Сердце из песка

      Вот блядь…       Чего Рид точно сам от себя не ожидал, так это того, что начнёт возбуждаться на мужика, который так нагло в его дом вломился. Тут, конечно, объяснение имелось: давно уже не отдыхал как следует и не трахался. А тут ему так откровенно себя предлагали. Наверное, если бы встретил такого готового паренька в баре, то даже бы не раздумывал —утащил в ближайший тихий уголок да разложил бы в своё удовольствие. Но спускать с крючка того, кто так нагло в дом вломился, было глупо. Где гарантия, что потом этот пацан не вернётся с другими его хату обчистить? Или если слухи пойдут, что вот такой тут слабый на передок товарищ живёт, что можно спокойно к нему вечером наведаться да холодильник обчистить. Да и отымев, потом полицаям поди докажи, что реально его ограбить хотели, а не с любовником поссорился. В общем, перепих с этим симпатичным домушником больше проблем сулил, чем удовольствия.       Поэтому, недовольно прицокнув, Рид поглубже своё желание запихал, а пистолетом в наглую морду ткнул: — Угомонись. А то я следующую пулю не в потолок пущу, а в твоё рыло. — Грубо, — фыркнул пацан, — но мне нравится. — улыбался ещё так нездорово. Гэвин постарался подальше отойти. — Сядь, — махнул дулом на табурет.       Быстро обвязывать верёвками он умел благодаря профессии, так что без проблем неудавшемуся грабителю руки за спиной зафиксировал. Через ножку табурета продел конец, чтобы тот не сильно руками дёргал.       На удивление, пацан смирно сидел. Только периодически вздыхал отрывисто, а как Рид закончил, то на сиденье заёрзал. — Такое любишь, да? — опять этот взгляд с поволокой, опять это просящее выражение лица. — Такое?.. — только сейчас Гэвин заметил припухлость слева от ширинки. Пацан ногами перебирал, пытаясь больше давления на полувставший член добавить. — Блядь, ты настолько больной? — Рид с усилием заставил себя отвернуться от чужого паха. Лицо руками растёр. — Поможешь мне спустить? — проскулил пацан. — Я ж из-за тебя не могу… Пожалуйста?..       Хмыкнув, Рид волосы пригладил. Совсем не так сегодняшний вечер планировал. Не рассчитывал балансировать между вызовом полицаев и ебли с преступником. Надо было охладиться и пацана охладить. — Это поможет, — замороженная банка ровно на припухлость упала. Пацан взвизгнул, ногами задёргал, скидывая с себя ледяной алюминий. Зато уже не пыхтел возбуждено, а матом крыл смеющегося Гэвина, пока тот остатки еды в морозилку убирал. — Значит, Тодд Гринс? — Гэвин в руках вертел пластиковый айди. Его задержанный недовольно сопел с табурета, сердито на Рида поглядывал из-под нависшей чёлки. — Проверим.       Рид сканером провёл по коду на карточке. Старый терминал загудел, подключаясь к сети, затрещал, подгружая данные. — В смысле «проверим»? — заволновался домушник. — Ты полицай? Гарнизонный? — Ну, вот тебе урок: в следующий раз проверяй, к кому в дом заползаешь, — усмехнулся Рид. — Не-не, правоохранительные точно в таких дырах не живут! Ты документы подделываешь? — Значит, ты из центра, да? Был бы из местных, то язык бы не повернулся мой дом дырой назвать, — на экране высветились данные Тодда Гринса шестидесяти семи лет. — Неплохо сохранился для долгожителя, — фыркнул Рид. — Много воды и секса. Тебе бы тоже не повредило, — ухмыльнулся пацан и смерил Гэвина презрительным взглядом. — А тебе сколько? Полтинник? — То ебаться хочешь, то оскорбляешь, — вздохнул Гэвин, подхватывая рабочий сканер с коробки. — Частые смены настроения у тебя, неТодд.       