Сердце из песка

      Чем больше Гэвин петлял по логову Потрошителей, тем больше убеждался, что здесь раньше находилась шахта: то ли кварц добывали, то ли медь. Подобные разработки частенько в горных насыпях на севере континента вели, но со временем забрасывали ввиду открытия более удобных локаций. Видимо, какое-то такое бывшее месторождение и облюбовала группировка из бывших «О». Организовали себе тут и ночлег — в огромной пещере на матрасах, и подобие столовой — с паллетами и подушками, и козлятник. Мимо него провели гостей в купальную зону — в место, где сквозь минералы пробивался подземный источник.       Углубления, заполненные мутной водой, крепко пахли тухлыми яицами с примесью железа — трещины в каменном своде над головой плохо фильтровали воздух. Зато было тепло, несмотря на ночной мороз за пределами логова. И от песка с потом отмыться можно было.       Придерживая руку с замотанным запястьем чуть выше, Гэвин опустился в воду. Сел возле скользкого борта и с беспокойством залезающего следом Чака осмотрел. Новые синяки на теле обнаружил. Как и думал, порезом лица и удушением Дарк не ограничился: в живот бил, в печень, на руках и заднице отпечатки пальцев рябили. Сам Рид тоже имел парочку гематом на груди и под рёбрами, да и на затылке Ричард умудрился что-то наклеить, прикрывая рану, но за Чарли обидней было. — Лицо не мочи, — мягко к себе подтянул пацана. Оторвал кусок сухой люфы, что лежала длинным пластом в выемке рядом с купальней, опустил в воду и аккуратно по шее Чака повёл.       Ричард от мытья отказался. Привалился к стене у входа, руки на груди скрестил и внимательно за людьми наблюдал, периодически мигая диодом.       Зато блондин с остальными Потрошителями из своей команды присоединился к купанию. Поджарое мускулистое тело имел, под стать андроиду, длинный ствол под курчавой шапкой. Рид даже не удивился, что старый знакомый поближе к Чарли сел. И тому взгляду, которым О’Дарка осматривал, тоже не удивился. Интерес к пацану он ещё в пустыне заметил, а на своей территории друг Чака ещё настойчивее себя вёл: обнимал, гладил, целовал периодически. Теперь вот рядом уселся и, натирая себя своим куском мочалки, печально головой качал: — Ну Дейв и сука, конечно. Надеюсь, что ему ещё хуже пришлось, чем тебе, Карамелька.       Чарли с вызовом фыркнул: — Ещё как! В песках задохнуться — мало приятного. Мучительно, наверняка. Да, Рик? — Очень.       Ричард строго на Рида взглянул и на своё запястье указал, напоминая, чтобы руку не мочил.       Как только люфа живота коснулась, Чарли её отобрал у Гэвина. «Спасибо, солнце», — выпалил, в щёку чмокнул и, поморщившись, дальше мыться стал. Рид не настаивал — себя тоже обтереть хотел. — Так и как ты из Мирны сбежал, Чарли? — блондинистый дружок усиленно тёр свои шрамы от ожога, что у него по правой стороне от челюсти аж до самой груди зарубцевались. — Гэвин с Риком помогли. Такие они у меня славные!       Чак со вздохом облегчения потянулся, на скользкий борт откинулся, андроиду подмигнул. Поймав беспокойный взгляд Ричарда, Рид и сам немного напрягся. Вдруг по глупости или из-за усталости пацан тут всю их историю выложит? Мог же нечаянно сболтнуть про профессии и тем самым смертные приговоры им выписать. Гэвин среди Потрошителей ни на секунду не расслаблялся, невзирая на внешнюю доброжелательность местных. Помнил, где и с кем находится. Аккуратно под водой бедра Чарли коснулся, подавая знак.       