Как мне отблагодарить тебя?

      GIMS — Est-ce que tu m'aime?       Ночь, опустившаяся несколько часов назад, обволакивала всё вокруг, редкие скопления звёзд и тонкий полумесяц слабо светились в кромешной тьме. Холодный ветер колыхал поля у обочины дороги и редкие кусты, встречающиеся на его пути. Стрекот сверчков заглушал звуки ревущих моторов двух спорткаров, которые скитались по безлюдным дорогам добрых пару часов. Жёлтый «Камаро», освещая себе дорогу, неспеша, чтобы не тревожить полусонного маленького пассажира, которого он уже полчаса уговаривал лечь отдохнуть (благо рост того позволял), следовал за более резвым, то набирающим, то сбавляющим скорость красным, а в этой полутьме казалось тёмно-вишнёвым, ближе к бордовому, «Астон Мартином».       — А ты всё балуешься, — прозвучало мягкое пищание Бамблби, наблюдавшего за ехавшей впереди машиной. — Ты сейчас похож на спарклинга.       «Астон Мартин» слегка сбавил скорость, словно успокоившись, но, когда «Камаро» только подъехал к нему, вновь вырвался вперёд.       — Ну и что? — раздался в ответ раззадорившийся голос Нокаута. — За последний час мы пересеклись только с одной встречной машиной. Я всё равно никому не мешаю.       Красный спорткар плавно перестроился на другую полосу, чуть снизив скорость, равняя её со скоростью напарника, и теперь ехал бок о бок с другим ботом.       — Да ладно тебе, Би. Разве тебе самому не хочется погонять?       — Если ты не заметил, я пытаюсь не тревожить Рафа, он и так слишком устал за сегодня, — невозмутимо сообщил Би.       — Точно, люди и их система офлайна, — скучающе протянул Нокаут. — Я, между прочим, тоже устал и хочу прокатиться с нормальной скоростью, а не как улитка.       Нокаут двигался бок о бок с Бамблби, то ли усмирив свой пыл, то ли застряв в своих мыслях. Виды за окном не сменялись: всё та же затяжная пустошь без каких-либо признаков жизни, если не считать звуков разных насекомых с ночным ритмом жизни. Ни одной встречной машины и уж тем более ближайшего городка.       — Мы можем устроить небольшую гонку позже. Может быть, завтра? — тихое предложение Бамблби нарушило молчание, а вопрос прозвучал ещё тише, словно бот сам не до конца уверен в собственной мысли. — Ты же знаешь, что нам сейчас нельзя нигде отсвечивать, за нами может вестись слежка.       — Знаю… — проворчал в ответ медик. — Но это буквально второй раз, когда я наконец еду по дорогам.Ты хоть представляешь, как долго я этого ждал? Я даже без разрешения базу не покидал! С «Немезиды» я бы уже раз так пять сбежал бы, если не больше.       — Это твой повод для гордости? — в словах слышалась насмешка от излишнего драматизма.       — Это мой повод для отчаяния! — даже не смотря на всё возмущение, Нокаут проследил за тем, чтобы его вскрик был по возможности тихим, больше похожим на громкий шёпот. — Я не участвовал в гонках с того момента, когда ты получил шестерню. А первая поездка вне базы вообще закончилась трагедией!       — Надеюсь, ты не винишь меня в этом? — еле слышно спросил Бамблби после того, как гневная тирада закончилась.       — Нет, — незамедлительно последовал чёткий ответ. — Это всё моя слишком добрая душа. Но это не означает, что я не могу жаловаться тебе.       Сонный Раф, который наконец достаточно вымотался, чтобы попытаться заснуть, в пол-уха слушал развивающийся разговор, он уже мало что мог разобрать, но последняя пара реплик привлекла его внимание. Не настолько сильно, чтобы задавать вопросы о том, что они имеют в виду, но достаточно, чтобы это отпечаталось в памяти. Да и сам мальчик был не настроен на продолжение дискуссии, так что спустя пару минут уже крепко спал, скрутившись калачиком на задних сиденьях и ничем не укрывшись.       Заметив тихое сопение пассажира, Би подал небольшой сигнал Нокауту об этом.       — Сколько ещё нам осталось до следующей остановки? — из динамиков медика послышался голос на самой минимальной громкости. — Куда мы вообще направляемся?       — Пока что желательно добраться до ближайшего города или чего-то похожего на него. Рафу нужно будет купить себе поесть. Он как раз пересчитывал имеющуюся мелочь, чтобы расплатиться ей в мерах безопасности, — из-за особенностей вокодера Бамблби тихое пищание давалось с небольшим трудом.       — А он у тебя смышлёный, не зря ты выбрал его в напарники. Но нам тоже следовало бы где-нибудь отдохнуть, чтобы не тратить много энергона на дорогу.       — Если мы приедем на место раньше утра, можно будет немного отдохнуть до открытия магазинов. В другом случае отдых придётся отложить до того, как мы не уберёмся из города.       — Понял. Но сколько мы так будем скитаться? У тебя есть идеи для нашей конечной точки прибытия? Предлагаю отыскать «Предвестник», у меня должны были остаться примерные координаты его крушения. Если правильно помню, Старскрим не отдавал команды прятать его или уничтожать. Так что есть возможность обосноваться там.       И с этим Нокаут начал неспеша называть нужные координаты. Он мог бы отправить данные по комм-линку, если бы не все риски быть засеченными.       — Если всё правильно сохранилось.       — Я тоже думал об этом, но корабль находится слишком далеко, на путь к нему может уйти больше нескольких дней.       — Ну, у нас не так много выбора. И мы не можем напрямую связаться с командой, поэтому мы не слишком много теряем.