Пока руки обвязывал, заметил, что татуировки с идентификационным кодом не было. Значит, на шее надо было посмотреть — там обычно гражданским ставили. — А сканер откуда? Ты военный бывший? — пацан нервно косился на агрегат в руке.       Рид ловко на затылок надавил, открывая себе доступ к загривку. Татуировка имелась, но совсем не кода — чёрный круг, обведённый по контуру прямыми. — Забил код, да? Скрываешься? — Гэвин на всякий случай плотнее сканировщик приставил. Порой тот мог и по шрамам от иголки считать данные. — Живёшь в дыре, но имеешь неплохую аппаратуру и гараж… Ты охотник за головами, да? — пробубнил пацан. Вывернуться попробовал, а Гэвин лишь сильнее волосы на макушке стиснул, вынуждая застыть на месте. — Неплохо. Соображалка работает, — кивнул Рид. Сканировщик ничего считать не смог. — Так кто же ты? — за волосы голову поднял, в лицо заглянул.       Мужик приторно улыбнулся: — Тогда у меня есть к тебе деловое предложение, мистер охотник! — Ничего себе! Ну-ка? — Вывезешь меня за Границу, а я тебе заплачу. — Беглец, да? — Рид тяжело вздохнул, отпуская голову собеседника. — В роли домушника ты интереснее был… — Не-не, я не беглец! Я ваще не отсюда и нигде не значусь. По сути — я тут нелегально, а ты мне поможешь вернуться туда, где я должен быть, — затараторил пацан. — Я заплачу… — Поддельным айди? Карточкой продуктового? Или этой безделицей? — ухмыляясь, Рид скинул на стол добытое из чужих карманов. Кольцо звякнуло, стукнувшись об алюминий банки. — Десять тысяч!       На этих словах замер. Нахмурившись, развернулся на своего собеседника на табурете. А тот бровки вверх тянул, глаза пучил, всем своим видом демонстрировал, что правду говорит. — Тысяч. Десять. Ага, — кивнул Гэвин. — Их в жопе прячешь?       Ни в жизнь не поверит, что у этого пацана есть такие бабки. Мог допустить, что пять сотен у него ещё были — всё же чистеньким и ухоженным выглядел. Но десять тысяч!!! С такими бабками по чужим морозилкам не шарятся… — Можешь, конечно, глянуть, — оскалился мужик, — но нет. Они у меня как раз за Границей. Ты же можешь спокойно выезжать? И помощников иметь можешь? Вывезешь меня и забирай их все! Десять тысяч — огромные же бабки!       Огромные. Огромнейшие! С такими и ферма уже становилась реальнее, и скорая увольнительная, и спокойная жизнь… Если бы это ещё правдой было. — Очень удачно, что они у тебя не здесь, да, неТодд? — Чарли, — пацан голову набок склонил и улыбнулся мило. — Мне похуй, — пожал плечами Рид. — Тысяча есть здесь. Могу тебе авансом отдать, за бумагу, что я твой помощник.       Тысяча. Тоже хорошими деньгами была. Не настолько, как десятка тысяч, но побольше сотни за три дня в пустыне… — Тут — у меня дома? Или где? — В надёжном месте. — Локацию которого я могу спокойно из тебя выбить? — И я назову другое место. Можешь потом вернуться и попробовать ещё раз. А я могу забыть и опять ошибиться. Сколько дней мы оба с тобой потратим на мои воспоминания? — пацан довольно на стуле раскачивался. — Я думаю, что прилично. А можешь получить их завтра. За документ. А потом ещё девятку за вывоз меня за границу… — Десятку, — напомнил Гэвин. — Ты говорил, что за пределами десятка есть. — Так тыща тут, авансом! — возмутился этот Чарли. — Оплата за беспокойство, бумаги и моё доверие, Чак, — усмехнулся Гэвин.       