Широкая улыбка здоровую часть лица О’Дарка растянула. К плечу Гэвина прижался. — Дейв сначала моего плюшевого мишку привёл для охраны дома, а через недельку где-то мой пластиковый ворчун появился. Я-то на Гэвина сразу запал. Ну как устоять! — за подбородок Рида ухватил и в губы чмокнул. — Секс ходячий.       Тут только глаза закатывать оставалось от наглого вранья. — Повязку не намочи. И щекой не дёргай, — а ещё предупреждать, чтобы внимательнее был к свежей ране. — Сразу же на меня потёк, солнце? — Чарли в ответ хихикнул и голову на плечо уместил. — А потом Рики появился. Пожарище в узких штанишках, — умудрился хмурому андроиду воздушный поцелуй послать. — Таким преданным пёсиком за Гэвином ходил. Как их разлучать? Я не мог. Ещё и план такой классный выдумали: пока Дейв из города свинтил, то вывезли меня на своей дурацкой тачке… — Багги, — Ричард вздохнул и беззвучно «идиот» пробормотал. — Точно! Багги! Без крыши и кондея, Лекс! Прикинь? — Спорю, что ты ругался прилично на такую машинку, Карамелька, — под мутной водой было видно, как крепкая рука Чака за колено ухватила и сжала, пока её блондинистый хозяин улыбался. — Это тебе не на лимузине разъезжать… — В пизду лимо, Лекси! Гэви планирует получше машинку мне взять. Не суть, — махнув вяло рукой, Чарли свою сказку продолжил. — Ну, мы на север погнали. Думали в Бордере залечь. Мужики там работу искать планировали, но Дейв в город пригнал, так что мы дальше пустились. Только с хера два от его баса смогли уехать. Там мощная херня. Плюс ещё человек десять на вездеходах за нами… — Бляха! Барон целую армию за тобой поднял?! — Ещё какую! Автоматы, пистолеты, стрелы железные… — Болты, — Гэвин не то чтобы в россказни эти влезать хотел, но слегка раздражало, что так и не запомнил, как снаряды арбалета назывались. — И они тоже! Со всех сторон в нас палили!.. — Дейв в тебя стрелял?! — Да он окончательно ёбу дал! Говорю же. Но эти ребятки, — Чак на «своих мужиков» указал, — дрались как пумы! Гэвин как свой арбалет достал и эти стрелы… — Болты. — Ага, не суть. Пиу-пиу! И пятеро вездеходов горят! А Рики с коротким автоматом… — Узи. — Похер. Очередь из него — и пять оставшихся полегло! А я! У меня ж тоже пушка была! С барабаном… — Кольт. — Он самый! Так я прямо в рожу Дейва метил!.. — В басе? Он за рулём был? — блондин нахмурился, а Гэвин от волнения собственный язык прикусил. Не хотелось бы в этой мутной луже погибать. Так глупо бы было… — Не глупи, солнце! — Чак игриво в плечо своего друга толкнул. — Когда он сам что-то водил?! Сомневаюсь, что умел. У него ж руки из жопы!       Мощно хохот присутствующих от высокого свода купальни отразился. На шум даже ещё слушатели подошли. Толпились при входе рядом с Ричардом, переспрашивали друг у друга, чем веселье такое вызвано.       А Чарли, довольно поглядывая на развеселившихся Потрошителей, продолжал: — Тормознули нас, конечно. Ну и в басе у него человек восемь охраны пряталось. А нас — трое. Патронов уже почти нет. Ну, Дейв мне орёт: «Ты мне принадлежишь!». И автомат на меня направляет, прикинь?! — Ёбнуть решил? Типа ему или никому? — блондин охнул.       Гэвин такого диалога не помнил, но он тогда дрался, так что мог пропустить. Поэтому и слушал внимательно. И Ричард слушал. — Так точно, Лекси! Кукуха барона сказала «покеда» и поехала. Так вот. Наставляет на меня автомат. Я стою напротив. Тишина такая, только скорпионы по песку бегают! Солнце палит. Этот уёбок орёт. А я на него спокойно кольт наставляю и говорю: «Я — свободный человек, гандон! Соси хуй!» и выстрелил.       