***

      Icon For Hire — Venom       Над горизонтом понемногу начинала тлеть алая заря, совсем скоро за наконец появившимися вдалеке домами должно взойти солнце. До утра оставалось всего несколько часов.       Два спорткара довольно быстро направлялись к тому самому скоплению зданий. На их долгом пути наконец возник их первый пункт назначения. По первому впечатлению ботов городок казался не большим: не больше Джаспера, а, может, даже и меньше. Можно было заметить редко стоящие низкие дома и широкие улицы, словно тем самым хотели создать вид чего-то большого и оживлённого. Но сейчас, в лёгком сумраке только наступающего дня, эти самые улочки, если бы не единично стоящие машины и слабый свет в окнах нескольких домов, — ранние пташки? Или, наоборот, жильцы, как и два скитальца, ещё даже не ложились отдыхать? — казались заброшенными, оставленными на произвол судьбы.       Жёлтый «Камаро» остановился на одном из свободных мест на одной из стоянок, надеясь хотя бы немного отдохнуть после длительной поездки, да и Рафу тоже не помешало бы хотя бы пару часов спокойного сна, не прерываемого звуками моторов.       — Останешься здесь? — послышался тихий шёпот из динамиков «Астон Мартина», остановившегося в пол-оборота напротив своего спутника.       — Да. Мне бы тоже не помешало уйти в энергосберегающий режим. Я не самый лучший гоночный автомобиль, чтобы так долго находиться на колёсах без отдыха, — в ответном пищании Би слышалась усталость наравне с сонливостью, но от аудиосенсоров Нокаута не ускользнуло и его слабое подшучивание.       — Ну раз наши улиточки остаются здесь, я вполне могу пока что проехаться по этому захолустью и разведать обстановку, что тут и как, — предложил Нокаут, чуть развернувшись к выезду со стоянки. — Я буду тихо и осторожно.       — Ты и тихо? — от разведчика послышался слабый смешок, но по тону его пищания было очевидно, что он не возражал. — Только как вернёшься, дай знать.       — Хорошо, — ответ звучал ещё приглушённее.       И с этим медик направился исследовать улицы городка, только, чуть отъехав от места, в зеркалах заднего вида заметил, что Бамблби отключил свои системы, уходя в спящий режим.       Тихий городок — хотя по меркам Нокаута это была просто разросшаяся деревушка — купался в расплывающихся красноватых и жёлтых красках рассвета. На улицах не было ни души. Проезжая мимо одинаковых на первый взгляд зданий — как только люди не путались, какой из этих домов именно их? — медик двигался медленно и осторожно, словно боясь звуками своего мотора разрушить момент этого умиротворения.       Всё вокруг было настолько одинаковым, что при очередном повороте ему показалось, что он просто катается по кругу. Только эти широкие улицы, одинаковые на вид дома, да даже фонарные столбы напоминали Нокауту улицы Джаспера. Но Джаспер был разрушен.       При этой мысли его искру защемило. Не то чтобы он был слишком привязан к тому городку, но их маленькие человеческие друзья — да. И кроме того, раньше десептиконы не устраивали настолько большой разрухи в городах. В каких-нибудь отдалённых районах, почти незаселенных людьми, с артефактами? Определённо. Но целый город, даже если он был абсолютной мелочью? Нокаут почти не жалел о том, что примкнул к десептиконам в последние дни Кибертрона. В этом была своя выгода, но после того, как Мегатрон, будь он проклят Юникроном, начал использовать тёмный энергон, всё пошло под ещё больший откос. Одно дело наблюдать за стремительным разрушением собственной планеты, собственного дома, и совершенно другое — наблюдать за началом разрушения совершенно чужого. В чём были виноваты те люди, чьи дома, чья жизнь уничтожены лишь по тому, что совсем рядом находилась база автоботов, по воле Праймуса занесённых в то захолустье? Те люди, кроме тех трёх подростков — Нокаут уверен, что даже они оказались в отряде автоботов по чистой случайности, — явно даже не подозревали о своих инопланетных соседях.       Чёрт, теперь Нокаут рассуждал в точности как автоботы. Прекрасно. Какого скраплета его вообще заботит и без того скоротечная жизнь этих кожаных мешков с костями? Это точно влияние сердобольного Прайма. Да. Неоспоримо.       Но, если подумать об этом чуть больше, разве не именно это чувствовали… те, кто наблюдал за этим со стороны? Те, кто не хотел бессмысленных жертв из-за действий поехавших на своей правоте титанов? Нокаут, будучи медиком и мехом, давшим обещание одному давнему другу — мог ли он дальше звать того другом после того как выбрал свою неправильную сторону? — не причинял никому особо сильного вреда. Да, он мог использовать своё энергетическое копьё и на время обездвиживать врагов, но того заряда едва хватало, чтобы нанести серьёзные внутренние травмы. Он даже толком не притрагивался до людей. Но Нокаут ведь не все десептиконы, верно? Да и автоботы тоже были «хороши» в погоне за тем, чтобы остановить соперников.       Нокауту пришлось полностью остановиться, пока самобичевание не привело его к чему-либо. Ему сейчас не нужны были ни моральные терзания, ни травмы из-за невнимательности. Его процессор уже и забыл, зачем он решил проехаться по городу. Боту понадобилось ещё около минуты, чтобы отогнать ворох мыслей и сфокусироваться.       Его зеркала заднего вида покрутились по сторонам в поисках того, за что можно было зацепиться. На противоположной стороне его датчики засекли неприглядный магазинчик. Сверившись со своими часами, Нокаут понял, что до открытия оставалось всего около часа. Но он так же помнил примерное время, когда отправился на импровизированную разведку. Он что, правда, ездил по городу кругами, полностью погрузившись в размышления?       Медик простоял на месте ещё несколько минут, чтобы убедиться, что полностью успокоился. Если он не выпустит пар, он будет гнать на достаточно большой скорости и слишком громко для умиротворённой тишины вокруг. А это может привести к нежелательному вниманию.       Наконец бот тронулся с места — несвойственно тихо, медленно, словно стараясь отсрочить время — и направился обратно к Бамблби. Его процессор словно сам собой выстроил картинку спокойно отдыхающего разведчика, что смогло отвлечь Нокаута от дальнейшего анализирования.       Обратный путь занял намного меньше времени, но на стоянке его встретил уже не дремлющий Бамблби. Нокаут припарковался рядом.       — Ты чего не перезаряжаешься? У тебя есть ещё час, чтобы отдохнуть, — убедившись, что по близости нет ни души, слабым голосом спросил медик.       — Тебя долго не было, да и как-то сам с режима вышел. По дороге что-то случилось? — также слабо спросил Бамблби, чуть поведя зеркалом заднего вида.       — Ничего серьёзного, просто пытался ужиться с быстро работающим процессором, — медик выдавил из себя слабый смешок в попытке показать, что с ним действительно не случилось ничего серьёзного. — Но всё же отдохни еще немного. Теперь я точно тебя разбужу вовремя.

