Зутопия / Zutopia

Глава 19: Запущенный план / Chapter 19: A Plan Set In Motion

※※※

      [REDACTED]: Это Шикаку?       [Шикаку_Дж]: Кто это?       [REDACTED]: Скажите, вы недовольны своей работой?       [Шикаку_Дж]: Это рабочий чат, так что вы явно из наших. Не поведусь на это, HR.       [REDACTED]: О нет, заверяю вас — я не из Комиссии!       [REDACTED]: Более того, я против Комиссии!       [REDACTED]: Недавно через ваш стол прошёл определённый документ на проверку законности. Подписан президентом и журналистом.       [REDACTED]: И я знаю, что вы ещё не успели загрузить его в систему, похоронить под мёртвыми ссылками и объявить «публичным», как того требуют корпоративные контракты. Вам, наверное, интересно, откуда мне это известно, учитывая, что о нём знали лишь трое в Комиссии: президент, вы и...       [Шикаку_Дж]: Значит, вы — тот третий?       [REDACTED]: О, вовсе нет! Я сторонний наблюдатель.       [REDACTED]: Не беспристрастный, разумеется.       [Шикаку_Дж]: Чего вы добиваетесь?       [REDACTED]: Возвращаюсь к изначальному вопросу, дорогой клерк!       [REDACTED]: Скажите, вы недовольны своей работой?       [Шикаку_Дж]: Да, но мой контракт почти истёк, да и платят тут хорошо.       [REDACTED]: Если бы я предложил вам возможность... скажем, взбунтоваться и разорвать контракт досрочно, заслужив уважение, вы бы заинтересовались?       [Шикаку_Дж]: Это пахнет разводом.       [REDACTED]: Понимаю ваши сомнения.       [REDACTED]: Что ж.       [REDACTED]: Я — Нэдзу!       [REDACTED]: Уверен, вы обо мне слышали :)       [Шикаку_Дж]: Враг Комиссии номер один, да?       [Шикаку_Дж]: И почему обратились ко мне?       [Шикаку_Дж]: Я мелкий клерк, на которого все сваливают свою работу.       [REDACTED]: Именно поэтому!       [REDACTED]: Как много секретных документов, по-вашему, проходит через ваш стол — несмотря на отсутствие допуска?       [Шикаку_Дж]: Слишком, блять, много.       [REDACTED]: Восхитительно!       [REDACTED]: Как насчёт заключить сделку?

※※※

      Ямада Хидзаши, махнувший рукой Кейго (их секретарю с многомесячным стажем, который иногда заглядывал на занятия по геройству), попытался собраться с мыслями. Это сейчас неважно. Он открыл дверь кабинета Нэдзу и увидел, как миниатюрный директор стучит лапами по клавиатуре.       Зловеще!       — А, Ямада! — Нэдзу откинулся в кресле, указав на стул и ухмыльнувшись. — Рад, что ты присоединился! Как ты уже знаешь, Изуку и я работаем над проектом. Мы достигли этапа, когда пора привлекать союзников... и посвящать их в детали!       Хизаши сглотнул, чувствуя, как пот стекает по виску. Если замешан Изуку, ничего страшного... правда?       — А-а что это за проект?       Нэдзу ухмыльнулся ещё шире и усмехнулся.       — Ну, мировое господство!

