Сердце из песка

      Порыв горячего ветра лизнул сухое лицо. Песком царапнул не до конца прикрытую кожу. Дышать на мгновение стало трудно, и Гэвин резко сквозь зубы побольше воздуха втянул. Через плотную ткань банданы чутка кислорода зацепил в этом резком порыве, вездеход выправил, пытаясь уйти с траектории самума. Пока только слабые порывы чувствовал, но прекрасно знал, что если в эпицентр заедет, то живым оттуда не выберется. Вглядывался в горизонт сквозь пыльные очки, пытаясь рассмотреть движение ветра по волнам на барханах. Левее взял. Прибавил газу.       Не хотелось ночевать в пустыне, хотелось уже быстрее до ворот добраться, сдать товар да отмыться от песка в кадке при мотеле. А если вот из-за ветра задержится, то придётся палатку в песках ставить. Там уже и товар очнуться может. Повторного удара по голове не выдержит, а за мёртвое тело беглеца оплата охотнику меньше полагалась. Не хотелось из-за пяти десятков весь этот путь через пустыню совершать, свои силы тратить, газолин, время. А вот сотня — стоила таких усилий. На сотню можно прикупить коробку патронов, упаковку наконечников для болтов, еды и воды.       Начиная свою деятельность охотником за головами, Гэвин считал, что в лёгкий бизнес вписывается: знай себе, отлавливай беглецов за пределами Границ да сдавай патрулю. Сейчас бы отпинал сам себя за глупость. Совсем не лёгкий бизнес: тяжёлый и изнуряющий. Уёбки, не желающие сдаваться, лютая жара, постоянное ощущение песка на коже, нехватка денег и припасов. Не стоило забывать и о выматывающих встречах с суперинтендантом гарнизона. Благо, не частых. Очень надеялся, что и в этот раз ебанутого андроида не будет на месте, а выдача оплаты пройдет через казначейство. Разве он не заслужил за все эти три дня в ебучей пустыне небольшого поощрения в виде быстрой оплаты, а не странной беседы с жутким роботом? Заслужил! Маленькой такой удачи. И ещё не попасть под песчаный смерч. Пусть же Фортуна будет к нему благосклонна сегодня!       Наговаривая краткую молитву, что помнил с детства, мчал по пескам в сторону городских ворот Мирны. Гусеницы вездехода быстро скользили по хрустящему песку. Старенький транспорт Рида резво с бархана скатился, с рёвом на следующий взобрался. Осторожничать, высматривая остатки каменных развалин не было времени, так что Гэвин гнал, что есть мочи: расплавленный диск солнца уже заходил за горизонт на западе, а на востоке сквозь пыльную пелену краснела острым краем луна. Пять минут до наступления холодов. Семь — до каменных ворот, что виднелись в отдалении. Шесть — до заглохшего от резкого похолодания двигателя. Плохой расклад. Пальцем потянул рычаг, активировавший дополнительный бак топлива. Машину тряхнуло. С беспокойством покосился назад, на примотанное к багажному отделу тело. Вроде крепко зафиксировал — не должно было слететь. На месте было.       Гэвин себе прилично задницу отбил на максимальной скорости, но успел добраться до таможенного пункта. Руки слегка вибрировали, пока стаскивал перчатки и ослаблял рукав куртки, чтобы показать профессиональную татуировку. — Гэвин Рид, охотник за головами, седьмой округ, шестнадцать точка Эм, — сержант за пластиковой перегородкой подозрительно сверял изображение на экране с лицом человека на вездеходе.       