***

      GIMS — Le pire       Два спорткара вновь ехали по пустынной дороге, всё быстрее отдаляясь от того городка. Им несказанно повезло, ведь они провели в самом городе меньше часа, и им удалось уладить одну из поставленных задач. Рафаэль сидел на заднем сиденье и неспеша жевал один из купленных им перекусов. Бамблби между этим объяснял мальчику составленный им и Нокаутом план дальнейших действий, Раф внимательно впитывал поступающую ему информацию, примерно рассчитывая, сколько именно понадобиться им времени и остановок, чтобы добраться до пункта назначения.       Следующие полдня два бота и их маленький пассажир бороздили по дорогам, изучая местность в поисках следующей остановки по просьбе Бамблби. Разведчик не вдавался в подробности, почему им нужно будет остановиться, он уточнил только то, что Нокауту и Рафу придётся подождать его в ближайшем укромном месте. Медика подобная просьба привела в лёгкое недоумение, и он старался выведать у Би чуть больше информации, но получил только: «Тебе понравится, ты увидишь».       Бамблби старался ехать впереди, чтобы показывать Нокауту дорогу, а сам медик ехал поодаль, создавая иллюзию, что он вообще не имеет к нему никакого отношения.       Жёлтый спорткар привёл их к одному из специально посаженных маленьких парков рядом с безлюдной дорогой. Бамблби заехал вглубь рощи и высадил Рафа. Нокаут добрался до них спустя несколько минут и трансформировался рядом с мальчиком.       — И как долго тебя не будет? — скучающе произнёс Нокаут, скрещивая руки на грудной пластине.       — Постараюсь вернуться как можно быстрее, — мягко заверил того Бамблби. — Здесь вас не должны найти… Я надеюсь.       — Может, всё-таки расскажешь, куда направляешься? — в последний раз Нокаут предпринял попытку разговорить бота.       — Ммм, нет, — Би издал усмехающийся писк. — Ответ всё тот же: потом увидишь, когда вернусь.       И разведчик тут же трансформировался и уехал по той же дороге, не давая возможности Нокауту вставить и слова. Медик чертыхнулся и опустился на землю, опираясь спиной о дерево. Его грудные пластины тяжело поднялись и опустились, а голова невольно взметнулась вверх. Им обоим ничего не оставалось, как просто находиться здесь и ждать возвращения Бамблби. И желательно вновь не попасться в лапы десептиконов. Прошло не так много времени с последней не совсем удачной встречи со своей старой командой, и Нокауту уж точно не хотелось снова оказаться рядом с ними. И тем более ещё раз подвергать опасности маленького подопечного своего шмелёнка. Если в тот раз положение «спас» Прайм, то сейчас это будет некому сделать, и они отправятся на растерзание в прямом смысле этого слова.       Прошло всего несколько минут после ухода Бамблби, но Нокаут уже чувствовал, как медленно по его корпусу нарастает чувство тревоги. С разведчиком под боком справиться с ней было намного проще, процессор фокусировался на мысли, что он не один, ему помогут в случае опасности. Но сейчас он снова наедине с маленьким человеком. Десептиконы могут вылезти откуда угодно, а только лишь мысль о Лазербике навевает ужас не меньше, чем его хозяин.       Оптика медика блуждала между деревьями, аудиосенсоры периодически подрагивали, стараясь уловить каждый треск веток, шорох листьев и любой другой звук, который мог указать на то, что они здесь не одни. Нокаут и не заметил, как уже некоторое время Рафаэль сидел рядом, а он сам неосознанно закрывал его своей когтистой рукой.       С каждым мгновением, проведённым в полной тишине, Нокаут всё больше хотел, чтобы Бамблби поскорее вернулся и чтобы у него была действительно веская причина, по которой он оставил их одних в этом отдалённом и всеми забытом месте.       Нынешнее чувство тревоги и дискомфорта Нокаут мог сравнить только с тем чувством, когда он оказался на испытательном сроке у автоботов. Красный бот невольно предался воспоминаниям, и из его вокодера послышался еле заметный вздох. Подумать только, он сбежал от десептиконов к другой команде, чтобы совсем скоро вновь пуститься в бега. Может, у него просто такая судьба вечно от кого-то бежать.       Hoyo-mix — Grief of the Lost       — Эй, Нокаут? — до аудиосенсоров медика донесся тихий, чуть неуверенно звучащий, голос Рафа.       Нокаут тут же обратил на него внимание, его корпус чуть встрепенулся и напрягся.       — Ты что-то заметил? — тревога в голосе медика не поддавалась контролю, а оптика вновь быстро пробежалась взглядом по округе.       — Нет, все тихо, — пластины на спине Нокаута расслабились, как только его аудиосенсоры засекли ответ мальчика. — Просто… ты казался слишком напряжённым и…       На секунду медик, недоуменно раскрыв оптику, уставился на Рафа. Рука, закрывающая мальчика, теперь покоилась на одном из колен бота.       — Ну… после вчерашнего осторожность не помешает, — с тяжёлым вздохом признался Нокаут, на мгновение отводя взгляд.       Ещё несколько минут они сидели в тишине, Рафаэль чуть нервно теребил рукава рубашки, размышляя, нужно ли лезть дальше.       — Вы с Бамблби, кажется, довольно близки, — наконец выпалил он, поднимая взгляд на титана, в котором читалась доля удивления, словно человек сам не ожидал, что спросит именно это.       Тихий смешок невольно слетел с вокодера Нокаута, и уголок его губ приподнялся вверх.       — Неужели так заметно? — вопрос задался с явным сарказмом, но звучал мягче обычного, будто у бота не было намерения как-либо подтрунивать Рафа.       — Ну, просто вы всегда вместе, понимаете друг друга с полуслова, — слова слетали с губ Рафаэля словно сами собой, пока немного отводил взгляд в сторону и поправлял очки, больше пытаясь занять руки, чем действительно нуждался в подобном. — Или с полу писка. Как будто вы давно знаете друг друга… И то, как он ринулся спасать тебя тогда…       — Да он… хороший шмелёнок, — слабо ответил Нокаут, его взгляд чуть смягчился и устремился вдаль. — Он всегда так делает.       Корпус медика постепенно начал напрягаться вновь, а его процессор понемногу анализировал неудачные попытки мальчика завязать разговор. Было нетрудно догадаться, что Рафаэль пытался затронуть что-то, что, по его мнению могло бы как-то задеть Нокаута. Бот не сомневался в этом. Раф не вёл себя так, когда дело казалось его самого. Поэтому медику оставалось только гадать, о чём именно хотел поговорить маленький человек.       — Ты так и продолжаешь винить себя? — спустя время прозвучал тихий, глуповатый вопрос.       Одна из оптограней Нокаута приподнялась, когда его взгляд вновь устремился к Рафаэлю.       — Да, малыш, да… — слабый смешок слетел с вокодера медика, но в нём не было и капли радости. — Прошло не так много времени, конечно, я всё ещё буду винить себя.       Щёки Рафаэля слегка порозовели после замечания Нокаута.       — Да, точно… — мальчишка чуть замялся. — Я просто…       — Ты можешь спросить меня о чём угодно, — бот тут же прервал несвязную речь. Удивлённый взгляд Рафа сразу же взметнулся вверх.       — А ты ответишь?       — Всё зависит от того, что ты хочешь спросить, — на губах Нокаута заиграла его привычная хитрая ухмылка.       Рафаэль кивнул уже увереннее, и его губы сжались в тонкую линию.       — Я слышал обрывки твоего с Би вчерашнего разговора, — неторопливо начал говорить Раф, слова медика хоть немного, но придали ему уверенности. — Ты упомянул, что ты не мог ездить с тех пор, как Би вернулся в строй…       На пару мгновений мальчик остановился, словно стараясь подобрать правильную формулировку, чтобы получить хотя бы маленькую часть того, что мог бы рассказать Нокаут.       — А потом я слышал, что Би связан с этим, — Раф вновь продолжил свои разъяснения. — Это правда?       — Да, он… одна из причин…       — И он знает об этом, — слова слетели с губ мальчика слишком легко, даже непринуждённо, а дальше его пробрало любопытство: — Тогда почему вы скрывали это? То, что ты был тем, кто отдал ему свою т-шестерню?       — На самом деле даже он поначалу не знал. Это произошло по чистой случайности, — на перевес непринуждённости и любопытству ответ Нокаута звучал более прерывисто, словно бот подбирал слова на ходу, но на его лице красовалась ухмылка, наполненная небольшой хитринкой. — Так что не вини меня в этом. Да и кто бы поверил, что десептикон безвозмездно отдал бы автоботу важную часть себя? Это разве не вызвало бы подозрений?       — Но Би защищал тебя при первом появлении на базе, это выглядело так, будто он уже знает, — брови Рафаэля изогнулись.       — Для меня самого это до сих пор остаётся загадкой, как и для тебя. Но узнал он позже. А на следующий день он принёс недостающую для меня деталь, — медик лишь пожал плечами.       — Звучит как нелепица.       — И всё же это чистейшая правда, — Нокаут одарил мальчика нежной улыбкой, и чуть прикрытая оптика мягко смотрела на него сверху вниз.       От взгляда Рафаэля не ускользнула та лёгкость, с которой обращался к нему медик, и как понемногу сама фигура бота начала расслабляться. Не упуская шанса на отвлечение Нокаута от тревог, он продолжил свои расспросы:       — И ты не знаешь, почему он с самого начала был доброжелателен к тебе? А сейчас вы и отлипнуть друг от друга не хотите.       — Признаюсь, меня самого вначале это немного волновало, но потом мы… немного повздорили, скажем так. Там уже всё и вскрылось… — бот отвёл взгляд в сторону, теперь уже больше смущённо, судя по еле заметной синеве на его лицевой пластине, а его рука невольно потянулась к шее. — А там уже оно само как-то плавно пришло к «отлипнуть друг от друга не хотите».       — А если я спрошу, почему ты решил отдать ему шестерню, ты ответишь? — Рафаэлю пришлось чуть развернуться, чтобы встретиться взглядом с Нокаутом.       — А вот этот вопрос уже относится к разряду тех вопросов, из-за которых мы как раз и немного поругались, — эмоции Нокаута сменялись довольно быстро, возвращая привычную дерзость. — Так что нет. Но ты можешь считать это минутным и необдуманным порывом.       С тихим хмыканьем Рафаэль перевёл задумчивый взгляд куда-то вдаль, обдумывая всё сказанное ботом. На самом деле, он и не думал, что Нокаут, хоть и увиливая от некоторых вопросов, ответит так много. Если так посмотреть, это был их первый настолько полноценный диалог за всё время. Может, на это также повлияло то, что Рафаэль был одним из самых близких к Бамблби, и поэтому медик мог позволить себе рассказать об этом чуть больше.       — Если я скажу, что если бы я знал о всех последствиях этого, то всё равно поступил бы так же, ты примешь такой ответ? — послышался приглушённый, словно бот боялся прервать наступившую тишину, голос Нокаута. Мальчик тут же взглянул на него расширившимися глазами.       — То есть ты хочешь сказать, что Би уже каким-то образом повлиял на твои действия?       — В этом есть доля правды, — чуть протяжно ответил медик, казалось, действительно обдумывая правильность слов.       — Тогда да, я приму такой ответ, — мягко заверил его Рафаэль, и уголки его губ умиротворённо приподнялись.       И с подаренной в ответ нежной улыбкой Нокаута вновь наступило молчание. Взгляд медика вновь блуждал по округе, но теперь терзаний почти не было. Его аудиосенсоры вслушивались не в теоретически возможное приближение врага, а в ту приятную тишину, в приятно ласкающий шум листьев, трепещущих от лёгкого ветерка, в трелей птиц где-то в глубине среди деревьев. Оптика сама собой закрылась, грудные пластины, словно в облегчённом выдохе, опустились вслед за оптикой, а с лица так и не сходила та самая умиротворённая улыбка.       Hoyo-mix — Hustle and Bustle of Ormos       Прошло ещё совсем немного времени, как послышался шум автомобильного двигателя, который довольно быстро становился всё громче. Обернувшись, Нокаут устремил взгляд в примерном направлении, откуда мог исходить звук.       Его оптика удивлённо расширилась, когда в поле его зрения появился до боли знакомый Камаро. Но теперь не жёлтый, как раньше, а чёрный.       Машина остановилась прямо перед ними, и с характерным грохотом трансформировалась в Бамблби.       — Шмелёнок?       — Ну как тебе? — тут же раздалось энергичное пищание, разведчик явно был доволен собой, демонстративно вертясь в разные стороны. — Нравится?       Нокаут, не отрывая все ещё удивлённого взгляда, поднялся с места. Довольно шустро подойдя к боту, он начал пристально рассматривать каждую деталь, словно Бамблби был самой что ни на есть настоящей находкой.       — Блестяще, — только и произнёс он в итоге, опустив руки на плечи бота. В оптике будто сверкнул огонёк, и губы изогнулись в кривоватой улыбке, вызывая лёгкое подобие смеха у Бамблби.

