Кто хотел верить

POV Кроули Любимый признался, что боится вести сеансы с Тором — и всё встало на свои места окончательно. Нет, я догадывался и раньше, но… Даже с моей эмпатией и нашей связью это оказалось сложно: Дагон своих чувств не осознавал, Тор — тщательно скрывал. И если бы не тот короткий всплеск буквально перед нашим уходом в Миры Грёз — я бы так ничего и не понял. Ну или понял бы намно-о-ого позже. Сейчас, когда любимый ушёл на работу, на тот самый сеанс, у меня появилось время подумать: гарем и Маленькая заняты устройством праздника, а бог, то есть я, официально отдыхаю. Препятствовать я не буду. Я же вижу, насколько эти чувства искренние и светлые. Причём с обеих сторон. Удивительно и красиво, хрупко, как снежинка на ладони. Я перевожу взгляд на искрящийся под солнцем после недавней бури снег. Лёгонько веду пальцами по самому краю — не касаясь снежинок, но заставляя их взлететь. И вмешиваться я тоже не буду. Мой Дагон чувствует тонко и близко воспринимает всё; его не нужно ни сдерживать, ни подталкивать. Он всё поймёт сам, когда будет готов и когда придёт время. А я дам им это самое время и буду рядом. Вероятно, не пройдёт и месяца, как наша семья станет больше. Всё, что попадает в сферу любви Дагон, становится частью нашей жизни. И мне это даже нравится. А если совсем честно, то очень сильно нравится. Ничего похожего на ревность я не ощущаю. В чувствах любимого ко мне я абсолютно уверен, как и в своих чувствах к нему. Мы едины: я, он и Маленькая. И ничего плохого в том, что мой единственный обретёт ещё одного защитника и возлюбленного, я не вижу. Это всё, конечно, не отменяет того факта, что с Тором я поговорю. И поговорю очень серьёзно. Заставлю показать мне всё. Всё же безопасность и комфорт моего Дагон — прежде всего. И плевать мне на все миры и весь баланс — ему ничто не должно угрожать. Любой, кто его расстроит, умрёт. Очень страшно и очень мучительно. Не думаю, что это будет Тор: там я ничего опасного не увидел. Но время покажет. А пока… займусь-ка я подарками для любимых Дагон и моих Ангелов; нам ведь ещё идти в Холмы, и они определённо должны затмить там всех. Я улыбаюсь, представляя сияние Неблагого Двора. Настоящий бал в настоящем замке. Помню, когда я привел моих Дагон в Холмы во сне, Маленькая так хотела увидеть настоящий «эльфийский» дворец… Теперь это ждёт её в реальности. И у моей принцессы обязательно будет венец из тонкого мифрила. Как и у моего возлюбленного принца. Я обвожу взглядом нашу почти сказочную зимнюю деревушку, выдыхаю облачко пара. Над избушками курится голубоватый дымок — печи растоплены в ожидании гостей. И к свежести морозного воздуха примешивается аромат сосновых дров. Сияет зеркально гладкий лёд озера, шуршат в ветвях гигантской ели конфетные фантики. Если подойти ближе, можно будет ощутить запахи: мандарины, шоколад и имбирные пряники. Так пахнет самый волшебный детский праздник. Первый общий для нашей семьи. Снова вспоминается сон, с которого всё началось. Снег и лунные лучи. Мои Дагон и сами похожи на чистый первый снег и сияние луны, только холода в них нет. И их венцы будут отражать их суть. Делаю шаг и покидаю Эсте, что за эти несколько месяцев стал нашим общим домом. Моим храмом. Сейчас мне нужно другое место. Веранда нашего с Дагон дома в личном мире на двоих. Кожи касается теплый ветерок, он приносит дух цветущего альпийского луга. Под потолком веранды жужжит пчелиная семья. Я снова улыбаюсь и подхожу к краю досок, словно парящих над травяным морем. Моя одежда изменилась вместе с миром. Сейчас на мне льняные бриджи и рубашка. Опускаюсь на прогретое солнцем крылечко, смотрю на горную цепь передо мной и легонько веду пальцами в воздухе, призывая нужные мне элементы и сплетая их в целое. Даже бог не может создать что-то из ничего. Для любого творения нужна основа. Сторонний наблюдатель решил бы, что серебристые тонкие нити сплетаются в узор прямо из воздуха. Но это не так. Я просто собрал атомы в нужном мне порядке, придал им форму и сейчас продолжаю ее совершенствовать. Взмах второй руки и новая последовательность. На ладони появляются два кабошона селенита. Удивительно красивый «лунный» камень, обладающий внутренним сиянием. Оно так похоже на свет моих Дагон — не слепяще-яркое полуденное солнце, а деликатные и мягкие лунные лучи. Ими можно долго любоваться, не рискуя ослепнуть. Этот свет разгоняет мрак и освещает путь бога странников. Один кабошон ложиться на доски рядом, второй взлетает и его обнимают нити мифрила. От краев венца потянулись вниз тонкие цепочки. Я склоняю голову к плечу и понимаю, что нужно добавить к ним. Дождь тоже напоминает мне моих Дагон. Я вновь веду пальцами и на цепочках оседают каплями белые и голубые алмазы, аквамарины и горный хрусталь. Рядом с первым готовым венцом для Разума сплетается второй — для Веры. Они кажутся копиями друг друга, но если присмотреться можно увидеть отличия: центральный камень в первом венце обнимают когти раптора, во втором — жвала сколопендры. Венцы-нимбы для моих принца и принцессы готовы. Теперь черёд князей-всадников. Мои мальчики — Война, Голод и Скверна тоже получат украшения, отражающие их силы и характер. Работу я заканчиваю ближе к закату. Прячу подарки и шагаю обратно в храм: скоро придет компания Новых Богов Перекрёстка и нам с Маленькой и семьёй нужно их встретить и начать развлекать. А там и мой Дагон завершит сеанс — вернётся. Да-а-а-а… с защитой храма семья постаралась. Как, впрочем, и с организацией праздника. Следующие несколько часов пролетают так быстро и насыщенно, что мне почти некогда скучать по любимому. Наконец я слышу его призыв и в ту же секунду делаю шаг к нему. Выхожу в его кабинете в ветвях Асяня. О. Прическа Тора изменилась. Свадебных косичек больше не было. Ммм… похоже, наш мир на двоих скоро станет миром для троих. Обнимаю любимого, закутывая его в полы пальто. Поверх снежной макушки бросаю взгляд на Тора. Он легонько пожимает плечами. Он знает, что я знаю. Но сейчас ещё не время для разговора. Позже. Я беру эльфа за руку и переношу нас троих на Эсте.