Сердце из песка

      Чарли очередную сигарету потребовал, когда дошли до гостиницы. Пока Гэвин просьбу выполнял, нащупывая на дне сумки последнюю готовую самокрутку, Ричард с недовольным вздохом прошёл в гостиницу.       Присев на тротуар и поставив рядом стакан с остатками сладкой кофейной жижи, Чак подтаявшим куском льда растирал припухшие костяшки.       Забавно, конечно, сегодняшний вечер закончился для них троих. Сначала спасение Чарли от наглого прилипалы, которого Рид ошибочно принял за типичного любителя пофлиртовать на досуге. А потом этот удар от Чака. Но больше всего удивила реакция Рика — точнее, её отсутствие. Ничего не сказал и не сделал, хотя даже на обычные подколки О’Дарка срывался. Гэвин-то думал, что совсем с катушек слетит и изобьёт наглеца, но нет.       Рид прикурил самокрутку и Чаку протянул, усаживаясь рядом. Достал коробку с табаком, бумагу и запасные фильтры. Решил накрутить ещё сигарет на будущее. Молча сидели: Гэвин заворачивал в бумагу сухую траву, а Чарли медленно курил, посматривая на гуляющих прохожих. — Я, кстати, не вёл себя, как шлюха, — хрипло выдал, докурив до середины. Гэвин кивнул. — Не хотел его, если что. — И на это кивнул. Облизал край бумажки, ловко свернул, придавливая, в сумку закинул. — Просто болтал. Так проще…       Рид искоса глянул, попытался оценить, в каком настроении Чак был, чтобы правильные слова подобрать и новую волну агрессии не спровоцировать. Не думал, что Чак и его ударит, но считал, что некоторые толковые мысли Ричард мог не так грубо озвучить. — Ты же знаешь, что если тебе кто-то не нравится, то необязательно с ним разговаривать. Можно отказаться… — Я сказал, что занят. Таким хуилам всё равно, — смотрел куда-то вперёд, ухмыльнулся печально. — Я таких притягиваю, кого словами не отошьёшь, — повернулся и подмигнул Риду. — Это мой дар, солнце. — Больше похоже на проклятье.       Чарли медленно кивнул и затянулся. Смотрел внимательно, как Гэвин очередную самокрутку зализал и скрутил. — А ты бы как сделал? Не по-шлюшьи? — Я не думаю, что ты по-шлюшьи себя вёл, — тут Рид не согласен был с Ричардом. Не считал подобное определение подходящим. Прикурил себе сигарету, выдохнул. — Я бы сказал, что не заинтересован… — Ага, — Чак хмыкнул, отворачиваясь. — А если бы не понял, то ударил бы… — У него пистолет был. — Ну пришлось бы пригрозить, наверно. Может и пристрелить, если бы до этого дошло. — Кстати, — Чак сигарету зубами зажал, кольт достал из кобуры. Барабан открыл и высыпал гильзы на пыльный бетон, — может тогда отдашь мне пули? — руку к Риду протянул.       Моментом стыдно стало. Гэвин коробку из нагрудной сумки достал и отдал Чарли. — Ты заметил? — Я не тупой, — сидел и засовывал пули в барабан. — И тех троих тоже видел. Даже будь у меня настоящие патроны, не успел бы отстреляться.       Всё же с кольтом некрасиво вышло: сначала обнадёжил пацана, вручив средство защиты, а потом, получалось, сам же и обманул, зарядив пустышками. Рид смущённо щёку почесал. — Прости.       Чак плечами пожал. — Похуй. Толку-то? Всё равно не успел бы воспользоваться. Я — не ты, — вернул кольт в кобуру и вертел в пальцах истлевший фильтр. — И не Рик. Таким, как я, по-другому приходится справляться. Терпеть… — Ты бы мог к нам вернуться… — Зачем? Впряглись бы? — хмыкнул и головой покачал. — Не уверен… — Впряглись бы, — Гэвин был уверен. Плечом подпихнул Чарли. — Если тебе нужна помощь, то я помогу… — Почему?       