Рид стянул с лица платок и очки от пыли, но всё равно был уверен, что сейчас мало походил на собственную фотографию в базе: грязное лицо, взъерошенные волосы и прошедшие годы, не пощадившие некогда симпатичную мордаху. Устало по лицу провёл, стряхивая остатки песка. — Вам бы обновить фотографию, — кивнул таможенник, сканируя его татуировку с кодом и делая пометку на терминале о возвращении. — Обязательно. Первым делом, — дежурно солгал Рид. — Вам уже говорили, а вы не делаете, — проворчал молодой офицер, открывая ворота. — В следующий раз со старой фотографией не выпустим. Я сделал пометку.       Этот молодой был, ретивый. Обычно остальным ребятам за пультом плевать было, а этот говнюк пометку сделал. Знал бы он, как Рида бесил бюрократический ад регистрационного отдела. Терять целый день, простаивая в очередях ради свежей фотки — уж лучше пулю себе в глаз пустить.       Гэвин хмуро кивнул в ответ, скрипнув челюстью. Какой толк объяснять это всё чистенькому пацану за стойкой — только лишний раз глотку драть. Видимо, вместо суток полноценного отдыха ему теперь предстоит ебучая фотосессия. Дерьмище полное.       Завёл свой вездеход в ворота. Терпеливо дождался в зоне досмотра проверки транспорта и товара. Трое вооружённых пограничников, отсканировав код на шее беглеца, убедились, что он в розыске находился. Просмотрели вездеход на случай запрещённого ввоза. Рид спокоен был — ничего такого у него не было. Только мелкая пустынная гадюка выползла из гусеницы, потревоженная людьми. Даже пуль тратить не стали: один из вояк её ловко ботинком в землю втоптал. — Чисто! — махнул рукой, и открылись следующие ворота.       Гэвин вернулся в Мирну.       Первым делом отправился в главный штаб гарнизона, чтобы получить деньги. Развязал тело и, вручив его страже, прошёл в казначейство. Терпеливо сунул руку в сканер при входе в офисное здание. «Ваш номер… Ноль запятая семь», — сообщил механический голос.       Привычно прошёл в коридор под нужной цифрой и первым делом припал к питьевому фонтанчику в зале ожидания. Прополоскал рот от дорожной пыли и с жадностью выпил чистой воды. Три дня в пустыне на собственных запасах воды, которые приходилось экономить. Почти с благоговением смотрел на маленькую струйку. И уже сам себе представлял, как будет круто залезть в кадку с тёплой водой и смыть с себя пыль и песок. В голос бы простонал от той картины, что себе нафантазировал. Чистая прохладная вода, брусок вонючего мыла, мочалкой оттереть кожу до скрипа… Блаженство! — Гэвин! — поперхнулся. Больше всего не хотел сейчас слышать этот премерзкий голос с лёгкой гнусавостью. — Какой приятный сюрприз…       Стряхнул остатки воды с подбородка и недовольно оглянулся. Суперинтендант Ричард собственной персоной уверенно шёл к нему от дальней двери, заложив руки за спину. Отвратная улыбочка на холёном лице с квадратной челюстью. Синий диод на виске. Нависшие брови над впалыми серыми глазами. Нелепая прядка, спадающая на лоб, придавала андроиду несколько невинный вид. Только вот Гэвин прекрасно знал, что ничего невинного в начальнике гарнизона не было. Да и любой идиот, одураченный внешним видом, быстро бы понял свою ошибку, проведя с этим ублюдком пару минут наедине. — Рик, — вздохнул Гэвин.       Не хотелось пожимать руку андроида, но не было возможности избежать правил приличия — на табло кассы горел пятый номер, а не ридовский седьмой. Обтерев руку о штанину, Гэвин пожал прохладную кожу чёрной перчатки. Как всегда приветствие длилось больше положенных трёх секунд. Пять. Всегда держал руку Рида пять секунд. — Зашёл за наградой? — холодные глаза с интересом осматривали Гэвина. — Угу. — Пройдём. Нечего тут ждать.       Руку вернули, но словно петлю на шею накинули. Обречённо вздохнув, Рид поплёлся следом за прямой спиной, обтянутой кителем.       