В голове у себя уже прикидывал, куда эту тысячу сможет приспособить. Её он точно был намерен получить. Если сдаст пацана, не отмеченного, как беглец, то ничего не получит. Если оформит его помощником, то получит тысячу. Даже если потом пацан сбежит — оформить его беглецом, найти и сдать. Плёвое дело. Никакого ущерба репутации. А если он не врёт про тысячу, то, может, и про десятку не врёт. Вывезти, заиметь бабло… Если денег не будет, то кончить на месте и скинуть труп в пустыне. Делов-то… — Ты хитрый, Гэвин, — пацан довольно ухмыльнулся. — Если бы ещё твои соседи так охотно про твою профессию болтали, как про имя и твоё расписание, то я бы по-другому к тебе в гости заглянул. — Которые из них? — нахмурился Рид.       Неприятно было, что кто-то пиздит про его частые отъезды в их небольшой коммуне. — Одноглазая старушка на рынке. Вроде не в себе слегка… — Безумная Марта, — Гэвин устало бровь почесал. — Она много хуйни несёт… — Ага, кожистых крыльев у тебя на спине нет, как я вижу, — хихикнул пацан. — А хуй реально раздвоен? Сказала, что ты в пустыню гоняешь, чтобы там кровь варанов пить…       Рид прорычал в раздражении. И как среди этого бреда пацан умудрился толику правды вычленить? Не про раздвоенный хуй, конечно. — Так по рукам, Гэвин? — улыбался, смотрел с такой надеждой.       Очередные сутки в бюрократическом аду стоили тысячи? — По рукам, Чарли.       Пришлось, конечно, развязать и отпустить нового знакомого, который обещал быть с утра у дома Рида для совместной поездки в регистрационный центр. По сути, такой жёсткой верификации, которой сегодня подвергся Гэвин, быть не должно было. Помощников, как недолгий расходный материал, чаще всего быстро фотографировали, вносили данные в досье охотника и отпускали с миром. Только вот заполнение форм и бумаг, ожидание в очереди… И тысяча!       Меняя сломанный замок на двери, Гэвин уже сомневался, что вновь увидит этого Чарли со своими деньгами. Поэтому очень удивился вежливому стуку в дверь с утра. Несколько помятый со сна пацан, зевая, стоял на пороге. — Новый замок, — хмыкнул, указывая на дверь. — Знаешь, что его тоже сломать несложно? — Челюсть твою тоже несложно сломать, знаешь ли, — напомнил Рид, натягивая приличную куртку для поездки в центр. — Хорошо, кстати, выглядишь, Гэв, — ничуть не смутившись угрозой, наглец его откровенно разглядывал. — Не пойми неправильно, вчера полуголый тоже вполне сочно выглядел, но и сейчас хорошо: рубашка эта, куртка. Брюки не тесноваты? — Не могу ответить взаимностью, Чак. Дерьмово выглядишь, — фыркнул Рид, выталкивая пацана на улицу. — Да просто не привык так рано вставать. Хрена ли конторы в такую срань работают?! И холодно было на улице… — На улице спал? — Так ты ж меня из моего ночлега выгнал. Пришлось… — Мой дом — не твоя ночлежка. Запомнил? — грозно рыкнул Гэвин. Всё ещё неприятно было, что кто-то посторонний в хате хозяйничал. «Тысяча, Рид. Потерпи немного — и тысяча». — Деньги взял? — Отдам после документов, — кивнул Чарли. Бодро к гаражу направился. — Ты куда? Станция в той стороне, — Рид махнул рукой на север. — А чо не на тачке? У тебя ж вездеход! — Там такие пробки, что я в рот ебал. На общественном быстрее… — Пиздееееец…       Чарли ныл почти весь путь до станции. На нервах Рида играл. Только после смачного подзатыльника угомонился и недовольно пыхтел, поглядывая на Рида. Внутри вагона бандану на лицо натянул, недовольно поглядывая по сторонам. Плотнее к Гэвину прижался, когда пьяный типок, высунувшись в соседнюю дверь на станции, блеванул на перрон. Даже забавно было видеть, как кого-то так же поездка на общественном транспорте бесила, как Рида.       