***

      Боты вновь находились в пути. На очередном пути, где было ничего, кроме очередной бездушной дороги и редко растущих деревьев у обочины. Всё оставалось таким же, как и на предыдущих тысячах и тысячах километров. Их путешествие становилось всё скучнее и скучнее по мере приближения к пункту назначения. Даже темп передвижения оставался прежним: Нокаут ехал поодаль, пристроившись сзади Бамблби. Из-за относительно большого расстояния им даже не удавалось поговорить, что наводило на медика ещё большую тоску. Ему даже не было интересно рассматривать пейзажи, да и какой смысл, если ничего не меняется? А смотреть на низко опустившиеся грозовые облака медику совершенно не хотелось. Они предавали атмосфере только очередное уныние и безнадёжность.       В этом месте было настолько тихо, что не составило труда услышать приближающийся рёв мотора одного из самолётов. Причём черно-фиолетовых самолётов. Ботам пришлось ехать дальше, стараясь не подавать вида, что это именно то, чего и ищет десептикон-разведчик. Спустя несколько минут неудавшаяся погоня закончилась, когда вехикон, пару раз прокрутившись в воздухе, улетел в совершенно другом направлении. Если то, что он не признал Бамблби, можно было списать на новый окрас разведчика, то оплошность насчёт Нокаута была удивительной. Ведь медик никак не отличался своим видом, только ехал намного медленнее обычного. Либо этот дес оказался слишком глупым.       Когда силуэт врага исчез из виду, Бамблби остановился и спрятался под одним из небольших деревьев у обочины.       — Это хитро, он тебя не узнал, — с лёгкой гордостью произнёс Раф, поправил свои очки и взглянул на возвышающегося бота, который уже что-то весело пищал в ответ.       — Я, конечно, не хочу прерывать момент славы, но вдалеке уже виднеются люди, а вы тут без прикрытия, — красный «Астон Мартин» резко остановился на против них и с возмущением задергал зеркалами заднего вида. — Нам следует быстрее убраться отсюда. И не только ради того, чтобы нас не увидели.       — Всё ещё держим курс на «Предвестник»? — мальчик вопрошающе обернулся к Нокауту.       — Да, но если по пути наткнёмся на какую-нибудь неохраняемую шахту энергона, я бы не отказался туда заглянуть, — ответ медика звучал со скукой и усталостью в голосе.       На пару мгновений взгляд Рафа опустился, а на лице появилось задумчивое выражение:       — А Джаспер? Мы даже не заглянем туда? — вопрос звучал немного волнительно и неуверенно, словно мальчик уже знал ответ, но просто пытался попытать удачу.       — Прости, малыш, но… Там слишком много десептиконов, мы не можем рисковать, приблизившись к их логову, — Нокаут звучал чуть тише, в голосе слышалась нотка сочувствия из-за отказа.       — Тогда не будем задерживаться, — заключил Бамблби и, трансформировавшись, последовал за Нокаутом вновь бороздить просторы человеческой планеты.

