Сердце из песка

      Запах свободы пьянил. А ещё отдавал вонью помоек, которыми так славились окраины. Не до конца веря в благородство своих пленителей, Чарли петлял по узким улочкам, уходя всё дальше от дома Рида. Остановился, когда закололо в боку — не оправившееся ещё от болезни тело быстрого бега не выдержало.       Привалился к кривому забору. Всё чудилось, что из-за угла появится грозный пластиковый супер-надзиратель, схватит за загривок и прошипит, что любопытство сгубило кошку, и этого «котёнка» сгубит. Даже фантомные прикосновения перчаток ощущал на коже. Растёр, ухмыляясь.       Надо было решать с дальнейшим. Теперь, когда выздоровел и чувствовал себя более-менее живым, то навалилась реальность, с которой надо было иметь дело. Даже не представлял, сколько дней его уже ищет Дейв. С каждым же часом злится всё сильнее, становится свирепее, больше, агрессивнее. Что будет в этот раз, когда найдёт? Опять будет избивать? Или придумает что-то похуже?.. — Не найдёт, — хихикнул нервозно и пригладил волосы на макушке. — Не найдёт…       А чтобы не нашёл — нужно было двигаться, искать способы убраться из города. Надо было уходить…       Оставаться в той части Мирны, где обитали Рид и суперинтендант, было опасно. Кто знал, что сделают, встретив О’Дарка во второй раз? Чарли догадывался, конечно, и проверять не хотел. Попытался высчитать, какой сегодня день, но не смог сообразить, сколько провалялся у Рида дома в горячечном бреду. Не придумал ничего лучше, чем спросить у грязного вида женщины, в какой стороне станция. Решил ехать в центр — там можно было поискать попутный транспорт с приличными водилами. По крайней мере было место, где при достаточной настойчивости он мог провести день или два. Имея крышу над головой, мог спокойно заняться поиском перевозчика, что за деньги не побоится взять его с собой.       План Чарли устроил. В этот раз деньги у него не забрали, как и кулон. Так что спокойно доехал на поезде в центр. Отвратительный способ передвижения, конечно. Сегодня никто не блевал, но был уверен, что в вагоне на одном из сидений, которое тщательно избегали пассажиры, лежал труп. Постарался посильнее натянуть горловину кофты на нос и подальше протиснуться от посиневшего старика. Воздух свободы медленно, но верно начинал терять свою привлекательность.       Альберт был одним из немногих, кого Чарли мог назвать своим другом. Если в том мире, в котором он жил, и существовало понятие «друг», то Альберт О’Смит — пухленький, с бархатной карамельной кожей и вьющимися чёрными волосами —вполне под него подходил. Они часто встречались на вечеринках у бассейна или на частных мероприятиях, куда его брал барон; виделись в городе, когда Чарли отпускали на прогулки. Пару раз Чак даже задерживался в шикарных апартаментах Ала допоздна. Дейв к О’Смиту не ревновал, не считал его своим соперником или человеком, способным заинтересовать Чарли. Иногда казалось, что барон всех, кто имел знак принадлежности в имени, вообще не считал за людей. В отличии от хозяев — с ними нельзя было общаться наедине. Даже с вежливым и безобидным лордом Роном Смитом, которому было совершенно плевать, с кем проводит своё «свободное» время Альберт — главное, чтобы был свеж и бодр в их время субботними вечерами.       На информационной стойке вокзала выяснилось, что была среда. Значит, Альберт был в спа-салоне, и, значит, с ним можно было остаться до субботы. Звучало идеально!       