Где-то через полчаса Чарли на плечо Гэвина завалился, задремав. Недовольно поведя плечом, Рид скинул с себя его голову. Пробормотав что-то, полусонный пацан на соседа с другой стороны привалился. Тот оказался терпимее Гэвина — даже от своей газеты не отвлёкся, позволяя Чаку мирно посапывать у себя на плече. Крайне неосторожно: если бы ехал без Рида, то до нужной станции добрался бы в одной бандане. Гэвину и так пришлось отпугнуть борзого типа, который к уснувшему пассажиру решил притереться. Рид полу куртки в сторону оттянул, демонстрируя пистолет в кобуре и грозно зыркнул. Типок слинял. Чарли доехал в одежде и с непустыми карманами. Ещё и выспался. — Давай кофе зацепим? — потянул Гэвина к автомату возле станции. — Возьмёшь мне с шоколадом и сахаром? — Во-первых, с хуя ли я? Во-вторых, жопа не слипнется? — раздражение от наглости пацана уже где-то в гортани булькало. — Во-первых, ну не твою ж тыщу мне разменивать. А во-вторых, ну мило, что ты о моей жопе печёшься, — видно было, что лыбился под своей банданой — глаза озорно поблёскивали в утренних лучах. — Вот ты и остался без кофе. Пошли… — Ну, Гээээв, ну реально!!! Ну Гээээв…       Так ныл раздражающе, что проще было его на месте пристрелить, чем терпеть. На регистрационный панели Рид выбрал требуемую услугу и получил номерок на очередь. Двадцать первый. — Пиздец как долго ждать, — Чарли с шумом тянул через соломинку свою приторную жижу. — Заполняй, — впихнул ему в руки бланки. — Умеешь писать? — Ща, погодь, — Чарли что-то вывел на бумаге и развернул к Риду.       «ОТСОСИ».       Придурок ради этого испортил официальный бланк. Судя по глазам, опять лыбился — бандану даже тут не снял. — Молодец, испортил форму, — Гэвин глаза закатил. — Иди бери новую или никаким помощником не будешь. Поторопись.       Хихикая, засранец к информационной стойке прошёл, а Рид, замазав оскорбление, отнёс документ в измельчитель для переработки. — Они деньги просят, — конечно же, вернулся ни с чем. — Очевидно. Бумага дорогая, просто так для твоей писанины давать не будут. Плати. — Твоей тысячей? — Сука, — Гэвин в раздражении лицо потёр. — Десятку и дорожные расходы оплачиваешь, когда повезу, — строго напомнил будущему помощнику.       Это каким идиотом надо было быть, чтобы не знать, что нельзя портить официальные документы. Для того, кто ночевал на улице, Чарли очень беспечно к деньгам относился. Видимо, реально был не отсюда, раз такой хуетой занимался.       Второй бланк он уже не портил: заполнял тщательно и вдумчиво пока ждали очереди.       В кабинке для снимка слишком долго по мнению Рида приглаживал свои волосы и щипал щёки, приводя себя в порядок. Даже умудрился у Гэвина спросить, как выглядит. Тот ему напомнил, что «дерьмово». Чисто чтобы побесить ответил — после кофе мужик явно посвежел. И улыбался перед объективом довольно-таки мило. Симпатичная мордаха и уебанский характер — слишком горючая смесь для Гэвина. Всегда предпочитал что-то одно, так как в сочетании это проблемы сулило.       