Слишком серьёзно смотрел, слишком пристально. — Помогать тем, кому нужно — это правильно. — Правильный какой, — Чарли голову на плечо Гэвина уместил. Виском потёрся. — Гэвин Рид — спаситель. Звучит.       Хмыкнув, Рид его в макушку чмокнул. Улыбнулся грустно. — Те, кого ловлю, вряд ли так называют. — Поэтому хочешь бросить?       Много причин было для ухода в отставку. Какой была основная, Гэвин не знал. Проговорил медленно, докуривая. — Хочется уже не вредить своими действиями. Или бездействием. — Поэтому помогаешь мне?       Рид кивнул. Наконец-то поступал правильно. Был в этом уверен. Довезти пацана до безопасного места, присмотреть за ним, научить полезному — правильно было. — Я бы и в первый раз вывез, если бы знал, — решил поделиться давно мучающей мыслью. — Прости, что так хуёво вышло, Чак.       О’Дарк тяжело вздохнул на плече. — Я же — шлюха. Получаю то, что заслуживаю. Не надо притворяться. Бесишь, — выпрямился и сразу неуютно стало, когда чужое тепло на плече исчезло.       Гэвин самокрутку потушил. Повернулся. — Ты — не шлюха, Чак. Ты — открытый и чувственный, — вспомнил, как Чарли сам себя таким называл. Улыбнулся мягко.       О’Дарк в улыбке расплылся, плечом толкнул: — А ты дофига сдержанный, Гэв. Уже правда меньше. Я тебя научил?       Скалился довольно. Зелёные глаза лучились золотом солнца. Синяк на виске, отпечатки риковских пальцев на шее... Такой израненный, такой поломанный, а всё равно не унывающий, несмотря на своё прошлое и настоящее. Красивый. — Я всегда таким был. Просто не было повода, — Гэвин мягко по щеке с колкой щетиной провёл.       Чак о ладонь потёрся. Словно кот приласкался. Лучики морщинок у улыбающихся глаз. Мягкий изгиб манящих губ. — Всё равно буду всем говорить, что из-за меня, — вперёд подался и в щёку Рида чмокнул. — Жаль, что хуета это…       Встал и идти хотел, а Гэвин его за руку перехватил. Поднялся, хмурясь: — Что конкретно хуета? Ты о чём?       Чарли осмотрел его с печальной улыбкой. Рукой махнул на Рида. — Вот это всё. Красиво, конечно. Качественно отыгрываешь. Почти поверил. — Я не отыгрываю ничего! Ты о чём вообще? — Да забей, Гэв. Мне норм. Даже нравится притворяться, что верю. Это… — задумался, подбирая слова, — что-то новенькое. Забавно даже. Ты — благородный спаситель. Я — шлюха в беде. Романтично. — Чак…       Видимо, всё ещё не доверял, подвоха ожидал какого-то. А его не было. Гэвин заботился вполне честно и искренне. Как умел. — Не, если тебя достало, то можешь завязывать. Мне ок. Всё равно скоро закончим, — Чарли по плечу похлопал, отворачиваясь.       Гэвин не отпустил. Обратно притянул и сжал в объятиях несопротивляющегося пацана. Того, кому сам факт заботы казался игрой. Того, кто не привык и не верил в искреннее желание помочь. Поломанного.       Жалко его было. Рид бы и хотел объяснить, убедить, но не знал, как это лучше сделать, какими словами сказать. Не находил правильных слов. Сжал крепче и погладил по спине. Отклонился, вглядываясь в удивлённое лицо. Чарли с тревогой смотрел, брови вверх тянул. Робкая улыбка на губах застыла. — Я честно, Чак. Правда. Ок? — как мог объяснил то, что не играл тут в заботу. Не тешил своё эго. Не прикидывался спасителем. А просто был тем, кем являлся, и делал то, что мог. — Ок, — Чарли губы поджал, в сторону глянул. — Как скажешь, солнце.       