Потратив пол-единицы на такси, Чарли доехал до эксклюзивного одноэтажного строения с небольшим садом камней в центре здания. По дожидавшемуся красному «Ягуару» со знаком лорда Смита понял, что Альберт ещё внутри был. Прикупил себе сладкую газировку с желейными шариками на дне стакана в автомате и сел на скамейку недалеко от входа, дожидаясь друга.       С интересом рассматривал вальяжно прогуливающихся по улицам пешеходов, фантазируя об их жизни. Наверняка пожилая парочка в летних костюмах совершала свой послеобеденный моцион, нагуливая аппетит перед предстоящим ужином. А вон та скромно одетая женщина с коляской могла работать нянечкой у каких-нибудь богачей, живущих тут неподалёку. Её хозяйка вполне могла сейчас где-то в соседней с Альбертом процедурной удалять все лишние волосы с тела, пока няня качала люльку на колёсиках.       Очередная дорогая тачка остановилась возле центра и оттуда выскочила щуплая блондинка на высоченных каблуках. Стопудово имела свою «о» в имени и примчалась сюда на чистку или инъекцию. А вот громко смеющиеся молодые парни, проходящие мимо Чарли, могли быть элитными студентами, судя по одинаковым галстукам с вышитыми эмблемами. Спешили в кафе или кино. Или в торговый центр, чтобы поискать себе пару на вечер танцев. В их возрасте Чарли бы именно таким занимался, если бы жизнь сложилась по другому… — Ал! — вскочил со скамейки и стянул капюшон, заметив вышагивающего из дверей спа-центра друга.       У Альберта лицо лоснилось от крема, а на губах застыла блаженная улыбка. Ещё шире стала, когда увидел О’Дарка. — Чарли! Котик! — завизжал, бросаясь навстречу. Стиснул в своих объятиях, прижал к мягкой груди. — Пупсик, ты с хера ли такой липкий? — Чарли постарался не задеть головой блестящую щёку. — Ох, это у них новый крем из верблюжьей спермы… — Отвали! — чем больше О’Дарк пихался, стараясь выбраться из захвата крепких рук, тем больше Альберт стискивал. — Да перестань! Говорят, что разглаживает все мелкие морщинки. Тебе полезно, солнышко, — друг, смеясь, головой боднул. Несмотря на такую внешнюю мягкость пухлого тела, сильным был, крепко стискивал. Пришлось сдаться и измазаться в липкой субстанции. — Сучок! — И я рад видеть тебя, Чарли! — отпустил, лыбился. — Тебя не было в бассейне. Я так скучал. Дейв смурной был. Я слышал, — на шёпот перешёл, — что он тебе ноги сломал. Но вот ты! — громче добавил. — Живой и целенький! Так рад! — слюняво в губы чмокнул. — Ага, целенький. Я ушёл, Ал, — довольно выпалил Чарли.       Тут же чёрные подкрашенные брови вверх поползли. — Чтооо? — Морщинки, Ал. Ну ты чо?! — Чарли пальцем разгладил складку над бровями. — Я думал, у тебя уже всё разгладили, обкололи… — Рон не любит, когда застывает, — тут же лицо расслабил. — В смысле ушёл? Гуляешь? — Сбежал. Нахуй Дейва! — Чего?!!! Нет, не понял, — головой замотал. — Надо поговорить! Пойдём куда-нибудь и расскажешь, что у вас случилось, — рукой махнул своей охране и поволок О’Дарка по улице к ближайшему кафе. — Божечки, котик! Ты серьёзно?! — шептал Альберт, качая головой, когда Чарли, усевшись с ним за высокий столик в глубине начищенного до блеска зала, повторил про уход. — Да как так-то? А Дейв чего? — Да откуда мне знать?! Рад, наверно, — Чарли хихикнул. — Два ванильных латте и два томатных мороженых, — друг быстро махнул рукой официанту-андроиду и опять головой закачал, во все глаза пялясь на О’Дарка. — Это же мне? Ты ж вроде на диете, — Чарли, приторно улыбаясь, погладил по толстой ляжке. — Какая диета, когда тут такие новости! Ох, батюшки… Подожди, ты голодный? Ты ел хоть что-то? — опять рукой замахал, подзывая официанта. — Ты отощал прям! Тебя Дейв не кормил что ли? — Совершенно голодный. Угостишь, пупсик? — самое несчастное лицо ему