Лани на выгуле

- Это не Илинский старейшина там?.. - АХ, ГДЕ?! - Тише! Зашипели в ухо, раздраженно пришлепывая веером по плечу. Молодой, пока еще совсем не опытный по части светских приемов юноша, стыдливо прижал кулак к губам, но продолжил озираться, выглядывая из-за плеч сопровождающих. - Прости, А-Цзю... Второй лишь помотал головой, устало растирая глаза, с шелестом раскрыл веер, подтянул брата к себе и коротко ткнул в сторону, как бы невзначай разглядывая изысканные барельефы на дальней стене, пока восторженно шептали рядом. - Какой хорошенький! Я таким его себе и представлял! - Смазливый... - зашелестел мужчина, обмахивая обоих. Братец жару переносил плохо, как и он сам. - Тонкий как струна... Совсем не выглядит как многодетный родитель... А на фоне супруга... Цзю передернуло даже. Юань и сам вздрогнул, вынимая и свой веер, раскрыл, также принимаясь обмахивать чужое посеревшее лицо. - Чего ты?.. Да, он меньше, чем нам представлялось, но... - Сколько ты говорил, у них детей?.. - 13, вроде бы... - Вроде бы?.. - Есть еще приемные, но я не знаю, сколько их... Но родных 13. - 13... Хрипловато повторил старший из Шэней. Нахмурился и поджал губы, постукивая по ним резным краем. - Не кажется ли тебе, что он... - Щупловат? - Слишком хрупок, чтобы произвести на свет такое количество. Еще и драконьи гены... Те и выродились то, в том числе и потому, что истощали родителя подобно паразитам. - А-Цзю, любой ребенок требует сил и энергии... - Вспомни, как выглядят люди из их клана. Как вековые сосны. Двойня в их роду и то редкость, неизменно оплачиваемая кровью, а тут... , - он запнулся, но продолжил еле слышно, - такими то узкими бедрами... Мужчины коротко переглянулись. Теперь и Юань приобрел несколько землянистый оттенок, разглядывая бледную, но широкую ладонь с мелкой сеткой шрамов, спокойно лежащую на рукояти меча, пока обсуждаемые тихо беседовали вдали от посторонних глаз. - Говорят, мужчина, имеющий большие и крепкие руки, имеет также... - Тц, - брат слегка толкнул, сердито сводя брови. - Уж эти достоинства Ланей я обсуждать не намерен! Налюбовался? Я хочу на воздух. - Ох, еще чуть-чуть... - они ведь так редко выбирались куда-то в свет... Не то, чтобы он сам изнывал от скуки дома, да и мог ведь посещать любые собрания один, но хотелось вместе. С братом всегда было весело, хоть тот и бурчал все время, что вот-вот задушится воротником из-за крайне дрянных благовоний или подхватит искажение ци, если неуклюжая девица с эрху еще хоть раз сыграет его любимый отрывок из повести о 7 ветрах с таким количеством ошибок. Эхэх... Юань благодарно погладил худую это беспокоило его не первый год спину под зеленым шелком. Знал ведь, что тот терпит чужое общество только ради него. - Пару минуточек! И пойдем в сад! Тот что-то буркнул про сливочное печенье, Юань активно закивал и оба снова воззрились на супругов. А-Цзю никогда не признается, но и ему было интересно понаблюдать за известной парочкой, но было чувство, будто... - Как-то он... не по-супружески себя с ним ведет, - задумчиво прошептал тот, снова собирая брови в хмурую складку. Юань еле сдержался, чуть было не разгладив ее пальцем, как часто делал в детстве. Хмурость брату безусловно шла, но старила его лет на 10... - А?.. Почему? - Не ты ли рассказывал, что второй Лань... кхм, скажем так, к мужу относится со всей страстью, на которую способен влюбленный мужчина? Юань хохотнул, но тут же откашлялся, согласно кивая головой, будто деревянный болванчик. Вид имел, впрочем, такой шкодливый, что старший Шэнь весь напрягся, стиснув веер, когда ответно зашептали прямо в ухо. - Верно. Ты как всегда внимателен. Но что же, мой дорогой брат, ты ожидал увидеть? Что он будет бесконечно поправлять его ханьфу чуть пониже спины? Или же примется передавать ему ци самым бесстыдным образом? А потом, и вовсе наплевав на окружающих, набросится, будто зверь, и... Веер треснул, бледные, взмокшие от духоты, пальцы закрыли чужой болтливый рот, пока раскосые глаза угрожающе сжались, будто полоска предзакатного неба. - Паршивец! Ты... - но тот, вдруг, смолк, глядя ему за плечо, убрал ладонь и зашипел. - Смотри! Вот о чем я!.. Юань обернулся. Второй Лань теперь аккуратно гладил супруга по голове, пока тот продолжал что-то увлеченно рассказывать, глядя на мужчину глазами большими и восхищенными. Из-за разницы в росте картина получалась такая, будто благородный олень, обломавший на своем веку не мало чужих зубов, мудрый и сильный, склонился к младшему, еще пятнистому и вовсе безрогому юнцу... А когда тот еще и тонко, еле заметно улыбнулся, совсем по-отечески, будто смотрел на любимое дитя... А-Цзю пошатнулся, издавая почти булькающий звук... Поговаривали, что нефрит соблазнился господином Вэем, когда те были еще детьми. Но согласился тот на замужество не сразу, прятался даже, ведь будущий супруг продолжал настаивать, игнорируя отказы. Что хоть и был ответно влюблен, все же возраст имел очень юный, а родил впервые, будучи и вовсе не готовым, потому сильно повредился внутренне... В облачные глубины тогда съехалось