Мир

      Лу слушает и узнаёт.       Мирный вечер на двоих, после встречи с Йонасом, был наполнен разговорами и закончился простым: «Всё прошло хорошо».       Они вновь подняли тему сомнений Лу по поводу знакомства с родителями Иво. Аккуратно и ненавязчиво Мартен располагал к откровениям, не один раз повторил то, что для него важны её эмоции и переживания.       Стало легче. Он немного рассказал о своём детстве и подростковом возрасте, взаимоотношениях в семье и родителях в целом.       Со встречей решили повременить. Вернее, видя оставшиеся сомнения девушки, Приор предложил приурочить знакомство к его ежегодному посещению родительского дома, которое должно было состояться через три недели.       Как только расписание Мартена стало приближено к нормированному, разумеется, в рамках должности, а выезды и мероприятия, требующие присутствия двух телохранителей, стали строго запланированными, напарники полноценно перешли в график два через два.       Свой второй законный выходной Лу провела дома, потому что так захотелось.       Дальше два рабочих дня, тренировка пси и новые курсы, смысл которых девушка не до конца улавливала даже после седьмого посещения. Кажется, на них Баретти записал её исключительно ради того, чтобы довольствоваться её недовольством.       Середина рабочей недели, а для псионички выходной. Этому факту Лу радовалась первые двадцать минут после пробуждения. Больше нравилось только то, что и завтра ей тоже не нужно было на работу.       Завлекла рутина. Тренировка в небольшом спортивном зале, что располагался прямо в апартаментах. После — поездка к матери.       Бутик медленно, но верно развивался. Энн нанимала сотрудников, уже не только разрабатывала новые модели одежды, но и училась прописывать бизнес-стратегии.       Дело всё ещё было небольшим, случались эксцессы. Лу старалась поддерживать и помогать, горящие глаза мамы были достойной оплатой труда.       Сегодня как раз таки и был день, когда всё пошло не по плану. Документы, отчётность и всё подряд. Из-за этого женщина хотела отменить запланированную на вечер встречу с дочерью, на что псионичка ответила желанием помочь.       Вернулась Лу не поздно, даже рано, учитывая изначальные планы.       Встречу в более привычном для них формате всё же решили перенести. После неполного рабочего дня единственное, чего хотелось, — добраться до дома, и мама выглядела уставшей.       Скинув с себя уличную одежду, псионичка побрела в сторону ванной.       Конечно, она знала о том, что сфера торговли не её, но сегодня, увидев работу изнутри и выполняя её несколько часов, убедилась в этом окончательно.       Контрастный душ, чтобы взбодриться и хотя бы попытаться привести в порядок тяжёлую голову.       Лу натянула на себя первую попавшуюся футболку, которую прихватила из спальни. По чистой случайности она принадлежала Иво.       «Это ты закинул футболку на мою полку или я залезла на твою?»       Заметив подмену, девушка усмехнулась. Ответа не знала и не то чтобы хотела выяснять.       Замотав мокрые волосы в полотенце и вооружившись телефоном, псионичка прошла на кухню.       В холодильнике ничего не было. Это она знала — утром обсуждали с Иво. Сошлись на том, что Лу зайдёт в магазин, когда поедет от мамы, а он закажет ужин.       Девушка села за стол, согнула одну ногу в колене и поставила ступню на сидушку стула.       Она открыла приложение сервиса доставки. Ехать никуда не хотелось.       «И это я пять часов с бумажками просидела, а ты целыми днями».       Она знала, что ощущение усталости было скорее от непривычки, но Мартена начала понимать немного лучше.       Захотелось сделать что-то приятное для Иво… проявить заботу.       Лу зависла на пару секунд, пытаясь придумать, как удовлетворить резко появившееся желание.       «Крэп, секс-марафон не забота».       Первые мысли имели исключительно горизонтальный характер.       Внимание привлекла потухшая голограмма телефона, и сразу появилась идея.       «Ужин».       И девушка ещё ничего не готовила для него, только вместе с ним. А сама… Кофе, чай, ну и еду грела.       Она снова активировала устройство. Взвесила «за» и «против», вспомнила об оставшемся времени, своих кулинарных способностях и уместности действия.       «Ну, травануться не должен».       