Вся купальня охнула. Редкие аплодисменты раздались. Блондинистый восхищённое «вау!» выдохнул. — Попал? — В плечо. Последний патрон был, — вздохнул Чарли и головой покачал. Сочувствующее «блядь» со всех сторон раздалось. — Ну, оружия у нас уже не было, а у них — перевес численный. Пришлось сдаваться. — Пиздец. — Согласен. Значит, они мужиков в клетку толкают. В басе сзади была. Дейв орёт, что гоним в Мирну. Бас трогается. В салоне человек шесть охраны и ещё один с мистером Кимом за рулём… — Так восемь было в охране?       Кто-то из толпы слишком внимательно слушал рассказ и решил уточнить. Ни капельки не смутившись, Чак кивнул: — Было. Ключевое слово. Я ж не сказал, что пуля плечо Дейва пробила и одному придурку прямо в шею вошла. Неважно это, — руками замахал, прерывая возбуждённый шум толпы. — Значит, мы — в басе. Понимаю, что моих сладких порешают в городе. У стены расстреляют, как пить дать. И к уёбку этому возвращаться не хочу. Ну какое возвращаться, если я — свободный человек, — блондин довольно закивал. — И вижу, что впереди лужа с зыбучими песками. Это те, которые газом насыщены… — Мы знаем, что такое зыбучие, — выкрикнул тот же голос, который до этого пересчитал вымышленных пассажиров багги. — А я вот не знал! Меня мой Гэвин научил, — Чак руку Рида себе на плечо закинул и погладил, прижимаясь. — Ну, думаю, сейчас или никогда. Выхватываю у ближайшего пистолет. С предохранителя резко и — бдыщ! — в водилу чётко. Тот на руль падает. Мистер Ким орёт, справиться не может. Бас прямо в пески катит! Я — бдыщ! бдыщ! бдыщ! бдыщ! бдыщ! — сношу ещё человек пять. Падаем. Носом тачка ныряет в зыбучие. Я своих мужиков из клетки достаю. Рики выбивает заднюю дверь. Гэвин с последним дерётся. Тот его лупит, режет, но мой медвежонок его на куски рвёт!.. — А Дейв что? — блондин во все глаза на Чарли смотрел. На порез указал. — Это... — Ох бля, даже не начинай. Ну, мы с ним в рукопашку сходимся. Я ж боксу учился. Кулаками ему морду расквасил, а этот гандон бутылку разбил и саданул… — Трус! — Стопроцентный, — Чарли крикнувшего из толпы поддержал, кивнул довольно. — Но как только мои мужики мне на помощь поспешили, то Дейв тут же заверещал, под сиденье забился… — Не такой смелый, как с тобой. Всегда знал, что он падаль, — блондин аж за борт купальни сплюнул в отвращении. — Ага. Так вот. Я стою и думаю: кончать его тут или… — Или?.. — Чтоб мучительно сдох? — Чтоб мучительно сдох! — завопила толпа.       Чак довольно закивал, улыбаясь. А Рид руку подставил, чтобы подбородком в воду не нырнул. — Ну и вот. Мы выпрыгиваем из тачки на твёрдый песок. Гэвин, Рик. Я остаюсь последним. Ну, типа, в сомнениях ещё. Ну хуй знает — вдруг эта тварь живучей окажется? Вдруг в песках можно выжить? — паузу сделал, позволяя слушающим слегка поспорить о такой возможности, и продолжил. — Но решаю рискнуть. Поворачиваюсь и говорю ему: «Ты сам виноват, Дейв! Ты слишком много о себе возомнил, слишком высоко взлетел. Пришло время понырять, уёбок!». И выпрыгиваю. Бас тонет…       Толпа завопила от восторга, захлопала, заорала. Гэвину даже пришлось уши заткнуть, настолько громко было. А блондин Чарли за руку схватил, вверх поднял с криком «Мощь!». За щёки обхватил покрасневшего Чака и в глубокий поцелуй засосал, чуть повязку не стащил. Наблюдая, с какой охоткой ему О’Дарк отвечает, прижимаясь, пока толпа вокруг радуется, Рид на Ричарда оглянулся. Тот свою непонятную улыбку тянул, поглядывая на Чака. Заметил на себе взгляд Гэвина и глаза закатил, давая понять, насколько нелепой эта история была и как же глупо, что все присутствующие в неё так легко поверили.       