Через полчаса в личном досье охотника за головами Рида появился новый помощник — Чарли Барк, двадцати семи лет, пол мужской, место рождения Неаполь. Только в одном Гэвин был уверен — в поле. Хотя, если Чак действительно был из Неаполя — оазиса в срединной пустыне — то некоторые особенности поведения были вполне объяснимы. — Бляяяяя, ну и скукотища! — Чак лениво потянулся, когда вышли на улицу. — Отвратное местечко, однако… — Деньги, — напомнил Гэвин, протягивая свой код на запястье для перевода. — А, точно, — Чарли присел на одно колено, к ботинку потянулся. — Слушай, Гэв, может, сгоняем похаваем чего-нибудь? Я типа со вчера ничего не ел, да и у тебя дома шаром покати. Только заморозка пивка да эти кости. Дикость какая-то.       Встал и протянул Риду бумажку с тысячей. Вот это было дикостью — носить с собой наличку в ботинке! — Блядь, ты отбитый?! — зашипел Гэвин, пряча купюру под ремень штанов. Настороженно по сторонам косился, переживая, что кто-то заметил. — Кто такие суммы в ботинках носит? Кто ваще наличку таким номиналом так просто при себе носит?! Мы ж в вагоне ехали! За такое тебя бы всем вагоном на куски растащили! — Так норм же, я надёжно спрятал, — этот идиот даже ничего не понял. — Хочешь, до дома тебя провожу, если боишься, что обворуют? — Иди на хуй, — огрызнулся Рид.       Вздохнул тяжело. По крайней мере, деньги у придурка были — уже большой плюс. И десятка, значит, тоже была — в купюрах и где-то припрятана за воротами. Годилось. — Выезжаем завтра в семь! Не опаздывай… — В семь?! Так рано?! — Трое суток только до Гарнизона добираться! Я ночью не планирую по лесу мчать. А дневного солнца вполне достаточно, чтобы до первого перевала добраться. В семь, — Рид развернулся и поспешил в ближайшее банковское, чтобы поскорее от купюры избавиться, которая будто жгла кожу, припрятанная в самом надёжном месте.       Благо, что в деловом центре решили рассчитаться, а не у себя на окраине. Там бы точно кто-то заметил бумажку и попытался обчистить Рида. А тут — добежал до первого банковского участка, протиснулся сквозь толпу, сжимая свой пистолет, и прямо к окошку Первого Национального встал, где счёт имелся. Безэмоциональный андроид даже не удивился крупному вкладу — проверил купюру на подлинность, и на табло высветилась зелёная галочка подтверждения.       Тысяча упала на накопительный счёт. Первая тысяча в жизни Рида. Нет, однажды он накопил сумму и поболее, было дело, но это была сумма на необходимые траты — он вездеход купил. А вот такая, чтоб просто лежала и ждала своего часа — никогда. Аж голову повело от радости. Стоял и как идиот пялился на зелёную галочку на экране, пока андроид через коммутатор не поинтересовался, чем может ещё помочь. Кивнув, Рид быстро вышел.       Даже решил себя немного побаловать — не в столовке поесть, а в кафе, где на экранах крутили видео, как другие люди ужинают. Было в этом что-то приятное и семейное. Словно не один ешь, а в компании. И полноценный обед взял: курица, вымоченная в кокосовом молоке, маринованный редис, острая капуста и рис. Вместе с каким-то улыбчивым парнем на экране поужинал. Домой взял себе пирожки с фасолью. С ледяным пивом — само-то было. Даже поездка в вагоне не раздражала.       Дома на терминале открыл давно сохранённую вкладку с продажей ферм. Одна ему очень нравилась, возле искусственного водохранилища. Там можно было выращивать финиковые пальмы, а на заднем дворике поставить курятник. Сдавать яица на фермерский базар для богачей. Самому каждое утро начинать с глазуньи или омлета. Финики собирать два раза в год. Найти себе приличного мужика для помощи с хозяйством. Не только с ридовским хозяйством, но и с фермой. Аж в голос гоготнул, отпивая пиво. Пять тысяч за землю с одноэтажным домиком, включая налоги. Ещё две уйдут на обустройство и закупку кур и деревьев. Оставить заначку на чёрный день. Ну лепота!..       