Рид кивнул, отпуская. — И если потом, в твоей свободной жизни, тебе что-то понадобится —напиши мне. Я оставлю контакты. — Ладно, — поёжился и на шаг назад отступил. — Неловко уже, Рид. Сопливо слишком. Придурок, — в грудь толкнул игриво. — Рано стартуем, да? — Угу. Надо лечь пораньше, а то не встанем, — Гэвин следом за ним пошёл. Если наутро им предстояли поиски дома друзей Чарли на большой площади, то стоило спать ложиться. — Я по-любому не встану. Просто думал сгонять и бухнуть. — Можешь, если хочешь. Но с той площадью, что ты очертил, лучше как можно раньше поиск начать…       В номере недовольный Ричард на кровати сидел. Диод у него на виске жёлтым мигал. Хмуро глянул на вошедших Рида с О’Дарком, демонстративно воздух втянул и челюстью скрипнул. Хмыкнув, Чак в ванную пошёл, а Гэвин на кровать присел, чтобы на планшете предстоящие поиски очертить.       Две дороги в тот район вели, обе часа четыре им закладывали. Никаких частных домов на карте не отображалось, но такое не в новинку было: если здания в пустыне не предназначались под общее пользование, то и смысла их фиксировать никто не видел. Значит, придётся им на багги самостоятельно по песку себе дорогу прокладывать, выискивая нужное строение. — Думаю, что отсюда лучше начать, — Ричард со спины появился, пальцем в правый квадрат ткнул. — Тут какое-то ответвление от дороги — может вести к частному дому.       Рид кивнул. Резонно было. — Думаю, что тебе надо перед Чаком извиниться. — С чего это? Это он меня ударил.       Гэвин вздохнул и бровь почесал. Попробовал подобрать правильные слова. — Так ты на него давить начал, прижал. Я мысль твою понял, Рик, но слишком резко было. Неправильно.       Обернулся, чтобы в лицо посмотреть. Чарли утверждал, что по андроиду вполне можно было понять, что думает и как настроен. Гэвин сомневался. Сейчас видел кривую ухмылку и с вопросом поднятую бровь. Ричард явно не думал, что резко высказывался. — Ты жестил, Рик. Я серьёзно. — А он руки распустил. Не хочешь и ему сказать, чтобы извинился, — недовольно прицокнул даже. — Если бы я ему врезал, то ты бы уже в меня пистолетом тыкал и угрожал. А его даже похвалил. — Ты сравнил, конечно. Если бы ты его по-настоящему ударил, то вырубил бы. Разные весовые. Разная ответственность. Честно, ты с ним как с полным дерьмом обращаешься уже очень давно. Я бы на его месте давно бы ударил или пристрелил. Даже удивлён, что у него выдержки так надолго хватило… — Ты был со мной согласен, пока я ему там говорил. — С мыслью, но не со словами. И тоже не прав был. Ему, — Рид оглянулся на дверь ванной, проверяя не вышел ли тот, о ком разговаривали, — всё же тяжелее приходится, чем тебе или мне. Ты верно сказал, что его научили вести себя… — постарался слова подобрать, — определённым образом. Может, это и глупо, но мне кажется, что он пробует сейчас вести себя по-другому. Мы, наверно, помогаем. Пару дней назад схавал бы твои оскорбления, а теперь… И честно, я не хочу сейчас ещё и из-за вашей ссоры переживать: отслеживать, чтобы вы друг друга не прибили. Будь более рациональным, Рик. Урегулируй.       Вот такую мысль Гэвин андроиду озвучил. Может, с его стороны было и глупо взывать к голосу разума Ричарда, раньше он этого самого разума в суперинтенданте не замечал. Но прошедший день каким-то образом убедил, что что-то адекватное в голове имелось. В том, что не касалось секса.       К разумной части Ричарда Рид и решил обратиться. От этой части он и ждал ответ. Долгих пятнадцать секунд ждал, пока Ричард пристально на него смотрел. — Ничего не могу обещать. Я попробую, — пожав плечами, Ричард с кровати встал. — Но если будет кулаками махать… — Я ему вернул патроны.       Холодная улыбка растянула губы андроида. — Любопытно, и кого из нас ты ринешься защищать, если он начнёт пальбу?       Ушёл, не дождавшись ответа.

