Жизнь как она есть, часть 3. Саня.

Глава 1. Четверг. Двенадцатое Сентября. 1968-й год. Я очнулась в полной темноте, хоть глаз выколи, а нет, оказывается это не темнота, это у меня на глазах какая то повязка. Сразу же почуяла какую то хрень с моим телом, какие то не привычные ощущения, такого со мной ещё не было, но из памяти моих мужиков, тех что в моей голове, а их там уже целая компания собралась, я поняла что у меня обычный стояк и очень хочу в туалет. И ещё очень болит голова, ну просто раскалывается. Офигеть, значит я в этом мире родилась мужиком, вернее парнем, а если ещё вернее мальчиком, десяти лет от роду, хотя, откуда тогда такой стояк у мальчика? Нееет, тут чего то другое, надо снять на хрен эту повязку. Вытащила руки из под одеяла, верней сказать вытащил. Надо привыкать к новой роли в этом театре. И так, вытащил руки из под одеяла, и поднял повязку на лоб. По глазам ударил яркий свет. Я лежал на против окна, а там светил уличный фонарь и прямо в лицо собака. Отвернув голову в сторону и закрыв рукой прямой свет от фонаря, я увидела, тьфу ты чёрт, увидел, обычную палату, видимо в какой то в больнице лежу. Ну да, как я сразу не обратил внимания, присутствовал лекарственный запах, который сопровождает все учреждения такого толка. Но, нечего лежать, надо вставать и идти в туалет, тем более сперва его найти бы. Я поднялась на локтях, и тут же обратно положила голову на подушку. Похоже что я лежу здесь как раз с травмой головы, ну да, всё сходится, повязка и сильная боль. Тааак, начнём искать холодное место. Ага, вот оно, на сааамой макушке. Стянула присохшую от крови повязку. Охренеть, да у меня черепушка проломлена, это чем же мне так прилетело то? Ладно, нечего рассуждать, надо лечить травму, а то сейчас обоссусь прямо тут. Нашла самое холодное место и стала вливать туда тепло с руки. Секунда за секундой, минута за минутой, травма восстанавливалась, я даже забыла что мне хотелось в туалет, то ли отступило, то ли обоссалась уже. Да нет, вроде всё сухо, к стати, обратила внимание что у меня длинные волосы, гораздо ниже плеч, мне так кажется, хоть они сейчас все слипшиеся и в крови, но, всё равно, я это чувствую. Не знаю, сколько времени мне понадобилось что бы вылечиться, но за окном забрезжил рассвет, верней, появилась серость. Наконец то я встала, или встал и выскочил из палаты, так как опять захотелось в туалет. В коридоре, за столом на котором стояла и светила настольная лампа, сидела девушка и сложив руки как школьница, положив на них голову, спала, чему то улыбаясь во сне. Я потихоньку прошла мимо её, двинулась в конец коридора. Ну да, где ещё может находиться туалет, как ни там. Чёрт, и как мне присесть, если на унитазе не было самого обода, предназначенного для этого. Стоп, какой обод, какой присесть, я же сейчас парень. Спустила штаны и вытащила не малых размеров член, ударила тугой струёй в жерло унитаза и охренела. Ну не могут у десятилетнего ребёнка быть такие причиндалы, да и рост у меня не маленький, как минимум метр семьдесят. Хрень какая то, то ли Савелий в чём то ошибся, то ли, я попала не туда куда должна была попасть. Ладно, облегчилась, поймала от этого не большой кайф, надо выдвигаться на разведку. Потихоньку как и зашла, так же и вышла в коридор, босыми ногами добравшись до поста спящей красавицы. Постояла, чуть подумав. И решилась, а почему бы и нет, приложила ладонь к веску девушки, холода не ощутила, за то ко мне ручейком потекла её память. Офигеть, это чего, такие новые возможности у меня, что ли? А как же стукнуть по голове, сделав подопытному сотрясение, ну или хотя бы дать щелбан. Стало быть если мне не приходится человека лечить, то я ни как не воздействую на его здоровье, то есть он так же как и раньше сможет заболеть? А чего, мне это нравится, теперь я просто могу безнаказанно читать у людей их память. Я убрала руку с Веска Марины, ну да, я же теперь всё про её знаю, пошла в свою палату и стала копаться в памяти. Оказывается я не Женя Кулик. Я Саша Громов, а женя Кулик лежит на первом этаже, в реанимации, и похоже что с минуты на минуту помрёт, это так думает эта Марина. Я вышла из палаты и босиком, неся свою обувку в руках, пошла на первый этаж, где находилась реанимация, да и не реанимация это совсем была, а так, ещё одна комната, соединённая дверью с приёмным покоем. На подходе услышала голоса, как раз от туда из покоя, разговаривали женщины. Нагнулась заглянув в замочную скважину и увидела двух врачих, в белых халатах. Шепнула им спать и подождала десять секунд. Те успокоились и вырубились, а я открыла дверь и зашла в комнату, пройдя помещение на сквозь, я зашла в ещё одну комнатушку, где на кушетке, под капельницей, лежала девочка лет десяти. Да, это и была Женя Кулик. Я подошла к ней, скинула простынь, которой она была укрыта и стала искать самые опасные места, которые угрожали её жизни. Девочка была при смерти и не просто при смерти, она уже умирала, сердечко еле трепыхалось. Я занялась её лечением с самого сердца. Холод шел адский, несколько раз меняла руки, в соседней комнате зазвонил телефон, женщины проснулись и куда то выбежали, а потом послышался звук отъезжающей машины. Похоже что уехали на вызов, а я всё продолжала и продолжала лечить девочку. Не знаю сколько времени прошло, но на улице полностью рассвело, а Женя открыла глаза и улыбнувшись сказала. — Привет Саш! — Привет Женёк. (улыбнулась я ей в ответ). Как самочувствие? Она подняла руку и показала большой палец. А я про себя подумала, раз Женя знает меня, то значит знает где я живу. — Давай ка солнышко ты чуть поспи. (с улыбкой сказала я). А потом мы пойдём по домам. А так как она и так была ослаблена болезнью, то моментально вырубилась. Я быстренько просканировала её память и выяснила, что Женечка моя соседка по коммунальной квартире, живёт без отца, только с мамой, которая работает в столовой. Живём мы на севере, в посёлке Кильдинстрой, Мурманской области, но это то, я из памяти Марины уже знала. Я местный музыкант, играю в клубе в ансамбле и учусь в десятом классе, с Женькой мы оказывается дружим. Ей нравится, когда я её конфетами угощаю и по головке глажу, и вообще, она меня уважает, мы даже в школу всегда вместе ходим, я веду её за ручку, а она счастливая и гордая, вышагивает рядом. Я сказала Жене проснуться, а сама посмотрела на подушечки своих пальцев. Ну да, мозоли были хорошие, видимо Саша, то есть я, уже давно занимаюсь музыкой. — Ну что. (улыбнулась я девочке). Пошли домой? — Саш. (спросила она). А чего у тебя вся голова в крови? Ах точно? Офигеть, я совсем забыла, что у меня была травма. — Да ни чего страшного соседка, просто царапина, которая уже зажила, давай подымайся и пошли домой, пока ещё рано и людей на улице нет, то мы проскочим не замеченными. Я встала со стула и чуть не упала на пол, слабость в конечностях была адская. Кое как по стеночке я вышла в кабинет приёмного покоя и сразу же по памяти Марины, открыла тумбочку, что стояла под металлическим столом, на котором лежали всякие шприцы и пинцеты, с разными медицинскими инструментами. Там, в тумбочке лежал кулёк из обёрточной бумаги, в котором было печенье. Я взяла его и вытащив пару штук, дала Женечке, а сама со скоростью пулемёта, стала поглащать содержимое, не задерживаясь, прямо по пути. Мы вышли на улицу и двинулись не по дороге, а через палисадник, в сторону школы, потом мимо её, по тропинке поднялись на крутую гору, прямо к клубу, в котором я, по всей видимости и играл. вышли на главную дорогу а через метров пятьдесят и находился наш дом. Да какой там дом. Деревянный, двухэтажный барак. Зайдя в подъезд, я ощутила запах мочи, но не обратила на это внимания, потом с этим будем разбираться, сейчас не до этого. Наша квартира находилась на первом этаже. — У меня нет ключа. (посмотрела