Сердце из песка

— Время!.. — Я знаю, — Гэвин аккуратно Чарли по потной спине гладил, сжимая. Слегка покачивал, пытаясь успокоить.       Что такое истеричное состояние — знал не понаслышке. Наблюдал его несколько раз после боевых действий. Организм, не справляющийся с большим эмоциональным и физическим стрессом, у некоторых вот такую реакцию выдавал. В таком состоянии мозг искажает окружение, все нарывы в душе обнажаются и рвутся наружу нечеловеческими звуками. За годы службы приходилось воочию наблюдать нескольких новобранцев, смеющихся и рыдающих посреди окровавленных тел соратников. Один, особо чувствительный, даже самоубился на глазах Рида.       Поэтому не просто гладил Чарли, а, на всякий случай, ещё прощупал карманы в поисках припрятанного оружия. Не нашёл. — Чак, Чаки, надо идти, детка. Спешить… — Я…не…из-за…него, — невнятное со всхлипами на плече расслышал. — Я знаю, Чак… — Я…не…знаю…       Всхлипы на икоту срывались. Чак воздух глотал в попытке остановиться. — Тише, всё в порядке. Бывает… — отпустил, чтобы взглянуть. Руки, закрывающие лицо попробовал сдвинуть. — Нам надо идти. Скоро холод…       Замер. У Чака на щеке большой пластырь оторвался частично, окровавленной тряпкой свисал на челюсть. А под ним кривой шрам от скулы вниз уходил. Заканчивался, судя по всему, за дюйм до рта.       «Уёбок!!!» — внутри грудины запекло. Рид губы сжал и нахмурился. На покрасневшую шею взглянул. Оставалось лишь надеяться, что больше никаких травм не было. «Блядский сучара!».       Надо было до багги добираться и до города. Потом разберутся со всем. Он позаботится. Защитит. — Чак, — аккуратно приклеил пластырь к щеке, — идти сможешь? Нужно к машине дойти быстрее.       Чарли понуро кивнул, икнув. Глаза вытер. Поднялся, ухватившись за Рида.       Идти по песку вдоль следов от шин, да ещё по такому пеклу, было тяжело. И быстро идти не получалось: Гэвин то и дело останавливался, проверяя ковыляющего сзади О’Дарка. От предложенной помощи тот отказался: головой покачал, задерживая дыхание, буркнул «сам» и похромал. — Медленно.       Гэвин и без Ричарда понимал, что медленно идут. Таким темпом они не то чтобы до города — даже до машины добраться не успевали. Солнце упрямо к горизонту спускалось, а ворот к пепелищу даже не было видно. — Чак, надо идти… — Иду…       Видно было, что старался, но то и дело запинался о песок. Морщился, губами дёргал, по бледному лицу пот струился. Рид и сам взмок, как скотина. Пот, стекая с макушки, щипал рану на затылке. Ныли рёбра и грудь — не помнил, чтобы туда били. Видимо, досталось, пока без сознания был. Зрение немного по краям размывало и густая духота лёгкие стискивала. — Ты сам сможешь быстрее?       У Ричарда в грудине шумело, охлаждая систему. — Могу, но Чаку херово. — Вижу.       Андроид резко развернулся и подошёл к О’Дарку. Даже внимания не обратил на вялый протест: подхватил на руки, на удивление аккуратно, и понёс вперёд. Не так быстро шёл, но уже бодрее шагали, чем до этого. Чак больше не сопротивлялся. Голову опустил, прижался к прохладному Рику, и лишь изредка воздух резко втягивал после икания. — Рик, знаешь, сколько осталось? — Час и две минуты до заката, и три с половиной мили где-то до багги. — Палатку поставим. — Ему врач нужен. И тебе. — Утром, значит.       Другого варианта не было. Где бы они смогли ночью, посреди пустыни, врача достать? Вдали от основных трасс — они же ни разу никого не встретили, кроме ебучего барона. Так что помощи было ждать неоткуда. Только идти и надеяться, что дорожной аптечки хватит, чтобы рану Чака обработать и напоить его обезболивающим.       Под сухими, редкими кустарниками расползалась вечерняя тень. От духоты и усталости так звенело в ушах, что дальний рёв двигателей Гэвин по ошибке принял за урчание желудка. — Вездеходы.       