***

— Стучаться не учили? Хули надо?       О’Дарк недовольно на Ричарда в зеркало глянул. У раковины стоял со старым триммером в руке. Судя по относительно чистой правой щеке, морду свою подбривал. — Ты извиниться должен, — закрыв дверь, андроид к деревянной поверхности спиной прислонился, лишая возможности паршивцу улизнуть.       Безусловно, он выслушал нелепые доводы Рида. Ослеплённый своей привязанностью к засранцу, Гэвин упускал важный момент в произошедшем инциденте — Ричард был прав, сдержан и рационален изначально. Бреющийся тут засранец был глупым, импульсивным и хитрым. Мог строить из себя обиженку сколько влезет, но суперинтендант его видел насквозь: этим ударом, своими действиями в кафе и на улице О’Дарк прощупывал границы в их взаимодействии. Решил, что наличие оружия может в них что-то изменить, поэтому провоцировал, грубил, поэтому ударил. Ричард это отчётливо видел. И ни о каком изменении привычного положения вещей речи не шло.       Именно поэтому андроид сюда и пришёл. Стоял и с улыбкой ожидал ответа.       Чарли резко ему в зеркало улыбнулся, голову на бок склонил: — Прости, солнце, — выдал и хихикнул. — Не очень-то искренне, Чак, — прицокнул Ричард.       О’Дарк нижнюю губу выпятил, прохныкал: — Ну простииии, Рииики, — и тут же опять ухмыльнулся ехидно. — Всё ещё неубедительно.       Это ребячество, которое Гэвин, безусловно, назвал бы умилительным, Ричарда только раздражало. Он сюда пришёл за искренним извинением и за серьёзным диалогом, а не смотреть, как Чак ему рожи корчит и издевается. — Мне кажется, что ты в своём положении обманываешься…       Собственный голос заглушило жужжание триммера. Андроид замолчал, не желая повышать голос. Мысль, которую озвучить хотел, криком звучала бы жалко и глупо. Хмуро брови сдвинул и скрипнул перчаткой. Чарли выключил машинку: — Чего, Рик? Ты чо-то говорил? — с удивлением через зеркало смотрел на андроида. — Я сказал, что ты обманываешься в своём…       Опять включил триммер. Опять прервал речь Ричарда. Выключил: — Прости. Шумно было. Не расслышал. — Я сказал…       Очередной раз включил. Уже откровенно скалился.       У Ричарда улыбка стала шире, опаснее. Широкий шаг и отобрал триммер у наглеца, выключая. За ворот кофты схватил, хотя очень хотелось шею сдавить засранцу. Сдержался, помня о синяках. К себе притянул ближе. Прямо в лицо зашипел: — Я сказал…       Щелчок кольта — и почувствовал, как дуло в живот упёрлось. Паршивец скалился, с восторгом на андроида смотрел. Но сердце у него частило, выдавая нервозность. — Серьёзно? Выстрелишь? — по лицу и по показателям тела Ричард считать не мог, как поступит. Не верил, что реально может выстрелить, но скорый анализ данных не отрицал такой возможности. — Там настоящие: Рид отдал, я зарядил. Ты проверишь? — с каким-то лихорадочным азартом смотрел О’Дарк. Аж щёки порозовели.       Ричард с любопытством наблюдал за паршивцем. Тот не вырывался, а, будто наоборот, жался ближе, вдавливая кольт. Не кричал и не угрожал, а почти интимно произнёс: «Проверишь?» Сердцебиение и широкие зрачки. С удивлением Ричард понял: О' Дарк сейчас проявлял признаки возбуждения. От близости ли андроида или от ощущения власти, которое почувствовал, взяв Ричарда на прицел — было непонятно. Но любопытно. — Хочешь, чтобы я проверил, Чак? — почти интимно вышло. Почти ласково.       Юркий язык на секунду показался. Мазнул по пухлой губе. О’Дарк шумно выдохнул. Жадный взгляд по Ричарду скользнул. — Хочу, чтобы клешню свою убрал. — Любопытно стало, как себя поведёт: Ричард отпустил кофту. — И на шаг отступил.       