В голове появилась картинка из старого фильма: красиво сервированный стол, кухня, на которой не осталось последствий приготовления ужина, вкусная еда и идеальная жена.       «Без идеальной жены».       Не то чтобы Лу считала себя какой-то не такой, но «идеальная» в её голове было равноценно «правильной».       В интернете девушка нашла два несложных рецепта.       Первый был, можно сказать, проверенным — салат с жареными кабачками.       Со вторым пришлось повозиться, чтобы найти тот, в качестве которого в своём исполнении она будет уверена.       Благодаря Иво познания Лу в кулинарии безусловно улучшились, но совместное приготовление казалось занятием более простым, нежели самостоятельное.       Разобравшись с меню и оформив доставку, псионичка написала Мартену короткое сообщение:       «Не заказывай ужин».       После отправилась штурмовать кухонные шкафы на предмет декора для сервировки.              «Где ты это всё хранишь?»       В наличии у Приора подобной утвари девушка не сомневалась. Статус предполагал.       «Сука, почти месяц живу. Надо было экскурсию по всем шкафам просить».       Открыв нижний ящик отдельно стоящего кухонного шкафа, Лу нашла пару небольших стеклянных ваз, чёрные салфетки из плотной глянцевой ткани. Два сложенных чуть ли не идеальным квадратом отреза разной фактуры.       «Херня».       Стараясь не нарушить конструкцию аккуратно разложенных предметов, псионичка достала салфетки.       В ванной точно была пара красивых свеч — Иво устраивал с ними романтический вечер.       Девушка сложила скромный набор на стол, начала налаживать связь с рецептом и более-менее изученным кухонным блоком.       Произведя «настройку», решила отследить курьера, который должен был приехать к входу Инквизиции.       «Крэп».       Она поджала губы, пытаясь понять, когда ей лучше выйти, чтобы никто не ждал.       Оставить заказ у охраны Лу не рискнула. Хотела, но в последний момент передумала, сочтя ситуацию неловкой.       Все приготовления, включая ужин, сервировку стола и уборку, заняли около двух часов.       Раскладывать блюда по тарелкам девушка не спешила.       Последнее сообщение от Иво было получено час назад:       «Надеюсь закончить через полтора часа».       Жаркое в духовке. Салат, по словам автора рецепта, при остывании вкусовые качества не терял, но всё равно был накрыт полотенцем.              Всё готово.       Девушка вновь придирчиво оглядела раз пять переделанную сервировку. В шестой поправила салфетку, чтобы та лежала очень ровно, а не просто ровно.       Свечи зажигать было рано, руки приходилось оттаскивать от зажигалки.       Выругавшись в ответ на своё нетерпение, Лу решила не мучиться, занять себя чем-то. Пошла в гостиную, начала скролить ленту чатов, потом новостную.       Отвлечься получилось ненадолго. Безделье положило начало сомнениям.       «Сука, ты уставший, может, вообще сонный, а я тут с романтикой».       Фыркнула, нахмурилась.       «Нет, дурь, романтический вечер — круто. Он мой жених, а не хер пойми кто».       Последняя мысль отозвалась лёгким трепетом. «Мой».       Оставалось десять минут. Она вернулась на кухню, для того чтобы зажечь свечи, снова осмотрела стол, вспомнила картину из фильмов, сравнила.       «Жду с ужином дома».       Стало уютно, на лице неосознанно появилась улыбка. А потом улыбка превратилась в ухмылку.       «Успеем ещё».       Смелая мысль, появившаяся в моменте, стала в разы привлекательнее повторения какого-то нудного старого фильма.       Лу быстро направилась в спальню. Скинула с себя один из «красивых комплектов» домашней одежды, что появился в её гардеробе с переездом. Убрала его обратно в шкаф.       Уже полезла за рубашкой Иво, но поймала своё отражение в зеркале.       Красивое подтянутое женское тело. Складное, пропорциональное. И изящные линии, и мягкие рельефы мышц.       Самодовольно хмыкнула.       «У Иво есть вкус».       Мысли пустили лёгкую волну возбуждения. У неё тоже был вкус.       Лу скинула с себя бельё, отправила вслед за пижамой. Немного растрепала волосы, придав им привлекательную небрежность.       Предвкушение было непередаваемым. Она уже видела его лицо, выгнутую бровь и загоревшиеся глаза.       Вернувшись на кухню, девушка выключила все источники света, наконец зажгла свечи.       Села за стол, приняв сексуальную позу.