Ричард первым звук распознал. — Помощь?.. — Штук двадцать. Сомнительно… — От нас или к… — Разведчик.       Андроид на месте замер, уставился на дальнюю точку на горизонте. — Блядь!       Точка вперёд поехала, а вслед за ней, в мареве на границе песка, высыпали ещё вездеходы. — Рик, браслет!       Андроид боком развернулся, позволяя из кармана наручники достать. Пока Чака опускал на песок и пояснял, чтобы тихо стоял и ни с кем не разговаривал, Рид зубчатым сектором браслета себе запястье резал, пытаясь татуировку охотника изуродовать, чтобы нечитаемой стала. Острые зубцы кожу цепляли и рвали, а он лишь сипло воздух сквозь зубы выдыхал. — Какого?.. — Это Потрошители, — Ричард недовольно косился на кровоточащую руку Гэвина. — Если идентифицируют его, как охотника за головами, то на месте прибьют. Лучше говорить, что мы оба гражданские — охрана в частном секторе. — А я? — Чак до своей татуировки на шее дотронулся. — Ты для них не угроза, по сути. Им деньги нужны, оружие, провизия, машины. С нас взять нечего, так что, может, и пропустят. А может, и нет. Отбитые дикари, — Ричард с сомнением на пистолет в руке смотрел. — Мало пуль, — пробормотал. Откинул в сторону и песком присыпал. — Зачем?.. — Нас ограбили и выкинули. Без оружия, денег и припасов. Не тупи. — И молчи, Чак. Лучше я или Рик говорить будем. Сзади стой и не привлекай внимание.       Рид наручники вытер и рядом с пистолетом прикопал. Горячей горстью песка свежую рану присыпал, чтобы казалась давнишней. — Идём.       Рик вперёд выступил. Чарли на время в центр поместили. А Гэвин замыкал процессию. Внутри себя наговаривал детскую молитву, чтобы вездеходы мимо проехали. Могли же мчать за добычей покрупнее? Вдруг бас барона преследовали? Тогда бы на пешую троицу даже внимания не обратили… Фортуна могла бы и дальше быть милосердной сегодня и помочь им еще один раз. Внутри себя клялся, что в последний раз к ней обращается. В жизни больше ни о чём не попросит, лишь бы Потрошители мимо проехали, а сами они успели бы до багги добраться. Все вместе. Втроём…       Устрашающие крики раздались и линия вездеходов разделилась, окружая пеших путников. Воткнувшийся в песок перед Ричардом болт от арбалета предупреждал, чтобы на месте застыли и не двигались. Андроид медленно руки поднял, останавливаясь. Гэвин и Чарли его примеру последовали.       Их окружило плотное кольцо Потрошителей. Ревели моторы. Из-под двигающихся вхолостую задних колёс вездеходов летели брызги песка. Вопли и дикий смех наездников пробирали до нутра. Сверкали тесаки в грязных кулаках. Со всех сторон на них автоматы смотрели, грозно лязгали затворами, угрожали немедленной смертью. Молитва Рида не сработала. — На колени! — проорал высокий мужик. На лице — чёрная бандана с белым оскалом улыбки, над ней — безумные выцветшие глаза. Облегчённая винтовка лениво от одного путника к другому покачивалась. Даже сомнений не было: их тут казнят при малейших признаках неповиновения.       Гэвин аккуратно на колени опустился. Краем глаза заметил, как, охнув, Чак его примеру последовал, и как Ричард недовольно прицокнул, опускаясь рядом. — Вытянули руки и без приколов, а то отрублю, — с ближайшего вездехода соскочил мужик в каске, на которой потрескавшейся красной краской был череп нарисован. Сканер для считывания татуировок достал. — У нас нет ничего. Гражданские. Нас выкинули из…       Договорить Гэвин не успел — ему кулаком в челюсть зарядили, прерывая. — Те кто-то разрешал вякать, еблан? Хули такой смелый?       Сплюнул на песок кровавую слюну. Расслышал рядом недовольный скрип. — Чо-то ещё добавить хочешь? — многострадальный затылок заныл, когда волосы на макушке стиснули и вверх потянули. Промолчал. — То-то же. Руки.       Старый сканер натужно заскрипел, пытаясь считать изрезанное тату. — Чо с рукой? Отвечай!       