продемонстрировал. А на утвердительный ответ заказал пибимпап со свининой. — Так почему ты ушёл? — Серьёзно, Ал? — Ну… Блинский, а, — растерянно локон у лица теребил. — И куда ты? — Уеду из города, — Чарли с большим аппетитом набросился на принесённое блюдо. Он словно неделю не ел. Помнил, что вроде Рид его бульоном отпаивал. Наконец-то что-то нормальное в желудок попало. — Ты нашёл кого-то? Дейву изменил? — Забей на Дейва, пупс. Заебало и ушёл. Ты как? Чего делал? Жопу брил? — хихикал, стараясь отвлечь Альберта от нелепых расспросов, а то уже начинал доставать. — Почему? Давно уже ни одного волоса на теле, я ж говорил. На массаж ездил, уход за кожей… — Массаж со счастливыми окончанием? — Чарли бровями заиграл. — Нет, суббота же скоро. Мне нельзя с окончанием к субботе… Божечки, Чарли! Как же Дейв? Он же весь город на уши поднимет! — ладони к щекам прижал. — Не сделает он ничего такого. Ему Маргрет не позволит так позориться, — Чарли легко отмахнулся. — Я уже сбегал недавно. Почти выбрался. Если бы один урод не сдал на Границе, то ваще тихо свалил бы. — Поэтому тебя в бассейне не было? — Ага, избил и грудь изрезал. Во! — задрал кофту с футболкой и показал розовые полоски. — Ох, котик, — Альберт опять к своей груди притянул, по голове погладил. — Мне так жаль. Он наверно не в себе был, переживал потом… — Ага, конечно, — фыркнул и пальцами зарылся в складочки по бокам. Приятно было, когда вот так обнимали: тепло, заботливо, утешали от чистого сердца. — Я тебе говорю, что он у бассейна сам не свой был. Рон сказал, что он даже разговаривал неохотно. Ни на кого из наших не смотрел. Даже не трогал никого. Скучал так… — Всё, завязывай, Ал, — отпихнул друга. — Давай больше не будем о ебучем Дейве. Лучше расскажи, что у тебя нового? Какие ещё сплетни слышал? Лиза вернулась? — Нет. С ней — всё. Граф Миллер привёз Диану. «О» пока не дал. Хорошенькая, молодая. Наивная и глупенькая ещё. Тебе бы понравилась. Улыбалась постоянно, хихикала со всеми. С нашими заигрывала, — шёпотом добавил. — Не разобралась ещё, да? — Юная совсем, — горестно покачал головой Альберт. — Боюсь, что долго не протянет. Вильям уже ставки делает, когда её Миллер выкинет… — Крыса ублюдская…       Было приятно сплетничать с другом. Ещё приятнее было осознавать, что та жизнь для Чарли уже в прошлом была. Больше не будет никаких натянутых улыбок, навязчивого внимания, нежелательного общения. Сам теперь будет выбирать, с кем хочет разговаривать, а с кем — нет. Выбирать, куда хочет поехать, а куда — нет. — Погнали в бар, Ал? Я на вольных, так что могу даже о времени не париться. Напьёмся, покутим, — мечтательно улыбнулся. — Ты из-за этого сбежал? Побухать захотелось? Потом вернёшься домой? — «Вернусь домой», — тоской эта фраза отдавала. Хотел вернуться, но не в тот дом, о котором друг говорил. — Отдохнуть хочу и повеселиться. Охуенно странные деньки выдались, Ал.       Альберт задумчиво покивал. Критично Чарли с ног до головы осмотрел. — Только тебе бы переодеться надо для бара, котик. Не знаю, где ты был, но несёт от тебя — будь здоров. — Это запах свободы, пупсик, — довольно улыбаясь, заявил. — Я почти привык. Но от твоего щедрого предложения не откажусь. Есть что-то приличное для меня? — Думаю, что смогу найти. Поехали!       