***

      Тони Раут feat. Exciter — Парадайз       Их путь продолжался. Если Нокаут правильно помнил, с последней долгой остановки прошло пару дней. Ещё пара дней непрекращающейся езды без намёка на хоть какой-то результат. У него было ощущение, что сколько бы они ни проехали, на столько же их конечная цель все отдалялась. Если давние вылазки с «Немезиды» приносили удовольствие, то сейчас это превратилось в настоящую каторгу.       Он не жалел, что принял то важное, если не самое важное, решение за всё своё существование. Но иногда Нокауту хотелось вернуться в привычный за столькие столетия ритм жизни. Ему никогда и в голову не приходило, что автоботы живут вот так: в вечных скитаниях, отчаянных попытках найти хоть какое-то пристанище и не умереть от рук врага. Нокауту ещё на «Немезиде» приходили мысли о том, что, если бы он не присоединился к Мегатрону, не улетел бы с Кибертрона с ним, всё могло бы сложиться по-другому. Ему не нужно было бы сейчас хвататься за любую попытку оставить свою искру живой, у него был бы свой маленький уголок на совершенно другом корабле, с совершенно другими ботами.       Но также в его жизни с автоботами было что-то своё, родное. Нокаут не был уверен, связано ли это только с Бамблби и чувствами к нему, или что-то кроется глубже.       Сейчас медик и не готов выяснять все тонкости своей фракционной принадлежности. Это отошло на второй план, на данный момент было намного важнее найти не только временную базу, но и хоть несколько капель энергона, чтобы продержаться ещё какое-то время.       Хоть запасы топлива не находились на критичном уровне, доводить себя до предела тоже не было желательным. Их датчики засекли слабый сигнал залежи энергона, и они направлялись именно туда. По величайшему совпадению, залежь находилась по пути к подбитому кораблю. Что одновременно и радовало, и настораживало. Нокауту либо по опыту, либо просто по внутреннему предчувствию, казалось это совпадение странным. Словно что-то явно должно было пойти не так, словно всё не может быть настолько просто и гладко. Но он старался надеяться на лучшее после всего.       Как часто бывало, шахта с энергоном, к маленькому счастью Нокаута, находилась в самой глуши, в отдалённой пещере среди леса, а не где-нибудь в горах. На — где бы они ни были — опустилась глубокая ночь, и без того слабый лунный свет почти не просвечивал через кроны деревьев, затрудняя трём скитальцам их путь.       — Может, лучше подождём до утра? Я даже ничего не вижу! — медик старался говорить тише, пытаясь не нарушать здешнюю тишину, но в его голосе всё ещё слышалось недовольство. Но не смотря на это, он продолжал идти, отбиваясь от, по его мнению, низкорастущих ветвей, которые так и норовили испортить его прекрасную лицевую пластину.       — И наткнуться на отряд вехиконов-шахтёров, с которыми придётся драться? — вопрос был задан скорее риторически, чем действительно вопрошающе. Тусклый свет синей оптики сразу направился в сторону Нокаута.       Бот на несколько секунд заколебался, его губы сжались в тонкую линию, и оптограни нахмурились.       — Нет… Ну или хотя бы подождать до зари? — вопрос медика к концу начал звучать неуверенно, словно он сам уже понимал ответ на него, но почему-то всё равно решил спросить. — Да и откуда ты знаешь, что они туда вообще придут? Сигнал достаточно слаб. Шанс того, что мы найдём там что-нибудь стоящее, минимальный…       — Но всё ещё не равен нулю, — Бамблби слабо улыбнулся, стараясь звучать легче, чтобы подбодрить бота. — Если ты уверен в том, что туда не прибудут десептиконы, то чего нам не проверить то место? Может, сигнал и слаб, но самого энергона нам хватит до прибытия на «Предвестник»? А уже там мы можем подумать о следующей дозаправке.       — А если нет? Если мы просто потратим силы и время?       Между ними повисла тяжёлая тишина, которую прерывал только шум шагов металлических ног по шуршащей траве и редко раскиданным веткам. Лицевая пластина Бамблби исказилась в задумчивом выражении.       — Тогда я извинюсь перед тобой, и ты сможешь отдохнуть столько, сколько понадобится, — спустя время всё же прозвучал ответ разведчика, и он вновь перевёл взгляд на Нокаута.       — Хорошо. Но это всё ещё могло бы подождать до утра.       Ответ медика прозвучал тихо и слабо, силы начинали уходить из его корпуса, и он сам становился всё более раздражительным из-за нехватки отдыха.       Их датчики показывали приближение к залежам энергона. Они были почти близко. Оставшийся путь до пещеры прошёл в тишине. Рафаэль, который до этого даже не слушал пререкания своих компаньонов, пытался одолеть сильное желание уснуть прямо на руках Бамблби, вечно зевая и то и дело поднимая, то опуская уставшую голову. Двум ботам тоже не о чем было поговорить, Нокаут, как и их маленький человеческий друг, боролся с системными оповещениями о том, что ему следует уйти в оффлайн, а Бамблби тешил мысль о скорой находке желанного топлива и о том, как порадует медика удачной миссией.       Спустя не так много времени на их пути наконец появилась та самая пещера с энергоном. Боты остановились у входа, отмечая, что сам проход скорее выглядит так, будто его сделали искусственно. Значит, десептиконы — пещера Бамблби явно не была знакома даже по координатам — уже были здесь. Но когда именно, сказать было тяжело.       Как бы разведчику этого ни хотелось, ему пришлось растормошить почти уснувшего Рафа, получая в ответ тихое «ещё пять минут», и привести свои фары в работу. Если в лесу можно было обойтись и без них, не привлекая лишнего внимания, то сейчас это была вынужденная необходимость. Нокауту также пришлось включить свои фары, и боты наконец направились внутрь.       Внутренние очертания не особо отличались от входа: стены пошарпаны так, словно над ними проводилась тщательная работа, в них было много ответвлений и глубоких вмятин. Значит, искали всё, что могли найти. Боты петляли по проложенным коридорам в поисках источника сигнала, но на пути попадались только давно брошенные основания кристаллов, от которых не было никакой реальной пользы. Боты не сдавались и продолжали петлять по проходам, освещая себе путь и заглядывая в каждый уголок, каждую трещину, которую только могли найти.       В воздухе витала пыль, обонятельные датчики улавливали запах сырости и устоявшегося окисленного металла, а корпуса, чем глубже они заходили, ощущали лёгкий холодок, проходящий по броне.       Шаги становились всё тяжелее, ноги Нокаута слабо передвигались, поднимая скрежещущий шум, отдававшийся от стен глухим эхом. Свет его фар периодически мигал, на мгновения выключаясь от общей усталости, но медик быстро приходил в себя и двигался дальше. Бамблби, не смотря на свою привычную ловкость, к концу пути начинал спотыкаться даже о небольшие камни, которые в другой раз заметил бы сразу. Рафаэлю оставалось только сидеть на вытянутой руке разведчика, также усердно пытаясь высмотреть хоть что-нибудь в, казалось, полностью опустелой пещере.       Бамблби не переставал проверять положение сигнала. Устройства показывали, что он где-то рядом, но после стольких поисков всякая надежда угасала всё стремительнее и стремительнее. Процессор разведчика понемногу стали посещать мысли о том, что его приборы барахлят.       — Там, смотри! — неожиданно воскликнул Нокаут, вырывая Бамблби из тучи накопившихся мыслей.       В конце одного из бесчисленных коридоров что-то блестело. Голубовато-синий кристалл, наполовину замурованный в стене. Оставленный специально или по ошибке. Сейчас ботов это уже не интересовало. Их мысли были заняты только тем, что их поиски почти обрели успех.       Медик первым добрался до энергонного кристалла и тут же принялся вытаскивать его. Без надлежащего оборудования задача становилась сложнее, приходилось работать собственными когтями, что в моменте мало его волновало. Если за этим кристаллом было хотя бы ещё несколько штук, Нокаут безоговорочно стерпел бы любые царапины и потёртости на своих руках.       Рафаэля вновь пришлось оставить где-то неподалёку, он мало чем мог помочь. И боты уже вдвоём пытались разобрать груды камней около кристалла. Поначалу у них и вправду получилось достать этот и ещё один такой же кристалл из стены. Две находки только подогревали их желание продолжать.       Спустя ещё час раскопок всех близлежащих мест возле кристалла два новоиспечённых шахтёра выдохлись. Не только физически.       — Только два, — прерывисто произнёс Нокаут, рассматривая поцарапанный и пыльный энергоновый кристалл, который держал в руках. Его оптика тяжело закрылась. — На двоих нам этого не хватит. И у нас нет нужного оборудования для его переработки… Только если грызть его так. Но и для этого нужна определённая обработка.       Бамблби присел рядом с медиком и притулился к его плечу, его грудные пластины тяжело вздымались, а усталый, почти пустой взгляд синих оптик направлен на другой кристалл в руках.       — Извини… — спустя время тихий писк вышел из его вокодера, его взгляд медленно перешёл на Нокаута. — Мне стоило тогда тебя послушать… Мы и правда просто потеряли время…       Полуприкрытая оптика Нокаута чуть расширилась, словно у усталого совёнка. А после на губах появилась слабая, но нежная улыбка, и медик слабо покачал головой, утыкаясь лицом в его плечо рядом с шеей.       — Ну… если их почистить, можно использовать мой буфер для этого, выйдет, конечно, не идеально… Но вариант их погрызть будет работать, — в словах Нокаута чувствовалась нескрываемая сонливость, речь медика прерывалась протяжными зевками.       — Теперь ты меня подбадриваешь? — чуть насмешливо спросил Бамблби, но его изнеможенность никуда не ушла.       — Скорее пытаюсь убедить себя, что всё было не зря. Но твой вариант тоже неплох, — медик подавил смешок и поднял полуприкрытую оптику на разведчика.       — Ну… значит, будем грызть, — тихо, но Нокаут его услышал, прошептал Бамблби, вызывая ещё один смешок у медика.       — Хорошо, но давай не сейчас, — слова Нокаута прервались, казалось, самым громким его зевком, и он вновь навалился на разведчика, уже прикрыв оптику. — Ты обещал мне, что мы отдохнём.       Бамблби вынул кристалл из рук медика и прижался ближе к нему, обнимая его. Его маска с лёгким звуком сдвинулась, и разведчик оставил невесомый поцелуй на макушке Нокаута.       — Спокойной ночи, — сквозь дрему послышалось бормотание Нокаута.       — Спокойной ночи.       Бамблби притулил к своей ноге такого же почти полностью уснувшего неподалёку Рафаэля и погрузился в оффлайн.