Но, по крайней мере, после неё ни у кого вопросов к мужикам Чарли не было. На них уже и смотрели без подозрения, и даже в поддержке по плечам хлопали, провожая гурьбой в столовую. В какой-то момент Рид потерял пацана и его блондинистого друга из вида, оглядываться начал, а его под руку схватила девчонка, которая в медпункте Чака штопала. — Вот эта история, красавчики! Ну вы красавчики или где? — засмеялась звонко, подхватывая Ричарда, и за собой потащила.       Растолкала толпившихся местных и почти силой усадила Гэвина на подушку у незанятой паллеты. На низком столике бутылка с водой стояла и несколько жестяных кружек для неё. Выкрикнув «ща хавчик притащу, сладкий!», девчонка поспешила на раздачу возле плит, где в неровные шеренги остальные Потрошители выстроились.       Ждали своей очереди, чтобы из больших чанов им что-то в плошки высыпали. Некоторые со своей посудой бродили по столовой: кто-то в руках держал посеребрённые блюда, медные тарелки, другие на свои паллеты ставили инкрустированные камнями кубки или хрустальные бокалы. И почти все приоделись к вечерней трапезе: пыльное и дырявое сменили на рюши, сетки и более откровенные наряды. Так это всё не соответствовало месту: словно кто-то с проблемным воображением, но с большим желанием попытался в бывшей шахте воссоздать приём у графа Брауна, на котором Гэвину посчастливилось побывать. Выставляли на импровизированные столы бутылки с дорогим спиртным, усаживались на грязные подушки задницами, обтянутыми бархатом, руками ели из тарелок с гравировками, слизывая с испачкавшихся колец остатки соуса.       Под общий одобрительный вой несколько человек притащили огромные колбы кальянов и расставили возле паллет. Одну — с тремя трубками — уместили возле «столика» Гэвина с Риком. Расслабляющий дым уже через пару минут висел под каменным потолком плотным маревом. — Как запястье? Не намочил? — Рид в таком шоке кругом осматривался, что даже не заметил, в какой момент Ричард его руку к себе потянул и вертел, разглядывая. — Повязка сухая. Как голова? Болит? Мутит?       Простое обезболивающее, выданное девчонкой, сняло навязчивое давление в затылке. Гэвин головой покачал. Хотел спросить Рика, не кажется ли ему тоже всё происходящее здесь странным, но к их столику уже подходил Чарли в сопровождении своего скалящегося приятеля и девчонки.       Чак тоже к ужину приоделся. За всё время их путешествия Рид у него ни разу не видел ни этих узких кожаных штанов с низкой талией, ни майки с глубоким вырезом, из-под которого островок волос виднелся. Судя по похожим штанам на блондине, он Чарли это безобразие из своего личного гардероба выделил. Разве только огромная фланелевая рубаха, накинутая сверху на пацана, совсем не вписывалась в откровенный образ — прикрывала обтянутое тряпками тело, спадала периодически с плеча, и Чак её за ворот тянул, поправляя. Похоже было, что этот элемент одежды сам выбрал.       Подошедшие сгрудили на столе тарелки с жареным рисом. Аккуратными горками жёлтые зёрна возвышались на лужах мясного соуса с редкими коричневыми кусочками — понятно стало, для каких целей Потрошители одну из пещер отвели под козлятник. Стопку пресных лепешек закинули в центр паллеты и две бутылки с шампанским поставили. — Отметим встречу! — радостно скалясь, блондинистый уселся напротив Ричарда с Ридом и Чарли возле себя усадил.       