. Он не обратил на это внимание и теперь осознал свою ошибку. Фэн Синь соврал о Му Цине. Но зачем? Что они задумали? — Но… Я совсем не понимаю… Пока Се Лянь пытался разобраться в своих мыслях, Хуа Чэн выпрямил спину и сел рядом, больше не касаясь Се Ляня. — И кстати… Мои слова тоже были ложными. Я и генералы знают как управлять этим артефактом. — «То есть…?» — В голове Се Ляня сразу же вспыхнули слова о его симпатии к Се Ляню как к личности. То есть, те слова были ложными? Хуа Чэн чувствует к нему что-то большее? Столько информации, и всё за один раз. Его мозг пребывал в лёгком шоке. — Сань Лан… Ты говорил о золотой ветви с яшмовыми листьями… Что она за человек? Се Лянь не хотел сейчас думать о чем-то постороннем. Задумали Фэн Синь с Му Цином что-то? Хорошо. Они не навредят Се Ляню, он был в этом уверен. У Мин И и Ши Цинсюаня какой-то там приказ? Отлично! Хуа Чэн защитит его. И Се Лянь сам спокойно сможет дать отпор, как только поправиться. Вернулся человек из его прошлого? Ужасно. Но он справится. Если все те воспоминания, если «пространство» не было просто коркой его воображения, Се Лянь будет стараться разобраться в этом. Но не сегодня. — О… Да, я помню, — Хуа Чэн будто задумался о чем-то и улыбнулся. Это пугало больше всего. — Она… Потрясающая. Сильная и красивая. Сколько бы несчастий с ней не случалось, никогда не опускала руки и шла к своей цели. Все эти годы ей было очень трудно просто жить. Но она справилась. И я надеюсь, что в дальнейшем всё наладится. Ужасные люди рядом с ней исчезнут, а в жизни появится белая полоса. Се Лянь слушал с замиранием сердца. В словах Хуа Чэна было столько любви, нежности, понимая… Иногда он также разговаривал с Се Лянем. Не сказать бы, что это плохо, но… Кажется, эта девушка правда очень привлекательна. Единственное, почему она всё-таки не видит чувств Хуа Чэна? Дура что-ли? — Ладно, не будем об этом. — улыбнулся Хуа Чэн и Се Лянь лишь кивнул. Не хочет — не надо. Даже если очень хотелось узнать больше. — У меня есть подарок для гэгэ. — Правда? — Се Лянь удивлённо посмотрел на него, даже глаза немного загорелись. Он и не помнил в последний раз, когда получал подарки. Это были очень далёкие времена… — Угу, — Хуа Чэн достал из-за своего внутреннего кармана тонкую цепочку. Он улыбнулся и пару секунд просто смотрел на неё, а после передал Се Ляню. Тот удивлённо вскинул брови. Она не выглядела как-то дорого, но точно очень качественно… — Очень… Красиво… — пробормотал Се Лянь, перебирая длинную как змею цепочку в руках.