***

      Дом встретил полумраком. Мартен машинально потянулся к пункту управления, чтобы включить освещение, но остановился, уловив свет в кухне.       Оставалось только потворствовать.       Мужчина остановился у входа в комнату. Картина, представшая перед ним, вызвала целый спектр эмоций.       Хитрый, самодовольный прищур серых глаз. Глаз, которые он будет искать в толпе и, несомненно, раз за разом находить именно эти, особенно серые.       Стол напоминал так и не состоявшийся ужин. За ним сидела та, что стала оттиском на сердце. Лу.       Жгучая медь волос, разлитая по плечам.       Ровная, слегка выгнутая в пояснице спина, прильнувшая к спинке стула.       Скрещённые ноги лежали на углу стола.       Идеальная в каждом своём изгибе и черте. Выделенный тенью живого огня силуэт, ставший наваждением.       Она — дева, сошедшая с фрески эпохи Возрождения. Искусная, не опошленная. Живая, а не созданная рукой творца.       Иво опёрся плечом о ближайшую стену. Замер, опьянённый одним лишь её видом, не в силах пошевелиться.       — Ты исключительна.

***

      «Эстет, крэп», — пронеслось насмешливое в голове девушки.       Мартен вновь поражал…       Она была готова поставить крупную сумму на то, что после возвращения Иво не продержится на стуле и пары секунд.              А он… Казалось, что тёмные глаза прошлись по чертам лица, по линиям тела, не ища большего, а упиваясь.       Он не касался, но распалял так, будто его руки дотрагивались до каждого участка кожи.       Восхищённый, пленённый взгляд.       Голос пленил уже её. Низкий, хриплый. На него отозвалось тело. Лу, дразня, провела кончиками пальцев по колену вверх.       Реакция была мгновенной. Приятное напряжение в воздухе вспыхнуло, раскалилось и начало плавиться.       Серые глаза встретились с почерневшими карими.       — Месье Мартен, что мне думать?       Он ответил не задумываясь:       — Что я поражён и восхищён, мадмуазель Рид.       Мужчина начал приближаться. После его первого шага, не выдержав, поднялась и Лу, постаравшись сделать это максимально изящно, а не торопливо слететь со стула.       Иво притянул к себе. Смело, властно. Настойчиво впился в губы, развязывая глубокий и нетерпеливый поцелуй.       Языки переплелись в жарком танце. Девушка обняла его за шею, притягивая ближе, позволяя проникнуть глубже в рот. Желание застыло внизу живота комом, требуя большего. Простонав в поцелуй, она слегка отстранилась, спустилась к его шее, начала спешно расстёгивать форму.       Иво очертил ладонями изгибы. Шумно выдохнул, позволяя ей властвовать.              Туника расстёгивалась торопливо и профессионально, параллельно с рубашкой. По мере появления свободных участков кожи, губы и язык переходили на них, оставляя красные следы, прикусывая.       Как только обе застёжки были преодолены, ладонь Мартена легла на её шею, не сжимая, а вынуждая запрокинуть голову. Языком он прошёлся вверх к уху, затем спустился к груди, лаская соски. Рука с шеи переместилась вниз непрерывной линией, изучая давно изученное тело. Губы поднялись к её губам, не задействуя язык, обхватив сначала верхнюю, а после нижнюю. Пальцы легли между ног, круговыми движениями начиная стимулировать клитор.       Рука псионички, с техническими отвлечениями, справилась с пряжкой ремня, застёжкой брюк. Вторая распустила чёрную гриву. Её движения, так же как и его, были рваными, непредсказуемыми. Когда он спустился к промежности, девушка вздрогнула от неожиданности, поставила ноги чуть шире. Правая рука прошлась по подтянутому прессу ниже, под ткань брюк и белья, заключая в плотное кольцо пальцев половой член, заставляя Иво простонать.       Он разорвал поцелуй. Чуть сильнее надавил на клитор, совершая ещё несколько кругов, срывая тем самым стоны с её губ. Прошёлся дальше, проникая в уже растянутое влагалище двумя пальцами, начиная плавные волнообразные движения.              Лу подалась вперёд, проскулила, удовольствие начало заволакивать взор лёгкой пеленой. Её тело двигалось навстречу, выгибалось, сталкиваясь с его движениями. Оставшаяся на нём одежда не способствовала привычной мастурбации, девушка перешла к поглаживаниям и трению.       Прелюдия испытывала терпение обоих, злила, распаляла и так распалившиеся тела до предела.       Взгляд мужчины бегло метнулся к столу, рушить старания девушки не хотелось. Выйдя, он вернул обе ладони ей на талию, высвободился и сам, вытаскивая её руку из своего белья.       