Меньше всего ожидал стука в дверь, поэтому не сразу сообразил. А когда расслышал, что в замке скрестись начали, то на ноги вскочил, прихватил с собой мачете из дорожной сумки и резко открыл входную дверь. Там Чарли с отмычками в руках на корточках сидел. Явно пытался очередной замок Рида вскрыть. — Ты хули творишь?! — разозлившись, Гэвин его за куртку схватил, к двери припечатал. — На хуя опять взламываешь?! — Я стучал! — И чо?! Если не открыл, то надо ломать?! — Я думал, что опять в душе и не слышишь. Сюрприз хотел сделать… — Сука… — вздохнув, Рид отпустил придурка. Волосы на башке взъерошил и в дом прошёл. — Можно? — Чарли на пороге застыл. — Когда взламывал — не спрашивал, а тут решил спросить? — огрызнулся Гэвин. — Так я думал… — Чо надо? Я ж сказал, что завтра в семь! — Ну, — пацан на пороге застыл, неловко шею потёр, — я решил, если в семь тут, то мне ж ещё раньше вставать надо. А если у тебя останусь, то и не надо, да? — у Гэвина от такой наглости чуть челюсть не отвисла. — И это — сюрприз! — Чак подхватил с порога бумажный пакет, где стекло о стекло ударилось.       Рид сурово смотрел на наглого гостя с его пакетом. Совсем не планировал у себя этого идиота на ночь оставлять. С другой стороны — вчера идиот на улице ночевал, с тысячей в ботинке. Каковы шансы, что сегодняшнюю ночь на улице он не переживёт? И тогда никакой фермы в ближайшем будущем Риду не видать? — Чо там? — проворчал, скидывая мачете в сумку. — Пиво. Хорошее. Не то дерьмо, что у тебя, — довольно наговаривая, Чак на стол две бутылки светлого выставил. Дорогого — тут не соврал. — А это… У тебя есть там пластырь и обеззараживающее? — продемонстрировал Гэвину сбитые костяшки на правой руке и два ожога на ладонях.       Рид кивнул, присел у коробки с терминалом и достал дежурную аптечку. На стол выставил жидкость от микробов и моток стерильного бинта. — Чо, даже не интересно, откуда? — фыркнул Чак, забирая медикаменты. — Нехуй за вагоны голыми руками цепляться, идиот, — проворчал Гэвин. — Там сверхскорость, металл нагревается. — Ну, у меня не было на билеты. А про костяшки не спросишь? — Подрался… Погоди, в смысле не было на билеты? Как тогда планируешь мне дорожные расходы оплачивать, пока до десятки едем?!       Такие же ему условия Гэвин озвучил, о таком договорились. — Нуууу, — Чарли улыбнулся виновато. Опять бровки домиком. — Давай, я тебе с десяткой отдам? Я реально сейчас всё, что было, отдал. Ты кольцо и продуктовую карточку вчера так и не вернул… — В оплату сегодняшней ночёвки, — сердито добавил Рид. — И нового замка. А расходы я записывать буду — до единицы всё вернёшь. — Лады! За пиво вычтешь? — хитрец на бутылку указал. — За моральное не возьму. Побеспокоил попыткой взлома… — Тонкая у тебя душевная организация, Гэвин. С твоей работой нельзя так, — Чарли откупорил одну из бутылок. Заметил на столе пакет с пирожками. — О, и это тоже в счёт пивка. Считай, вин-вин! — Там их два. Один сюда давай, — Гэвин не планировал любезничать. Не планировал у себя и гостя оставлять. Однако ж…       Ладно, хоть пиво было приличным. На табурет плюхнулся и с удовольствием к горлышку припал. Чак, тем временем, быстро свой пирожок проглотил. Так голодно смёл, словно сутки не ел, не меньше. Вздохнув, Рид половину от своего оторвал и пододвинул гостю. — Ну ты душка, — приторная улыбка, голодное урчание желудка — и половина исчезла в пасти.       