Два пролёта лестницы в полной тишине — и вот они в кабинете начальника. Схема города, фотографии и награды на стенах. Большой деревянный стол с терминалом и кипой бумаг в лотке. Неудобное гостевое кресло и шикарный кожаный трон для хозяина.       Рид даже не подумал снимать грязный пыльник, плюхнулся на гостевое напротив стола. Внутри себя проигрывал предстоящий диалог, мечтая, чтобы суперинтенданта отвлекли работой. — Опять пустыня, а? — андроид вальяжно уселся на своё кресло и активировал терминал, мигнув диодом. — Кто на этот раз? — Всё есть в досье, — проворчал Рид. Не планировал развлекать рассказами. Планировал, как можно быстрее получить деньги. — Ну, досье — это одно, а вот твоя точка зрения — другое. Намного ж интереснее, нет? — ухмылка словно с каждым словом становилась шире. Глаза всё ещё не улыбались. — Нет. Всё есть в деле… — Тут нет информации, как ты его поймал. Где он прятался? В катакомбах? В поселении? — Купил верблюда на ферме за воротами. По следам нашёл. — Выискивал добычу по дерьму? Ну разве ты не образцовая ищейка, Гэвин?! — мерзкий смешок, блядские клычки под растянутыми губами. — Мне бы деньги получить и помыться с дороги, — напомнил Рид. — Это запрос? Хочешь тут душ принять? — Ричард ненавязчиво махнул рукой на дверь возле портрета управляющего Мирной зоной. С любопытством Гэвина оглядывал. — Нет, Рик. Хочу уже быстрее до мотеля добраться. Может, хватит этого бессмысленного пиздежа? — Рид с раздражением челюстью скрипнул. — Если ты занят, то я в очередь вернусь… — Не кипятись, Гэвин. Я ж шучу, — хихикнул андроид. — Вечно забываю, что ты с дороги не в настроении возвращаешься. Надо бы нам как-нибудь в гарнизоне встретиться, когда ты помоешься. Что скажешь? — выщёлкивал что-то на терминале. — Откажусь, пожалуй… — Как знать, город не такой большой. Может, опять получится… Ого! Живого привёз! Отличная работа, Гэвин! Хорошая ищейка! — Рик... — то ли от усталости, то ли от неприятного разговора, но голова начинала побаливать. Гэвин надавил на висок, зажмурившись.       Резко открыл глаза, расслышав, как отодвинулось кресло. Суперинтендант, чеканя каждый шаг, обошёл стол. Возле Гэвина остановился. Тот сразу подобрался. — Держи, — протянул ему пакетик с электролитами, — после пустыни надо восстановить водный баланс.       Тут прав был — обезвоживание ещё никому на пользу не шло. А вода в желудке не так быстро действовала, как порошок. — Спасибо, — вздохнул Рид, забирая. — Деньги на твоём счёте. Спасибо за службу тогда?       Гэвин резко вскочил с кресла. Внутри себя опасался, что андроид ещё что-то скажет, но тот лишь так же холодно ухмылялся, осматривая Рида. — Ага. И тебе, — Гэвин стиснул в руках пакетик. — Пока, — быстро на выход пошагал. — Я бы сказал «до скорой встречи», — расслышал у себя за спиной, прикрывая дверь.       Выдохнул с облегчением. Надорвал пакетик и высыпал в рот мелкие гранулы. С лёгким шипением они растворилась на языке.       Довольным покинул гарнизон, а уже через двадцать минут откисал в деревянной бочке придорожного мотеля. Хорошо было. Далее по плану шёл лёгкий ужин с мясной похлёбкой, стакан самогона, крепкий сон на твёрдой кровати, трое суток по городским дорогам и здравствуй «дом, милый дом». А там уже обновить регистрацию в базе, прикупить припасы и посмотреть новый заказ. Ебучая карусель жизни в ожидании смерти. По его последним подсчётам получалось, что уйти на пенсию Гэвин сможет лет в сто тридцать. По имеющейся статистике — умереть лет в пятьдесят. Двадцать лет в