И это Ричард выполнил. — Что мне ещё сделать?       С ухмылкой поглядывал на распалившегося засранца. А тот словно и не знал, о чём ещё попросить: смотрел в ответ, дышал отрывисто. — Триммер положи, — кивнул на раковину.       И это Ричард сделал. — Водолазку сними.       Так вот что дурачок придумал. Ну вполне ожидаемо от него было. Никаких преконструкций не нужно было строить, чтобы понять, о чём дальше попросит. С другой стороны, его возбуждение очень Ричарду на руку играло. Поэтому одежду стянул. — Что ещё? — легко перехватил инициативу, требуя дальнейших команд. Несложно было, когда О’Дарк с таким восторгом на голый торс пялился. — Скин убери.       Ричард убрал. Засранец аж нижнюю губу от возбуждения прикусил.       Такая реакция приятной была. Обычно люди без особого энтузиазма воспринимали оголенный чёрный пластик. Видеть и ощущать искусственный скин им было привычнее. Видимо, так проще было собственный мозг обмануть, как будто имели дело с человеческим телом, а не с искусственным. Самому же Ричарду удобнее и приятнее было ощущать прикосновения с убранным скином. Так было намного чувствительнее. Полностью или частично он оголялся с людьми только в самые интимные моменты близости, чтобы не сбить возникающее напряжение. Пожалуй, только Рида его истинный облик не пугал и не сбивал. И вот этого человека. — Красиво, — на выдохе Чарли свободную руку поднял. Пальцами до голой груди андроида дотронулся. Выдохнул и провёл по гладкой глянцевой поверхности, имитирующей правую грудную мышцу без соска. — Чувствительно? — Щекотно, — пожал плечами Ричард. — Чувствительно, — кивнул, когда дразнящие пальцы заменила тёплая ладонь.       Рецепторы посылали сигналы в мозговой центр, считая такой контакт приятным. В паховой области тяжелело в предвкушении. Спокойно стоял и наблюдал, как О’Дарк по телу рукой водит, изучает: вверх повёл до впадины ключицы, шею обхватил, сжал с шальной улыбкой. Слабо было и неуверенно, поэтому Ричард промолчал. Чак хватку разжал, провёл щекотно подушечкой по шарику кадыка. Выше к челюсти повёл. — Что это?       Ричард головой дёрнул, не позволяя дотронуться до прямоугольной выемки с левой стороны. — Флеш-карта деактивации. Не лапай. — Тебя вырубить можно? — На твоём месте не рисковал бы: сломаю тебе пальцы быстрее, чем сможешь нажать и вытащить её, — в подтверждение Ричард перчаткой скрипнул, оскалился хищно. — Спокойно, пума, — нагло ухмыляясь, засранец дулом по животу постучал. — Я на курок быстрее нажму, — вниз глянул и мигом потерял интерес к кнопке деактивации.       Вспомнил, что у Ричарда есть места намного интереснее и ниже рукой повёл, облизнувшись. Ричард ловко за кисть перехватил наглую руку, которая вниз по животу повела. Решил, что настал нужный момент. На себя резко потянул засранца, разворачивая спиной к стене. — Вот какой совет я хочу тебе дать, Чак, как гордому владельцу оружия, — мягко проговорил, ближе подступая. — Если наставляешь на кого-то пистолет, — дуло кольта упиралось в живот, — то будь полностью уверен в том, что сможешь выстрелить. Размахивать пушкой с перепуганной мордой совершенно бессмысленно, а в твоём случае — ещё и опасно.       Ухмыльнулся, заметив, как паршивец недовольно скривился, как на дерзкой улыбке уголки вниз потянуло. Не собирался стрелять, с самого начала очевидно было. Таким представлением и своими глупыми приказами напугать мог разве только идиота. — И ещё одно, Чаки, — наклонился ближе, прямо к вспотевшему виску. — Ещё раз наставишь на меня кольт, я тебе его в задницу запихаю... Знаю, что сейчас своими нездоровыми мозгами ты думаешь, что звучит очень горячо, но поверь мне, солн-це, — приторно улыбнулся и прошептал в ухо: — На самом деле тебе не понравится. Гарррантирую, — выдохнул.       