на меня Женечка). Я засунула руку в карман штанов, там лежал какой то металлический кругляк, вытащила, посмотрела. Ясно, рубль юбилейный, засунула руку в другой карман. Ага, вот он наверное наш родной ключ. И точно, вставив в замочную скважину провернула его и замок щёлкнул. Как хорошо, что в лекарне меня не переодели в их пижаму. Скорей всего привезли без сознания, и Саша там умер. Ну да, а как бы я тогда попала в его тело. И хватит ощущать себе женщиной, теперь я парень, вон, напоминалка между ног мешается, охренеть как не привычно и не удобно. — Саш. (обратилась ко мне Женечка). А у тебя, там в кульке ещё чего нибудь осталось? Я заглянула, верней заглянул внутрь и вытащила, чёрт, вытащил две оставшиеся печеньки. — На солнышко, держи, и это, извини, я чего то задумался и всё сточил. Женька махнула рукой, выхватив у меня печенюшки и первая шагнула в коридор, ну а я вслед за ней. С кухни раздавались голоса и чей то плачь. Девчонка скинула свою обувку и с криком мама, кинулась туда. На кухне раздался грохот падаемой посуды и звон стекла, я сразу же не разуваясь влетела в след за девчонкой. А там, по середине кухни стояла очень красивая женщина, держащая на руках и быстро-быстро целующая Женьку, то в щёчки, то в глазки, да вообще куда попало, она даже не прицеливалась специально. А моя мама. ( да, я знал что это она, из памяти Женечки). Стояла с открытым ртом, а у её под ногами лежала разбитая тарелка и стакан. В общем на кухне было счастье и обалдение, пока не увидели меня. — Сашка! (вдруг грозно сказала моя маманя). Ты где сучонок шлялся, почему вся голова в крови, опять подрался гадёныш. Когда уже тебя прибьют бестолкового, ты меня скоро до могилы доведёшь. Она уселась на стул и заплакала. Женька же, тут же вырвалась из материных объятий и подбежала к моей маме. — Тетя Галя, не плачьте пожалуйста. (стала она гладить ту по руке). Саша был со мной в больнице и вылечил меня, посмотрите, у меня ни чего не болит, он очень хороший, самый хороший. Моя мама обняла Женьку, прижав к себе. — Ладно ты заступница. (улыбнувшись сквозь слёзы, погладила она её по голове). Знаю что ты любишь этого охламона. Чего, правда что ли в больнице был? Девчонка закивала головой, подтверждая что она ни капелюшечки не врёт. — Иди вымой голову холодной водой с мылом. (сказала мне мать). Да давай в школу собирайся, а то и так, с тройки на тройку перебиваешься, как экзамены сдавать будешь? Я лишь кивнула головой и пошла в маленькую комнатушку, где стояла раковина с краном. Посмотрела на это убожество. Ну да, подумала про себя, а какой же водой ещё мыть то, если горячей здесь и не пахнет. Скинула с себя рубаху, спина которой тоже была вся в крови, сняла футболку, и осмотрела торс. Да уж, надо бы подкачать тельце, а то дрищь какой то, хотя! Я взялась за шляпку гвоздя, что чуток торчал из косяка и спокойно вытащила его, только самому гвоздю похоже это не понравилось, и он издал скрипящий звук. Потом, я спокойно обернула его вокруг указательного пальца, сделав пару витков. Ну что ж, заключила я. Моя сила ни куда не делась, надо будет себя на скорость и гибкость проверить и да, мускулатура мне ни к чему, она только мешать будет, если только чуть, чисто для красоты. Ведь теперь я могу гулять с девчатами легально, не надо шифроваться, класс! Намочив волосы ледяной водой и кое как их намылив, я стала отмывать кровь. Вся раковина была красная, а я всё мыла и мыла. Простыть не боялась, мне такие мелочи не грозят, могу хоть голышом по морозу бегать. Наконец то вымыв голову, стала отжимать свою гриву. Да, шевелюра у парня была хорошая, волосы густые, толстые, даже со стригать их будет жалко. Пока этим занималась, открылась дверь и на пороге появилась мама с парящей кастрюлькой в руках. — На Сашенька, смой всё горячей водой, только разведи, что бы не ошпариться. — Спасибо мам. (выдавила я из себя это слово, практически чужой, но похоже заботливой и любящей женщине). Она поставила кастрюльку на табурет и достала из кармана халата расчёску, протянув её мне. Я приняла и кивнула головой, таким образом ещё раз поблагодарив. Разведя воду до приемлемой температуры, смыла волосы ещё пару раз. Потом повторно отжала, вытерла висящем на гвозде полотенцем. То что оно наше, я тоже знала из памяти Женечки. Расчесав гриву, я стала смотреться в зеркало. Хэммм, а я ни чё так, симпатичный, девчонкам должен нравится, по крайней мере, если бы я сейчас был девчонкой, то непременно бы заинтересовалась таким мальчиком. Вот только с волосами, чего то надо делать. Расчесав и раздвинув волосы что закрывали лицо, я осмотрелась по сторонам, ножниц ни где не было видно. Тогда я вышла на кухню и спросила их у присутствующих женщин. — Ты Саша чего, ни как подстричь волосы решил? (спросила Светлана, мама Женечки). — Нет. (улыбнулась я, верней улыбнулся). Я только чёлку сделаю, а то волосы всё лицо закрывают. — Давай ка я тебе подстригу. (предложила она). Ты как, ровненькую по брови хочешь? — Ага. (кивнула я). — Пошли ко мне в комнату, сейчас я всё сделаю. Как только мы зашли к ней и она прикрыла дверь, то сразу же кинулась ко мне на шею, впившись своими сладкими губками в меня. — Сашенька, как же я по тебе соскучилась. А у меня между ног это, чего у меня ни когда раньше не было, стало увеличиваться в размерах, да так, что я подумала, что сейчас на хрен штаны лопнут, офигеть! А Светлана тёрлась и прижималась ко мне своими не маленькими и упругими буферами. А чего мне то делать? Я взяла, верней взял, в руку её грудь и стал мять. Но Женщина тут же отстранилась от меня. Потом, мой хороший, потом. Галина в пол четвёртого уйдёт на работу, мы Женечку отправим погулять, тогда и продолжим, а сейчас давай ка я тебе чёлку сделаю. Охренеть, да как это так то. Я чего, теперь со стояком должна, верней должен, ходить. Светлана посмотрела на мою ширинку, хихикнула и чмокнув меня ещё раз в губы, усадила на стул. Быстренько взяв ножницы и как заправский парикмахер поклацав ими, прислонила к моим волосам. — Чуть ниже возьми. (посоветовала я ей). Сейчас волосы сырые, когда высохнут то поднимутся чуток и будут как раз по брови. Она стриганула мне на уровне ресниц, потом чуть подровняла, и сказав готово стала расчёсывать. — Эх Сашка. ( с каким то сожалением сказала она). Тебе надо было девкой уродиться. Красивая была бы, да ещё с такими шикарными волосами, мне бы такие, густые, прямые, аж лоснятся все, аж завидки берут. Приходи в столовую на обед, я тебя накормлю, специально чего нибудь вкусненького для тебя приготовлю. — Дальше видно будет. (сказала я). Встала и пошла в нашу с матерью комнату. Там, на столе лежали брюки клёш, да такие широченные, что можно перепутать где низ, а где верх. Наверное их мама мне в школу приготовила, потому что рядом, на спинке стула висел школьный пиджак, с эмблемой открытой книги на рукаве. В углу комнаты стояла швейная машинка. Похоже что мама подрабатывала шитьём, так как тут же, лежала пачка выкроек. Рядом с машинкой стояла кровать, скорей всего мамина, потому что у противоположной стены, стояла ещё одна кровать, на которой лежала дешевая акустическая гитара, по всей видимости это моё лежбище. Я переоделась, верней переоделся. Не так то и просто привыкнуть к новой ипостаси, если две жизни прожил в женском теле. Но, надо привыкать, а то могу всех на смех поднять. Короче, я переоделся, посмотрел вокруг. Портфеля ни где не было, но занырнув в память Женечки, понял, что я в школу ходил с одной общей тетрадью, в которую был вложен дневник. Быстро найдя взглядом нужное, засунул её за пояс и вышел в коридор. Женечка уже стояла возле двери, в школьной форме с тяжеленным ранцем за спиной и двумя кривыми косичками, как у Пеппи длинный чулок, из мира моего старика Забродского. Я улыбнулся и сняв с её плечей ранец, взял девчонку за руку