запасе имел, чтобы придумать план Б и соскочить с «лёгкого бизнеса». Только годы неумолимо неслись вперёд, а идея с маленьким фермерским хозяйством — хоть и казалась всё более привлекательной — но с каждым днём становилась всё более нереальной. Денег со скрипом хватало на жизнь здесь и сейчас, накопления на светлое будущее не росли. Гэвин расстроенно нырнул с головой в воду…       Через три дня уже загонял вездеход в маленький гараж возле одноэтажного дома на окраине Мирны. Стоило вечером машину почистить от песка, газолин залить да проверить камеру сгорания в двигле. Казалось, что слишком нагреваться начала: может клапан подачи охлаждающей воды сбоил? — Фотка, — угрюмо сам себе напомнил, взглянув в осколок зеркала на стене прихожей.       Прихожая, кухня, столовая, спальня — всё тут в одной комнате было, хоть Гэвин и постарался для удобства зоны выделить: вбитые в бетон крючки означали прихожую, шатающийся стол с двумя табуретками — столовую, электрическая плитка и маленькая морозилка под раковиной — кухню, старый терминал на коробке — кабинет, кровать с жёстким матрасом за тканевой ширмой — спальню. По меркам города — дерьмовое жилище имел. По меркам окраин — шикарную виллу с гаражом.       Прежде всего достал из морозилки банку с пивом и включил терминал, проверяя счёт. Пока дожидался разморозки напитка, тщательно записал в файл предстоящие расходы. Похвалил сам себя, что удалось не прибить любителя верблюдов — пару десяток мог позволить закинуть на накопительный. В рабочей почте было несколько досье с новыми заказами.       За неделю отсутствия из города сбежало ещё около десяти человек. Те, что покинули гетто — мало волновали, недорого стоили. А вот к городским беглецам стоило присмотреться. И если таких искать, то надо было и рабочую униформу почистить. Пыльник, жилетку, кофту из термохлопка и штаны сдать в местную прачечную — минус единица. Обновить запас оружия — два десятка минимум. Аналогично с топливом. Устало лицо растёр и недовольно пощупал отросшую щетину. Хоть здесь можно было сэкономить. Старый триммер прекрасно с работой справлялся — в ноль уже не счищал, но хотя бы помогал человеком выглядеть.       Приведя себя в порядок, Рид закинул вещи в маленькую прачечную, что возле вокзала держало семейство Вунов, и на общественной электричке отправился в регистрационный центр.       Поездка в переполненном вонючем вагоне стоила ему десятую единицы и нескольких сотен нервных клеток. Ненавидел толпу. Ненавидел шум, болтовню, грязные тела, неспешных пассажиров, резко забывающих, как нужно ногами двигать. Постарался забиться в дальний уголок вагона, помня о том, что едет до конечной. А уже секунд через двадцать сквозь толпу в другой конец толкался, убираясь подальше от ссущего на стену вагона бомжа. Ненавидел этот город.       Час в вонючей железной коробке — и Рид с облегчением выскочил на нужной платформе. Обогнул полицаев, пытающихся снять отчаянно орущих безбилетников с крыши вагонов: высший уровень идиотизма — из-за одной десятой рисковать собственными конечностями, которые от сверхскорости поезда могли привариться к выступам на крыше.       В деловом центре хоть дышалось полегче — воздух очищался многочисленными вьюнками, обвивающими высотные здания. От людей уже не так несло по́том и отходами. Шум только слегка дезориентировал поначалу: сигналы машин, звон светофоров, крики продавцов, музыка с витрин. Но привык быстро. Поглубже натянул капюшон куртки и влился в поток.       