Взглянул на идиота. По пылающей морде понял, что с первой частью своего предположения угадал, а вторая часть речи, возможно, даже не дошла до адресата. Чарли нижнюю губу покусывал. Голодный взгляд с поволокой по лицу Ричарда блуждал. Андроид довольно улыбнулся, кивнул на дверь: — Иди. И выполняй свою функцию с Ридом.       «Шлюха» хотел добавить, но сдержался — понял, что данное определение теперь вызывало у О’Дарка негативную реакцию. Мог опять взбрыкнуть и отказаться.       Чарли на дверь покосился. Выдохнул протяжно. Затылком к стене за спиной приложился, опуская кольт. — Неправильно это… Не хочу из-за сделки… — Хочешь, — Ричард ненавязчиво по выпуклости на ширинке засранца пальцами щёлкнул. Недовольное шипение и жалкий скулёж услышал, когда надавил и провёл по всей длине. — Хочешь… — Сука… — Пустая задница уже пульсирует, Чак? Хочешь, чтобы Гэвин о ней позаботился? — наговаривал шёпотом, наглаживая. Доводил до нужной кондиции. Чтобы изголодавшийся паршивец не просто соблазнил Рида, а набросился на него, сбил своим желанием, утянул в своё возбуждение. Тогда уже Гэвин не сможет сопротивляться, и от присутствия Ричарда отказываться. Идеальный план. Чудесная преконструкция… — Дай… — Чарли губы нервно облизнул, — секунду мне… Подготовиться…       Секунду Ричард мог ему дать. Кивнул, пальцем с нажимом провёл у головки: — Поспешшшиии… — в унисон с возбуждённым шипением сам прошипел. Собственный обделённый вниманием член смазкой потёк от вида разъёбанного паршивца и от звуков, что тот издавал. Славно выходило. Идеально.       С усилием оторвался от своего занятия. Скин вернул, натянул водолазку. Согласно плану, Чак первым должен был наброситься, как и в прошлый раз. А Ричард должен был ненавязчиво присоединиться, когда градус возбуждения поднимется до нужной отметки. Поэтому достаточно спокойно в комнату вернулся.       Гэвин у окна стоял и пил воду из бутылки. — Разобрались? — взглядом указал на дверь в ванную. — Можно и так сказать, — кивнул Ричард. Оглядел комнату, выбирая наиболее удобное место, чтобы наблюдать предстоящую прелюдию. Хотелось, конечно, сразу к Риду подойти и утянуть в горячий поцелуй, но вместо этого выбрал на кровать сесть. — Как тебя подлатали, Рик?       Даже и не понял, о чём Гэвин спрашивал. Слишком увлёкся преконструкциями предстоящей ебли. — Хорошо. Ничего важного не задели. Дырки убрали. Хочешь посмотреть? — ухмыльнулся. Готов был и раздеться, чтобы продемонстрировать. — Верю на слово.       Всё равно Ричард планировал сегодня ночью показать Риду, что на теле даже лишних стыков не осталось. Техническая контора, рекомендованная капитаном полиции Бордера, действительно оказалась неплохой: с хорошей аппаратурой, тириумом высокого качества и молчаливыми техниками. Всё очень хорошо сделали.       Ричард незаметно глянул на прикроватную тумбочку, где возле пустой бутылки из-под воды и мази от синяков стояла заветная бутылочка с маслом для растягивания узкой дырки. При правильном настрое могла сегодня пригодиться не только О’Дарку. Если «ебливый громоотвод» сработает как надо, то и Гэвину могла пригодиться. — С ним точно всё в порядке? Долго что-то, — Рид на дверь в ванную кивнул. — Он там морду бреет, — о подготовке к жаркой ночи Ричард целенаправленно промолчал. — К встрече с друзьями готовится, — Гэвин и свою щетину пощупал. — Как думаешь, кто они? — Да кто ж знает? Может, очередные подстилки высокородных. Какие ещё у него могут быть друзья? — Думаешь? Разве ему стоит к такому возвращаться? — Хочешь его отговорить? И куда тогда повезёшь? К себе домой? — заметив, как нахмурился человек, Ричард с вопросом бровь поднял. — Я думал, что мы не вправе решать, с кем ему общаться. — Это да. Но если обратно в такое же вернётся, то это как-то…неправильно.       