※※※

      — Простите? Асума Кинтачи?       Мужчина напрягся.       — Это смотря кто спрашивает, — пробурчал он, не оборачиваясь сразу.       В ответ раздался смешок, заставивший его наконец повернуться. Он едва не выронил пакеты с продуктами от неожиданности.       Перед ним стояли двое — если считать второго юридически человеком. Низкорослый из пары был легко узнаваем для любого, кто хоть что-то смыслил в геройских делах, особенно в сфере деятельности Кинтачи. Ростом меньше метра, в костюме и кроссовках, с белой шерстью и шрамом над глазом — Нэдзу.       Взгляд Асумы скользнул ко второму. Тот был невысок по меркам взрослых, но не критично. Руки засунуты в карманы бежевой куртки, светлые волосы прикрыты бейсболкой, а солнцезащитные очки скрывали нижнюю часть золотистых глаз.       — Привет, — парень хрипловато ухмыльнулся. — Лет десять не виделись?       Из-под куртки выглянуло алое перо и махнуло.       Кинтачи побледнел.       — К-Кейго? Ты... ты...       Парень (ведь он всё ещё мальчишка!) рассмеялся.       — Да, ты так и не привык звать меня Ястребом, да? Видимо, поэтому тебя перевели. Единственное имя, которое я запомнил... и единственное, которое хотел. Отлично выглядишь, Асума!       — Как... как вы-?       Нэдзу мурлыкнул.       — Наш общий друг обнаружил его и изменил условия проживания. Но мы пришли не за этим!       Кинтачи выпрямился.       — У меня не было выбора, поверьте...       — Расслабься, — Кейго поднял ладони. — Дело не в этом. Ну, частично, но ничего плохого. Просто хотим... помочь друг другу.       — О чём вы?       — Хм! — Нэдзу щебетнул. — Может, отнесёте продукты домой, и мы поговорим там?       Кинтачи покачал головой.       — Если хотите, чтобы нас подслушали — да. Вы же знаете: сотрудников Комиссии, считающихся угрозой, никогда не оставляют без присмотра.       — Не знал! Занесу в список. Тогда — где нам встретиться? Думаю, наше предложение вас заинтересует. Учитывая историю Кейго и то, что ты видишь на новой должности.       Мужчина напрягся.       — Прошло десять лет. Почему сейчас? Зачем ждали так долго?       Нэдзу улыбнулся, а Кейго фыркнул.       — Потому что, — сказал директор, — у меня наконец есть готовый план. Итак, клерк финансового отдела... хотите отомстить им?       Челюсть Кинтачи сжалась и разжалась.       — ...Да. Что я могу сделать?       — Прекрасно! — Нэдзу хлопнул лапками. — Для начала: знаешь, сколько они присваивают и откуда?       Тот усмехнулся без юмора.       — Знаю ли? Могу рассказать по памяти. Устрою встречу с вашим бюджетным отделом — пришлите счёт, и я «случайно» загляну. Какая досада...       Кейго фыркнул. — О да, Зукс тебя одобрит, Асума. До скорого!

※※※

      — Вы хотите захватить мир?       Нэдзу мудро кивнул.       — Конечно, всё началось как шутка. Но Изуку помог выявить изъяны общества и предложить... любопытные решения. Я не удержался от совместной проработки планов, и теперь мы намерены воплотить их. Надеюсь,ты не станешь препятствовать, Айзава.       Шота провёл рукой по лицу.       — Конечно, Проблемный Ребёнок замешан. Когда это начнётся?       — В лучшем случае — после четырнадцатилетия Изуку. В худшем — во время его второго семестра здесь.       — То есть школа перестанет существовать.       — Напротив! — Нэдзу рассмеялся. — Я планирую сохранить её на долгие годы! Правда, помогая Изуку управлять страной (а затем и миром), я не смогу оставаться директором. Поэтому школу возглавит тот, кому доверяю... кто годами работал со мной и заботится о новом поколении...       Шота застонал, пока Нэдзу тянул паузу.       — Только не это.       — Ты отказываешься от должности? Полагаю, правительство тебя не интересует, но если это не так...       — Нет, я точно не хочу быть частью вашего правительства. Вы с Проблемным Ребёнком станете диктаторами, а мне не нужно быть рядом, когда вас прикончат.       Нэдзу хихикнул.       — Говоришь, будто это неизбежно. Но ты недооцениваешь проработанность наших планов!       — И как вы планируете устранить нынешнее правительство? Комиссия едва терпит вас, а ты не политическая фигура. Никто не примет, если вы устроите анархию и объявите себя Императором.       — А вот это уже часть планов! Но мне важно знать, что ты хотя бы не станешь мешать — даже если откажешься от поста.       Шота вздохнул.       — Признаю, обществу нужны перемены. Если вы осуществите их, не слетев с катушек и не став маньяками — пожалуйста. Но... — он активировал причуду, сверкнув глазами, — перейдёте черту...       — Разумеется! — Нэдзу сохранял бодрость. — Ты герой, долг понятен. Чаю?       Шота буркнул:       — Нет.