Девчонка, не долго думая, рядом с андроидом села. Схватила деревянные палочки, чуть глаза прикрыла, облизывая их: — Чем бы тебя угостить, красавчик?       Рик такого внимания не оценил — с безразличием на стол глянул и выдал спокойное: «Ничем». — Рики любит сладкое. Бунгеопанги обожает! И тириум, — Чак подмигнул своему пластиковому мужику. Тот в ответ руки на груди сложил, с раздражением воздух втянул, поглядывая на кальян. — Ни того, ни другого тут нет, — фыркнул блондин. — Таких запасов не имеем. — Так плиты есть, чо не жарите пирожки? Не так много надо, — Чарли на ряд газовых агрегатов в углу раздачи указал. — Много надо на такую ораву. Да и продуктов тоже. Трата времени и сил. — Во! — Чарли в Гэвина палочкой ткнул, перегибаясь через стол. — И Гэви мне так сказал. Но ни один из вас явно никогда не готовил, а то бы знали, что не так много надо. Было бы желание… — А вот его у нас навалом, — ухмыляясь, его дружок подхватил бутылку шампанского и разлил в кружки. Себе оформил порцию в хрустальный бокал. Громко объявил, почти перекрывая шум в столовой. — За Чарли О’Дарка! — Нахуй «О»!!! — раздалось со всех сторон. Под дружный смех Потрошители чокались своими напитками.       Чак тут же всю кружку опустошил, слегка рыгнул и трубку кальяна снял с колбы. Затянулся. — Тебе надо фамилию сменить, Карамелька. И клеймо замазать, — блондин не упустил возможности опять Чарли по загривку погладить. Крепкий палец надавил на татуировку. — На какую сменить? — это навязчивое внимание будто и не беспокоила Чарли. Не отклонился, не отодвинулся. Струйку дыма выпустил из ноздрей. — Это ты сам придумай. Теперь можешь и сам. — Барк? — Рид напомнил, что уже есть новая, которая в документах помощника значилась. Как оказалось, не сильно от оригинальной отличалась. — Неее, звучит, как хуйня, солнце. Надо попиздатей что-то.       Гэвин плечами пожал и обратно в тарелку уткнулся. Больше ничего добавлять не решился: не стоило, пожалуй, напоминать ни про документы, ни про то, в чьём досье они были указаны. Вполне могли позже обсудить с Чарли новую фамилию. Наедине. — А правда, что андроиды везде пластиковые? — девчонка с Рика глаз не сводила. — Или есть мягкие местечки? — улыбнулась призывно и подмигнула.       Холодная улыбка на лице андроида расползлась. Глянул на свою собеседницу, а она многозначительно верхнюю губу облизала. — У моего Рики всё твёрдое, — хихикнул Чарли, опустошая очередную кружку с шампанским. — Кроме сердечка. Оно мягкое, как пирожок с бобовой начинкой.       Ричард только глаза закатил, и его нездоровая улыбка слегка подувяла. Нахмурился, когда Чак очередную затяжку из кальяна сделал, но промолчал. А вот Рид и блондинистый почти одновременно хохотнули.       Девчонка голову набок склонила и почти пропела: — Как миииило! Это так мило, Карамелька. — Я знааааю, Белка.       Гэвин руку протянул, забирая у Чарли трубку от кальяна. Пальцами соприкоснулись. — Как порез? Чешется? — Жутко. — Щекой прекрати дёргать. Меньше говори и не лыбься, тогда быстрее заживёт, — Ричард об очевидном напомнил. Недовольно покосился на курящего Рида. — А твои мужики знают, откуда у тебя такое прозвище, Карамелька? — девчонка протез свой в сторону Ричарда вытянула. Подол свободного белого платьишка, в которое переоделась для ужина, слегка задрался, приоткрывая полоску кожи над пластиком. Игриво пяткой ткнула в колено Ричарда. Тот спокойно на такой бесцеремонный жест покосился и промолчал. — Откуда им знать? Они ж у меня — домашние, на вечеринки не