Личный водитель-охранник Альберта, молчаливый и хмурый амбал, никак появление внезапного гостя у своего подопечного не прокомментировал. Довёз их до апартаментов О’Смита и высадил. Чуть ли не у самого порога Альберт заставил Чарли раздеться, выдав свой шёлковый халат, который при желании можно было вокруг себя обернуть. Вещи в стиральную машину закинул, ненавязчиво уточнив, можно ли их сжечь. Разрешил в своём гардеробе порыться, пока сам красился для их совместной вылазки. — Только долго не будем сидеть и пить тоже, — хлопал себя по щекам, нанося какую-то сыворотку с блеском. — Я завтра на приём к трихологу. Надо свеженьким быть. — Как скажешь, пупс, — Чарли вытащил слишком узкие для задницы друга джинсы. — А эти откуда у тебя? — Ох, надо сдать уже. Три года не ношу. Из моды вышли, — оглянулся Альберт. — Из моды вышли или твоя жопа не влазит? — хихикнул и отложил в сторону. — Не хами. Рону нравится мое тело… — Сиськи твои Рону нравятся, — пришлось сдвигать с десяток вешалок с бюстгальтерами в сторону. — И это тоже. Не все ж по жопам прутся, как Дейв. — Он не только по жопам, — пробормотал Чарли, доставая розовую, слегка выцветшую футболку. Тоже, видимо, была трёхлетней давности. Размером явно не для нынешнего Альберта. — Да? А по чему ещё? — Хуй знает. Плевать.       Джинсы с футболкой нормально сочетались. Вполне в духе свободного человека, который на свой вкус одевается. И джинсовая рубашка Ала хорошо поверх всего смотрелась. — Накрасишься?       Альберт глаза подводил, а Чарли себя в зеркале осмотрел. — Неа, не люблю теперь.       Подумал, что теперь можно и щетину отрастить. Хорошо бы смотрелась. Брутально так.       «Ага, ещё шрам на нос — и ваще, мачо», — оскалился и взъерошил волосы. С интересом осмотрел коллекцию украшений друга. — Ну, а план у тебя есть? Как уезжать собираешься?       Чёткого плана Чарли, конечно, не имел да и О’Смита сильно посвящать в детали не хотел. Поэтому плечами пожал: — Да как в прошлый раз, наверно. Найду попутку на выезд. Можно на караванной парковке глянуть, кто едет. — А как границу проходить? Документы? — У меня есть. — Ого! А где ты взял? — Чо, Ал, тоже планируешь? — даже развернулся. Слабо мог себе представить, чтобы О’Смит на такое решился. Уж слишком сладко другу под боком у лорда жилось. — Нет, конечно! Ты чего?! Сплюнь! — с таким возмущением в ответ глянул. Сам три раза через левое плечо плюнул, прогоняя злых духов, сулящих неудачу. — Я с Роном до конца! Я ж - не как ты. Я своё место рядом с ним столько времени выбивал — никуда теперь, — покосился на друга, подкрашивая губы. — Да и тебе, честно говоря, очень повезло попасть под протекцию барона. Никого ж дольше года при себе не держал. А ты вон сколько уже с Дейвом? Лет восемь? Девять? Счастливчик! — Ага, охуеть подфартило, — Чарли скривился, открывая витрину с секс-игрушками Альберта. — О, новенькое! Тебе или Рону? — достал клипсы на соски с золотой цепочкой. — Мои, ага. Подарок на день независимости, — довольно кивнул и тут же нахмурился. — Божечки, девять лет! Бедный Дейв. Ему так сложно будет найти замену… — Красиво, Ал. Моё уважение, — Чарли достал с витрины белый пластиковый дилдо с приятными выпуклыми венками на стволе. — Ага. Рон сказал, что по слепку с члена андроида. Как настоящий… — А ты видел? Бывал у тебя андроидский? — Чарли с трепетом наглаживал искусственный член. Крепкий, покрытый приятным на ощупь материалом. Подумал, что в чёрном цвете красиво бы смотрелось. Решил, что что-то подобное супер-сучий-индендант в штанах прятал. — С андроидами не спал. Рон с такими не дружит. Да их и не бывает на встречах. Говорят, что их секс мало интересует… — Пиздят, — довольно хмыкнул О’Дарк, возвращая игрушку на место. — Был у тебя?! — Альберт аж развернулся. — Пока нет… — Фух, а то я подумал, что Дейв из-за этого в групповых не участвует. Андроидов предпочитает. Говорил тебе, что Рон его приглашал к нам? С тобой, конечно… — Неа… — А вот полезно бы было. Глядишь, и не поссорились бы! И не ушёл… — Мы не ссорились. И я не ушёл. Я сбежал от больного урода!.. — А говоришь, как будто обиделся на него. Он же наверняка не просто так исполосовал. Расстроился… — Солнце, есть, чо выпить? Я эту хуйню не могу уже на трезвую слушать, — резко перебил друга и на кухню прошёл.       