и мы пошли в школу. Я знал что учусь в десятом, а вот в каком именно? А может тут он один десятый? Как правило, после восьмого класса ученики отсеиваются и их остаётся мало, поэтому классы объединяют, но вот сколько их здесь, я не знаю. Ладно, доберёмся до школы, а там разберёмся. — Саш. (спросила Женечка). А какой ты мне сегодня подарок подаришь? — А что за праздник то сегодня? (удивлённо спросила я). — Как это, ты чего разве не помнишь? Мне же сегодня день рождение, одиннадцать лет. — Ух ты моя сладкая. (подхватив её под попку не занятой рукой и подняв, чмокнул в щёчку). С днём рождения моя хорошая, чего нибудь придумаю, обещаю. — Ага. (обняла она меня за шею обеими руками). Я знаю, ты меня всегда балуешь, так мама говорит. А я буду любить тебя всегда, ты самый хороший. Тут сзади раздался девичий смех. Я оглянулась. Там шли три девочки, в коротенькой школьной форме. — Сашка, ты всё со своей невестой не расстаёшься. (сказала средняя из них, красивая деваха с конкретной двоечкой под платьицем). — Конечно, ответил я. Мы с ней уже одиннадцать лет вместе живём, роднее и нет ни кого. Девчата засмеялись. — А с нами ты уже десять лет вместе. (опять сказала эта же деваха). А таких нежностей от тебя не дождёшься. Ага, подумала я, значит это моя одноклассница, вот её и надо держаться, что бы не опрофаниться с классом. — Эта Машка такая красивая. (прошептала мне на ухо Женька). За тобой бегает, а ты на её внимания не обращаешь, а она злится на меня. — А ты то тут при чём? (удивилась я). Ты же ещё маленькая. — Ха, чего это я маленькая то? Мне уже одиннадцать, а ты всего на шесть лет старше меня. Подумаешь. (фыркнула она, но с рук слезать не спешила, а наоборот, ещё сильнее обхватила меня за шею). — Саш, подожди. (отсоединилась от своих товарок эта Машка и быстрым шагом нагнала нас). Ты сделал домашнее задание? Если нет, то я могу дать тебе списать. — А чего задавали то? (спросила я). — Как чего, по физике например электрозаряды и статическое напряжение, по литературе, общественные взгляды и литературная критика. По алгебре рациональные числа, по геометрии, диагональ осевого сечения цилиндра. — Это и всё? (удивилась я). Все уроки? — Нет конечно, последними два урока физкультуры, но по ней нам ни чего не задавали. (рассмеялась она). Ну дак чего, будешь списывать? — Нет Маш, я всё знаю, так что не переживай, пятёрочки мне обеспеченны. — Ха. (усмехнулась она). Пятёрочки, те что вверх ногами что ли? У тебя до девятого класса, только по труду пятёрки были. — Эт ты Маш, наверное мой дневник вверх ногами смотрела, посмотришь, я решил за ум взяться, всё, бросаю музыку и берусь за учёбу. — Ну уж нет Сашенька. (прижалась она ко мне с другого бока, своей сиськой). Я лучше тебе списывать буду давать, но музыку ты не бросай, кто нам на танцах играть то будет? — Ладно, посмотрим, там видно будет. (согласился я). — А ты свою гитару то вчера продал? (опять спросила она меня). — Какую гитару? (удивился я). — Как какую. ( не меньше меня удивилась она). Конечно ту, на которой ты в клубе играешь? — Не знаю я. Маш, я вчера так сильно головой стукнулся, что сейчас мало чего помню. Кому я собирался её продать? — Не знаю я. (пожала она плечиками). Парни сказали, что к тебе из Шонгуя должны были их музыканты приехать и вроде как, ты им должен был её продать. — Не помню я Маш, говорю же, головой стукнулся сильно. Сегодня еле голову от крови отмыл. — Слушай Саш, может тебе в больницу сходить? Нууу, если ты и впрямь память потерял, или ты как всегда прикалываешься. — Да нет, я и так в больнице лежал, там и очнулся, да сбежал. — Ах хахахаха! Ну ты и врун Сашка, с больницы он сбежал, хватит брехать то. — Не хочешь ни верь. (пожала я плечами). Дело твоё. Мы подошли к крыльцу школы. — Саш отпусти меня. (сказала мне Женечка). Я побегу в класс. — Ах да, конечно. (опомнилась я, забыв что у меня на руках соседка сидит). Беги моя хорошая, с днём рождения солнышко. — Ха, солнышко. (хмыкнула Машка). А меня ты не разу так не называл. — Нууу, вот как тебе исполнится одиннадцать лет, то обязательно назову. Машка затупила остановившись. Потом опомнившись. — Громов. (догнала она меня). Ты чего несёшь, как это мне может одиннадцать лет исполниться, если мне уже семнадцать. Ох ты и вредный Громов, ну погоди у меня, ни чего на уроке не подскажу. Она взяла своих товарок под руки и задрав подбородок, с гордым видом пошла в здание школы. Ну и пусть чапает, я и сама узнаю какой у нас класс, только расписание посмотрю и по предметам определю. — Здорово Санёк. (кто то хлопнул меня по спине). Ты чё сюда припёрся то, пошли за школу покурим. ( стоял передо мной белобрысый, волосатый, чуть меньше меня ростиком парень). — Не. (отказался я). Пошли ка вон, в раздевалку. (увидел я укромный уголочек). Пообщаемся, а сам уже шепнул ему спать. Тот пожал плечами и пошел за мной. Мы забились в самый дальний угол, он уселся на подоконник и облокотившись вырубился. А я быстренько прочитал его память и разбудил. — Ты чё Серый, сюда спать пришел что ли? — Охренеть. (спрыгнул он с подоконника и потряс головой). Это чего было то, как я заснуть умудрился? — Да кто тебя знает, как ты так умудрился. Ладно, если хочешь то иди кури, а я в класс пойду, мне надо двойки исправлять, пока! И я пошла в класс. Отлично, теперь я всё знала. Всех одноклассников, всех учителей, да вообще, что тут и как в посёлке крутится. Даже знаю, то мне вчера об голову бутылку из под шампанского разбил и этого я не прощу. Вот прямо сегодня и не прощу, а может быть и раньше, если этот ублюдок придёт в школу. Зашла в класс русского и литературы, там были одни только девочки, я уселась за свою парту, рядом с Машкой. — Сань? (удивлённо спросила она). А ты чего, не пошел что ли с мальчишками курить? — Неа, я решил бросить это дело, вот думаю спортом заняться, ты как на это смотришь? Та улыбнулась и прижалась ко мне. — Эх, (вздохнула она). Жаль что мне не одиннадцать лет, так бы ты меня таскал на руках и называл солнышком. Я назову тебя реченькой, Только ты дальше теки, Я назову тебя звездочкой, Только ты дольше свети.Я назову тебя зоренькой, Только ты раньше вставай, Я назову тебя солнышком, Только везде успевай.Я назову тебя радугой, Только ты ярче гори, Я назову тебя радостью, Только ты дальше зови! Пропела я ей на ушко. Та выпучила глаза. — Сашка, ты это для меня сочинил, сам? — Тихо ты, (шепнула я). Не заори на весь класс. — Здорово Сань, такие стихи классные, прочитай ещё раз, пожалуйста. (сделала она умильную мордочку). — Вообще то это песня, и сейчас я её петь не буду, потом, вечером пойдём за ручей, на мост, там и спою. Та закивала головкой, с довольной улыбкой на лице. Ну да, я знал что мы собираемся на мосту, через кильдинский ручей, меня там местные парни не трогают. Вообще, музыкантов ни где не трогают, а Машка живёт там, за ручьём, она местная. Батя у её сиделец, весь исколотый до синевы, старший брат работает на кирпичном заводе, на автокаре. Машку из за бати даже в комсомол не приняли, хотя она отличница. А я тоже не комсомолец, сам отказался, да особо то и не настаивали, потому что отстающий. Так что, мы с ней оба беспартийные. А вообще, она не плохая девчонка, ну, это конечно из памяти Серёги Кузьмина, который и сам по первой неровно к ней дышал, пока она меня не выбрала. — Саш, ты ко мне раньше семи не приходи, а то я не успею уроки сделать, опять батя бурчать будет. Хотя, ему вообще пофиг, учусь я или нет, но он делает вид что строгий, хотя сам, любит меня больше всех. Тут дверь распахнулась и в класс вбежали, директор школы Василий Петрович, и две женщины в белых халатах. — Громов! (выкрикнул директор). Ты чего это с больницы сбежал, да ещё и в школу припёрся. Вон, врачи говорят что ты умер ночью. Тут весь класс как заржет. Аж стёкла зазвенели. А врачихи стояли