ездили, — Чарли себе очередную порцию шампанского налил. Повертел в руке бутылку, задумался на секунду и залпом выпил лёгкое спиртное. Рыгнул, подливая новую порцию. — Это потому, что Чарли у нас был особенной игрушкой, выставочной, — блондинистый приобнял пацана, дотягиваясь до трубки кальяна. В здоровую щёку чмокнул и уселся обратно. — На него можно было смотреть, но не трогать… — А то барон Дарк руки за это сломать мог, — подхватила девчонка. — Маркизу Маку нос расплющил за щипание жопы Чарли. — Было дело, — Чак пьяно хохотнул, вытягивая из рук Гэвина мундштук за эластичный шланг. — Зато можно было Карамельку в толчке подзажать и пооблизывать, пока Дейва рядом не было. Аккуратно и быстро. Знал об этом, Гэвин? — блондинистый Риду подмигнул. — Знал, что игрушки оживают, если на них не смотришь?       Гэвин во всяких таких метафорах силён не был и фразу последнюю про игрушки не понял. Но в том, что Чарли полное право имел своим телом распоряжаться и делать то, что хотел, с кем хотел и когда хотел, был полностью уверен. Плечами пожал, показывая, что его это не касается. — Конечно, они с Риком знают. Чо думаешь, мы дома газоны косили, когда Дейв уезжал?! — Чак с вызовом на своего приятеля посмотрел. — Мы и трахались, и в «каменное лицо» играли, и в Уно на раздевание. А ещё Гэвин с Риком меня после Дейва выхаживали и лечили, когда у того башню рвало. Рики на толчок таскал. Гэви кормил и поил, мазью синяки мазал. Спасибо, солнце, — руку протянул и, улыбаясь, ридовской кисти коснулся. Повязка у него на щеке слегка отклеилась. — Аккуратней, Чак, — Гэвин вперёд подался и поправил. Мягко по щеке провёл в поддержке. Действительно, выходил разок — приятно было, что Чарли ценил. — А знаешь, почему у Лекси такое прозвище? «Поршень»? — Чак мундштуком на своего скалящегося приятеля указал. — Он шоу на вечеринках устраивал — вгонял без перерыва. Сколько у тебя максимум было до первого слива, Лекс? — Десять шло рекордом. Пять девок и пять парней. Один кончал — следующего подставляли. На десятой сорвался. Уже чувствительно было. Не сдержался и кончил.       Блондинистый будто замер, разглядывая завитки дыма перед собой. Буквально на минуту с лица у него все эмоции сошли, словно он отключился. Смотрел, как растворяется выпущенная изо рта дымка и даже не моргал, погрузившись в воспоминания. Ожога невесомо коснулся. Риду даже показалось, что не таким и радостным был тот рекорд, каким блондин его преподнести пытался.       Чарли тоже задумчиво куда-то в потолок уставился, булькая очередной порцией из кальяна, а девчонка мягко блондинистого за плечи обняла. — А расскажи им, почему я — Белка?! — хихикнула, и блондин словно отмер: улыбнулся резко, за талию её стиснул. — Белка у нас талант имела — никакого рвотного рефлекса. Так брала глубоко, что аж с яицами. Обожала орешки, так сказать, — втроём бывшие игрушки заржали, а Рид улыбнулся вежливо. — Слышал? Как тебе, Пластмасска?! — девчонка Ричарда снова пяткой ткнула. В других бы обстоятельствах за подобное давно бы без своего протеза осталась. А тут — Ричард только опасно ухмыльнулся и сдвинулся ближе к Гэвину. — Ты чо, без члена? — бровки нахмурила, заметив, губки капризно поджала. — У Рики отличный член! Просто он однолюб, — фыркнул Чарли. — То есть двулюб, — подмигнул андроиду. Получил в ответ улыбку шире и предостерегающее прицокивание. Хихикнул. — Не накидывайся. После пустыни надо водный баланс восстановить, а алкоголь нарушает всасывание почками, — Рик указал на кружку Чарли. — Не грузи, солнце… — Ты такой умный, сладкий! Расскажи ещё! — девчонка ближе к Ричарду перебралась. — Что там и куда всасывается? — прижалась к нему, обхватывая руку. Подбородок на плечо уместила. — Обожаю умных мужчин! — выдохнула.       