В регистрационном центре на удивление тихо было, несмотря на сотню людей в зале ожидания. Одни посапывали, скрючившись на пластиковых стульях, вторые заторможенно пялились в экраны с поясняющими беззвучными видео, третьи изучали выданные бланки, шёпотом уточняя у соседей, как правильно заполнять. Получив свой номерок со стопкой сопутствующих брошюр, Рид ближе к окну прошёл. Неловко устроившись на подоконнике, быстро заполнил знакомую форму. Вздохнув, уставился на экран с очередью вызовов и приготовился ждать.       Так отключился, что даже не сразу сообразил, что шумно стало в помещении. Люди оглядывались по направлению выхода, перешёптывались. Словно улей ожил, наполняя просторный зал мерным гудением. Сам даже привстал, пытаясь понять, что вызвало такой переполох. Заметил группу высоких мужчин в чёрных костюмах, уверенно сопровождающих кого-то. — Ёбаный барон, — проворчал молодой пацан в синей кофте рядом. — Щас без очереди пройдёт — и ещё время сдвинется.       Барона Дарка тоже заметил среди пиджаков: в парадном мундире с почётными нашивками тот уверенно жал руку управляющему центра. Управляющий нервно пригибался, заискивающе лыбился, тряс высокородную кисть. Наконец пригладил залысину и предложил почётному гостю следовать за ним. Недовольно скривившись, барон вытащил платок из наружного кармана мундира и вытер руку. Повёл широкими плечами и великодушно принял приглашение.       Несмотря на весь свой высокомерный апломб, симпатичным был мужиком, всё же. Тут Гэвин признавал. Идеальные пепельные волосы, уложенные волосок к волоску, чёткий угол выстриженной бороды, яркие голубые глаза, аристократичный нос с горбинкой. Наверняка с таких вот красавцев в своё время ваяли внешность для андроидов, чтобы тоже своими квадратными челюстями простых обывателей к себе располагали.       Рид сам на себя разозлился из-за воспоминаний о доставучем суперинтенданте Ричарде. Угрюмо обратно на экран уставился. Был всё ещё шестьдесят девятым в очереди.       Пять часов спустя в досье появилась новая фотография, а измученный Гэвин с трудом на улицу вывалился. В желудке урчало и голова гудела от всех тех кабинетов, которые пришлось обойти: идентификация, снятие показателей, проверка здоровья, обновление изображения... Слишком. Не стоило оно того.       Быстрыми перебежками добрался до столовки в торговом квартале. Глянул на циферблат: до окончания рабочего дня белых воротничков ещё час был — как раз хватало, чтобы успеть перекусить и уехать домой до часа пик. Втиснулся в узкую кабинку на одного и выбрал на панели меню рамен и токпокки на палочках с собой для ужина. Быстро выхлебал суп с лапшой и курицей и, прихватив рисовые колбаски в бумажном пакете, побежал на вокзал.       Час на поезде, забрал чистую одежду из прачечной, дома переоделся в рабочий комбинезон. Провозился в гараже часа два, вычищая песок из гусениц и проверяя двигатель. Заебался так, что уже меланхолично дожёвывал рисовую палочку в душе, допивая остывшее с утра пиво. А на завтра уже предстояла работа. Отдохнуть не успел как следует. Мог бы и забить, но каждый день простоя увеличивал расстояние между ним и беглецом. Нужно было успеть выцепить должника прежде, чем тот доберётся до Границы — выискивать очередного ублюдка в песках не хотелось. А если у того окажутся хреновые документы, то его первыми гарнизонные схватят и тогда — прощай награда, и начинай, Гэвин, заново. Нет, никаких выходных! Работа.       