Крепкая затрещина прям на рану пришлась. Рид поморщился и проглотил ругательства. — Нас ограбили, избили и скинули с транспорта. Порезали в драке… — Удобно, что только запястье тебе искромсали, да? — Шею грубо облапал, осматривая. — А вот на андроиде ни царапинки. И как такую машину смогли ограбить? Поломанный?       Губы Ричарда в тонкую линию вытянулись. — Сговорчивее был, — Ричард чистыми запястьями повертел. Промолчал, когда ворот водолазки оттянули. — Военная модель. Вас программируют быть умнее и опаснее, — головой дёрнул, когда мозолистый палец под челюстью провёл в опасной близости от области деактивации. — Спокойней будь, Пластмасска. Встал!       Тут же мужик пошире к Ричарду подошёл. Хлопать начал карманы куртки в поисках оружия или документов. Ключ от наручников на песок скинул, смятые бумажки достал и себе в штаны засунул. — Этому джейрану побольше досталось, — мужик со сканером к Чаку подступил. — Ты из них самый грозный, симпатяга?       «Молчи-молчи-молчи» — Гэвин внутри себя повторял. Справедливо считал, что удара от озлобленного дикаря Чарли выдержать не сможет. — Это смотря с кем, солнце. С такими вежливыми ребятами могу быть вполне не грозным.       «Блядь!»       Такой ответ вкупе с полуулыбкой на израненном лице, конечно же, понравился. Мужик со сканером хохотнул: — Ну отбитый ты точно. Не вдупляешь, в какое дерьмо попал? — Бывало и похуже, — Чак голову опустил, позволяя татуировку увидеть. — Игрушка! Тут у нас игрушка! — выкрикнул мужик.       Вмиг среди оголтелой толпы тихо стало. — Чья? — самый первый в бандане со своего вездехода слез, к пленникам спешно направился.       Сканер неприятно пропищал, а его владелец зычно выкрикнул: — Барона Дарка!       Рид пытался понять реакцию Потрошителей на новость, прислушиваясь к шёпоту в толпе. А тот, что с вездехода слез, к Чаку подскочил. Стянул бандану, присев на корточки: — Чарли-Карамелька? — на симпатичном лице со светлой щетиной улыбка расползлась. Натянула сетку шрамов от химического ожога на челюсти справа. — Лекси-Поршень? — Чак в шоке глазами хлопал, тоже улыбался. — Чарли! Блядь! — сгрёб О’Дарка в охапку. Капюшон у потрошителя с башки съехал, открывая блондинистый ёжик. — Руки! — рядом стоящий с Ридом мужик ему затрещину влепил, напоминая, что команды опускать не было. Гэвин и не думал опускать, просто от неожиданности забылся слегка и совершенно не понял, что произошло. У Чака были знакомые среди Потрошителей? Это как возможно-то?       Ричард, судя по лицу, тоже не понимал: стоял с поднятыми руками и недовольно на обнимающуюся рядом парочку поглядывал. — Ты как?.. Откуда?.. Тебя Дейв выгнал?! — Я убил его!       Казалось, что сама пустыня охнула от такого громкого заявления: слишком в унисон все присутствующие звук издали. А Чарли, довольно улыбаясь, кивнул. — Как? В смысле? По настоящему? — блондин в его лицо вглядывался. — Ну а как ещё? Убил, — Чарли легко себе за спину кивнул. — Вместе с мистером Кимом в зыбучих песках купаются. — Охуеть! Ну охуеть просто! — блондин на ноги вскочил, помогая О’Дарку подняться. — Мне нужны подробности! Все детали! Нам всем нужны, Чарли! Мы ж тут все, — рукой обвёл своих соратников, — мечтали о том, чтобы хозяев порешать! — толпа довольно загудела. — А у тебя вышло! Ну охуеть, Чарли! — Ага, — Чак слегка покачнулся. С виска капля скатилась, по шее в синяках потекла и растворилась в мокром вороте футболки. — Только подлатать тебя, Карамелька, надо. Зачётная драка, видно, была, — блондин за талию О'Дарка приобнял и повёл за собой. — А мои?.. — оглянулся на Рида с Ричардом. — Кончайте их, — отмахнулся его сопровождающий.       Тут же один из толпы с тесаком наперевес к Гэвину направился.       Чарли назад отшатнулся: — Не-не! Их нельзя кончать! Это мои мужики! Мои парни! Мы вместе, Лекс.       