в опупении и смотрели на меня глазами, которые были похожи на фары от запорожца. Тут одна из них кинулась ко мне и схватив за руку, стала щупать пульс. Чуть постояв, опомнилась и недоумённо сказала. — Живой Мария Григорьевна. Но, такого не может быть, я ночью лично его проверяла, даже надрез на руке делала, кровь не шла, а значит сердце стояло. — Громов, ты как себя чувствуешь? (спросил директор). Я подняла большой палец вверх, мол типа, зашибись. — Невероятно! (как то удивлённо сказала эта Мария Григорьевна). А Женю Кулик ты из больницы забрал? — Ага. (кивнула я). Чего ей там валяться то, здоровой девочке. — Да какой здоровой! (взъерепенилась она). Ты знаешь, что это у её был уже третий сердечный приступ, а он всегда фатальный. — Да откуда мне это знать то. (откинулась я на спинку стула). Вам виднее, я же не медик, но Женёк жива и здорова, тем более у её сегодня день рождение, не тревожьте её, не портите ребёнку праздник. Те, чуть ещё постояв, вышли из притихшего класса. — Сашка. (тихонько сказала мне Машка). Ты такой классный. А чего, ты и в правду умер что ли? — Маш, не неси бред. (улыбнулась я). На, потрогай руку, она тёплая. А врачи, наверное ночью спиртика нюхнули, вот им и бредится всякая хрень. Та заулыбалась, а тут и звонок зазвенел, а в класс вошла Лариса Дмитриевна, учительница русского и литературы. Мы естественно все встали. Она махнула рукой, разрешая нам сесть. — Ооо! (удивилась она глядя на меня). А что это за праздник то сегодня такой, что даже Громов решил нас посетить? Я встала. — Лариса Дмитриевна. (сказала я). Я решил выправить все оценки и подняться до пятёрки за год. Весь класс опять рассмеялся, не в голос, а так, шепотом подхихикивая. — Ты громов хоть домашнее задание то сделал? (с ухмылочкой спросила она). — Конечно Лариса Дмитриевна, а как же! — Ну тогда расскажи нам, про общественные взгляды на русскую литературу. Я приподняла голову вверх, делая вид что задумалась, а потом выпалила на одном дыхании, то что изучала ещё в той, первой своей жизни. Во второй половине девятнадцатого века, в России, пережившей в 1861-ом году отмену крепостного права, нарастала общественная полемика по поводу путей дальнейшего развития страны. Эта полемика нашла своё отражение в литературе и литературной критике. Демократически настроенные западники, требовали от писателей детального анализа социальных явлении и типичных представителей русского общества, при этом всё, что критики не считали прогрессивным, писатели должны были разоблачать. Если этого не происходило, критики расставляли оценки самостоятельно. Это направление получило название ( реальной критики). Либералы - Славянофилы, предпочитали видеть в литературе отражение духовных начал, отличающих Русскую культуру от европейской и критиковали отрыв от народной почвы. Либералы западники отстаивали идеалы (чистого искусства). Представляя литературе право развиваться по её собственным законам. — Стоп Громов, хватит. Отлично выучил урок, а от себя, какое нибудь своё мнение или критику ты можешь высказать? — А на какое произведение? Вы Лариса Дмитриевна конкретно задайте вопрос? — Нууу, например на Анну Каренину? Тебе приходилось её читать? — Знаете, Лариса Дмитриевна, раз вы требуете от меня именно критики. то я вам скажу так. Эта Анька дура набитая, её бы на лавку и ремешком по заднице, хотя, в то время вроде розгами наказывали. Так вот, отходить надо было её и выбить из башки всю дурь, что там поселилась. Тут весь класс зашептался, некоторые даже подхихикивать стали. — Хэммм, и с чего же у тебя родилась такая неприязнь к героине романа? — Да всё просто Лариса Дмитриевна. Вот представьте себе, ваша дочь, влюбилась в какого то залётного прощелыгу, тот с ней поигрался и послал куда по дальше, а той ни чего в голову умнее не пришло, как попробовать грудью поезд остановить. Ну дура же. Как вы думаете, подумала она в тот момент о своих близких и родных, которые её любят всей душой? Подумала ли она о том, каково родителям хоронить своё чадо? Нет, Лариса Дмитриевна, ни о чём таком она не думала. Потому что дура. А про дур читать книги не интересно, есть множество прекрасной литературы, где умные люди пишут про умных людей. И вообще, кому в голову пришло в школьную программу включать этот бред? — Громов, это точно твои мысли и твоё мнение? — Конечно Лариса Дмитриевна, а вам ещё кто то такое говорил, если да, то я очень рад, что есть люди с такой же точкой зрения как и у меня. Вы Лариса Дмитриевна просили критику, я вам её сказал. Как говорится, тысяча людей, тысяча мнений. — Ладно Саша, садись, я подумаю над твоей критикой, хотя, в твоих словах есть рациональное зерно. — А вы. (обратилась она к классу). Что думаете про это произведение? Давайте мы следующим уроком, вместо русского языка, напишем каждый своё мнение, каждый выскажет свою критику. Просто хочется узнать, кто думает как автор или как Громов? — Можно я скажу. (подняла руку моя соседка). — Да, конечно Машенька, мы тебя слушаем? — Вы знаете. (посмотрела она сперва на учительницу и на меня, а потом обвела взглядом весь класс). Когда я читала этот роман, я очень переживала за Анну, даже плакала, а вот сейчас, выслушав Сашу и оценив его критику, я поменяла своё мнение об Анне. У нас у соседей погиб ребенок, в прошлом году, помните на санках под машину попал. Так вот, я помню как убивались и плакали родители, какое у них в семье было горе. Тёть Рая до сих пор ходит в трауре и вся седая, как старушка. И да, Саша прав на счёт Анны, на все сто процентов. Вот вам моё мнение. — Кто ещё так думает? (опять обратилась к классу учительница). Поднимите руку. Сперва все девчонки, а потом и парни вытянули руки вверх. — Да ребята. (опять сказала Лариса Дмитриевна). Если оценивать произведение с точки зрения Громова, то я тоже согласна, но, в нём вложена гамма переживаний, душевных терзаний, любви в конце концов. Автор прежде всего делал свой акцент на этом. — Можно я добавлю. (подняла я руку вверх). — Да Саша, мы слушаем тебя. — Из задумки автора ясно, что Анна была глупой мечтательницей. Да только мечты ни когда не сбываются. — Это как. (удивилась преподаватель). Объясни? — Да всё просто. Мечта не может сбыться. Если она сбывается, то это уже не мечта а цель, которой человек добился. Вот к примеру мечтает Маша съездить в Крым отдохнуть. Реально это для её или нет? Конечно же реально, значит это не мечта а цель, которую она добьётся. А вот Наташка Мартынова к примеру, мечтает познакомиться с инопланетянином, реально это, или нет? Конечно же нет, поэтому это так и остаётся мечтой, фантазией возбуждённого мозга. — Эээ, Громов, ты чего врёшь. (вскочила с места Натаха). Ни о каком инопланетянине я не мечтаю. Тут весь класс грохнул смехом, учительница тоже отвернулась к доске и стояла тряся плечами. Короче пипец уроку, так и ржали все, до звонка. Так эта дура подбежала ко мне на перемене и требовала, что бы я сказал всем, что ни какого инопланетянина она не ждёт. Ну и перемену про ржали всем классом, а Машка вообще от меня не отлипала, как схватила за подмышку, так и держалась иногда терясь своей сиськой. Я так понял девочка хочет, но я её не трону, рано ещё. До восемнадцати ни-ни. Ка бы я была парнем, то задрала бы ей подол не раздумывая, а так нет. Я знаю как у девочек отключаются мозги в таком возрасте, да только потом они себя корят. Пусть это будет кто нибудь другой, но только не я. По русскому был диктант. Там я написала и перепроверила себя, за одно найдя пару ошибок у Машки. По физике я поразила учителя своими знаниями не только по статике, а ещё и по магнитным полям. Рассказала чем отличаются трансформаторы друг от друга, на каком железе максимальные потери электромагнитных бурь, а на каком минимальные. Тот засомневался в моих знаниях, тогда я вышла и расписала ему всё