***

      Бонд с кнопкой — Кухни       Спустя бесчисленное количество часов, проеханных километров и кучу жалоб одного очень раздражённого медика, три скитальца наконец добрались до местности, где находился «Предвестник». Но и тут не обошлось без трудностей: подбитый корабль затерялся среди груды скал и камней, а Нокауту совершенно не хотелось портить с трудом отполированную обшивку. Поэтому ботам пришлось идти пешком, а Рафу — сидеть на одной из ладоней Бамблби.       — Эй, Би, сколько нам ещё осталось? Я уже устал портить своё покрытие об эту груду камней, — Нокаут с драматичным вздохом всплеснул руками, указывая на царапины на приподнятой ноге.       — Мы вполне можем перейти на колёса, и дело пойдёт быстрее, — в лёгком ответе Бамблби слышалась слабая насмешка, и разведчик перевёл прищуренный взгляд на медика.       — Нет! В таком случае полировать меня придётся больше, чем сейчас, — слова Би привели Нокаута в ещё большее раздражение, и он с характерным рыком сжал руки в кулаки и ударил ими в воздухе. — Да где эта чёртова колымага? Би, вот вам обязательно нужно было его подбить так, чтобы потом его найти невозможно было?       Вопрос звучал явно риторически, но не менее недовольно, что было заметно на исказившемся лице Нокаута. Несмотря на то, что он сам предложил сюда отправиться, да ещё и на собственном ходу, ему всё это похождение не приносило и капли удовольствия. Раздражённый вздох невольно вырвался из вокодера медика.       Бамблби сверил местность и координаты по внутренним картам:       — Нам осталось от силы минут пятнадцать ходьбы. Мы уже рядом. Если верить картам, то нам нужно свернуть здесь и подняться по последнему склону, — спокойно произнёс разведчик.       Нокаут на мгновение замер, его взгляд устремился на все оставшиеся подъёмы и выступы перед ними. И всё спокойствие Бамблби — словно это был его обычный день — выводило Нокаута из себя, вовлекая во весь хаос чувств.       — Я устал, Би. Вообще. Мы мотаемся туда-сюда по этой чёртовой планете в попытках спрятаться. Эти вечные остановки на отдых, поиски еды для Рафа, поиски энергона для нас. Мы постоянно в движении. Я уже не могу, понимаешь? Я, любитель гонок и автомобилей, устал от постоянного нахождения на колёсах дни напролёт. Это даже звучит немыслимо! — голос медика сорвался. Не на крик. На исповедь. На принятие их положения.       — Хорошо. Мы можем остановиться. Ты хочешь отдохнуть? — Бамблби с нежностью взглянул на Нокаута, полностью развернувшись к нему и подойдя чуть ближе.       — Я не знаю. Я просто хочу, чтобы всё было как всегда! Нескончаемое ворчание Рэтчета, вечное «подай-принеси», безвылазное сидение на базе в ожидании твоего возвращения, а не это всё…       Изнеможённый медик лишь всплеснул руками.       Бамблби мельком взглянул на Рафа в своих руках и получил в ответ молчаливый кивок. Разведчик аккуратно спустил мальчика на землю и подошёл к Нокауту.       — Я понимаю, — прозвучал тихий писк, когда руки Бамблби мягко опустились на плечи медика. — Потерпи немного, мы скоро будем на месте, и ты сможешь отдохнуть там. Это немного, но может немного помочь.       Нокаут взглянул в синюю оптику Бамблби, полную нежности и спокойствия. Его губы чуть дрогнули, и он тут же кинулся в объятия бота. Разведчик тут же ощутил, как затрясло корпус Нокаута.       Бамблби успокаивающе погладил того по шлему, тихо пища всякую неразбериху, чтобы только лишь его партнёру стало легче.       — Потерпи, пожалуйста, осталось совсем чуть-чуть, — разведчик прижал его ближе к себе, маска чуть сдвинулась с лица, и он оставил лёгкий, почти невесомый поцелуй на шлеме Нокаута.       Два бота стояли в объятиях друг друга несколько минут, пока корпус медика не перестал трястись, а учащённый шум его вентиляции не стал приходить в норму. Нокаут слегка отстранился и вновь взглянул на лицевую пластину Бамблби.       — Давай продолжим путь, — тихий вздох слетел с вокодера Нокаута.       — Как скажешь, — так же тихо произнёс Бамблби, в его пищании слышалось что-то мягкое, похожее на улыбку.       Подняв Рафаэля с земли, разведчик собирался уже сделать шаг вперёд, как ладонь медика ухватилась за его ладонь. Оптика Бамблби пару раз сжалась и расширилась с характерным звуком, когда он перевёл взгляд с их переплетённых рук на лицо Нокаута. В ответ он получил только слабую улыбку на губах медика.       И троица вновь отправилась в дорогу. На этот раз никто не издавал и звука. Только Нокаут, изредка наступая на шаткие камни, тихо шипел, но больше не произносил возражений. Так и прошла большая часть пути, пока боты не вышли на ровную дорогу, которая образовалась после падения корабля. И всё это время Нокаут не выпускал руку Бамблби, идя к нему почти вплотную.       Когда троица была в паре десятков метров от корабля, медик придвинулся к Би ближе и оставил быстрый поцелуй у того на щеке.       — Спасибо, — сказал, почти вздохнул, Нокаут, получая в ответ такой же еле слышный писк.       Проход на корабль был завален камнями, и основная часть «Предвестника» находилась в отверстии между двух больших скал. Двум ботам пришлось идти друг за другом по узкому проёму между камнями и наружной частью корабля, чтобы добраться до хоть какого-нибудь ближайшего входа на него.       Внутри «Предвестника» всё тоже было не в лучшем состоянии. На первый взгляд, кроме повреждений при падении, все системы были отключены из-за недостатка энергии. На всём корабле отсутствовала подача освещения, и боты шли в основном на ощупь. Света их оптик было недостаточно для удобства перемещения по старым, повреждённым коридорам. Нокаут шёл впереди, старательно пытаясь вспомнить расположение основных помещений и проходов на старом корабле десептиконов.       Спустя ещё некоторое количество времени им всё же удалось добраться до зала с командным центром корабля, где они могли бы предпринять какие-либо действия для возвращения корабля в строй.       Skillet — Falling inside the Black       Войдя в нужный зал, троица в полумраке — одна из консолей работала, слабо освещая центр зала, — различила среди столов и кучи труб массивный силуэт. И тусклый свет красной оптики.       — Дрэдвинг?       Тяжёлый бот с грохотом поднялся и вышел к единственному источнику света. Первый лейтенант десептиконов. Или, скорее, бывший Первый лейтенант. Его оптика мельком прошлась по двум ботам, различая силуэт старого товарища и разведчика автоботов.       — Нокаут, — он произнёс имя скорее как констатацию факта, чем как приветствие. Его взгляд был усталым и, как могло показаться, сожалеющим. — И «жучок». Вы пришли за укрытием?       Оптограни медика поползли наверх, и два бота переглянулись.       — Да, но как ты… — неуверенно начал свой вопрос Нокаут, но остановился на полуслове.       — Я не думаю, что ты знал, что я буду здесь. И укрытие — это самый логичный вариант. В конце концов, я здесь для того же, — Дрэдвинг лишь вяло махнул рукой и вновь направился в одну из тёмных частей помещения. — Располагайтесь, берите, что вам нужно. Мне всё равно здесь нечего делать.       Рафаэль тут же взглянул на Бамблби, и два напарника шустро направились к консоли управления. Медик же, как ему давно хотелось, направился к какому-нибудь удобному углу, чтобы наконец перевести дух.       — Ты всё-таки принял верное решение, да? — слабо спросил Нокаут, опираясь спиной об стену и запрокидывая голову назад.       — Да, но… Мне кажется, я начинаю жалеть об этом… — Дрэдвинг расположился на противоположной стороне коридора, а его признание, казалось, прозвучало слишком легко, что привлекло внимание Нокаута.       — Но почему? — голова медика склонилась набок, а взгляд был прикован к летуну.       — Я… Я видел, что произошло. Незадолго до этого я думал… Я хотел поквитаться со Старскримом, но потом ощутил огромный всплеск энергии… — голос Дрэдвинга, тихий, монотонный, затерзал искру Нокаута, он уже понимал, к чему всё идёт. — Когда я прибыл на место, то не поверил своей оптике… А потом пришло осознание того, что я помогал Мегатрону прийти к этому. Это…       — Поэтому ты позволил нам остаться? — слабый вопрос медика вывел Дрэдвинга из горьких воспоминаний.       — Да, — прозвучал его короткий ответ. — Его же должен кто-то остановить. А автоботы с этим прекрасно справляются.       Слабая улыбка тронула потрепанные уголки губ Дрэдвинга, в оптике среди всей строгости можно было различить маленькую искорку чего-то нового.       — Да, прекрасно, — свет оптики Нокаута поблёк, взгляд устремился к полу.       Шёпот, на противовес странной лёгкости бывшего десептикона звучавший слишком тяжело, даже отчаянно, не ускользнул от аудиосенсоров летуна. Его крылья незаметно дрогнули. И он поднялся с места, пересаживаясь к Нокауту. Медик же молча наблюдал за неспешными движениями крупного бота.       — Всё хорошо? Я имею в виду у тебя, — тяжёлая рука опустилась на плечо бота.       — Нет… нет… Это юникроновское отродье решило использовать меня как разменную монету. Сначала я был мишенью для расправы, а потом — козырной картой в его игре с Праймом! Он знал, что Прайм не сможет просто так отправить меня во Всеискру ради Кибертрона!..       Руки Нокаута одолел тремор, и он попытался сжать их в кулак, лицевая пластина исказилась в гримасе, и аудиосенсоры опустились вниз.       — Это второй раз, когда я жалуюсь на жизнь за сегодня. Я провалился. Но…       — Стоило ли оно того? — прозвучал глухой вопрос.       Нокаут перевёл взгляд полуприкрытой оптики на Дрэдвинга, оптограни изогнулись. А после медик неспеша перевёл взгляд на Бамблби, который о чём-то быстро переговаривался с Рафаэлем. Через несколько секунд, словно почувствовав на себе чей-то взгляд, разведчик обернулся в сторону двух ботов. Его дверцы шумно затрепетали, пока из вокодера выходила быстрая серия писков. Сам бот словно светился.       — Да, — нежная улыбка коснулась губ Нокаута, и его лицевая пластина смягчилась, искра словно сама собой обрела покой. Медик поймал себя на мысли, что прямо сейчас у него только одно желание: подойти к своему очаровательному шмелёнку, ухватиться за его очаровательную лицевую пластину и вовлечь в долгий-долгий, приторно-сладкий поцелуй. Словно юнглинг, познающий это прекрасное чувство в первый раз.       Дрэдвинг проследил за взглядом Нокаута, как изменился его взгляд, стоило ему взглянуть на разведчика автоботов.       — И это… оно? То, из-за чего тебе приходится терпеть всё это? Этот жук, который даже не может починить управление без человеческого щенка? — тихо усмехнулся бывший десептикон, но в его голосе не было и капли презрения к автоботу.       — А ты типа смог его починить? И Раф не щенок, — Нокаут перевёл взгляд на Дрэдвинга, его губы искривились в ухмылке. — Но да, это он. Он… напоминает мне, что я могу быть не таким, как раньше.       — Значит, дело не только в базе, доблестных автоботах и выборе лучших условий выживания?       — Дело в том, что у него есть странная привычка… заставлять тебя становиться лучше. Даже когда ты отбиваешься от этого всеми когтями.       Ответ медика звучал тише, более мягко, совершенно не так, как в начале этого разговора. Он звучал так, словно бот понемногу начинал приходить в себя, и скоро вновь начнутся его прежние жалобы и вернётся привычное кокетство. Нокаут отвернулся от Дрэдвинга, опять устремив взгляд на Бамблби и Рафаэля.       — Ты стал слишком мягким, Нокаут, — спустя несколько минут прозвучало ненавязчивое, чуть снисходительное заключение Дрэдвинга.       — Разве? Я что, раньше был похож на Мегатрона? — в оптике медика сверкнула слабая нотка хитринки, а лицевая пластина расплылась в ухмылке.       Губы Дрэдвинга приоткрылись.       — Эй, Нокаут, похоже, я нашёл фотографию Рэтчета, — мальчик оторвался от своего ноутбука, поворачиваясь в сторону красного бота.       Нокаут с тихим кряхтением поднялся с места и быстрым шагом направился к Рафу. Склонившись над мальчиком и взглянув на изображение на экране, медик разглядел в ночном снимке Рэтчета. Бот на нём находился не в своём альтернативном режиме и удивлённо смотрел в камеру, словно не ожидал, что попадётся кому-то на глаза.       — Ну? — бот хитро прищурился, ухмыляясь и глядя на Рафаэля в ответе на неозвученный вопрос.       — Мы же пойдём за ним? — на лице подростка было такое же выражение, как и у Нокаута.       — Определённо. Нам всё ещё нужно починить эту штуку.       И с этим два автобота, взяв в охапку человеческого мальчишку, направились по всё тёмным коридорам к выходу с корабля. Звонкий голос Нокаута эхом отдавался от стен, а за ним слышался такой же звонкий писк разведчика.       Дрэдвинг тоже собрался уйти в одну из запустелых кают, чтобы уединиться и, может, даже перейти в энергосберегающий режим. Но его аудиосенсоры уловили отсутствие голосов, хотя шаги всё ещё отдавались слабым эхом. Любопытство взяло верх над бывшим десептиконом, и он чуть выглянул из-за угла в поисках двух ботов. И ему сразу же открылся вид на Нокаута, который довольно чувственно целовал Бамблби, и Рафаэля, нетерпеливо топающего ногой, скрестив руки на груди.       — Вы долго ещё там стоять будете? Нам ещё по горам спускаться.       — Ой, только не напоминай, — Нокаут всё же оторвался от лицевой пластины разведчика и обречённо вздохнул.       Старший бот попытался подавить смешок от слов Рафаэля. Наблюдая за этим маленьким представлением, у него не было ощущения, будто он видит то, что совсем не должен видеть. Наоборот, в его искре зародилась мысль, что подобные сцены станут рутинными с новыми соседями. И со слабой улыбкой на лицевой пластине он скрылся в одном из коридоров.