Не время было улыбаться, но у Рида аж губы дрогнули. Приятно было такое в свой адрес слышать, да ещё и с такой искренней интонацией. — Твои любовники? Оба? — Ну, да. Помогли мне Дейва порешать. — Ну, охуеть, Чарли! Мне определённо нужна эта история! Но военная модель? — указал грязным пальцем на Рика. — Ага, моим телохранителем был. И Гэвин. Такая у нас история — закачаешься, Лекс! — Чак Рида за руку взял и сжал. — Я без них никуда. — Это… Мы так не делаем обычно, — его приятель на своих дружков глянул. — У нас только бывшие игрушки… — Можем потом в Бордере встретиться и поболтать, — Чак и Ричарда за руку схватил, за себя утянул. — Расскажу, что и как было, но не на таком пекле. Мы тут ангар присмотрели по пути… — Ближайший — очень далеко. Вы не успеете, — мужик со сканером головой покачал. — Алекс, мы не можем нашего кинуть. Замёрзнет. Даже с двумя мужиками под боком. — Если подбросите до ангара, то успеем, — осмелев, и Гэвин голос подал. Тут же прикусил язык, когда его подозрительным взглядом окинули.       Блондин хмыкнул. Широко шагая, к Чаку подошёл и за щёки стиснул. — Охуеть, Чарли! Ну только ты можешь такие трюки выкидывать! Я с тебя хуею! — в губы чмокнул О’Дарка. Нахмурился, проведя пальцем по пластырю. — Поехали домой, Чарли. С твоими мужиками.       Быстро команды выкрикивал, распределяя, кто Рида с андроидом с собой на вездеходы берёт. Чака, конечно же, сзади себя усадил.       Гэвину досталась машина мужика со сканером. Тот, похлопав по сиденью сзади, предупредил, что подвеска расхлябанная и вездеход болтать может. Посоветовал покрепче за ручки держаться. Ричарду достался водитель, обвешанный ожерельями из зубов. Рик с Ридом краткими взглядами обменялись: оба не хотели вместе с Потрошителями никуда ехать, но оба понимали, что никак от такого предложения отказаться не могли. Да и смысла уже не было: в пустыне темнеть начинало, холодом опускалась на песок ночь. Им обоим вручили холщовые чёрные мешки на головы, пояснили, что «дом» находится в секретном месте, о котором им знать не полагается.       Очередные хмурые переглядывания — и Гэвин натянул на голову тряпку. Запах чужого пота наполнял лёгкие, а свежий воздух с трудом проходил через грязную ткань. Даже перспектива быть порубленным на куски казалась более привлекательной, чем задохнуться в подобном виде.       Взревели моторы, и с громкими воплями «Домой!» процессия двинулась к базе Потрошителей.       Если поначалу Рид и пытался запоминать путь по движению, отслеживая, куда повернули и где вездеход на холм взобрался, то после нескольких минут бесконечной тряски бросил это неблагодарное дело. Старался только держаться покрепче да дышать пореже. И очень надеялся на скорую остановку.       Да и некогда было особо к дороге прислушиваться — слишком много мыслей в голове вертелось: и за здоровье Чака переживал, и за будущее Рика. Потрошителям явно не нравилось, что тот военной моделью был. А если кто-то в Ричарде признает суперинтенданта гарнизона Мирны, то явно деактивацией не ограничатся —могут что-то и похуже сделать. Разорвать на части, например, и оставить медленно истекать тириумом в пустыне. Как-то Гэвин такую инсталляцию в песках наблюдал: белый пластиковый торс — без рук, без ног, залитый синей жижей — кряхтел помехами на границе опасной зоны, ближе к Срединной пустыне. Жуткое зрелище. Не хотелось такое и в чёрном пластике видеть. Каким бы говнюком ни был Рик – он такой кончины не заслуживал. Вообще, пока никакой не заслуживал. Ни один из мужиков Чарли.       