это в формулах и графиках, как на Ш образном железе, на тороидальном , так и на кольцевом, где самые минимальные потери трансформации. А чего, оказывается тот инженер, что поделился со мной знаниями, он был электронщик, с огромным опытом и прекрасным знанием физики. Знал всё, от электронных ламп и древних транзисторов, до навороченных микросхем и процессоров. Умер в две тысячи двадцать третьем году, в возрасте девяносто шести лет. Всю жизнь занимался электроникой. Про алгебру и геометрию вообще говорить нечего, я этот предмет знаю лучше чем учительница. Ну а потом была физкультура. Из парней нас было только двое. Я и Сашка Сомов, тот был развитым парнем и хотел поступать в спортивный институт. А все остальные слиняли домой. И вообще, учитель удивился что я то пришел, он наверное впервые меня увидел. Потому что спросил как фамилия. Ну, я естественно ему и сказал, что я Александр Громов. — А чего ж ты Громов так к физкультуре то относишься, почему на уроках не присутствуешь. — Я Николай Петрович занимаюсь по индивидуальной программе, которая не совпадает со школьной. Тут все девчата захихикали. А учитель спросил. — Ну и что же эта за программа такая? Сможешь продемонстрировать чего нибудь. — Хорошо. (кивнула я и подбежала к турнику). И вот тут то все припухли. Я стала крутить солнышко, потом встала на руки ногами вверх и отжалась пару раз на обеих руках. Потом по пять раз сперва на правой, потом на левой. Потом ещё раз крутанув солнце, спрыгнула и сделав в воздухе тройное сальто, мягко, как кошка опустилась на ноги. Тут же побежала по залу, прыгнула через коня с двойным сальто, вскочила на канат и одними руками поднялась к потолку, там перевернувшись вниз головой, пулей пропуская канат между ног и рук, соскользнула вниз, в конце затормозив и отпустив ноги, перевернулась и встала на пол. В этом месте все выдохнули. Потом метнулась в конец зала, где висела груша, начала проводить удары руками и ногами, бедная груша, так наверное ещё ни когда не летала. Ну а в конце, пробежала за строем и встала на своё место, даже не запыхавшись. Тишина стояла гробовая. Ну да, кто мог ожидать такое от человека, который за два года, ни разу не был на уроке физкультуры. — Это что ж у тебя за программа такая, индивидуальная. (чуть помявшись и придя в себя спросил учитель). — Нормальная программа Николай Петрович, только не совместимая со школьной. Каждое утро пробежка, не менее шести километров, потом гимнастика и бой с тенью. И так ежедневно, без выходных и праздников. — А чего ж сегодня то пришел, раз у тебя своя программа. — Да всё просто Николай Петрович, сегодня я не бегал, сегодня я убегал. — Это от куда же ты Громов убегал? (удивился он). — Из больницы Николай Петрович, из больницы. Тут весь класс кааак грохнул смехом, вспомнив утреннее происшествие. Только препод стоял ни чего не понимая, а все девчата корчились, вспоминая глаза сегодняшних врачих. В общем меня и Машку отпустили со второго урока физры и мы пошли в клуб, я решил забрать свою гитару и дать леща нашему Валере барабанщику, за удар бутылкой по голове. Мы с Машкой ещё когда подходили к клубу, я услышала грохот ударных. Отлично подумал я, сейчас будет разборка. Я из Серёгиной памяти всё знаю, за что Валерик долбанул меня. У этого козла, старший брат живёт в Шонгуе и там играет в ансамбле. И вдруг, с чего то они решили, что я должен им продать свою красненькую Jolana Special , да ещё за смехотворную цену. Приехали ко мне, но я естественно послал их, тогда этот мудак, сзади подкрался и стукнул меня по башке, бутылкой из под шампанского, предложив брату, просто забрать мою гитару, но тот оказался умнее и воровать не стал. Так что, она сейчас должна быть в инструменталке. Мы с Машкой зашли в комнату и сразу же увидели довольную рожу этого чмошника. Я тут же не раздумывая подскочил к ударным и схватив этого мудака за нос, вытащил из за установки. Тут другие ребята начали наезжать на меня. — Стоять парни. (сказал я). Кто дёрнется, пожалеет, а этого козла я сейчас буду пиздить. Тут дёрнулся Слава, наш басист., хотел меня схватить, но я то быстрее и сильнее всех их вместе взятых. Один чёткий удар ногой в солнышко, успокоил отлетевшего в угол Славика. Остальные сразу же отступили. — Ну чего пидорок. (сказал я этому горе барабанщику), чего, думал что стукнешь меня бутылкой из под тишка, так я не узнаю? За свои деяния надо отвечать урод. — Я брату скажу. (замычал тот с прищемленным носом). — Да мне пох, пусть хоть весь шонгуй приезжает, целыми они от сюда не вернутся. А ты получишь сейчас. — Так парни, пошли со мной, а ты Маш побудь здесь пару минуток. Я потащил это чмо, на первый этаж в туалет. Парни пошли за нами, лишь Славик басист отдыхал в углу. — Смотрите пацаны, что сейчас будет, а потом подумайте, водиться с таким или нет. Я, стукнул его башкой об колено, Валера поплыл конкретно, а я расстегнул ширинку и обоссал его. — Всё парни, можете искать себе другого гитариста, я ебал играть с такими мудаками как вы. А кто дёрнется, с тем будет то же самое что и с этим чмошником. Я забежал наверх, взял гитару, схватил Машку за руку и мы вышли из клуба. Дойдя до моего дома. — Маш, подожди минуточку, я только гитару занесу и провожу тебя. Та, кивнула головой, видимо, до сих пор находясь под впечатлением, от такой скорой расправы над парнями, которые здоровей меня. Я забежал домой, отдал маме дневник, в котором красовались четыре пятёрки, и оставив гитару, метнулся обратно на улицу. Мы с Машкой взявшись под ручку, двинулись к её дому. — Саш. (как то пришибленно сказала подруга). Я тебя не узнаю. Ты стал такой, такой, даже не знаю как сказать, прямо настоящим мужиком. И она прижалась головкой к моему плечу. — Да нет солнышко, какой был, такой и остался, просто так сложились обстоятельства. — Ты меня солнышком назвал. (улыбнулась она). Спасибо. Она ещё сильней прижалась и потёрлась щекой о моё плечо. Прямо как кошечка. — Ты прямо как мурка ласкаешься. (подковырнула я её, верней подковырнул). — Да! Я твоя мурка, а ты мой барсик, вернее барс, хищник и настоящий мужчина. — Да уж, подумала я, первый раз за все жизни, меня называют мужчиной, а чего, приятно чёрт возьми. Мы дошли до её дома, я узнал где она живёт, подождал пока она зайдёт в дверь и побежал в столовую, там, соседка грозилась накормить меня вкусняшкой. Я зашел в обеденный зал и прошел к раздаче. — Светлана Владимировна. (крикнула одна из женщин с раздачи, куда то в глубь помещения). К вам соседский мальчик пришел. Через несколько секунд, нарисовалась Светлана и взмахом руки позвала меня за собой. Я прошел в варочное отделение через раздачу и зашел за соседкой в кабинет, а там сидела именинница и уминала торт с компотом. Тут же спрыгнула со стула и подбежав ко мне повисла у меня на шее. Я крутанул её сделав пару кругов, Женька заливисто рассмеялась, а Светлана стояла и улыбалась, глядя на счастливые глаза своей дочери.. — Садись жених. (сказала она). Кормить буду. А я увидел у её на столе, что стоял в стороне, возле окна, пишущую машинку, а рядом с ней листы бумаги. — Подожди чуток. (сказал я ей). Я сейчас нашей принцессе подарок нарисую. Сел за стол и взяв простой карандаш начал рисовать. Соседи сидели и смотрели на меня, а я ваял шедевр. А буквально через десять минут их ожидания я встал и попросил их закрыть глаза. Естественно, они тут же выполнили мою просьбу, а я положил лист с рисунком перед именинницей. Отошел на два шага назад и попросил открыть глаза. И передо мной застыли два суслика, с открытыми ртами. Конечно, я нарисовал Женькин портрет, да так, что она там была как живая, того гляди глазками захлопает. — Обалдеть!!! (только и смогла выдавить из себя Светлана). А у именинницы, потекли слёзки из глаз. Она аккуратно взяла листочек и прижала к себе. — Спасибо Сашенька. (шепотом