Натянул домашние штаны и вышел в комнату. Застыл на месте. Некто, присев на корточки, шарился в его морозильнике. Да так увлёкся, что даже не услышал вышедшего из душевой Рида. Сидел и нагло выкладывал на пол рядом замороженные банки и пакеты с куриными костями, которые Гэвин хранил на случай болезни.       Мягко ступая босыми ногами, Рид бесшумно за ширму шмыгнул. К кровати подскочил и отстегнул от днища припрятанный вот на такие случаи наградной пистолет, оставшийся со времён службы в Южном легионе. Услышал недовольное ворчание: «Блядь, а чо с нормальной едой? Явно же человек. Чо за дерьмо ты жрёшь?!». Незнакомый голос. Мужской. Да и со спины было понятно, что мужик. Не крупный. Вероятно, ростом с Рида или чуть ниже. В идеале, не хотелось бы тратить пули. В идеале, хотелось бы вырубить наглого воришку кулаками да сдать полицаям. Но не знал же — был преступник вооружён или нет? Вдруг имел пистолет или нож?       Щёлкнув предохранителем, Гэвин резко из-за ширмы вышел. — Хули ты в моём доме делаешь?!       Воришка мгновенно обернулся, вскакивая. Застыл на месте, заметив оружие. Худой, ростом с Рида. Взлохмаченные волосы на макушке, короткие на висках. Острый нос. Пухлые губы и круглое лицо. По-детски большие зелёные глаза смотрели на Гэвина с испугом. Рид бегло осмотрел болоньевую куртку с капюшоном, джинсы грязно-синего цвета и сбитые армейские ботинки. На вид оружия при себе парень не имел. Гэвин прикинул: тот явно моложе него лет на десять был. Или на пять? Лёгкая щетина на щеках. Может, и на пять. — Ты хули в моём доме делаешь?! — воришка вместо ответа на законный вопрос сам решил наехать. Теперь зелёные глаза смотрели не с испугом. А будто даже сердито. — Я тебя спрашиваю! Ну?! — Ты охуел?! Это мой дом! — Гэвин-то вполне в своей правоте уверен был. Секундное сомнение, конечно, промелькнуло: уж больно уверенно тут пацан ему предъяву кинул. Но ведь точно он у себя был! Его вещи, его вездеход в гараже… — Погодь, это разве не Карбин-стрит десять-десять? — пацан назвал соседнюю улицу, с сомнением комнату оглядел. — Карбин-стрит десять-восемь, — уточнил Гэвин. В карманах куртки у воришки вроде ничего тяжёлого не видел.       Подумал, что обманулся тонкими запястьями — не тощий мужик тут перед ним был. Ноги оказались вполне себе накачанные, а задравшийся край куртки приоткрыл тонкую полоску кожи над ремнём. Линия косых виднелась. Немного пуха на вертикальной полосе. Быстро взгляд обратно на лицо вернул. На симпатичное удивлённое лицо. — Хах, тогда понятно, что это, — мужик кивнул на банку с пивом, которую держал в руке. — А я уж было решил, что прикупил по пьяни и забыл. Неловко как, а? Смехота, скажи же?!       Улыбнулся, демонстрируя ровные белые зубы. Кем бы он ни был, но точно не простым уличным вором — с такими ровными зубами долго не проходишь, воруя из карманов прохожих и вламываясь в чужие дома. — Блядь, мужик, у тебя ещё и пистолет. Ей-богу, ничего личного. Тут же все хаты одинаковые, я запутался просто, — пацан аккуратно шаг в сторону сделал. Между ним и Гэвином теперь стол был. — Без обид, ок? С кем не бывает.       Гэвин вздохнул с раздражением. Неужели этот придурок реально думал, что таким глупым враньём сможет его обмануть? Да за кого он Рида принимает?! За идиота? — Дверь закрыта была. Когда взламывал её, то не догадался, что не твоя хата?       Пацан быстро на дверь глянул, и опять на Гэвина. — Не, мужик, она открыта была. Я ещё подумал, что забыл с утра запереть… — Закрыта, — это Рид точно знал. Всегда проверял замки. Сейчас-то небольшая щёлка между косяком и дверью имелась – кто-то наглый замок сломал. — Открыта. — Закрыта. — Открыта.       