Вспоминая эти слова, Гэвин улыбался. Ничего с собой поделать не мог. Наверно, Чак их так назвал в попытке защитить Рида и Ричарда от скорой смерти. Возможно, что на самом деле так не думал. Гэвин и сам не думал об их трио как о чём-то таком целостном. Просто три мужика ехали в одну сторону. Просто периодически трахались друг с другом. Вряд ли их что-то большее связывало, чем одиночество и тоска по тёплому телу рядом. Но мысль была приятной. Грела изнутри. Из-за неё не хотелось умирать. Хотелось, чтобы все втроём выбрались из передряги. Хотелось постепенно разобраться и выяснить. А ещё – найти для Чарли место, так как то, в которое он всё это время стремился, оказалось разрушенным.       «Мы вместе»...       Это было последней мыслью Рида перед тем, как вездеход остановился. Со всех сторон приветственные крики неслись, вопросы разные: «кого догнали?», «кого порешали?», «что привезли?». С головы стащили мешок, и Рид увидел, что сидит на вездеходе посреди огромного грота в красных скалах. Голые лампочки, соединённые переплетением проводов, обвивали яркий песчанник. Как будто в какую-то шахту въехали — только железных путей с вагонетками не хватало.       Тут много вездеходов стояло, прикрытых чехлами, несколько фур без колёс, парочка трейлеров. И люди — людей было много. Почти у всех заметил оружие: в руках или на поясе. Почти все были странно одеты: исхудалое тряпьё сочетали с вычурными золотыми ожерельями, кофтами в пайетках, кожаным сбруями поверх армейский курток. То, что почти каждый имел какой-то физический дефект — тоже приметил. Были одноглазые, безухие, с уродливыми шрамами на теле или с протезами на одной из конечностей. Логично предположил, что те, кто сносно выглядел, под одеждой свои уродства скрывали. А ещё заметил чёрные квадраты татуировок на шеях. У каждого. Не круг в квадрате, как у Чака, а полностью забитые четырёхугольники. — Гэвин, — Ричард его за собой потянул. Сквозь внимательно поглядывающих на них местных к Чарли с блондином ближе пробрались.       Старый друг не отпускал от себя О’Дарка, стискивал за талию. Вёл куда-то, нашёптывая пацану на ухо. Периодически носом о висок бледного Чака тёрся.       Отпустил только тогда, когда они через проход, заставленный ящиками, вышли в огромное тёплое помещение, где в конце тянулась шеренга из кухонных плит. По периметру стояли низкие столики из поддонов, а на полу были раскиданы потрёпанные подушки. Видимо, помещение являлось неким подобием столовой-кухни для местных.       Женщина в рваном платье, но с блестящей диадемой в забранных волосах, поднесла блондину бутылку с водой. Чаку отдал. Тот тут же присосался и почти половину выхлебал, а потом Риду протянул. — Добро пожаловать в Эдем, Карамелька! — торжественно выкрикнул блондин и обвёл зал рукой. Со всех сторон радостные крики раздались, аплодисменты послышались. — Твой новый дом!       Чарли смущённо по сторонам глазел. Улыбнулся — и пластырь отклеился. Гэвин его быстро обратно приклеил, чтобы рану прикрыть. Нахмурившись, блондин его руку оттолкнул: — А это что? — полностью повязку с щеки сдёрнул и скривился. — Бля, Дейв, да? Вот сука! Надо было ему твоё красивое лицо изуродовать? — Прям изуродовать? Некрасиво? — Чак с беспокойством до щеки дотронуться хотел, а Гэвин перехватил руку, пока в открытый порез не попал. Откровенно говоря, не думал, что рана сильно уродовала О’Дарка. Больше волновался, чтобы инфекция внутрь не попала. — Некрасиво, — вздохнул блондин. Тут же резко улыбнулся. — Но у нас тут у всех остались подарки от хозяев. Не переживай, Карамелька, — оттянул ворот кожанки, демонстрируя сетку из шрамов от ожога, которая с челюсти по шее ниже стекала.       В толпе одобрительно загудели. Протезами замахали, изуродованными головами завертели, одежду вверх потянули, показывая шрамы, дырки и следы от ожогов. Женщина с диадемой даже подол платья задрала, разворачиваясь: на месте левой ягодицы рубец был на плоской вмятине. — Пиздец, — нервно хихикнул Чак, пригладив макушку. — Ну да. Пиздец, — блондин плечами пожал. Грудь гордо выпятил. — Зато мы теперь здесь свободные! Живём, как хотим. Все вместе — большой дружной семьёй. В своём личном раю, Карамелька! — за шею Чака приобнял и в макушку чмокнул. — Пойдём, рану обработаем. — Гэвину тоже досталось, — Чарли Рида за руку ухватил, потянул. — И мужика твоего подлатаем, — блондин быстрый взгляд на сцепленные руки кинул и ухмыльнулся. Загривок О’Дарка пальцем нежно огладил.       