сказала она). Это самый лучший подарок в жизни. Я буду хранить его всю жизнь. Светлана зашла за спину дочери и обняв её, тоже пустила слезу. Чёрт, как то надо разрядить обстановку, что бы такое сказать, хотя, к чему слова, мы же вроде не чужие, столько лет, бок о бок они со мной живут. Это я первый день с ними, а они то меня знают как облупленного. Так что слова будут лишними. Я хлопнул и потёр ладоши друг об друга. — Ну чего принцессы, чем угощать будете? — Ой. (встрепенулась Светлана). Давай Сашенька, садись за стол, сейчас я тебя покормлю. А Женька прижалась ко мне. — Саш, ты такой хороший, ты самый лучший. — Эх, солнышко наше. (обняв, прижал я её к себе). Самая лучшая у нас тут, только ты. Мы отлично покушали, особенно я. Ну да, сегодня у меня кроме утренних печенюшек в сухую, маковой росинки не было, а ведь я ещё и лечением занимался, кучу энергии потратил. Так что, я ел как не в себя, а мои соседи, только сидели и хлопали своими глазками, от такой картины. Я посмотрел на настенные часы, время было двадцать минут четвёртого, скоро матери на работу. — Пойду я пожалуй домой. (сказал я). Женёк, ты со мной? — Ага. (затрясла та головкой). — Ну давайте, бегите. (сказала Светлана). В четыре и я приду. Мы с малышкой вышли через другой выход, то есть, через подсобный двор. Наш дом находился, прямо рядом со столовой. Так что, через минуту мы уже зашли в квартиру. Мама собиралась на работу. — Саш. (спросила она). Ты от Светочки, она тебя накормила? Если нет, то вон на плите картошка жареная, а в столе бутылка молока. — Да нет мам, меня Светлана накормила, так что останется на ужин. — Сашенька. (опять обратилась она ко мне). Может в шесть часов придёшь ко мне, поможешь угля навозить? — Конечно мам, обязательно приду. — Ну и хорошо, а то у меня чего то, так руки ноют в последнее время. — Мам, не таскай тачки, я всё сделаю. Она подошла ко мне, и прижавшись сказала. — Спасибо сынок, одна ты у меня опора остался. — Да ладно ты мам, сказал же что всё сделаю. Репетиции сегодня не будет, так что, я буду как штык. Она отстранилась от меня и улыбнулась. Конечно, чего бы ей не улыбаться. Гитара лежит дома, значит в клуб я не пойду, да ещё и пятёрок нахватал. — Саш, а возьмёшь меня с собой в кочегарку? (тут же подскочила Женька). — Конечно, если твоя мама разрешит. (улыбнулся я ей и потрепал по макушке). Из Женькиной памяти я помнил, что она часто ходила со мной, помогать моей матери в котельную возить уголь, правда сама она не возила, так как меньше тачки, но сидела и пила чай с конфетами. Мама собралась и ушла а мы с Женькой стали ждать Светлану. Тут в дверь кто то постучался, девчонка бросилась открывать. Я услышал, какие то детские голоса и шушуканье. Вышел в коридор, а там, Женька хвасталась рисунком, своим подружкам. — Привет девчонки. (улыбнулся я). Чего толпитесь возле порога, снимайте обувь и проходите на кухню, я вас чаем с конфетами угощу. Они посмотрели на Женьку, а та кивнула им и подружки стали разуваться. Я поставил чайник на плиту и залез в тумбочку, где стояла вазочка с конфетами. — Налетай девчат. (указал я рукой на стол, куда поставил лакомство). Сегодня у нас именинница, так что не стесняйтесь. Тут входная дверь открылась и раздался голос Светланы. — Женечка, беги сюда. Я махнул рукой, что бы та осталась с подружками, а сам вышел в коридор. Там стояла соседка, держа в одной руке торт, а другой рукой пытаясь снять босоножек. Подскочив, я принял у её поклажу и поддержал за руку. Справившись с обувью, Светлана чмокнула меня в губы и мы пошли на кухню. — Урррра! (закричала именинница). Мамочка тортик принесла. Мы все расселись за стол, я поставил чашки, Светик кинулась было мне помочь, но я её остановил, сказав что справлюсь сам, а она пусть отдыхает. Быстренько налив всем чаю, я открыл коробку с тортом и нарезав его, разложил гостям по блюдцам. — Погодите, это ещё не всё. (улыбнулся я и погладил Женечку по волосам). Сейчас я для тебя песенку спою. Пошел в комнату и взяв с кровати гитару вернулся на кухню. Быстренько пробежавшись по струнам, подстроил инструмент и начал петь хорошую песенку про день рождение, из какого то мультфильма, что был в памяти моего старика. Время медленно шагает, И всего один раз в год, День рождения бывает, И его ребенок ждет, Он мечтательно вздыхает, И тихонько напевает :, "С Днем рожденья меня, С Днем рожденья меня, С Днем рожденья, с Днем рожденья, С Днем рожденья меня! " Прослушать здесь, правда не нашел исполнение под гитару. https://rutube.ru/video/17eb6583f6698702baacf77cf2d5c933/ Уррра! (захлопала в ладошки Женька, блестя своими глазками). — Ну а теперь можно приступать к поеданию торта. (объявил я, ставя гитару, оперев на соседний стол). Детвора налетели на сладости, а мы со Светланой переглянулись. Я пожал плечами, кивая на сладкоежек. А та улыбнулась и махнула рукой, мол пусть лакомятся. Девчонки поглощали тортик, я не ел, так как был сыт, Светлана тоже не прикоснулась, то ли тоже была сыта, то ли в солидарность со мной. Когда дети накушались, Женька отпросилась у матери погулять с девочками. Та конечно же разрешила. Они оделись и ушли, а Светлана накинулась на меня. Мы переместились к ней в комнату, которую она тут же закрыла на ключ. Я подошел к ней и обнял. Светик вытянула свои губки ко мне и мы слились в страстном поцелуе. Она полезла расстёгивать ширинку моих штанов, а я стал расстёгивать её блузку, когда с пуговицами было закончено я закинул руки ей за спину, расстегнул её лифчик и сдёрнул его, на меня выпрыгнули две, не меньше третьего размера дыньки, такие упругие, с налитыми сосками. А партнёрша, всё пыталась расстегнуть мой ремень на брюках. У брав её руки, я приподнял её и положил на кровать. Задрав юбку и стянув её трусы, я увидел заросшую вагину. Раздвинув её ноги я стал нацеловывать внутреннюю часть бёдер, всё ближе и ближе подбираясь к тому месту где ноги соединяются. От одного этого, Светлана уже во всю стонала. Но я не стал мучать женщину, а раздвинув пальцами её наружные губки, вместе с волосами, провёл языком по самому сокровенному. Хозяйка этих сокровищ вздрогнула и напряглась, а я не стал останавливаться, ведь у меня в этих делах был огромный опыт. Слизав с губок её влагу, я стал языком стимулировать её клитор, а когда увидел что она вот-вот приплывёт, спустил язык обратно в вагину, слизывая всё больше и больше выделяющуюся влагу, при этом, носом дотрагиваясь до бугорка клитора. А когда напарница уже стала умолять меня, я впился в клитор и стал яростно его насасывать. Вот тут то у её и случился оргазм. Она задёргалась в моих руках, а я опустив одну руку к своим штанам, отщёлкнул пряжку ремня и мой возбуждённый до предела член, выскочил наружу ища цель, как головка с самонаведением. Я стал поцелуями пробираться женщине по животику к таким манящим грудям. Добравшись стал нежно язычком ласкать, крепкие и большие как желуди, соски. Светлана опять начала стонать и извиваться по до мной, тогда я приподнялся ещё выше и как только мой штырь коснулся её ляжки возле вагины, Светик тут же протянула руку и схватив его, направила себе во внутрь. Я чуть припухла от таких ощущений, первый раз за обе жизни, трахаю женщину своим личным членом. Внутри у партнёрши было сыро и жарко, стенки вагины плотно обжимали член. Я не произвольно начал двигаться всё быстрее и быстрее. Чувствовал как Светланины ногти впились мне в спину, но меня было этим не остановить, я работала, тфу ты чёрт, работал как гидравлический молот, всё быстрее и быстрее ускоряя темп. — Кончай в меня. (вдруг прошептала она). Давай, не бойся, я не забеременею. То ли от критического возбуждения, то ли от её шепота я излился в её. По всему моему телу пробежал электрический разряд, а потом, каждую мою клеточку стали колоть невидимые иголочки. Я остался