Прикосновение (Touched)

— Сколько за ночь? — Пять галлеонов, — отзывается Гарри, поворачиваясь к парню, который сел на барный стул рядом. Его голос до боли знаком, что само по себе странно — почти все, кого Гарри знает, ещё не родились. Гарри чуть не давится собственной слюной. Это лицо он узнает где угодно. Том Реддл смотрит на него с приподнятой бровью, умудряясь одновременно выразить любопытство и настороженность. Гарри поспешно отводит взгляд. Он никогда не умел скрывать свои эмоции, и сейчас его застали врасплох. — У меня сегодня выходной, — врет он. — Извини. Он не станет спать с молодым Томом Реддлом. Он не опустится так низко. — Даже за двадцать пять галлеонов? Гарри сглатывает. Это большие деньги. Их должно хватить на покупку новой мантии, которая понадобится ему на зиму. И все же Гарри колеблется. Он не может рисковать и менять будущее. Он надеется, что найдет какой-то способ вернуться к своим друзьям. Было бы глупо рисковать этим только потому, что он не хочет замёрзнуть. И всё же… «почему один случайный секс с кем-то вроде Реддла должен изменить ход истории? Это же нелепо». — Ладно, — вздыхает Гарри. — Но только если ты оплатишь номер.

~

— Есть что-то, чего ты не хочешь, чтобы я делал? — спрашивает Гарри, когда за ними закрывается дверь. — Не трогай меня ниже пояса, пока я не попрошу. Гарри удивлен. Это странная просьба. — Что-то, чего ты не хочешь, чтобы я делал? — Да, — кивает Гарри и начинает перечислять все то, чего он не потерпит, ожидая, что Реддл прервет его на полпути и уйдёт. Так бывало не раз. Но Реддл только внимательно слушает и кивает в конце. — Раздевайся. Гарри сбрасывает с себя мантию, стараясь не задумываться об абсурдности ситуации. Это плохо получается. Он собирается лечь в постель с парнем, который однажды превратится в психа, совершающего массовые убийства. Теперь они оба раздеты, Реддл ложится на кровать, приглашая Гарри следовать за ним. Парень послушно устраивается рядом, чувствуя, как гладкая, неожиданно тёплая кожа Реддла прижимается к его спине. Натянув на них одеяло, Реддл тихо выдыхает. Гарри заставляет себя расслабить мышцы. Реддл лениво проводит рукой по его груди и животу, нежно утыкаясь носом в затылок. Гарри вздрагивает и слегка наклоняет голову вперед для лучшего доступа. Уголки его рта приподнимаются в легкой улыбке. Кто бы мог подумать, что Реддл любит прелюдию. И такую нежную. Тепло чужого дыхания на плече заставляет кожу покрыться мурашками. Гарри слегка отодвигается назад, сильнее прижимаясь к груди Реддла. Прошло много лет с тех пор, как он чувствовал себя так тепло и комфортно. Он уже боится того момента, когда его спутнику неизбежно надоест обниматься. Рука Реддла замирает над сердцем Гарри, и впивается ногтями в кожу, достаточно нежно, чтобы не причинить боль. Нос сменяется губами, проходясь нежными поцелуями от плеча к шее. Гарри ободряюще хмыкает, когда Реддл достигает его шеи и облизывает чувствительную кожу, прежде чем спуститься ниже, чтобы подразнить его ключицу. Гарри поворачивается в хватке Реддла: — Щекотно. Реддл тихо смеётся, но звук достаточно резкий, чтобы заставить Гарри вздрогнуть. Затем он так нежно касается ключицы Гарри, что кажется, будто все его кости превращаются в слизь, делая тело мягким и податливым. Рука тянущая за плечо не становится сюрпризом, и все же он, кажется, не способен подавить свое разочарование. Видимо, Гарри был более голоден к прикосновениям, чем думал. Что иронично, поскольку он проводит много времени прикасаясь к людям из необходимости. Гарри не сопротивляется, когда Реддл поворачивает его и притягивает к своей груди. Лицом к лицу. Темные глаза задумчиво изучают парня. А затем чужие пальцы утопают в его волосах и начинают ласково массировать кожу головы. В этом есть что-то странно расслабляющее. — Посмотри на себя, — шепчет Реддл, прижимаясь губами к виску Гарри. — Ты идеален. Ты же знаешь это, не так ли? Ты определенно знаешь, что ты со мной делаешь. Гарри слегка хмурится, когда Реддл нежно целует его лицо, все ближе подбираясь к губам. Он понятия не имеет о чем тот говорит, но это, пожалуй, не подходящий момент для обсуждения. Поэтому он просто тихо мурлыкает и слегка приоткрывает губы, когда Реддл наконец целует его. Его губы невероятно мягкие. Мягче, чем у Джинни. Чем у Чжоу. Гарри судорожно выдыхает через нос и нерешительно отвечает на поцелуй. Это, должно быть, самый нежный поцелуй из всех, что у меня были. В то время как их губы двигаются навстречу друг другу, едва касаясь, Реддл вытаскивает руку из волос Гарри и проводит ею по его спине, вдоль позвоночника. Пальцы Реддла останавливаются на пояснице Гарри, не опускаясь ниже, прежде чем медленно подняться снова. Гарри дрожит и сильнее прижимается к чужому телу, трение его твердых сосков о грудь Реддла слишком отвлекает. Когда Реддл проводит языком по губам Гарри, тот инстинктивно открывает рот, желая получить еще больше, чтобы его обнимали, ласкали и целовали, пока он не забудет, кто он и где находится. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Реддл в последний раз поцеловал Гарри в губы, чтобы отстраниться и прижать его голову к своей груди. Гарри запечатлел несколько ленивых поцелуев на теплой коже и закрыл глаза. Он хочет воспользоваться моментом, чтобы насладиться этим теплым, расплывчатым чувством внутри себя, прежде чем Реддл неизбежно перейдет к главному событию вечера.

~

Гарри просыпается в одиночестве. Само по себе это, конечно, неудивительно. Большинство его клиентов уходят после нескольких раундов. Смущает то, что Гарри и Реддл даже не дошли до первого. Он, должно быть, задремал, уткнувшись в чужую грудь. Гарри разочарованно вздыхает и кусает распухшие губы. Что ж, это, безусловно, один из способов избежать оплаты. Мне следовало догадаться, что у Реддла не найдется столько денег. Гарри переворачивается на бок и замирает. На прикроватном столике лежат десять стопок монет, каждая по пять галлеонов. Это в десять раз больше, чем он обычно получает от своих клиентов, и в два раза больше, чем они договаривались. Гарри откидывается на спину и долго смотрит в потолок. Затем уголки его рта начинают подергиваться, и, прежде чем он осознает это, он улыбается как сумасшедший.