Вечное, смертное и то что между ними вышло

Ризли не спал почти двое суток. Он носился по дому бесшумно, как ветер, оставляя за собой только запах бульона, звук кипящей воды и стопки книг, которые начали скапливаться на полу у гнезда. Где-то он раздобыл старые тома, изданные задолго до появления Фонтейна — о драконьих родах, уходе за яйцами, об инстинктах и температурном режиме вынашивания. Половина текста была написана сносками в стиле полумифов которые воспринимались как сказки, но он читал всё. — «Яйцу нужен стабильный источник тепла.» — бормотал он себе под нос, поправляя грелки. — «Ткань из натуральной шерсти. Температура не должна колебаться больше чем на два градуса. Что за чёрт…» Он аккуратно перевернул яйцо в гнезде, будто боялся уронить, хотя оно лежало в глубокой, надёжной корзине. На коже оставался слабый отпечаток тепла — как пульс. Невиллет с кровати наблюдал за этим с полуприкрытыми глазами. Его тело уже не болело так отчётливо и он мог приподняться сам. Видимо драконья природа действительно ускоряла восстановление. — «Ты перегреваешь грелку.» — наконец заметил он, голос всё ещё чуть хриплый. — «Я не перегреваю. А просто подстраховываюсь.» — «Яйцо не замерзнет без нашего ведома, успокойся.» — «А я не успокоюсь.» — продолжал спорить Ризли. На кухне булькало. Ризли сразу бросился туда. Позже он поставил перед Невиллетом суп. Вид у блюда был странный — будто бы это был компромисс между морской ухой, овсянкой и чем-то с корнем лотоса. — «Белки, кальций, железо. Всё, что ты мог потерять.» Невиллет попробовал но сразу же поморщился. — «Это не еда. Это алхимический эксперимент.» — пожаловался Невиллет. — «Зато ты встанешь на ноги быстрее.» — «Уже стою.» — «Тогда будешь стоять крепче.» — продолжал настаивать Ризли. Он стал кормить его по часам, как по инструкции. Заваривал травы. Менял постель. Вставал несколько раз за ночь, чтобы проверить, не остыло ли гнездо. ⸻ На третий день Невиллет уже сам дошёл до гнезда, не опираясь на стену. Он сел, провёл рукой по яйцу. Оно было тёплым. Тонко отозвалось внутри — крошечным, едва ощутимым движением. Ризли замер, заметив. — «Оно тебя узнаёт?» — «Похоже на то.» — «А меня?» — «Возможно» — саркастично подметил Невиллет. — «Если не замолчишь — запомнит точно.» Ризли подошёл ближе. — «Ты слышишь нас?» — сказал тихо, почти неловко. — «Это твой… ну. Мы рядом. Мы здесь.» Яйцо не ответило, но через пару минут, когда Ризли снова проверял температуру грелок, оно слабо повернулось, будто ищет звук. — «Работает.» — констатировал он. — Я могу говорить. Могу читать. Петь не буду. Ни за что. Невиллет в ответ только хмыкнул. Позже, когда он снова лёг, Ризли сел рядом и открыл одну из книг. — «’’О связи между драконом и нерожденным детёнышем’’… Глава третья. Я прочитаю вслух. Не возражаешь?» — «Только не делай голос, как у актёров радио.» — «Это мой обычный голос.» — «Тем более не делай.» ⸻ Ночь прошла спокойно. Невиллет спал. Ризли дремал на стуле у гнезда, держа в руках книгу. Яйцо слегка светилось в темноте. И в этой мягкой, приглушённой тишине уже чувствовалось настоящее домашнее спокойствие.