Альберт словно не слышал, что ему говорили. Словно не понимал. Это он с Роном мог фантазировать, что какие-то более или менее нормальные отношения имел. Отношения с Дейвом даже «отношениями» с трудом можно было назвать. Хуйня из-под коня — и всегда такой была. Ни разу Чарли в своём положении не обманывался, ни разу не думал, что они на равных были. Ни единого раза не допускал, что хоть сколечко свободен был в своём выборе. — Костер возьми! И из стакана пей!       Услышать услышал, но назло из графина хлебнул чистый виски. Горло огнём опалило и горячим в желудок потекло. Три глотка и налил в стакан рядом. Довольно осмотрел большую кухню. Решил, что свободному человеку в таких условиях хорошо бы жилось: огромный кухонный уголок, где можно готовить себе еду, мягкий диван перед телевизором, где все каналы открыты и можно смотреть, что угодно без надзора, две ванные комнаты, большая спальня. В такие условия можно не только любовников водить, тут прям можно было постоянным обзавестись и приглашать периодически для снятия напряжения. Чтобы готовил и заботился, не навязчиво и безапелляционно, а интересуясь мнением свободного человека. Хотя… Свободному человеку было бы даже достаточно небольшого домика. Не такого убогого, как у Рида, а хотя бы с двумя комнатами, просторной ванной и приличной кухней. Тут свободный человек был непреклонен — ему нужно было достаточно места, чтобы готовить еду. Нормальную, вкусную, безо всяких успокоительных в составе, от которых ходишь полусонным большую часть времени.       Второй стакан виски допил, когда Альберт появился. — Ну я же сказал про костер! Ну следы же! Чарли! — тут же ворчать начал и схватил тряпку, чтобы затереть влажные кружки на столешнице. — Ну пупсик, ну не ворчи ты, — Чарли ласково приобнял, руками сразу под сетчатую майку залез и погладил выпуклый живот. — Ну хочешь извинюсь, солнце. — Дурак какой. Я же сказал, что мне нельзя. Суббота скоро, — Альберт недовольно отпихнул от себя. — Тогда погнали кутить! Кутить тебе можно! — Можно.       До первого модного бара в центре доехали на такси. Альберт сразу своему охраннику отчитался, куда поедут и на сколько, так что амбал остался дожидаться их возвращения у дома. Кутить отправились свободными людьми.       Если бы ещё заведение не напоминало об их реальном положении. На трезвую голову О’Смит отказался ехать в более простое место, категорически заявив, что поедут в «Точу О», куда приходили те, кто или уже имел знак принадлежности в имени, или всяческими путями старался его получить. Любовники, доноры, обслуживающий персонал сходились в одном месте, чтобы хоть на пару часов расслабиться и ненадолго забыть о своей нелёгкой доле. — Первый — за мой счёт, — ухмыльнулся Чарли, усаживая друга за ближайший свободный столик. — Уверен? Деньги есть? — заволновался Альберт. — Расслабься, пупс!       Чарли к барной стойке протиснулся. Ещё на входе приметил скучающего мужика в голубом костюме. Высокий, ухоженный, пьющий в одиночестве, с татуировкой на шее, как у О’Дарка. Занимал такое же положение, как и Чарли, или был настоящими донором — значения не имело. В этот вечер они тут были все на равных. И все одиноки в поисках тепла. А это — именно то, что было нужно. — Привет, красавчик, отдыхаешь? — Чарли рядом о барную стойку облокотился, призывно улыбаясь. Подтянул к себе пластиковое липкое меню.       