Альтернативный финал

Меня зовут… Хиёри Ики

Белый потолок. Строгий, безликий, пронизанный резким запахом антисептика. Первое, что ощутила Хиёри - это не боль, а пустота. Гулкая, зияющая дыра в сознании, будто кто-то вырвал целую главу из книги её жизни. Она медленно перевела взгляд. Возле кровати, в пластиковых больничных креслах, сидели двое. Женщина с заплаканными, но светящимися надеждой глазами и мужчина, крепко сжимающий её руку. «Родители» - прошептала в голове холодная мысль . Она узнавала их лица, но не чувствовала ничего. В голове возникла лишь одна мысль - «Какой вкусный запах».

***

После победы над Отцом тело Хиёри не приходило в сознание. Оно было хрупким и безжизненным, как упавшая с ветки хризантема. «Хиёри. Хиёри!» Сколько бы ни было опасно её прежнее имя, Ято не переставал его выкрикивать, вкладывая в каждый слог последнюю надежду, последнюю молитву. Но небо было глухо. Суровая реальность не знала милосердия. Он прекрасно понимал, что осталось сделать для её спасения. Единственное, что мог сделать бог несчастья, - это отнять её несчастье. Юкине и Нора суетились на фоне, их голоса доносились сквозь туман в его голове, словно из-под толстой воды. - Нужно что-то сделать! - воскликнул Юкине, цепляясь за соломинку. - Я слышу поблизости сирену! Скорую! - Ябоку, нужно отнести её к ним, - вклинилась Нора, её обычно насмешливый голос дрожал. - Ну же, братец! Но он их не слышал. Всё его существо было сосредоточено на лице девочки. Такой спокойной. Такой далёкой. Он медленно, почти ритуально, снял свой старый, потрёпанный платок с шеи. Он аккуратно обернул его вокруг её запястья, затягивая узел с нежностью, которой в нём, казалось, не оставалось места. Ради чего? - эхо прозвучало в пустоте его души. Ради эгоистичного желания остаться в её памяти. Хотя бы ниточкой. - Сэкки, -тихо произнёс Ято, призывая из тени ошеломлённого юношу. Дух явился, недоуменно оглядываясь. И тогда Ято сделал то, в чём был непревзойдённым мастером. То, что проделывал бессчётное количество раз за свою долгую, одинокую жизнь. Он разорвал узы. Не физические, а те, что были глубже - священные, незримые нити, соединяющие душу божества с этой обыкновенной девчонкой. Он перерезал свою собственную судьбу с Хиёри раз и навсегда. Раздался звук, похожий на лопнувшую струну - нежный и оглушительный одновременно. Он знал, что будет дальше. Знал, что случится с ним. Но не сомневался ни на секунды. Возможно, Отец был в чём-то прав. Он никогда не переставал быть богом несчастья. Тело Ято обволокло слабым, призрачным сиянием. Края силуэта стали терять чёткость, расплываться, как акварель на мокрой бумаге. Ноги первыми начали рассыпаться на мириады тихих, светящихся пылинок. - Ято! - закричал Юкине, вернувшись в человеческий облик только для того, чтобы броситься к нему. Он схватил Ято за плечи, пытаясь удержать, словно мог силой воли собрать рассыпающуюся на глазах плоть из духа. - Идиот! Ты что наделал? Зачем?! Нора лишь стояла в стороне, будто вкопанная. Её глаза, видевшие века, были полны немого ужаса. Она не могла даже пошевелиться. - Братец Ябоку… - только и выдохнула она. - Юкине, ты прости, - голос Ято звучал уже тихо, словно доносился из соседней комнаты. Он смотрел на своего верного священного сосуда. Он терял уже половину туловища. - Мне снова придётся тебя оставить… - ХВАТИТ! - рёв Юкине сорвался с его уст, в нём смешались ярость, отчаяние и всесокрушающая скорбь. - Хватит болтать глупости! Лучше скажи, что мне делать! Ты же вот-вот… Хиёри! Хиёри должна помочь! Она может помочь, мы всё исправим! - Юкине, - мягко, но неумолимо прервал его Ято. В его глазах горела последняя, лёгкая строгость. - Позаботься о ней. Пусть проживёт долгую и размеренную жизнь. Пусть поступит в медицинский, заведёт семью, воплотит все свои мечты. И… не подпускай её больше к этому Берегу. Никогда. Голос Юкине надломился и пошёл трещинами, превратившись в шёпот, полный беспомощной обиды. - Это… это твоя обязанность . Ты же… ты же обещал ей. Ты даже взял плату за это - пять йен. Так почему… - слёзы, наконец, хлынули градом, - почему ты опять не сдерживаешь слово? Ято не ответил. Он уже не мог. Его улыбка стала прозрачной, а взгляд устремлённым куда-то далеко, поверх головы Юкине, в небо, где, возможно, не было богов. Его рука, наполовину рассыпавшаяся, попыталась сделать привычный, успокаивающий жест, потрепать Юкине по волосам, но пальцы прошли насквозь. - Спасибо… за всё… И бог по имени Ято рассыпался тихим, серебристым ветерком, который лишь на мгновение коснулся щеки Юкине, платка на руке Хиёри и исчез. На месте, где он только что стоял, не осталось ничего. Только тишина, пронзительная и абсолютная, да старый синий платок, туго завязанный вокруг не дышащего запястья. Юкине рухнул на колени, беззвучно крича в ладони. Нора, наконец, сдвинулась с места. Она подошла, её лицо было мокрым. Без слов она взяла на руки тело Хиёри, такое лёгкое, и понесла его на звук сирены, к миру, где не было богов, где ждала обычная жизнь.