Шпион

Машина бесшумно замерла на парковке для персонала, вторгшись в идеальный порядок утра. Вин, наблюдавший за работой садовников у отеля, почувствовал, как внутри у него всё закипает от возмущения — кто посмел нарушить его территорию? Готовая сорваться с губ гневная тирада испарилась в одно мгновение, словно её и не было, когда из-за руля вышел его кузен. — Рэйн! — вырвалось у Вина, и он шагнул на солнечную площадку перед отелем, лицо его озарила широкая улыбка. — Давно тебя не видел! Почему не предупредил о визите? Вин направился к парню и крепко обнял его, похлопывая по спине. Несмотря на редкие встречи, время, проведённое с кузеном, он всегда ценил безмерно, хоть их приключения частенько и заканчивались переделками. — Вин! — Рэйн с разбегу запрыгнул на него, обвив ногами, как цепкая коала. Блондин едва удержал равновесие, подавшись назад под неожиданной тяжестью. Он крякнул, пытаясь получше ухватить непоседу, как вдруг заметил ещё одну фигуру, застывшую в нескольких шагах. Незнакомец смотрел на них с округлившимися от изумления глазами. Вин в недоумении приподнял бровь. Рэйн обычно приезжал один. «Неужели тот самый парень, о котором упоминала тётя?» — промелькнуло в голове. Быстрым оценивающим взглядом Вин окинул юношу. Нет, не похож. Тот был почти одного роста с Рэйном, стройный, даже щупловатый. Первоначальное удивление на миловидном лице уже сменилось сложной, едва уловимой гримасой — что-то среднее между разочарованием и обидой. — Рэйн, — окликнул Вин, слегка подбрасывая свою живую ношу, — не познакомишь со своим спутником? Парнишка, словно очнувшись, мгновенно соскользнул на землю и потянул за руку приятеля, тараторя без остановки: — Скай, это Вин, мой кузен! Только, умоляю, ничего не говори Пхайю! Он точно начнёт строить догадки, и мне потом несдобровать! — в его голосе послышались почти что скулящие нотки. — Мгм, понял, — кивнул Скай, бросив короткий взгляд на друга, а затем обернулся к Вину и вежливо протянул руку. — Меня зовут Скай, я одногруппник вашего кузена. Очень приятно познакомиться, кхун Вин. Теперь Вин сам едва не округлил глаза. У Рэйна — и такой воспитанный друг? Этого он никак не ожидал. Пока блондин переваривал это открытие, Рэйн шлёпнул друга по плечу, фыркнув: — Какой ещё «кхун», Скай? Зови его просто Пи Вином, а то возомнит о себе бог знает что! — Да, Рэйн прав, — мягко вступил Вин, заметив, как неловко стало юноше. — До почётного «кхуна» мне ещё как до луны. Скай лишь снова кивнул, не желая вступать в спор. Его взгляд, тёмный и внимательный, поднялся на Вина. Тот был заметно выше, с искусственно-белыми прядями в тёмных волосах, кожей цвета тёплой бронзы и обаятельной улыбкой, которая касалась не только губ, но и делала добрыми и лучистыми карие глаза. — Пи’Вин, — начал Скай, и его голос, до этого ровный и спокойный, внезапно дрогнул, выдав внутреннее напряжение. Он сделал едва заметный глоток воздуха, словно набираясь смелости. — На самом деле… Я попросил Рэйна привести меня к вам. Я знаю, что в службе доставки вашего ресторана работает мой друг. Его зовут Пит. Он… он пропал несколько дней назад. Ни звонков, ни сообщений. Я не могу с ним связаться вообще. — Последняя фраза вылетела одним сдавленным выдохом, словно он нёс эту тяжесть в себе слишком долго и наконец сбросил её. Вин почувствовал, как его собственная улыбка застыла и растаяла, словно воск под пламенем. Внутри что-то ёкнуло, отозвавшись глухой, тревожной нотой. Он нахмурился, и между его бровей легла резкая складка. Неужели совпадение? Он и сам уже несколько дней, отложив другие дела, тихо, но настойчиво искал этого самого Пита. Тот перестал выходить на связь, его последний заказ так и висел в системе невыполненным. А фирменный мотоцикл ресторана, сверкающий красной эмалью, бесследно исчез. Вин ценил Пита не просто как хорошего курьера. Тот был эталоном надёжности: всегда улыбчивый, невероятно исполнительный, с ним никогда не было проблем. Мысль о том, что Пит мог сознательно что-то натворить и сбежать, казалась абсурдной, немыслимой. А теперь, из уст этого встревоженного юноши, он слышал самое страшное подтверждение своих худших опасений: парня не было и дома. Холодная, липкая волна тревоги накатила на Вина, сдавив горло. Он встретился взглядом со Скаем. В этих тёмных глазах, пристально смотрящих на него, была не просто надежда. Там была мольба, отчаянная попытка найти хоть какую-то зацепку в тонущем мире. — Скай… — голос Вина прозвучал тише и грубее, чем он хотел. Он безрадостно, тяжело покачал головой, и этот жест был красноречивее любых слов. — Я тоже его ищу. Уже несколько дней. И… к сожалению, я понятия не имею, где он. И что случилось. Ни одной зацепки. Он увидел, как в глазах Ская что-то погасло. Не просто надежда — словно отключился внутренний источник света. Сердце юноши сжалось с такой мучительной силой, что на мгновение перехватило дыхание. То смутное, чёрное, гнетущее предчувствие, которое не отпускало его все эти долгие дни и бессонные ночи, не просто подтвердилось. Оно материализовалось, обрело плоть и кости, взметнувшись из глубины души леденящим вихрем ужаса. Теперь он знал наверняка: с Питом случилось что-то очень, очень плохое.