Обескураженная от резко прервавшейся прелюдии, Лу без раздумий устремила на Мартена раздражённый взгляд и тут же обожглась.       Практически одним рывком мужчина приставил псионичку к ближайшей стене. Ладонь легла на её затылок, не допуская дискомфортных ощущений.       Не теряясь, Лу прильнула в поцелуе. Ладони скользнули по его телу, бёдрам, стягивая надоевшую и неуместную одежду, на что до этого попросту не было времени. Поднимаясь, девушка обхватила пальцами одной руки эрегированный член, дразня возвратно-поступательными движениями.       Хрипло простонав, Иво отстранился, слегка склонившись, подхватил её ногу, ставя себе на пояс, прислонился грудью к груди.       Закинув другую руку ему на плечи, псионичка вновь поймала взгляд, отдаваясь и беря глазами. Затаив дыхание, Лу направила его рукой, помогая войти до упора.       Пара стонов и секунд на то, чтобы привыкнуть к проникновению. Придерживая её бедро, мужчина обвил рукой талию, забирая на себя часть её веса, минимизируя тем самым разницу в росте.       Она закинула обе руки ему на плечи, вжалась, втягивая носом древесный запах волос. Когда Иво качнулся, с губ сорвался стон.       Мартен входил до конца, резко, допуская небольшие остановки между фрикциями. Стискивал кожу, притягивая всё ближе, сливаясь. Практически сразу движения начали набирать характерную скорость.       Быстрее, резче. Фрикция за фрикцией.       Вздохи и стоны перебивались слышимыми шлепками. Разум уходил далеко, оставляя место лишь желанию и наслаждению. Рывки. Спешный, практически животный темп вытеснял все мысли.       Пальцы стискивали тела, едва не оставляя следы. Его пальцы на талии и бедре вызывали лёгкую, неважную сейчас боль от сжатия. Её пальцы на его плечах, ногти впивались в кожу от увеличения скорости толчков.       Наслаждение начало скапливаться внизу живота спазмами, руки подрагивали, тело было готово обмякнуть. Оргазм накрыл девушку оглушающей волной даже без дополнительной стимуляции. Она зашлась стонами, задыхаясь, прикусила плечо Иво от безысходности, лишь бы не закричать ему в ухо.       На последнем издыхании, чувствуя её разрядку, мужчина качнулся ещё пару раз, наконец расслабляясь, изливаясь внутрь.       Неспешно и практически незаметно они переместились на диван в гостиной. Оставшийся ужин не позволил сразу лечь в кровать, а уставшее тело слишком настойчиво требовало принятия горизонтального положения.       Постепенно мышцы успокоились, спать не хотелось, а второе желание после оргазма — покурить.       Девушка окинула взглядом гостиную, заприметила лежащую на полке у противоположной стены пачку сигарет.       Прищурилась, концентрируясь, вытянула руку и притянула пачку к себе.       Она нехотя отстранилась от Мартена, заглянула в коробочку.       «Крэп, а зажигалка где?»       Обычно она лежала в пачке, а сегодня использовалась для поджигания свечей, о расположении зажигалки в моменте времени история умалчивала.       Псионичка пару секунд гипнотизировала взглядом уложенные друг к другу сигареты в надежде, что прикуриватель появится рядом с ними сам собой.       — Всё в порядке? — аккуратно поинтересовался Иво.       Девушка отрицательно покачала головой.       — Зажигалка где-то там. — Она кивнула в сторону кухни. — Но я не уверена.       Совершенно невозмутимо Приор поднялся с дивана и пошёл в указанном направлении.       Псионичка не хотела его тревожить, но была искренне рада, что он пошёл вместо неё. А ещё было немного не по себе и удивительно… Просто встал и просто пошёл… Даже просить не надо, а она бы, наверное, и не стала.       «Это Иво».       Лу аккуратно напомнила себе, чему именно удивляется и что делать это пора перестать.       — Лу. — Мужчина оглядывал стол.       — М-м?       — Какого она цвета?       — Чёрная.       Включилась вода.       «Что ты делаешь?»       Из гостиной была не такая хорошая видимость кухни, так что, для чего Мартену понадобилось включить воду, можно было только догадываться.       Через пару минут Иво вернулся, но не с зажигалкой, а со свечкой и кружкой.       — Крэп. Не нашёл?       Мужчина отрицательно покачал головой. А девушка без труда представила, как Приор, в своих приорских одеяниях, будет случайно находить в собственном доме потерянные зажигалки, как иногда случалось в её блоке.       