Андроид губы поджал и вздохнул. Покосился на свою соблазнительницу. — Я тоже предпочитаю умных мужчин, — очень мягко у него вышло произнести. Но перчаткой скрипнул. — Ага-ага, — девчонка намёк не поняла. Грудью о руку андроида потёрлась. — А ты знаешь, что мы раньше с Чарли очень похожи были. В юности… — Пока у тебя сиськи не выросли, Белл… — Пока тебе морду не изрезали, Чарли… — Сука. — От суки слышу. От уродливой суки, — прошипела сердито.       Пацан тут же до щеки дотронулся, нахмурился и на Ричарда посмотрел: — Уродливо, Рик? — Не хуже, чем раньше. — Гэв? — так брови вверх тянул, с таким отчаянием смотрел.       Рид головой покачал: — Не уродливо, Чак. Красивый…       За руку бы взял для убедительности, но блондинистый уже Чарли к себе утянул. Обнял за плечи. — Лучший! — И в здоровую щёку чмокнул. — Заживёт — и почти как раньше будешь. Как всегда. — Боже, ну ты и королева драмы, Карамелька! Заебал! — девчонка недовольно скривилась. Схватила Ричарда за подбородок и к себе развернула. — У меня шрамов нет. И я почти как он! Дейв даже хотел у Барри и Джинджер меня выкупить. Типа как близнецы… — Ничо он не хотел, Белка. Ты бредишь! — Хотел, Чарли! Он сам Барри сказал. Тот потом психанул — и вот, — протез свой на паллету вскинула, злобно запыхтела. Платье задралось, приоткрывая полоску кружева на белье. — А без ноги я им нахуй не сдалась! И Дарку тоже! Никому! Блядь! — взвизгнула и в водолазку Ричарда вцепилась. — Ты меня выебешь или что?! Не хороша для тебя?! Тоже не нужна?..       Визжала и тянула ткань. Ричард на месте застыл. Гэвин вокруг оглядывался, переживая, что из-за её истерики их прямо тут и прибьют. Но никто даже внимания не обращал на орущую девчонку: ели, пили, болтали спокойно, пока горланила, что её без ноги никто не любит.       Чак глаза закатил, допивая шампанское, а блондинистый, вздыхая, со своего места встал. Приобнял девчонку за плечи: — Белл, малышка! Девочка моя, — она тут же замолчала и на него оглянулась, — красивая моя, кошечка… — Лекси… — Ну чего ты? Всё же хорошо! Мы тебя любим. Я люблю тебя. Чарли любит. Максин. Амелия. Ирвин. Джебедая…       С каждым перечисленным именем девчонка всё больше улыбалась. Отпустила Рика и полностью к своему другу развернулась. — И я вас люблю! — обняла его, в шею уткнулась. — Вот и славно. Вот и хорошо, — гладил её по спине. — Любим же, Чарли? — Очень. Как всегда, — закивал тот усиленно. — А ты развела, дурочка… — Дурочка, — согласилась девчонка. Отстранилась и руками глаза начала тереть. — Я забыла немного. Спасибо, Лекси. Люблю тебя. — оглянулась на О'Дарка и мягко улыбнулась. — И тебя, Чарли. Ты не королева драмы. Прости. — Я — король, — ухмыльнулся и кружкой отсалютовал.       Хохотнула, пригладила растрепавшиеся волосы и поправила платье. — Мне Джордж нужен. — Он на раздаче стоял. Освободиться уже должен был. Хорошего вечера, кошечка!       В губы блондинистого чмокнула и пошла искать своего Джорджа. Гэвин покрепче кальяном затянулся, пытаясь разогнать застывшую в венах кровь. Встретился взглядом с поправляющим одежду Ричардом. Аккуратно коленом его ноги коснулся в поддержке. Получил благодарный кивок и мягкую улыбку. Взглянул на хихикающего Чарли, которому блондин ещё шампанского подливал, и вздохнул.