Мужик рассеянно на него оглянулся, улыбнулся кисло и кивнул. — Славно. И мы тут с другом отдохнуть решили. Среда — самое время расслабиться, да? Чо пьёшь? — Чарли схватил со стойки стакан своего собеседника, понюхал и пригубил. — Соджу-кола? — Нагло, — хмыкнул костюм. Голос имел приятный и глубокий. — Прости, солнце, трудно устоять. Почти поцеловались, — голову на бок склонил, подмигнул. — Почти, — согласился мужик. Тоже отпил из стакана. Повёлся.       Чарли языком по нижней губе провёл, прикусил её игриво и кивнул. Опёрся о стойку, зад выпятил и махнул бармену: — Два «Грейпфрут персика Ток Ток». — Не любишь соджу-колу? — вздох рядом расслышал. Видел в зеркальной панели за баром, как его задницу оценивали. — Предпочитаю что-то повкуснее, сладкий, — выпрямился, волосы пригладил. — А ты? — Вкуснее люблю, — чужая рука уверенно за талию обхватила. — А вот почти поцелуи ненавижу. — О, как…       Целовался любитель колы так себе, больше губы Чарли обслюнявил. Зато охотно за коктейли заплатил и вслед за Чарли к столику прошёл. Альберт, в своей манере, почти сразу новому знакомому на уши присел, выясняя, что тот работает настоящим донором чистой крови у президента филиала Национального банка, любит солнце, занимается бегом и редко выбирается в бары. Чарли же только и успевал подзывать официантов и заказывать коктейли, прижимаясь сбоку к новому знакомому. Когда горячая ладонь нырнула под пояс джинс, а на ухо прошептали «сильно не набирайся, малыш», понял, что костюм границы терять начал. Не с рукой — тут полный порядок был. С указаниями своими. Никто не должен был свободному человеку говорить, что тот может делать, а что нет. — Покурить выйдем с Алом. Не скучай, солнце, — через стол перегнулся и потянул друга на выход. — Ты куришь, Чарли? — костюм как-то недовольно нахмурился. — Совсем чуточку, красавчик, — Чарли жалобно брови заломил, вставая. — Воздухом подышу, чтобы развеяться, и вернусь. — Обхватил руками гладкие щёки. — Вернусь трезвым и максимально здоровеньким для тебя, солнце. Вся же ночь впереди! — пообещал вместе с горячим поцелуем. — Потом только воду и кофе, — услышал слишком наглое в спину. — Я ваще-то не курю, Чарли. Нафига меня тащить? Так мило болтали. Такой интересный, — пыхтел Альберт, пока Чарли такси подзывал. Пьяно прищурился, когда рядом остановилась жёлтая машинка. — Очень интересный, Ал. Залезай давай.       Запихнул друга на заднее сиденье и рядом уместился. Назвал адрес другого бара, в котором как-то отдыхал ещё в период первых прогулок. — А чего это? А как же Сэм? — Альберт в окно вглядывался. — Кто? — Твой мужик. В костюме… — А, слишком нудный, — отмахнулся, растекаясь на сиденье. Хорошо было. Уже вело прилично от алкоголя. — Да? А как будто запал на тебя. И ты на него. Хотя так не похож на Дейва… — Я реально тебя ударю, пупс, если опять его вспомнишь, — нахмурился Чарли. — Я хочу нажраться, как скотина. И отдыхать, как скотина. Позволь мне? — навалился на друга, мокро ухо облизал. — Ты и есть скотина, Чарли, — Альберт такого внимания не оценил. Отпихнул хихикающего наглеца. — Ладно. Давай отдыхать, как хочешь. — Как хочу!       Свободный человек засмеялся. Искренне, от души. Дышал полной грудью спёртым ароматом потной кожи и нечистого салона машины. Свободой дышал.       А минут через десять пил свободу стаканами, за которые уже Альберт платил, не сильно желая очередного дурака обманывать и сбегать из шумного, но весёлого заведения.