***

      Skillet — Whispers in the Dark       Skillet — Awake and Alive       Два спорткара остановились перед одной старой заброшенной стоянкой. Свет фар освещал окутанное ночной тьмой пространство и одну очень знакомую машину скорой помощи. Бамблби без лишних слов открыл водительскую дверь и выпустил Рафа, и оба бота сразу же трансформировались.       — Рэтчет?.. Рэтчет, это я — Раф, — окликнул замаскированного бота мальчик, шустро подбегая к нему, но ответа так и не последовало. — Рэтчет?       — Уходите, — послышался хриплый старческий голос, прозвучавший как отрезавший.       — Но почему? — непонимающе пропищал Бамблби, опускаясь рядом с Рафом.       — Вы мешаете мне заряжаться, — уже от этого ответа Нокаут закатил глаза. Что-что, а Рэтчет никогда не меняется.       — Рэтчет, нам нужна твоя помощь, чтобы найти всех остальных, — Рафаэль предпринял вторую попытку разговорить старого скрягу.       — Да, тогда мы сможем все вместе вновь противостоять Мегатрону, — с уверенностью добавил Бамблби, демонстративно сжимая кулак в воздухе.       Нокаут стоял, всё ещё ничего не говоря. У него уже был свой план на счёт привлечения старого медика в строй, но пока он решил отдать это дело полностью Рафаэлю и Бамблби. Если у этих двух любимчиков Рэтчета ничего не получится, он выпустит в дело главный козырь.       — Мы не можем остановить Мегатрона. Больше нет, — голос Рэтчета теперь звучал более раздражённо и с ноткой смирения к случившемуся. — Война окончена! Мы проиграли…       — Ты сдаешься? — недоуменно переспросил мальчик, а после произнёс с большим напором: — Мы не можем вот так сдаться!       Рэтчет с раздражённым скрежетом трансформировался и предстал перед ними в своей обычной форме.       — Так скажи, что нам делать: нет ни коммуникаций, ни телепорта, никакой базы данных и операционных систем, — возвышающаяся над Рафом фигура медика в ночной мгле казалась ещё больше и устрашающей, он размахивал руками со своей привычной экспрессией.       — Но это всё есть на «Предвестнике»! Мы могли бы воспользоваться оборудованием оттуда, — пропищал Би, быстро закивав головой.       — Би прав. Там техника с Кибертрона, а Старскрим опять с десептиконами. Корабль в нашем распоряжении, — уверенно продолжил Раф. По голосу мальчика было ясно, что он тоже начинал раздражаться от упёртости старого бота.       — Это не слишком-то нам поможет. Ведь теперь у нас нет… лидера.       — Это начало!       — Тогда начинайте без меня. Теперь это не мой бой.       — Так больше никого нет, Рэтчет. Только мы. Только команда.       — Пожалуйста, дайте мне ржаветь в мире.       Рэтчет развернулся и вновь принял свой альтернативный режим скорой помощи, показывая, что разговор на этом окончен. Рафаэль уже хотел развернуться и уйти, как Нокаут решительным шагом направился к старому медику.       И под сомневающиеся взгляды двух спутников он бесцеремонно занял место рядом с Рэтчетом.       — Ну, раз у этих малышей не вышло тебя уговорить, значит, получится у меня. Можешь даже ничего не отвечать. Я знаю, что я прав, — Нокаут начал небрежно, в своей фамильярной манере, словно это была не важная попытка возвращения в команду, а их обычный непринуждённый разговор, и, как и ожидалось, ответа не последовало. — Да ладно тебе, старина, не глупи. Ты же сам понимаешь, что лучше вернуться и работать сообща.       На минуту повисла тишина. Рэтчет оставался неприклонен, а Нокаут, казалось со временем, и не думал продолжать. Он просто сидел рядом и смотрел на груду металлолома перед собой. Даже смотря на него со спины, не было сомнений, что ему не особо нравилось это занятие, но медик не уходил.       — И всё же они правы. На «Предвестнике» есть так нужное тебе оборудование. Его осталось только правильно настроить, — Нокаут вновь прервал тишину, его слова были не столько похожи на уговоры, сколько на простую констатацию фактов. — Ну, там уже обосновался Дрэдвинг, но он не против нашего нахождения там. Слышишь?       — И что с того? — Нокаут скептически взглянул, приподняв одну из оптограней, на Рэтчета, который наконец соизволил ответить ему. — Команда всё равно разбросана по разным частям Земли, мы мало чего можем сделать. Нас и так мало.       — Но, с помощью нужных технологий, мы сможем их отследить и при этом не попасться десептиконам, если правильно настроим оборудование, сам подумай. И разве не ты отправлял нас по этим самым разным местам?       С каждым аргументом, слетевшим с вокодеров двух медиков, этот разговор и вправду начинал напоминать их привычные перепалки. Раф и Бамблби, всё это время стоявшие в стороне и молча наблюдавшие за развитием событий, уже начинали нервно переглядываться. По тону Рэтчета уже было предельно ясно, что он уже раздражён и уж точно будет стоять на своём до конца. И им оставалось только гадать, чего именно добивался Нокаут. Он уж точно должен всё понимать. Иногда его ход мыслей просто сбивал с толку.       Спустя долгих пять минут вновь наступила тишина. Со стороны медика исходило напряжение, ярко контрастируя с непринуждённостью Нокаута. Тот, казалось, наоборот был в приподнятом настроении духа.       — Ладно, так уж и быть. Можешь оставаться здесь, — не смотря на всю меланхоличность и смиренность сказанного, в воздухе повисло что-то подозрительное, Нокаут явно ещё не закончил. — Но, перед тем как мы уйдём, лучше расскажи, что мне сказать Уилджеку, когда он вернётся и не увидит своё «солнышко» в составе команды? Ты хоть представляешь, что с ним будет, когда он узнает, что ты решил тут ржаветь на свалке?       Молодой медик легонько похлопал Рэтчета по крыше и демонстративно начал подниматься. Но в моменте он заметил, как зеркала заднего вида чуть дрогнули. Значит, его козырь сработал. Отлично.       — Ну, в таком случае не удивляйся, если тебя отсюда приедет вытаскивать один из разрушителей.       С этими словами молодой медик развернулся и направился к своим спутниками. Те же, уже успели полностью разочароваться и поникли.       — Пойдёмте, этот скунс непробиваемый, — Нокаут старался звучать с досадой, но ехидная улыбка красовалась на его лицевой пластине.       И пока на него не посыпался поток вопросов, он поднёс руку к лицевой пластине. Со спины, для Рэтчета, казалось, что он прикрывает лицо от безысходности, но для стоящих перед ним товарищей жест был совершенно другим — Нокаут поднял указательный палец к губам, намекая, чтобы они молчали, ведь у него всё под контролем и им действительно стоит уходить. Би и Рафаэлю всё же пришлось воздержаться от лишних вопросов, и они сделали именно так, как просил Нокаут.       Троица направилась в путь. Когда они отъехали на достаточное расстояние, Бамблби всё же решил спросить:       — У нас же ничего не вышло. Чего же ты такой довольный всю дорогу?       — Ну почему же, у нас, вернее, у меня как раз-таки всё получилось, — ответ Нокаута звучал настолько слащаво и приторно, что между слов можно было заметить несколько восторженных смешков. — О, смотри, кто за нами.       Бамблби был немного смущён таким ответом, но всё же решил взглянуть. Поодаль, за пределами слышимости, он заметил знакомый силуэт машины скорой помощи.       — Но как… — разведчик явно удивлён всем случившимся, и даже потерял дар речи.       — Поверь, даже для него есть ниточки, за которые можно подёргать, — теперь Нокаут усмехнулся чуть явственнее и добавил: — А теперь езжай, не останавливаясь. Давай притворимся, что мы его не видели. Поиграем по его правилам.       Боту оставалось только молча согласиться.