лежать на Светлане не вытаскивая член изнутри, я знал, как женщине это приятно, ведь оргазм у нас, верней уже у них, длится намного дольше чем у мужчин. Её вагина стала сокращаться, тем самым волнуя, мой, так до конца и не упавший штык, которым, я только что, заколол её не меньше ста раз. Он опять начал наливаться и становиться всё твёрже и твёрже, а я стал опять потихоньку двигаться, вперёд-назад, вперёд-назад, всё больше и больше ускоряя темп. Светик опять вонзила в меня свои когти, а я проделав повторно ту же процедуру, кончил вместе с женщиной. Она вырубилась, а я потихоньку, аккуратно слез с её и лёг рядом, пальчиком играясь с её сосочком. Через пару минут Светлана открыла счастливые глаза и потянулась ко мне поцелуем. — Сашенька. (промурлыкала она). Боже, как же мне было хорошо. Ты такой выносливый и нежный. — Эххх. (вздохнула она). Была бы я по моложе, захомутала бы тебя и ни кому не отдала, правильно дочка говорит, ты самый лучший. Мы провалялись ещё не менее пятнадцати минут, я нежно ласкал ей то сосочки то ушко. Но потом встал и протянув руку, помог Светлане подняться. Мы ещё чуть поцеловались стоя, а потом стали приводить себя в порядок. Только вышли на кухню, как в дверь кто то требовательно застучал. Я положил свою ладонь соседке на плечо, тем самым сказав, что бы та сидела и не дёргалась, сам пошел открывать дверь. Только успел открыть, как мимо меня пролетел ураган по имени Женька и прямым ходом влетел в туалет. Ну да, похоже чай даёт о себе знать. Я вернулся на кухню, взял Светлану за руку и посмотрел на её часы, время было пол шестого. Пора идти к матери в котельную. Женька вышла из туалета, поправляя подол платьица. — Ну чего солнышко, пойдёшь со мной уголь возить? — Дааа! (радостно запрыгала она). —А как же домашнее задание? (спросил я). — А я его уже в школе сделала. (махнула та рукой). А Светлана подтвердила, что Женька всегда, ещё в школе делает домашку. Ну тогда пошли, поможем тёте Гале, а потом я буду занят. И мы с моей маленькой соседкой, пошли в сторону больницы. Там находилась котельная, где работала мама Саши, а теперь и моя, раз так сложилась ситуация. Вот же, подумала я про себя, своим попаданием, я спасла сразу двоих человек. Как Женечку, ради которой меня сюда и закинули, так и Сашу. Представляю, если бы этого не случилось, то в одной квартире было бы сразу два трупа. Ну со мной то всё понятно, удар бутылкой по голове, а вот с малышкой чего, что у её с сердцем? Врачиха сказала, что это у её был третий по счёту приступ. Не знаю, надо у Светланы спросить, хотя к чёрту, я лучше поковыряюсь в её памяти и всё узнаю сам. — Саш. (отвлекла меня от мыслей подружка). Ты так здорово рисуешь, а мою маму сможешь нарисовать? — Конечно нарисую, даже не сомневайся. — Уррра! (заскакала от радости малышка). Так, мы держась за руку дошли до котельной. Перед входом Женька выдернула свою руку и побежала вперёд с криком. — Тётя Галя, мы с Сашей пришли! Мать в это время стояла у открытой створки печи и шерудила там длинным прутом, на конце которого была приварена какая то хрень, наверное, что бы легче было переворачивать шлак. Маманя вытащила из печки эту штуковину и поставила её к стене. — Сашенька, вон халат и рукавицы. (указала она сперва на вешалку, а потом на толстую трубу батареи). Я одел халат, взял рукавицы и вышел на улицу, всё как помнила Женечка. Да и чего тут такого умного то. Накидал тачку угля, завёз в помещение кочегарки и высыпал, и так раз за разом, раз за разом. Уже через пол часа маманя сказала хватит и похвалила, что сегодня я как ни когда быстро справился. — Мам, может тебе ещё чего нибудь помочь? — Нет сынок, спасибо. (махнула она рукой). Дальше я сама справлюсь, можешь идти гулять. Надеюсь ты сегодня дома ночевать будешь, а ни где нибудь в больнице. А то вон Верка Мартынова приходила, таких страстей понарассказывала, что привезли тебя с пробитой головой и ты мол, там в палате прям и умер. — Мамуль. (улыбнулся я). Не верь ни кому, а Верка эта, сама всю ночь продрыхла на посту, даже не услышала как я ушел. — Ну сынуль, она ведь ещё в заводской конторе полы моет, так что, ей перед ночными не когда отдыхать. Собирается в Москву ехать, в институт поступать, вот и зарабатывает себе на поездку. Ну да, подумал я, в институт. Вешает она вам лапшу на уши, просто хочет слинять из этой дыры, вот и всё. А что там с ней дальше будет, она и сама не знает, такая же тупая как и её младшая сестричка, что инопланетянина ждёт. Мы пошли с Женьком обратно в сторону дома. — Слушай Жень. (спросил я). Не хочешь со мной на свидание сходить? — Это куда. (удивилась она). К Машке за ручей что ли? — Ну да, ты же мой друг, почему бы тебе не сходить со мной! Та посмотрела на меня как на придурка, но всё равно кивнула головой соглашаясь. — Если ты хочешь, то конечно пошли. И мы не заходя домой двинулись с ней в северный посёлок. Там находились только частные дома, у каждого был свой огород, но выращивали там только картошку, ну и по мелочи, зелёный лук и всякую хрень типа петрушки. Подойдя к дому Машки, мы увидели во дворе её брата и батю, стоявших возле мотоцикла с коляской. — Ооо, зятёк пришел. (с кривой ухмылочкой высказался дядь Володя). — Здрасти дядь Володь. (так же, только доброжелательно улыбнулся я). — Привет Гриш. (посмотрел я на Машкиного брата). — Здорово Санёк. (кивнул он мне). Ты чего это, на свидание пришел со своей невестой? — Ага. (заулыбался я). А чего, Женька невеста, а Машка старшая невеста, чем плохо то? — Ну тогда проходите в дом, там она сидит за учебниками, чего то у её не получается. — Беги в дом. (подтолкнул я соседку). А я тут с мужиками постою. Та улыбнулась, кивнула головой и помчалась в дом. А я подошел к мужчинам и поздоровался за руку. — Хэммм. (Хмыкнул старший). А у тебя крепкая рука, твёрдая, хоть и сам ты хиленький на вид. — Нуу, дядь Володь, главное чтоб сила была, а мясо нарастёт, какие мои годы. — Ты хочешь сказать что у тебя силы дохуя? (усмехнулся Гришка). Вот где сила! (согнул он свою руку напрягши свой бицепс. — Ага. (сказал я), если круглое таскать а квадратное катать, то да, такие бицепсы может и помогут, а вот например в драке навряд ли. — Да ты чё пацан, охамел что ли? (потянул он ко мне свою клешню). Я тут же взял его за пальчик и поставил на колени, и обратился к его отцу, который замер с открытым ртом. — Вот скажите дядь Володь, чем сейчас может помочь ему его сила? Видите, я могу с ним делать чего захочу. — Бля Санёк. (проблеял этот амбал). Отпусти палец, чего ты как девчонка то дерёшься. — Гринь? (удивился я). Где ты видал что бы девчонки так дрались? Они если в ярость входят, то лучше от них убегать. Те снимают обувь и каблуками по ебалу бьют. Я отпустил его палец, а батя рассмеялся. — Это точно Санёк, видал я как бабы дерутся, ну его нах, в их свару лучше не вмешиваться, у них вообще тормозов нет, так же как и мозгов. Гриня встал, подул на палец. — Пиздец Саня, у тебя и впрямь руки как клещи, бля, прикинь батя. (посмотрел он на его). Схватил за палец, как в тиски зажал. — Но всё равно. (посмотрел он на меня). Если рука лёгкая, то удар будет слабый. Вот. (сжал он свой кулачище). Такой кувалдой как ебанёшь один раз и сразу в накаут. Пошли ка к груше, я тебе сейчас покажу, какой должен быть удар у мужика. И мы втроём пошли за дом, на огород. Там у него висела обычная дерматиновая груша. — Смотри. (встал он в стойку и провёл удар). Ну да, груша колыхнулась и не более. — Можно я попробую. (посмотрел я на его). — Конечно Саня, только кулак покрепче сожми, чтобы пальцы не сломать. Я не стал вставать не в какие стойки, просто, провёл двоечку, пробив вторым ударом дерматин. Батя с сыном стояли охреневшие. — Саня, ты нахуя грушу мне порвал. И как это у тебя получилось, это же специальный, усиленный мешок, его порвать вообще