Этот придурок ещё и спорил тут с Ридом! Да что за идиот?! — Пусть полицаи разбираются, открыта была или закрыта, — кивнул уверенно и к терминалу шагнул, чтобы вызвать блюстителей порядка. Пацан от него подальше отшатнулся, но тут же замер, когда Рид прицел выровнял. — Реально?! Хочешь из-за своей забывчивости людей беспокоить? Ну валяй, поржут! Ещё штраф получишь за ложный вызов… — Или награду за обезвреживание домушника, — кивнул Гэвин, на ощупь включая терминал. — Я?! Домушник? — пацан комично брови заломил, с таким трогательным выражением лица на Гэвина смотрел. Чуть ли не губой затряс от обиды. — Это оскорбительно, чувак! — Вламываться в чужие дома оскорбительно. Чувак, — фыркнул Рид.       Всего на секунду отвлёкся, чтобы нужную кнопку найти на клавиатуре, а в плечо прилетела ледяная банка. Хорошо, что мудак не очень прицельно кидал, а то бы пробил в голову. Главное же, кинув, ещё и к двери рванул. — Стоять!!! — взревел Рид. Выстрелил.       Даже несмотря на банку, убивать не хотел мудака. Брызги крови потом со стен и с висящей одежды оттирать. Ещё же, раненый, мог пакет со свежевыстиранным заляпать. Обоссаться от боли… Много причин было его не убивать, а припугнуть, чтобы замер.       Пуля ровно в потолок вошла над головой пацана. Застыл, вскинув руки: — Я понял, понял, понял!!! Не убивай! У меня есть деньги!!!       А вот это хорошо было. Перед сдачей полицаям можно было с говнюка денежки вытрясти за моральный, так сказать, ущерб. — Развернулся. И медленно — понял? — медленно ко мне подошёл. Руки вверху держишь…       Пацан действительно медленно развернулся. Руки не опускал. Осторожно переступая, к Риду направился. Гэвин и сам ближе подошёл. Грубо рванул молнию куртки вниз: надо было проверить наличие оружия, хотя сомневался, что имелось. Тогда бы не банка в него прилетела. Или не только банка.       Заметил, как пацан покраснел, губу нижнюю прикусил, пока Рид свободной рукой по телу водил в поисках припрятанного оружия. Честно говоря, приятным тело оказалось: крепким, жилистым. Задравшаяся футболка уже больше пуха и живота приоткрывала. Гэвин не стал себе отказывать в удовольствии — мазнул пальцем по коже, ощупывая ремень на бёдрах. — Может, и без денег договоримся? — хрипло предложил пацан. Улыбнулся Риду, языком по нижней губе провёл. Бровками заиграл. — Типа как? — решил подыграть Гэвин, ощупывая карманы штанов. Достал пластиковую карточку продуктового и, глянув мельком, себе в карман закинул. К куртке вернулся. — Мммм, типа, отсосу тебе? — пацан явно не привык ходить вокруг да около. В карманах куртки обнаружилось тонкое серебряное кольцо, несколько единиц монетами и пластиковый айди, тоже исчезнувшие в кармане домашних штанов Рида. — О да? Хочешь мне отсосать? — хмыкнул Рид. Обошёл пацана. Грубо схватил за задницу, прощупывая карманы. Хорошая жопа была, упругая. — Может, не только, — упругая жопа к паху притёрлась. — Наглая шлюха, — Гэвин опасно оскалился.       Пацан оглянулся. Румянец на щеках, полуприкрытые глаза, покусанные пухлые губы. Уж что-что, а соблазнять он умел, видимо, лучше, чем грабить дома. — Хочешь, покажу, насколько? — потянулся к Риду. — Хочешь, я тебе очко продырявлю? — Гэвин недвусмысленно вжал дуло между булок.       Рассчитывал тем самым охладить пыл осмелевшего соблазнителя. Никак не ожидал, что тот плотнее к пистолету притрётся. — Если скажу, что хочу, выебешь?       Хрипловатый голос приятным в паху отозвался. Рид на месте замер, чувствуя, как тяжелеют яица. Уставился на приоткрытый манящий рот.       Вот блядь…