Прикосновение (Touched)

Когда Гарри просыпается, он сразу понимает, что что-то не так. Ему гораздо теплее, чем обычно, а одеяло кажется подозрительно тяжёлыми. Не приходится долго размышлять, чтобы понять причину. Реддл лежал у него на груди, уткнувшись носом в изгиб шеи, и его мягкое дыхание на коже заставляет Гарри покрыться мурашками. Некоторое время он просто смотрит на тёмные, слегка взъерошенные волосы Реддла, затем улыбается. Ну, по крайней мере, на этот раз не только я уснул. Гарри запускает руку в чужие волосы, с удовольствием отмечая, насколько они мягкие, даже после целой ночи... чего? Поцелуев? Объятий? Нахмурившись, Гарри медленно гладит Реддла по голове, сжимая волосы чуть сильнее, когда тот выдыхает ему в шею. Чем именно они занимались прошлой ночью? И, если уж на то пошло, в ту первую ночь, когда Реддл его "нанял"? Это не было похоже на обычную деловую сделку. Нет, это было больше похоже на то, как будто… Как будто Реддл делал вид, что я его парень. От этой мысли Гарри перестает гладить чужие волосы. Вот и все, не так ли? Подавляющее большинство его клиентов совершенно не заботятся о том, чтобы Гарри было хорошо. Их волнует только удовлетворение собственных желаний. Так ведь и должно быть, правда? В противном случае в деньгах не было бы никакого смысла. Но Реддл решил, что за это стоит заплатить. Странно. Между делом Гарри замечает, что его вторая рука тоже переместилась, чтобы провести по спине Реддла, и мышцы парня время от времени подергиваются под кончиками его пальцев. Реддл невероятно красив. Гарри отметил это даже в двенадцатилетнем возрасте. И теперь, он выглядит еще сексуальнее, чем четыре года назад, когда ему было шестнадцать. Реддлу не составило бы труда найти кого-нибудь, кто целовался бы с ним бесплатно. Так зачем ему платить Гарри? Почему я вообще об этом думаю? Почему меня должно это волновать? Это лёгкий, и даже приятный, способ заработать. Гарри наклоняется, чтобы поцеловать Реддла в лоб, как раз в момент, когда тот начинает ёрзать. «Пока я не рискую изменить ход истории, нет причин это прекращать. То есть, если Реддл вообще захочет воспользоваться моими услугами снова. В конце концов, это уже второй раз, когда я засыпаю раньше, чем успеваю доставить ему удовольствие». — Доброе утро, — бормочет Гарри, уткнувшись носом в макушку Реддла. К собственному удивлению, его совсем не раздражает тяжесть чужого тела, прижимающего его к матрасу. Даже наоборот — ему это нравится. Тело Реддла словно защитный барьер, отделяющий Гарри от остального мира. Он закатывает глаза от абсурдности собственных мыслей. Я не могу позволить себе забыть, с кем имею дело. Реддл опасен. Он способен на чудовищные вещи. Реддл приподнимает голову с груди Гарри и сонно смотрит на него из-под прикрытых ресниц. Гарри не может не найти это выражение лица удивительно милым. — Доброе утро, — бормочет Реддл, потираясь носом о ключицу Гарри, а затем смотрит на часы. — Мне скоро нужно идти на работу. Но сначала у меня есть к тебе предложение. — Работа? — переспрашивает Гарри, не в силах скрыть удивление. Он имеет в виду «Горбин и Беркс»? Гарри старался обходить эту лавку стороной, потому что не мог вспомнить, когда именно Реддл там работал. «Ну, видимо, теперь в этом нет смысла, раз уж я всё равно привлек его внимание». — Да, — отвечает Реддл, и в его голосе слышится веселье, которое невозможно игнорировать. — Не все из нас работают по ночам, знаешь ли. — Я знаю, — говорит Гарри, чувствуя, как заливается краской. Реддл смеётся и напоследок кусает Гарри за плечо, прежде чем скатиться с его груди. — Сколько ты в среднем зарабатываешь за неделю? Более-менее хорошее настроение Гарри мгновенно улетучивается. Ему не нравится думать о своём плачевном финансовом положении. Когда у него был доступ к хранилищу полному галлеонов, Гарри не приходилось задумываться о том, сможет ли он позволить себе купить то, что ему хочется. А теперь он даже не может купить себе мантию или книгу о путешествиях во времени, не начав беспокоиться о том, хватит ли денег на еду и аренду. Это угнетает. — Не твоё дело. Он чувствует, как Реддл выжидающе смотрит на него, но отказывается встречаться с ним взглядом, уставившись в потолок. Реддл далеко не первый клиент, который хочет поговорить о деньгах. Большинство из них в какой-то момент пытались использовать ситуацию Гарри против него, склоняя ко всяким странностям, обещая кругленькие суммы. До сих пор он отказывался уступать кому-либо из них. И всё же ему немного любопытно, что именно задумал Реддл. Он не был похож на извращенца. — Так, давай посчитаем. Если ты берёшь пять галлеонов за ночь и работаешь шесть ночей в неделю, то это тридцать галлеонов. Допустим, половина клиентов хочет чего-то подороже, это ещё пятнадцать. Итого выходит сорок пять галлеонов. Я все правильно понял? Не совсем. Обычно выходит значительно меньше. За последние несколько месяцев у Гарри появились постоянные клиенты, но он далеко не единственная шлюха в Лютном переулке. Есть много молодых и симпатичных парней, которые гораздо более открыты к сексуальным экспериментам. — Повторюсь, я не понимаю, какое тебе до этого дело, — холодно отвечает Гарри, по-прежнему отказываясь смотреть в сторону Реддла. — Я же сказал, что у меня есть для тебя предложение. Я готов платить тебе в два раза больше за то, что ты будешь проводить со мной пять ночей в неделю. Единственное мое условие — ты должен перестать встречаться с другими клиентами. Я не люблю делиться. Гарри какое-то время озадаченно смотрит в потолок. Потом медленно поворачивает голову к Реддлу: — Подожди. Я правильно понял? Ты готов платить мне девяносто галлеонов в неделю? — Да, — спокойно отвечает Реддл, будто речь идёт о пустяке. — Этого должно быть достаточно, чтобы ты мог жить достойно, я прав? Гарри тупо моргает несколько раз, пытаясь осознать услышанное. Пятидесяти галлеонов, которые Реддл заплатил ему за одну ночь без секса, было достаточно, чтобы заставить его усомниться в здравости этого человека. Но это был единичный случай. Сейчас же Реддл говорит так, будто предлагает сделку, которая продлится как минимум несколько недель. — Ну что? — спрашивает Реддл, когда Гарри продолжает молча смотреть на него. — Что скажешь? — Я… — Гарри прикусывает губу. Он не помнит, когда в последний раз испытывал такое сильное искушение. — Мне нужно подумать. Если бы Реддл не был, ну, Реддлом, он бы сразу согласился. Но Гарри беспокоится о том, что будет, если он слишком сильно вмешается в жизнь этого человека. Переспать с ним несколько раз — это одно. Видеть его почти каждую ночь в течение нескольких недель — совсем другое. — Конечно, — говорит Реддл и встаёт, бесстыдно демонстрируя своё тело. — Просто пришли мне письмо, как только решишься. — Хорошо. У меня нет совы, но я могу отправить тебе Патронус. Реддл, уже потянувшийся за одеждой, замирает и медленно оборачивается: — Патронус? — Да… Это проблема? Реддл моргает и слегка качает головой прежде, чем поднять свою одежду: — Нет. Совсем нет.