※※※

      — Эй.       Хоукигуса, вопреки здравому смыслу, остановился у тёмного переулка.       Расслабился, узнав голос:       — А, Даби. Как дела? Надеюсь, ничего криминального в переулке не затеваешь...       Подросток с шрамами усмехнулся, выйдя из тени:       — Не, просто поболтать. Уборщик — уборщику.       — Профсоюз достаёт?       Парень поднял ладони:       — Да нет, не в них дело. Просто знаешь — они недолюбливают меня за работу в Юэй.       Хоукигуса фыркнул:       — Уборщик он и есть уборщик. Даже с льготами от Юэй профсоюз не помешает. Кто знает — может, они единственные, кто не даёт школе урезать твою зарплату?       — Хех, возможно. Ладно, вопросы есть.       — Конечно! Нужны ещё советы?       — Не, твои старые ещё работают.       Хоукигуса усмехнулся.       — Ладно, ладно. Чем могу помочь?       Даби вздохнул.       — Помнишь, как ты вечно жалуешься на работу?       — Не на работу, а на место работы. Люблю быть уборщиком, просто ненавижу контору.       — Точно, Агентство Десутегоро, да? Как там... Подлый Удар?       Хоукигуса фыркнул.       — Тупое название для тупой конторы. Боже, если бы кто-то выслушал уборщика — столько грязи вывалилось бы на этих героев... Но нет! Кто поверит пареньку со шваброй? Никто!       Даби наклонил голову.       — Кажется, я знаю одного типа.       Тот замер.       —... Серьёзно?       Подросток осклалился.       — Ага. Они обожают компромат на героев. Интересно?       Хоукигуса оценивающе посмотрел на младшего уборщика, которого взял под крыло полгода назад.       — Заинтриговал!

※※※

      Маиджима вздохнул.       — Значит, ты всё-таки слетел с катушек.       Нэдзу хихикнул, пригубив чай.       — Я не «слетел», дорогой мой! Просто нашёл недостающий элемент.       — Зелёный малыш.       — Именно! Кто-то столь человечный, но равный мне по интеллекту, стал недостающим элементом! Теперь все шестерёнки встали на свои места!       — И зачем ты мне это рассказываешь?       — По двум причинам! Первая — не обсуждается: ты не будешь нам мешать.       — А вторая?       — Согласен ли сотрудничать? Ты знаешь законы о снаряжении поддержки как никто. Мне не хватает твоей экспертизы. Мы перепишем законодательство, исправим ошибки, которые привели общество к этому пути.       Маиджима нахмурился.       — К какому пути?       — К пути героев и злодеев... и того, как они возникли. — Нэдзу вздохнул. — Ужасно, что люди борются друг с другом из-за неконтролируемых причуд. Законы не защищают слабых. Как сказал Изуку: Нужно изменить общество, где важны не причуды, а характер и навыки.       —...Согласен на одном условии.       — Готов выслушать!       — Хочу полный контроль над законами о снаряжении поддержки.       Нэдзу оскалился.       — Разумеется! Добро пожаловать в команду!