Ричард глаза закатил. Неправильным тут было только долгое ожидание с этими приготовлениями. Планы О’Дарка на своё будущее Ричарда совершенно не волновали. — Ну, он же — свободный человек. Как ему запретишь?       Рид задумчиво покивал. Снова почесал щетину на щеке. — Посмотрим, значит.       Наконец-то открылась дверь. Порозовевший и расслабленный О’Дарк в комнату вывалился. Голышом был. Ричард довольно на Рида глянул, считывая показатели тела. Тот с нескрываемым удивлением на своего Чарли смотрел. Температуру тела повысил. — Пиздец я устал! Спать, да?       Ричард даже на милисекунду растерялся, заметив, как засранец, вместо того, чтобы на готового Гэвина наброситься, в кровать залез под одеяло. Странная стратегия соблазнения. — Угу, — Рид растерянно макушку почесал. — Надо бы уже и спать. — Спокойной ночи тогда! — улыбаясь, О’Дарк рядом с Ричардом уместился, одеяло до подбородка натянул. Вытянулся под ним с наглой улыбочкой, руки за голову закинул.       Пока Рид доставал из сумки какие-то вещи, Ричард попытался проанализировать, что произошло. Осмотрел засранца, но никаких признаков былого возбуждения не видел. Воздух втянул и резко понял. — Ты дрочил? — проскрежетал тихо, наклоняясь к улыбающемуся Чаку. — Гэвин?! — засранец голос повысил. — Мы же не трогаем того, кто этого не хочет? — Да, — Рид резко оглянулся. — А чего?       Наглая улыбка выбритое лицо растянула: — Да я просто не настроен сегодня ебаться, Гэв. Ты ж не против? — Конечно, нет. Если не хочешь, то не будем. — А ты, Рик?              У Ричарда от раздражения улыбка шире стала. Наглая шлюха переиграла его. Все силы внутренней системы направил на то, чтобы голос звучал мягко и без скрежета. — Конечно, Чак. Не против.       Хорошо вышло. Гэвин ничего не заметил. А вот, судя по дерзкому подмигиванию, О’Дарк вполне считал раздражение. — Славно, что разобрались, мужики, — приподнялся и по матрасу похлопал, обращаясь к Риду. — Возвращайся быстрее, солнце. Хочу обжиматься с тобой.       Дверь за Гэвином закрылась, а Ричард спокойно с кровати встал. Стянул с себя водолазку, штаны. Убрал скин. Не такой голодный, но вполне заинтересованный взгляд на себе заметил. Усмехнулся. — Ты же первый не сможешь сдержаться, Чак. Что за игру тут затеял? — Это не соревнование, Рик, — наглец краешек одеяла поднял, приглашая. — И не игра на выдержку. — Ричард от приглашения не отказался, лёг рядом. Тут же паршивец всем телом к нему с боку прижался. Тёплым, но не горячим. — Просто я не ебусь по указке теперь. Сам решаю, когда и с кем, солн-це, — мягко в шею Ричарда чмокнул. — Усёк?       Ричард за вихрастую макушку ухватил, потянул, чтобы в наглое лицо взглянуть. — Так это и тебя касается, Чак. Ты тоже не трогаешь, если не хотят. Усёк?       Смазливый говнюк глазами захлопал, губу нижнюю выпятил. Потянулся к лицу Ричарда. Носом уткнулся в щёку. — Ну это совершенно невозможно, солнце! Все хотяяяят, — наглый язык щёку лизнул. — Отвали, — андроид резко отпустил, и паршивец в сторону откатился, хихикая.       Ричард бы подзатыльник отвесил, но сосредоточился на том, чтобы угомонить чувствительный член. Всё равно планировал свою идею осуществить. Просто надо было быть немного терпеливее и хитрее.