Один поворот направо, по другому тоннелю, два поворота налево — и они вышли в комнату, крепко пахнущую дезинфекцией. На относительно чистых железных столиках лежали инструменты, а в пластиковых ящиках с крестами, что у стен в ряды были выстроены, скорее всего медикаменты хранились. — Белла! — зычно выкрикнул блондин, и из-за дальней ширмы выглянула щуплая брюнетка в коротком сером платьишке. Огромные зелёные глаза в шоке уставились на Чарли. — Карамелька?! — взвизгнула и подлетела к Чаку. Накинулась на него, повиснув у О’Дарка на шее. Ногами попыталась за бёдра стиснуть, но Чарли со смехом пошатнулся. Удержал, подхватил за белый пластиковый протез на правой ноге. Под коротким подолом видно было место стыка искусственной конечности и бледной плоти. — Белка!       Судя по всему, знакомых среди Потрошителей у Чарли реально много было. Что не могло не радовать. Мягко улыбаясь, Гэвин наблюдал, как девчонка Чаку в ухо сопит и жмётся. — Чарли-Чарли-Чарли, я так рада! Так рада! — Я тоже, Белл. Хули ты такая тяжёлая стала? — Это протез, — слезла с О’Дарка и кокетливо ногой повертела. Охнула, заметив порез. — А тебя кто так изуродовал? Блядь, Дейв?!       Чак опять к щеке потянулся. Гэвин опять его остановил. — Изуродовал?       В лицо Рида вглядывался, словно считать пытался, насколько теперь уродливым стал. — Нисколько, — утешил, как мог. — Но шрам останется. — Как у тебя? — Со временем… — А это кто? — девчонка перебила, ткнув пальчиком в Рида. — Мужики нашей Карамельки, — хмыкнул, стоявший в стороне блондин. — Телохранители. Помогли ему Дейва порешать. — Ты барона убил?! А как?!..       Чак уже вдохнул глубоко, чтобы свой рассказ начать, но Ричард его перебил, напоминая, что порез бы зашить не помешало, а то от всей этой болтовни и улыбок у Чарли капельки крови на ране собираться начали. И про Рида напомнил, уточняя, имеется ли мазь от синяков и повязки для раны на кисти. С интересом взглянув на Рика, девчонка быстро нашла на столике полупустой тубус с мазью, а затем ловко подготовила нитки и иголку для пореза. Руки помыла, замораживающим спреем опрыскала щёку О’Дарка, усадив его под лампу.       Чарли с тревогой косился на инструменты рядом, руки перед собой стискивал, в спинку стула вжимался, пока обрабатывала. — Чак, на меня смотри, — Гэвин его мягко по плечу погладил, стиснул в поддержке. — Всё хорошо будет. Не больно.       Нервничающий пацан с благодарностью верх взглянул. Бледные губы натянули здоровую щёку: — Уродливо будет?       Рид головой покачал. А Ричард строгое выдал: — Нормально, если башкой вертеть не будешь. Зашивала уже такие? — На лице — нет, но тела штопала. Невелика разница, — подружка Чака ловко нитку в иголку вставила. Хмыкнула довольно. — Есть разница. Диаметр меньше нужен… — Не пыхти, Пластмасска. Подправлю твоего мужичка. В лучшем виде будет, — хихикнула и кожу проткнула.       Ричард недовольно челюстью скрипнул, а Чарли зажмурился. Гэвин его мягко по макушке продолжал гладить, контролируя, чтобы головой лишний раз не дёрнул, и отслеживая, как края кожи стягивает.       Блондин, ухмыляясь, в стороне стоял, наблюдал, как двое чужаков вокруг Карамельки суетились. Оценивал последствия своего решения, размышляя над будущим найденного трио. Не ожидал, что игрушка барона Дарка однажды такой финт выкинет и прикончит владельца. Да ещё и заимеет в свои любовники телохранителя с андроидом. Очень хотел полную историю послушать.