Гаражные зарисовки

Тату салон «Остров Скорби» встретил гулом машинок, напоминающим рой разъяренных шершней, и запахом антисептика, смешанного с ароматом дешевого кофе из автомата. Вова лежал на кожаной кушетке, напоминавшей то ли дентальное кресло, то ли средневековое орудие пыток, в то время как мастер Гоша – бывший зек с золотым зубом и татуировкой «Мама» на веке, которая при моргании превращалась в «Мама, прости» - выводил вдоль его позвоночника сложную композицию. Игла оставляла за собой черные дорожки, а пот со лба мастера капал прямо в банку с чернилами, что он называл «фирменным миксом».       Рома сидел на пластиковом стуле, который трещал под его качковым весом, как сухая ветка под слоном. Он нервно листал альбом с эскизами, где на одной из страниц красовалось фото клиента с тату «Я ❤️ маму» на лбу – печальный, по словам Гоши, результат спора на три бутылки водки.       - Бл… - прошептал Рома, указывая на другое фото, - Это до или после гангрены?       Гоша, не отрываясь от работы, хрипло пробурчал: «После. Но клиент жив. Работает в морге – теперь у него есть тема для разговора с клиентами». Вова, не шевелясь, пробормотал, что мастер явно занимается превращением жизненных ошибок в перманентные. А его уровень профессионализма, в глазах клиентов, прямо пропорционален количеству выпитого им перед сеансом. Рома нервно заерзал, отчего стул издал предсмертный хруст:       - Ну ты даешь, Дудка… Я бы на твоем месте десять раз подумал. Вот у меня… - он закатил рукав, обнажая сине-зеленое пятно, напоминавшее то ли морское чудовище, то ли результат неудачного эксперимента по скрещиванию осьминога с акварелью, - …до сих пор жалею. Хотя пацаны говорили, что это мило. Как… как детский рисунок. Только на полруки. И на всю жизнь.       Настя, оказавшаяся в соседнем кресле (она набивала на ключице крошечный череп с бантиком – «символ моей невинности», как она язвительно пояснила), фыркнула:       - Певко, это что, русалка? Похоже на каракатицу после химиотерапии.       Мастер Вовы вдруг отвлекся:       - Мужик, у тебя позвонки кривые. Буду адаптировать.       - Естественно, - без эмоций констатировал Вова, - Результат 11-ти лет сидения за последней партой.       Рома, воспользовавшись паузой, вздохнул, словно паровоз перед крутым подъемом, и начал свою исповедь:       - Мне только стукнуло 18. Выпускной. Мы с пацанами отметили так, что у Сашки Ботана до сих пор провал в памяти – он думает, что сдал ЕГЭ по китайскому. Зашли в первую попавшуюся «татуху» возле вокзала – «Арт-студио Перпетуум». Мастер – дядька с одной бровью и тату «Бухенвальд-тур» на шее – сказал: «Пацан, я тебе такую русалку сделаю, все бабу обзавидуются!».       Настя перебила, рассматривая свежую иглу:       - И ты поверил человеку, у которого на предплечье было тату «Здесь был Вася» с орфографической ошибкой?!       - Я был пьян в дупель! – Рома развел руками, чуть не сбив банку с чернилами, - Все казалось гениальным! Особенно когда он сказал, что у него опыт работы на скорой и он знает, куда колоть, чтобы не убить. А потом включил «Ленинград» на полную громкость, и… Лена увидела это… произведение… в первую брачную ночь, - Рома поник, как подсолнух в засуху, - Сказала, что у нее пропало всякое желание. Весь медовый месяц я проходил в футболке. В сорокаградусную жару. На Бали.       Вова, не поворачивая головы, спросил:       - Именно тогда начался ваш путь в качалку? Компенсаторный механизм для прикрытия художественного позора?       - Да заткнись! – учитель швырнул в него смятым стаканчиком от кофе, - Она еще и йога своей подружки привела! Этот конченый сказал, что моя русалка «нарушает энергетический баланс чакр»… А потом подарил Лене сертификат на тату у «настоящего мастера из Индии»!       Гоша вдруг выключил машинку и потянулся за телефоном Вовы, который лежал на столике с открытой галереей. На экране красовалась Нигилистка в позе египетского Сфинкса, презрительно взирающая на мир.       - О, - глаза мастера загорелись, - Вот это характер! Твой кот? – Вова кивнул, на что Гоша с энтузиазмом воскликнул, - Брат, я должен добавить ее в композицию! Бесплатно. Это будет типа… твой тотем! Дух-хранитель!       Не дожидаясь ответа, он схватил машинку и принялся выводить контуры кошки, которая теперь гордо восседала на гарде меча, словно король Артур на троне. Настя, рассматривающая свежую татуировку, заметила:       - Ну что, Певко, теперь у тебя есть шанс стать вторым по идиотизму в нашей компании. Хотя… - она прищурилась, - Твоя каракатица все же оригинальнее. Особенно как она зеленеет с годами, - потом закатила глаза и протянула другому мастеру деньги, - Спасибо, я тут все поняла. Держите еще за сеанс психоанализа.       Рома в отчаянии уставился на свое морское чудовище:       - Может… может мне ее перебить? Черепом? Или… или портретом Насти? Чтобы хоть какая-то польза от нее была.       - Мужик, тату – как первая любовь, - закуривая, философски заметил Гоша, - Исправить можно, но больно и дорого. Лучше смирись. Или придумай легенду. Типа это не каракатица, а… эээ… дух океана! Да!       Когда процессия выходила из салона, Гоша крикнул вдогонку:       - Не мочить три дня! И не слушать Лепса – плохо заживает!       На улице Вова осторожно прикоснулся к свежей татуировке, на которой Нигилистка теперь вечно сидела на мече, словно страж. Рома мрачно закрывал рукавом сове чудовище, которое сегодня слишком напоминало раздавленную медузу. Настя выпускала дым колечком, наблюдая, как на противоположной стороне улицы пьяный бомж тыкался лицом в стену с граффити «Лучшие тату – это те, за которые не стыдно перед кентами».       На следующий день Нигилистка, увидев свое изображение на спине Вовы, долго и пристально разглядывала его, затем демонстративно развернулась и ушла, громко стукнув хвостом по двери. По мнению Вовы, это был знак высшего одобрения.