Он сел обратно, протянул ей свечу, оставил сосуд с небольшим количеством воды на журнальном столике.       Лу забрала предмет, вопросительно подняла брови.       — Здесь?       Иво был невозмутим. Откинулся на спинку дивана.       — Да.       О курении в доме была договорённость. Девушка могла спокойно выходить на балкон или улицу, даже ночью, не боясь его разбудить, но в местах совместного пользования Мартен просил не курить.       Псионичка слегка нахмурилась.       — Почему?       Мужчина совершенно обычно пожал плечами, вызывая лёгкое удивление от простого, но нехарактерного для него жеста.       — Не вижу ничего плохого в исключениях. Сейчас я не хочу тебя никуда отпускать.       И Лу не была против такого компромисса. Идти на балкон действительно не очень хотелось.       Девушка достала сигарету, подкурила, поставила свечу на журнальный столик и забрала с него чашку.       В приятную, мурчащую тишину начали пробираться одинокие мысли. Псионичка поджала губы, всматриваясь в мирно дымящийся кончик бумажного свёртка.       — Ты когда-нибудь курил? — проговорила она на грани шёпота, стараясь не разрушить появившуюся атмосферу абсолютного спокойствия.       — М-м? — Иво её не расслышал. — Прости?       Откликнувшись на мычание, Лу повернулась в сторону мужчины, лицезря запретную для других картину абсолютно расслабленного Мартена.       Уголок губ псионички медлительно пополз вверх. Ничего не говоря, она протянула ему сигарету.       Иво вопросительно приподнял бровь, посмотрел на предоставленный ему предмет, а после — на невесту. Поняв, что ответа не получит, мужчина взял фильтр большим и средним пальцами и, убеждаясь в том, что не обожжёт девушку, забрал сигарету.       Поднеся свёрток к губам, Приор сделал глубокую затяжку, кадык медленно качнулся, пропуская никотин в тело. Выдохнув дым, он передал сигарету обратно.       — Вау.       «Это было сексуально».       Откинувшись обратно на спинку дивана и вновь устремив взгляд в пустоту, Лу продолжила говорить.       — Ты умеешь курить, — спокойно резюмировала девушка, ожидая, что последует объяснение.       — Курил около двух лет, после начала службы в Инквизиции.       — Не подумала бы. — Сделав небольшую паузу, она всё же решила высказаться: — Вернее, до того, как я тебя узнала, даже не удивилась бы тому, что ты куришь. Приор, нервная работка, это даже подошло бы… под образ. А вот после…       — Нервы пострадали после одного инцидента…       Приготовившись слушать, девушка устроилась на его плече.       — Ко мне приставляли одного и того же эмпатика для проведения допросов. Из-за совместной работы мы сблизились, не скажу, что стали друзьями, но были в приятельских отношениях. После моего назначения дознавателем я попросил закрепить его за мной. Не прошло и месяца, как его ранили в ходе драки. Он скончался в больнице. Я занимался расследованием этого дела, в вещах, находящихся при нём в момент нападения, были сигареты. Расследованию пачка не помогла, но положила начало моей зависимости.       Лу переплела их пальцы, аккуратно сжала, пытаясь так выразить сопереживание. Она поджала губы, думая, как лучше прокомментировать.       — Трагично и романтично.       — Нет, Лу. У нас не было романа.       По тону Мартена девушка поняла, что он улыбался.       В ней играл интерес. Спокойный голос Иво давал уверенность в том, что тема для него не болезненна.       — Что с ним произошло?       — Нападение с целью ограбления. Сопротивление он оказать не успел — ранили раньше. Если я верно помню, то грабители дезориентировали жертву, оставляя порез на руке или ноге. Он потянулся к кобуре, удар пришёлся в печень.       «Чего?»       Лу нахмурилась от абсурдности появившейся в голове картинки.       — Он эмпатик и не почувствовал угрозы… Да и в печень попасть, целясь в руку…       — Всё объясняется просто: грабители были пьяны.       — Крэп… — Она скривилась. — Пошли на ограбление пьяные и вальнули человека.       Мужчина слегка хмыкнул:       — Непрофессионализм.       Девушка усмехнулась и ушла от не самой приятной темы.       — А как ты бросил?       — Начал работать с Марком, а после и дружить. Он выступил в роли агитатора.       Лу отпрянула, ловя взгляд Мартена.       — Ты шутишь?       В ответ на её удивление на лице Иво появилась улыбка.       — Нет. Он руководствовался простым: бросать лучше вместе. К слову, этим он меня и уговорил.       Девушка улыбнулась, приподняла брови.       — А ты был сильно против?       — Полагал, что в связи с работой сделать это будет сложно, если не невозможно.       Она хмыкнула:       — Получилось же.       — Не у всех. — В тоне прозвучала шутливость.       Лу вопросительно склонила голову, Приор пояснил:       — Марк бросил… через два или три года после меня. В некоторых ситуациях до сих пор прибегает к курению.              Девушка открыто рассмеялась, а после выдала:       — Я представляю, как он брюзжал из-за того, что идея его, а бросил ты.       Иво подхватил её смех:       — О да, до сих пор может припомнить мне это.       Дальше был тихий ужин только для них двоих.       Мужчина даже выключил звук на телефоне, после того как устройство просигнализировало о двух полученных сообщениях и чуть не разрушило всю атмосферу спокойной романтики.       А после, закончив с уборкой, вечер скрасили ещё два оргазма на диване в гостиной.       Смывая с себя остатки их любви, Лу вспоминала его прикосновения, взгляд, умелые и дурманящие движения.       «Крэп».       Девушка поджала губы.       Для того чтобы снова начать приставать и развязывать новый акт, она слишком устала. И это бесило…       Чтобы уйти от навязчивой мысли, псионичка начала смывать шампунь с головы, пытаясь хоть как-то переключиться.       «Или затащить тебя сюда».       В голове мелькнула совершенно бесстыдная картина секса в душе. Горячее дыхание, поцелуи…       В таком ключе от секса она себя ещё не отговаривала и не думала, что будет.       Выйдя из душа, девушка принялась за сушку волос.       Не без усилий, но Лу ушла от этой темы в другую, приближенную.       «Трахаться учат случайные друзья из Термитника».              Усмехнувшись, она поймала своё отражение в зеркале.       «А я училась на месячных интрижках и левых типах из клубов».       Внутри слишком давно сидел интерес…       «Так же, в клубах?»       Эта мысль казалась ей слишком бредовой и нереалистичной. Представить, что чистый парень, ученик семинарии и будущий Приор «обучался сексу» так же, как и она, девушка не могла.       «Опытные бывшие?»       Кое-как досушив голову, Лу оделась в прихваченную пижаму, чтобы никого из них не провоцировать лишний раз, и вышла из ванны.       Иво обнаружился в спальне за прочтением чего-то в телефоне. Спокойный, сосредоточенный.       — Прошу, дай мне минуту. — Мартен на долю секунды отвлёкся от голограммы, после вновь переключил внимание на текст.       — Хорошо.       Лу прокралась к кровати, минимизируя звуки, забралась, сложив ноги по-турецки.       Приор отложил устройство примерно в обозначенное время. Он окинул слегка стушевавшуюся девушку вопросительным взглядом.       — Лу?       — Всё ок. Что-то важное?       Звучала она спокойно и невозмутимо, не создавая почву для беспокойств, которых и не было.       Иво отрицательно покачал головой, придвинулся к ней ближе.       — Нет, обычное. Марк высылал внеуставный отчёт. Чистая экономия времени.       Такое едва ли было ожидаемо, и слышала она об этом впервые, но охотно верила в существование таких отчётов.       Промычав что-то положительное в ответ, псионичка поменяла позу, вытянула ноги, утягивая за собой и мужчину в лежачее положение.       Устроившись у него на груди, Лу принялась разглядывать досконально изученную чёрную домашнюю одежду Приора.       «Может, ты спать хочешь, а я тут со своей болтовнёй…»       Иво аккуратно поглаживал её по плечу, хаотично перебирал не до конца просушенные волосы. В конечном счёте, успокоившись, опустил руку ей на талию.       Девушка поджала губы, немного сильнее примкнула к нему, не решаясь начать разговор.       — О чём ты задумалась? — Тихий расслабленный голос.       Она выпалила как есть:       — О том, насколько ты не расположен к болтовне.       Псионичка буквально затылком почувствовала, как он приподнимает бровь и одаривает её непонимающим взглядом.       Допустив небольшую паузу, в которую наверняка убралось замешательство, Иво выдохнул:       — Лу…       И по тону было слышно, что он начнёт говорить о том, что ей не нужно обесценивать себя, думать, что он не хочет с ней говорить, и так далее…       — Стой. — Перебивая всю предстоящую тираду, девушка реабилитировалась: — Я о том, насколько сильно ты хочешь спать и хочешь ли поговорить?       — Хочу поговорить и не хочу спать.       — Расскажи о своих бывших. — Задумавшись на пару секунд, Лу отпрянула от его груди, поймала взгляд.       