не реально. — Да говно это, а не мешок, кожаный надо, а не этот тряпочный, ну или на худой конец из толстого брезента. — Да охуеть. (опять запричитал Гриня). Я чего теперь колотить то буду? И как ты вообще смог её пробить? Ты посмотри на себя, ты же легче этой груши! Я осмотрел двор. — Дядь Володь. (обратился я к старшему). Вам вон тот кирпич нужен? Тот с охреневшим видом, только помотал головой. Я подошел, поднял и подкинув его, в падении ударил кулаком. Кирпич разлетелся на несколько кусков. Тут и Гришка подвис. А я осмотрел этих статуй. — Гриш, не размере кулака сила удара, а в резкости и скорости. А с твоими банками. (ткнул я пальцем в его бицепс). Хорошей скорости не добьёшься. — Понял сын. (сказал очухавшийся батя). Говорил я тебе, что зря ты качаешь мышцы. У нас помню, в зоне мужичок один был, так тот сухой как щепка, а всех качков валял как сопляков, хотя, там ребята по здоровей тебя были. Правильно зятёк говорит, не в силе дело. Видал как он, хуяк и кирпич разлетелся на куски, прикинь если так по ебалу пиздануть, зубы разлетятся к хуям, как эти кусочки кирпича. Тут к нам на огород вышли две мои невесты, держась за ручки, а у младшей в руке был петушок сваренный из сахара. — О, Саня. (кивнул старший на девчонок). Смотри ка, тебе ещё пару невест и будешь как султан турецкий с целым гаремом. — Саш. (спросила Машка). А ты чего, гитару не взял что ли? — Да ну её. (махнул я рукой). Да мы и домой не заходили, прямо из котельной, от матушки к тебе рванули. — Ну Саааш. (надула та губки). Ты обещал мне свою песню спеть. — Эт ты чего зятёк, ещё и песни сам сочиняешь? (удивился батя). А ну Гриня. (посмотрел он на сына). Сгоняй ка к Грошевым, возьми у них гитару, хочу послушать, чего там пацан придумал. — Бать. (заерепенился тот). Ты чего, самого молодого что ли нашел? Вон пусть Машка слетает. — Цыть, мне. (посмотрел он на этого громилу). Сказал тебе сходить, значит иди, не дадут они Машке инструмент, а ты скажешь Васильичу, что я прошу. Гриня пошел за гитарой а батя пригласил нас в дом, верней не в сам дом а на веранду. — Раз с котельной прибежал, значит матери помогаешь. (заключил дядь Володя). Молодец, уважаю. Мать это святое, матери надо помогать. Мамы нам жизнь дали, и ни кто нас так любить ни когда не будет, как мама. Вон. (кивнул он на дочку). Эти мокрощелки выскочат за муж, а чуть что не так, то сразу же заяву на развод, хвостом вильнут и глядишь уже за другим замужем. А мама, это одна женщина на всю жизнь, береги её Санёк. — Конечно дядь Володь. (согласился я). А как иначе то. Пока суть да дело, пришел Гриня с гитарой, а с ним ещё какой то мужик, видимо тоже сиделец, так как на руке была наколка север, с лучиками солнца. — О, Василич, давай проходи, присаживайся, сейчас нам зятёк свою песню споёт. — Привет Саня. ( протянул мне руку этот Василич). А я его и знать не знаю, хотя? Я нырнул в память Серёги. Ха, так это его дядька, вот ведь, брат его матери, только фамилия у него не Кузьмин как у серого, а Грошев. — Здрасти дядь Егор. (пожал я его руку). Гришка отдал мне гитару, я быстренько настроил её. — Ну чего вам из своего спеть? (спросил я у публики). — Давай ту что на уроке. (сразу же вклинилась Машка). — Погоди маш, давай сперва старших уважим, а тебе я потом спою. Дядь Володя с дядь Егором переглянулись. — Молодец Санёк. (высказался Машкин отец). Правильный пацан, давай чего нибудь такое. Я заиграл боем, мне из памяти Забродского всплыла одна, да какой там одна, целая куча песен, да таких, что все сидельцы, просто охренеют. И я запел. Ты нежно гладишь тёплою рукой, Письмо моё последнее к тебе, Письмо моё нечастое домой, И думаешь наверно, о судьбе. Ты думаешь, как встретимся опять; Я, как всегда, куплю тебе цветы. Я знаю, мама, ты устала ждать, А ждать меня умеешь только ты.Прости меня, прости, Прости меня, прости, Па-да-ба-да-ба-пам, Мамуля, мама, мам... Мамуля, мама, мам. Прослушать здесь. https://rutube.ru/video/a0cd15f7142a67ce4067712abc48309f/ Пока я пел, мужики сперва задумались, потом у Дядь Вани заходил кадык, вверх-вниз, вверх-вниз. А у дядь Егора, глаза наполнились влагой и сжались кулаки. А когда я закончил петь, то они, ещё некоторое время сидели молча. А потом Дядь Ваня протянул мне свою синюю от наколок руку. — Спасибо зятёк, уважил так уважил, аж вот здесь всё перехватило. (он взялся пальцами за горло). Молодец, наш человек. Считай что дочка твоя, хочешь прямо сейчас забирай. (заулыбался он). Ну чего дочь. (посмотрел он на Машку). Хороший жених у тебя? Та покраснела как рак и пропищала. — Да пап, конечно. — Есть у тебя ещё чего нибудь? (Спросил батя). А я посмотрел на его грудь, где из под майки алкоголички выглядывали наколотые купола, и кивнул головой. — Есть дядь Володь ещё одна. — Ну давай коль так, послушаем. Ну я и запел, коль так. Дом казённый предо мной, Да тюрьма центральная. Не копейки за душой, Да дорога дальняя. Над обрывом пал туман, Кони ход прибавили, Я б махнул сейчас стакан, Если б мне поставили. Ночью в церкви ни души, Волки в поле воют, А под расстрельную статью, Ямы быстро роют. Что же не хватало мне, Всё теперь на месте, Был туз бубновый на спине, А стал в ногах туз крести. Золотые купола душу мою радуют, А то не дождь, а то не дождь - Слёзы с неба капают, Золотые купола на груди наколоты, Только синие они и ни крапа золота. Прослушать здесь. https://rutube.ru/video/c85021104e791426647625abea2288ad/ — Ну ка дочь. (сказал дядь Володя). Собери ка нам чего нибудь на стол, да в холодильнике поллитровка беленькой стоит, давай её сюда. Такие песни надо обмыть, иначе не пойдут они в народ. — Дядь Володь, я пас. (сразу же предупредил я). Во первых я не пью, а во вторых у меня на попечении ребёнок. (кивнул я на Женьку, сосущую уже хрен его знает какой петушок). — Хорошо зятёк. (согласился тот). Тогда мы пожалуй с Васильичем по чуть-чуть примем, за такие песни надо, иначе ни как. — Пап, (опять подала голос Машка). Мама её купила ноги себе натирать, а вы на одной не остановитесь, она придёт, ругаться будет. — Не дрефь дочь, сказал по одной, значит так и будет. Машка засуетилась накрывая стол а я спросил у Женьки. — Ну чего, посидишь или домой тебя отвести? — Пойдём домой лучше. (сказала она). А то мама там одна. —Маш. (обратился я к однокласснице). Мы пожалуй домой пойдём, мне надо Женька отвести, да ещё раз к матери сходить. А завтра в школе увидимся. — Угу. (кивнула она). Я пожал мужикам руки на прощание и мы с соседкой двинулись в сторону дома. По дороге Женечка меня спросила. — Саш, а ты зачем опять к тёте Гале в кочегарку пойдёшь? — Хочу в душе помыться перед сном. — А меня возьмёшь? — Солнышко, Если тебя мама отпустит то почему бы и нет. — А мы её с собой возьмём, она там тоже мыться любит. Точно, выудил я из памяти малышки информацию, они частенько ходят к матери в котельную мыться. — Конечно Женёк, вот все втроём и пойдём. — Уррра! (заскакала она во круг меня, расставив руки в стороны). Так и сделали. Пришли домой, собрали чистые шмотки и всем семейством двинулись в котельную. Там, пока Светлана с Женькой мылись, я помог матери почистить топки, вывести шлак, подвезти ещё угля. Потом вымылся сам и мы опять втроём, пошли домой. Там все вместе поужинали, Женьку отправили спать. А когда она уснула, мы ещё раз занялись сексом, правда в этот раз у меня на кровати. Я предложил Светлане, выбрить её джунгли между ног, так как, ей очень понравилось как я ей там вылизал, а если она хочет что бы я ей делал так ещё, то мне мешают волосы. Она естественно согласилась. Я навёл ей там порядок и ещё один раз сделал ей приятно, а потом я прошептал ей спать. Она чуть ещё полежав прижавшись ко мне, заснула. Я быстренько прочитал её память, разбудил. Вышли на кухню, согрели чайник, по очереди сходили подмылись и разошлись по своим комнатам спать.