Молча Гэвин наблюдал за тем, как тот раны обрабатывает. Значит, на вагоне проехался, подрался с кем-то за пиво… Зачем только ему это пиво нужно было? Если бы без него пришёл, то Рид скорее всего тоже бы не выгнал. Странный пацан. — Что за ферма? — кивнул Чак на экран. — Продаёшь? Покупаешь?       Гэвин быстро встал и выключил терминал. — Смотрю пока. — Купить хочешь? Ну, слабо представляю тебя фермером, — хихикнул, заматывая ладонь. — Такой в шляпе, говнодавах, с утра с ведром идёшь коров доить… — Здесь нет коров, — напомнил Рид. — Откуда ты, Чак? — Неаполь. Ты ж читал, — усмехнулся в ответ. — В Неаполе тоже нет коров. Их в пустынях не разводят. Трава нужна. — Так я их и не видел. Читал в книгах. Умею писать — умею читать, — довольно руку осмотрел и ко второй приступил. — А чо будешь на своей ферме выращивать? Чо тут растёт? — Финики. Что в Неаполе производят? — Финики? А почему их? Сложно растить? — В Неаполе нет фиников? — Я не фермер. Не ебу.       Гэвин недовольно прищурился. Ловко Чарли с темы съезжал, ни одной лишней эмоции на лице не выдал. Спокойно перевязку делал, ухмылялся. — А кто ты тогда? — Чарли Барк. Ты же читал, зачем спрашиваешь? — Не верю я тебе. — Тогда какая разница, что я на твои вопросы отвечу? — улыбнулся и прямо на Гэвина посмотрел. Хитрые глаза. Лисьи. Вот с таким взглядом люди обычно нож за пазухой прячут, чтобы внезапно тебе его в спину воткнуть. — Хочу понять, не прирежешь ли ты меня, пока я тебя везу до твоей точки. И точно ли бабки отдашь. — Честно, Гэвин, — улыбка стала шире, — единственный, кому тут следует опасаться за свою жизнь — это я. Ты мне уже и пистолетом угрожал, и мачете. А при мне оружия нет, ты сам щупал. Ну кроме того, что в ширинке, — наглец бровями заиграл. — Но оно не для того, чтобы вредить, а чтобы тебе удовольствие доставить. А твоё? — Гэвина взглядом облизал. — Моё мачете? — хмыкнул Рид. Подумал, что, будь у него сейчас в руках оружие, то Чарли и его бы облизал. И не только взглядом. — Ты даже прозвище дал своему хую? Мило. Хочешь знать, как я свой называю? — так на Гэвина смотрел, словно тот перед ним голый сидел. Аж мурашки по загривку побежали. — Нисколько. — Врушка, — нарочито медленно горлышко бутылки облизал и присосался.       От того как плотно губы стекло обхватили, в жар бросило. Очень настойчиво внизу живота запекло. Рид постарался этот жар глотком пива заглушить. — Ты — извращенец, Чак. — Я — открытый и чувственный, Гэв. Хочешь проверить, насколько?       Гэвин хотел, но прекрасно понимал, что ничего хорошего из этого не выйдет. Секс с такими ебанутыми мог очень плохо закончиться. Например, обчищенными карманами или сломанными конечностями. В худшем случае — разбитым сердцем и растоптанным эго. — Спать пора. Завтра рано выезжать, — пробормотал, вставая.       Незаметно член поправил и к дорожной сумке прошёл. — Вместе спим? — уж больно бодро голос сзади откликнулся. — Нет. — Одна ж кровать! — Угу, и я на ней сплю. — А я? Хочешь, чтобы на столе спал? Голышом? — хихикнул Чарли. — Тьфу, бля! Я за ним ем! — выругался Рид. — На полу спишь, — скинул в центр комнаты дорожный спальный мешок и в кровать отправился. Один и подальше от этого ебанутого. — Гэв, я ж замёрзну! — заныл за ширмой пацан. — Тогда голышом не спи, — фыркнул Рид, выключая свет.       А, закрывая глаза, представлял голого мужика в своём спальнике. Голова потихоньку начинала течь от этого нездорового общения…