※※※

      Итачи Тенгу был коррумпирован.       Он знал это. Его друзья знали. Даже уличный пёс, наверное, догадывался.       В правительстве и КОБГ это не было секретом. Но публика верила его обаянию, когда он того желал.       Не буквально, конечно — его причуда не лишала людей рук или оружия. Но он умел очаровывать, втираться в доверие ровно настолько, чтобы получить своё, а потом оставлять жертву в растерянности: Как я вообще согласился?       И нет, это не его причуда.       Его причуда называлась Доверчивая Улыбка — она засевала в головах мысль: Этому человеку можно доверять. Конечно, дальнейшие действия Итачи определяли, останется ли доверие... но суть не в этом. Он мастерски управлял этим — потому и стал политиком!       Его... спонсоры вкладывались в него, а он, в ответ, вкладывал в себя! Когда нужно было протолкнуть закон — он ускорял процедуру, подмазывал нужные карманы, чтобы голоса склонились в его пользу.       Он годами сидел в кресле, выигрывал выборы и прятал тёмную сторону. Публику усыплял просто: улыбка, пафосные речи, упоминания о «многолетнем опыте» и «стабильности» — готово, голоса его.       А вот тёмная сторона приносила ему кайф. Зачем копить взятки, если не тратить? Можно, конечно, на виллу, машину, проституток... но тогда спросят: «Откуда деньги, скромный слуга народа?»       Приходилось жить скромно, изредка балуясь. Но транжирить «честно нажитое» было рискованно.       По крайней мере, публично.       Чёрный рынок — другое дело. Анонимные сделки, отмытые деньги, никаких следов. Никто не узнает.       Всё началось с боёв. Нелегальных, конечно, особенно тех, где разрешены причуды. Но в этом и был кайф! Ставки, крики толпы, общение с такими же продажными тварями. Выиграл — больше денег. Проиграл? Мелочь, не жалко.       Потом пришли наркоторговцы. Обмен веществ на услуги, а иногда — голоса. Его политический соперник внезапно «засветился» с партией Триггера. Тот клялся, что не видел наркотики, но избиратели «знали правду». Разве Итачи Тенгу станет им лгать?       Никогда!       Потом азарт притупился. Ему стало мало. Он искал новый «кайф» — без наркотиков. Так он узнал о сети бандитов.       Он появлялся там редко — только с железным алиби. Иногда спонсировал их, иногда покупал «понравившееся». Подчинённые, обязанные ему, прибирали следы и неугодных. Удовлетворение приходило во всех смыслах.       Никто не должен был узнать.       Никто.       Так откуда это письмо?       Незнакомый адрес. Никто из его круга не знал о нём. В ярости он ответил: «Чего вы хотите?»       В ответ — лишь смайлик с улыбкой.       Итачи Тенгу был коррумпирован. Он знал это, но осознал в полной мере лишь тогда, когда наручники щёлкнули на его запястьях, а детектив с причудой детектора лжи поволок его в участок. За зеркалом он чувствовал чей-то взгляд — того, кто прислал письмо. Итачи орал, зная, что за ним насмешливо наблюдают.       Его упрятали в тюрьму в смирительной рубашке.       — Ну что, — промурлыкал Нэдзу, — как ощущения после первого «убийства», Шикаку?       Мужчина потянулся.       — Мелочь.       Цукаучи вздохнул.       — Значит, это теперь будет регулярно? Боже, Нэдзу, когда ты говорил о демонтаже правительства, я не думал, что ты имел в виду по одному человеку в день!       — Охо! — Нэдзу рассмеялся. — Скоро всё рухнет, но сначала — фундамент. Изуку помогал, но теперь моя очередь. Напомни, какую должность он занимает? Кажется, им нужен новый... кем бы он ни был, а я давно хотел в политику!       Шикаку засмеялся. Цукаучи снова вздохнул.       Это было только начало.

※※※

      — Нэдзу, зачем экстренный сбор?       Нэдзу, стоявший на стуле во главе стола, мурлыкнул:       — Вы и так знаете.       Преподаватели переглянулись. Айзава ударился головой об стол.       — Ты всем рассказал?       — Хотел единства! Считайте это военным советом!       Каяма нервно дёрнулась.       — Мы серьёзно? Это не шутка?       Цементосс вздохнул.       — Это Нэдзу. Он не станет так стараться ради шутки.       — Станет, — пробурчал Снайп.       Эктоплазм кивнул.       — Что ж, — сказал Нэдзу, — благодарю за поддержку меня и Изуку. А теперь... захватим мир!