Песчаная бухта

      Поезд прибыл ровно в полдень. Серебристый состав змеёй вытянулся вдоль платформы, отливая жарким светом, и на миг всё вокруг — шум, гудки, хлопки чемоданов о плитку — будто отступило. Гарри стоял с письмом в руке, всё ещё не зная, зачем он здесь.       Он не узнал почерк. Не знал, от кого письмо, ведь оно просто появилось. Лежало на столе его квартиры, как будто кто-то аккуратно оставил его, чтобы он не пропустил.       Сядь в поезд. Песчаная бухта.       Поттер даже не знал, существует ли она на самом деле, пока не заглянул в расписание. Существовала. Один поезд в год. В Полдень. И именно сегодня.       Гарри стоял и жевал губу, пока гудки потихоньку не стихли, и вагон не качнулся вперёд. Решение пришло внезапно: он впрыгнул внутрь, прежде чем разум успел опомниться.       Теперь же, спустя три часа, он вышел на почти пустынной станции. Воздух здесь пах по-другому — не выхлопами и жаром асфальта, а солью, тёплой пылью и чем-то зелёным, чуть вяжущим.       — Ты приехал?       Поттер обернулся. У скамьи, в тени цветущего платана, стоял Том — высокий, с кожей, тронутой морским загаром, серыми, почти ледяными глазами и ухмылкой, которая мгновенно показалась Гарри вызывающе знакомой.       — А ты… — Гарри сглотнул. — Это действительно ты прислал то письмо?       — Какая разница? — Том лениво оттолкнулся от дерева. — Ты бы мог не приезжать, если не хотел.       — Я не знал, чего хотел, — честно ответил Гарри. — До того момента, как увидел тебя.       Реддл молча протянул руку, проигнорировав его слова, чтобы перехватить чемодан Гарри, как будто это было само собой разумеющимся. Гарри не отдал его.       — Пойдем, — прошептал Том. — Здесь жарко. — Реддл прищурился, оглядывая его сверху вниз.       Гарри в джинсах и хлопковой рубашке внезапно почувствовал себя нелепо — как будто все знали, куда едут, и только он явился на вечеринку в пижаме.

***

      До дома было пятнадцать минут. Они шли по пыльной дороге, мимо низких домиков с черепичными крышами, виноградников, заросших травой, и старых фонарей.       Гарри смотрел на его плечи. Реддл шагал чуть быстрее, будто хотел сократить эту сцену, или спрятать дрожь в пальцах. Он бы ни за что не признался, но Гарри заметил: у Тома перехватывало дыхание, когда он случайно подошел ближе, почти вплотную.       — Ты давно здесь? — заинтересовано спросил Гарри, оглядываясь.       — С апреля.       — Почему именно здесь?       — Тут тихо, да и море рядом, — отозвался Том. — Я хотел места, где ничего не напоминает.       Гарри понимающе кивнул, не став спрашивать, что именно Том хотел забыть. Каждый из них в своё время пробовал выветрить другого из себя. И, кажется, у них обоих это отвратительно получилось.

***

      Дом оказался старым, каменным, с облупленными ставнями и скрипучим крыльцом увитым геранью. Но внутри было уютно, прохладно, светло и пахло — странно, но утешающе — солью, лимоном и пергаментом.       — Он съёмный? — спросил Гарри, заходя и осматриваясь.       — Нет. Я купил его, — Том отвернулся, как будто пожалел, что сказал это. — Здесь три спальни, если тебе важно, — Реддл показал рукой на лестницу. — Но я советую ту, что с балконом. Оттуда открывается красивый вид на море, и она укрыта чарами от чаек. Оказывается, это на редкость вредные птицы.       Гарри не ответил сразу. Он прошёл через кухню, провёл пальцем по холодной керамике стола. Вышел на балкон и замер восхищенный открывшимся видом. Там мерцало море — поразительно синее с белыми прожилками набегающих пенных волн. И чайки, и ветер, и запах соли.       Поттеру пришлось приложить немало усилий, чтобы оторваться от вида и вернуться обратно.       — Том?       — Ммм?       — Если ты правда не хотел, чтобы я приехал… ты бы не писал.       — Я и не хотел.       — Тогда зачем?       — Я хотел узнать, — Том опустил взгляд, словно его поймали на чем-то постыдном, — приедешь ли ты, даже если не скажу, что жду.       Между ними повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем старых часов.       — И теперь? — Гарри подошёл ближе, остановившись в шаге от Реддла. Хотя ему хотелось много большего. Хотелось прижаться и наконец впиться поцелуем в такие манящие, обветренные губы. — Что ты хочешь теперь?       — Пока не знаю, — Том чуть нервно дёрнул плечом.       — Зато я знаю, — мягко сказал Гарри. — Я хочу остаться.       Реддл поднял на него глаза. И на секунду в его взгляде отразилось то, что он не сказал ни тогда, ни сейчас — молчаливая просьба быть рядом.       — Чай будешь? — Том отвернулся первым, засуетившись на кухне.       — Буду, — Гарри тепло, понимающе улыбнулся. — Но только если ты не будешь подсыпать туда сонного зелья, чтобы сбежать.       — Нет, — тихо откликнулся Том — Я больше не хочу сбегать от нас.