***

      izzy reign feat. Cody Jamison, Ryan Ridley, Christian Koo, RandAlive — This Is Halloween       Дрэдвинг перевёл взгляд на уцелевший дверной проём зала управления, и первым, что он заметил, было отсутствие бота, за которым и отправилась троица.       — Не смотри так. Я, между прочим, лучший в убеждении. Он уже идёт за нами, скоро будет здесь, — бывший десептикон не успел сказать и слова, как Нокаут заговорил раньше, проходя вглубь помещения и усаживаясь на выпирающую груду обломков. — Ты же не хочешь сказать, что я проделал такой сложный путь по горам, чтобы всё было зря? Только взгляни на эти царапины!       И медик демонстративно выставил вперёд одну из своих ног, демонстрируя несколько царапин на ступне от каменистых поверхностей.       Раф и Бамблби в это время приступили к очередной попытке разобраться в десептиконских технологиях, поэтому не особо вникали в диалог двух давних коллег.       — Мне кажется, ты слишком драматизируешь. Их даже Шоквейв под микроскопом не заметил бы, — Дрэдвинг приподнял одну из оптограней и перевёл взгляд на лицевую пластину Нокаута.       Как только слова бывшего десептикона достигли аудиосенсоров медика, он тут же театрально и наигранно вздохнул и прикрыл рот рукой:       — Шмеленок, ты это слышал? Да он надо мной издевается! — Нокаут перевёл взгляд расширившейся оптики на разведчика и махнул рукой в сторону Дрэдвинга.       Бамблби пришлось на мгновение отвлечься от того, что говорил ему Раф на счёт настроек пульта управления, и перевести взгляд на своего медика.       — Э-э… Ну… — только и вышло из вокодера разведчика.       — Что? И даже ты не на моей стороне? — Нокаут уже вошёл в кураж театральности.       — Так всё-таки, почему вы идёте не вместе? — Дрэдвинг всё же решил остановить это маленькое представление бывшего сотоварища.       — Ну, раз тебя так интересует, то Верховный скряга решил сначала повыпендриваться и категорически отказывался даже слушать, — неспеша стал объяснять Нокаут, начиная ёрзать на месте и быстро оглядываться, между делом говоря «а тут вообще есть буфер?». — Так вот, нам, как великим актёрам, пришлось состроить грустные лица и уехать. А он там за нами «незаметно» ехал.       — И вы даже не подождали его? — экс-дес пытался выведать ещё хоть что-нибудь у Нокаута, пока тот окончательно не отвлёкся. Ему нужно было хоть как-то скоротать время.       — Чтобы он тут же развернулся и опять отправился на свалку? Нет, спасибо. Не для этого я жертвовал своим прекрасным видом. Ну, а потом нам пришлось идти пешком по этим горам. Уж лучше я пожертвую своими ступнями, чем всей покраской на корпусе. И ему, соответственно, пришлось тоже идти на своих двоих, чтобы мы не заметили шума его двигателя.       Нокаут всё же нашёл (с некоторым трудом из-за периодического мигания света от опытов Рафа и Бамблби) несколько инструментов, чтобы исправить свой так называемый непрезентабельный вид.       — Но я видел, что этот старый скряга всё ещё идёт за нами, поэтому осталось немного подождать, — молодой медик к всеобщему счастью закончил своё объяснение и понемногу стал приступать к устранению царапин.       — Да ладно тебе, он не такой уж и старый, — пропищал Би, не отвлекаясь от того, какие клавиши просил нажимать Раф, когда сам до них не дотягивался, или какие провода подсоединить.       — То есть со «скрягой» ты всё ещё согласен? — хриплый голос резко прервал их разговор.       Все тут же обернулись ко входу на корабль. В проёме стоял никто иной, как Рэтчет. Дверцы на спине Бамблби приподнялись вверх, и он сам радостно запищал.       — Ты неправильно откалибровал энергонный датчик, — старый медик, не теряя времени, направился к пульту управления системами и сразу же начал быстро нажимать на клавиши панели под их характерный звук. — А теперь с дороги, чтобы я мог работать.       — О, Верховный скряга только вернулся, а уже вредничает, — невзначай произнёс Нокаут.       Рэтчет быстро метнул пристальный взгляд в сторону молодого медика, ничего не сказав, но его взгляд говорил о многом.       — Всё, молчу-молчу, — и с этим Нокаут вернулся к полировке царапин, и сейчас движения казались намного быстрее, чем раньше.