Иво слегка улыбнулся, вздёрнул бровь, имитируя серьёзность:       — В хронологическом порядке? — Девушка кивнула, после чего Мартен задал ещё один вопрос: — Тебя интересуют только отношения или… любовницы тоже?       Она поджала губы, думая над ответом.       — Давай сначала про отношения. — Псионичка усмехнулась, добавив: — У меня ещё будет время узнать про твоих любовниц.       Мужчина кивнул, отзеркалив её улыбку. Лу вернулась на прежнее место, удобнее устраиваясь на его груди.       — Если говорить про длительные отношения, они были дважды. С первой девушкой мы были вместе… два года, если не ошибаюсь, с моих двадцати четырёх. Она была моей одногруппницей, но во время учёбы мы не ушли дальше приятельских взаимоотношений, на это повлиял заочный формат обучения. В романтические отношения вступили благодаря случайной встрече после выпуска. Всё весьма заурядно: влюбились, съехались, начали планировать будущее, расстались.       Он сделал небольшую паузу, предполагая, что у девушки могли появиться вопросы.       — Случайная встреча? — скептически протянула она, прося конкретики.       — Да, более чем случайная. — По тону было понятно, что Иво улыбался. — Столкнулись на улице, узнали друг друга и поинтересовались, как складываются наши жизни.       Псионичка усмехнулась:              — Крэп, классическая доштормовая драма.       Мартен хмыкнул:       — Да, есть схожести.       — А почему расстались, если всё было… достаточно серьёзно?       Мужчина тяжело выдохнул, подбирая формулировку.       — Причин можно выделить несколько. На тот момент я уже служил в Инквизиции, моё частое отсутствие в Нью-Пари… скажу мягко: её не радовало…       «Угу, мягко, при мне?»       — А если не мягко? — проговорила Лу насмешливо.       — Бесило. Сильно её злость проявилась после того, как мы начали жить вместе. После она стала относиться к командировкам спокойнее, но так же отрицательно.       Девушка нахмурилась, прикрыла глаза, переваривая только что услышанное.       — А чё ты не свалил?       — Чувства? Недостаточный анализ происходящего? В любом случае, её недовольства не скандалы или упрёки. В тот момент всё было… в рамках допустимого.       — И разошлись вы из-за твоей работы?       — Я бы сказал, что это побочная причина. На протяжении всех отношений мы жили с мыслью, что к семье они не приведут, но, пока были чувства, принимали это. Чувства угасли, мы приняли совместное решение о том, что работа над отношениями будет простой тратой времени, и расстались.       Лу сказанного искренне не понимала. Она нахмурилась, приподнялась, ловя его взгляд.       — Чего? То есть… вы были вместе тупо ради того, чтобы быть вместе?       Иво ничуть не смутился, а её непонимание, по всей видимости, показалось ему забавным. Мужчина слегка улыбнулся, аккуратно уложил её обратно.       — Мы были вместе из-за взаимных чувств, комфорта и положительных эмоций, которые давали друг другу. Плюсов было больше, чем минусов. Да, мы не могли даже представить совместную старость, но в моменте времени это не волновало никого из нас. К слову, пытаясь решить эту проблему, мы пробовали выйти в свободные отношения и быть просто соседями, делящими друг с другом кровать, но успехом это не увенчалось.       «Встречались, потому что удобно жить вместе и трахаться».       Лу сделала свой вывод.       — И кто начал ревновать?       Мартен усмехнулся:       — Оба.       Девушка отзеркалила его жест, не стала медлить:       — А вторые?       Иво покачал головой:       — О них даже вспоминать дурно.       Псионичка поджала губы, аккуратно спросила:       — Всё настолько херово?       — Изначально всё было прекрасно. Я даже думал о том, что она может стать моей женой.       Он сделал паузу, Лу подняла голову и столкнулась с многозначительным, заговорщическим взглядом. Она улыбнулась, предвкушая:       — Рассказывай.       — Мы познакомились на свадьбе Марка и Летиции.       Девушка закрыла глаза:       — Крэп… — Псионичка едва держалась, чтобы не выпалить какую-нибудь глупую шутку. — Она была со стороны Летиции?       — Да.       Лу уткнулась лицом в ладонь, пряча немой смех. Девушка легла обратно, постаралась звучать серьёзно:       — Как себя чувствуешь?       — Прости?       Она усмехнулась:       — По-моему, после всего того, что произошло, ты должен радоваться, что смог избежать такой ошибки. — Интонацией псионичка выделила слово, придавая ему масштаба.       Мартен коротко посмеялся, начал рассказывать:       — Они были не так близки. И к Церкви она не имела никакого отношения, так же как и ко всему произошедшему, я проверял.       — В последнем не удивлена.       — Я бы не назвал их подругами — хорошие знакомые, перестали общаться они ещё до нашего расставания. Уже не вспомню, при каких обстоятельствах она оказалась в списке гостей. Мы были вместе около года, и сначала всё было хорошо, даже… слишком. После Приор всерьёз задумался о своей отставке и решил вводить меня… в светскую тусовку.       Лу скорчилась, будто почувствовала неприятный запах.       — И тут всё пошло по пизде. — Вопрос стал утверждением.       — Да. Приор настоял на том, чтобы я появлялся на вечерах со своей партнёршей, якобы этим я подчеркну серьёзность и статусность инквизиторов.       — Она была чистой?       — Да…       Иво хотел продолжить, но она его перебила.       Не отходя от темы, девушка быстро задала ещё один вопрос:       — А первая?       — Нестабильная.       — Угу. Прости, продолжай.       — За три месяца, если я верно помню, на вечерах она появилась около четырёх раз. Но за эти четыре раза её поведение изменилось в корне…       Мартен замолчал, подбирал формулировки, Лу помогла:       — Стала зажравшейся светской фифой.       — Если говорить грубо и коротко, то да. Для неё стал слишком важен статус, мнение общества, внезапно появилось неоднозначное отношение к псионикам. Она стала подчёркивать достаток, даже успела побывать в околопубличном скандале. О её присутствии в духовном обществе быстро забыли благодаря Приору. И из моей жизни она исчезла — с криками, разбитой посудой, но исчезла.       Лу протянула:       — Пиздец… — После возмутилась: — И ты три месяца терпел?       — Два. Её поведение менялось не резко, постепенно. Вначале я даже не придал этому значения из-за сильной занятости. Могу сказать, что, возможно, это был… акт привлечения моего внимания. Я действительно стал меньше времени уделять ей и отношениям, став публичным человеком. В разговоре она отрицала эту возможность, заявив что-то в духе: «Я меняюсь в лучшую сторону, а ты только больше пропадаешь на работе», после чего отношения и закончились.       — И после этого?..       — Через год после расставания я стал Приором и в серьёзные отношения больше не вступал.       Лу улыбнулась.       — До определённого момента.       Иво поцеловал её в макушку.       — До определённого момента. — Мужчина сделал небольшую паузу, после произнёс: — Что скажешь о своём прошлом?              Девушка хмыкнула. Поднялась, поставив ладони вдоль его тела, перекинула ногу через бёдра, села. Начала говорить нарочито медленно, задумчиво:       — Бывшие — отношения максимум на пару месяцев, из которых я убегала. Любовники — случайные парни и девушки в клубах или из круга знакомых. Ничего интересного или примечательного.       Мартен сел, поставив одну руку за спину для опоры. Второй обхватил Лу за талию, притянул ближе к себе.       — Первая любовь?       Псионичка тяжело выдохнула, погрузилась в воспоминания. Сейчас она явно не хотела говорить, тем более об этом.              — Долгая история.       И её настрой совпадал с настроем Иво. Он потянулся к её губам, но девушка остановила, упёрла ладони в его грудь и повалила на спину.       — Ты не ответил на мой главный вопрос.       Мужчина вопросительно вскинул бровь, заправил за ухо упавшие на её лицо рыжие пряди.       Лу уже не хотела знать ответ. Тело тянулось к нему, внизу живота застыло желание. Она чувствовала, как в ягодицы упирался член. И видела взгляд мужчины.       — Где ты научился трахаться?       — В таком случае нужно было говорить не о бывших, а о любовницах.       Он огладил ладонью её формы, запустил руку в рыжие волосы, притянул к себе. Прошёлся языком по её шее, оставил поцелуй в уголке губ.       Лу вздрогнула, приподняла подбородок, позволяя ему делать всё, что только захочет.       — Полагаю, мы можем отложить этот разговор. — Не утверждение, а предложение. Он слегка ослабил хватку, давая возможность отпрянуть.              Девушка развязала поцелуй, нетерпеливо, с напором проникая к нему в рот языком. Прошлась рукой по его плечу вверх, провела большим пальцем с нажимом от ключиц до кадыка, не задевая его.       — Можем, — прошептала в губы Лу и, в отличие от него, возможности отпрянуть не давала.