с десяток опытных целителей со всей поднебесной, даже Цзини прислали своего, переживая за брата невесты, а сам Лань Цижэнь позволил немыслимое попустительство, разрешив подавать к столу не только сладкое, но и мясо. Вроде бы, тогда они и кроликов развели. А что если... Старший Шэнь уставился на брата. Юань в силу мягкой натуры и черты имел аккуратные и нежные, отличные от его собственной угловатости, отчего походил скорее на очаровательного мальчишку, чем на статного юношу, через год неизбежно войдущего в брачный возраст... Юань умилялся грязному зверью, попустительствовал младшим ученикам (некоторые из которых обнаглели уже настолько, что начали подкидывать ему жалкие любовные клочки с почерком премерзким в такой степени, что после прочтения неизменно хотелось вымыть глаза с мыльным корнем, а тот, мало того, что умилялся подобному, так еще и запрещал рвать, складывая где-то у себя) и в упор не замечал голодных взглядов, провожающих его каждый раз, когда покидали фамильный пик. Одним словом - живая мишень, требующая постоянной охраны. А если господин Вэй был и того младше... Ведь выглядит тот так молодо. Будто щуплый подросток рядом с, пусть прекрасным как небожитель, но давно и крепко сформированным мужчиной. И если cами Цзяни его возраст наглейшим образом приврали, лишь бы поскорее выдать сложного ребенка за порядочного человека... А порядочный ли он, если взял в супруги зеленого юнца!??? Ох... Довольно. Их это касаться не должно. А-Цзю принялся глубже дышать носом, отвернувшись в бок. Прикрылся веером, пока ю-юуспокаивающе лепетал, обхватив за локоть. Все же он излишне вспыльчив. Нельзя напустить даже тень на их с братом репутацию. Учитель и так приложил немало усилий, официально усыновив двух, пусть рано осиротевших, но талантливых сыновей малоизвестных, но порядочных заклинателей. И пусть прошлое, счастливое для них по своему, они никогда забывать не хотели бы, все же нынешнее положение дел... Но слухи про эту парочку ходят грязные настолько, что даже их бордельные цзе-цзе точно запунцевели бы!!! А как не краснеть, если поговаривают, будто второй нефрит крайне падок связывать супруга по рукам и ногам?! Да так крепко, что тот неделями ходит со следами веревок на запястьях и которые даже не пытается прятать, побаиваясь, видимо, снова попасть под горячую руку. Поговаривали даже, что под нее и правда попадает... мягким местом... с завидной частотой... за дурное поведение... О, пресвятая Гуаньинь... А-Цзю принялся обмахиваться более яростно, снова неосознанно приклеившись к парочке глазами. Брат тоже прилип к нему сбоку, с поджатыми от смеха губами, продолжая слушать его гневное шипение. - И мало того, что бывает наказан, словно мальчишка, так еще и супружеский долг исполняет ежедневно, без исключений, даже во время слабости или болезни, потому супруг так редко его покидает и так стремится быстрее вернуться обратно, а продолжительность их парное совершенствование имеет такую, что любая девица упала бы замертво, потому спасает положение только сильная заклинательская природа и... видимо, частые тренировки... - Не удивительно, что у них столько малышей... с таким-то графиком! - Юань прыснул, совсем повиснув на плече, ткнулся в него щекой и вскинул брови. - Не ты ли говорил, что не хочешь обсуждать подобное? М? Брат цокнул и отвернулся. Обиделся. Юань вздохнул, ткнувшись подбородком. - Прости меня, зю-зю . Я не хотел уколоть. Мне нравится тебя слушать! - Не висни на мне. Ты тяжелый. - А-Цзююю... Чужая тонкая бровь взлетела наверх. Тот лишь мотнул головой, закрывая веер с глухим щелчком. - Нет. Нам более не следует обсуждать подобное, - ''не здесь, А-ю", проговорил тот одними губами. Юань кивнул, нехотя распрямляясь. - Ты прав... - молодой господин помялся, разглаживая светло-зеленый рукав, - но мне кажется все же, что слухи врут. - Разумеется, - Шэнь склонился, кивая в сторону. - Даже представить не могу, чтобы второй господин Лань, ох... - М? - заметно воодушевились рядом. - И хитрец же ты... - Это последнее! - Это последнее. - Так что же? А-Цзю потрогал кончик носа, говоря совсем уж тихо. - Даже представить не могу, чтобы второй господин Лань изрядно захмелев и вид имея... кхм... распаленный и неподобающий, так сказать, во все оружия, но без ножен, бегал за хохочущим супругом, намереваясь поймать. Ловил и прямо в... в садовых насаждениях... - Насаживал... О, Гуаньинь... - Юань... Тот закашлялся, постукивая по губам. Его румянец переполз с щек на горло. А-Цзю остался бледным, как морская ракушка. Но сердцевину ракушки имеют розовую, потому сомневаться не приходилось, тот смущен донельзя. Особенно последним его комментарием. Были бы дома за такое еще и влетело бы. Подушкой, конечно. И хоть брат в праведном да и не только гневе был великолепен, словно тонкое лезвие аранейского меча, сердить его понапрасну совсем не хотелось. Разве что... немножко раздражать. - М... Перед сном я бы выпил тот чай, что подарил нам Лю-шиди. От него, говорят, хорошо спится. Хотелось бы спать без сновидений... - А-Цзю кивнул и тут же сморщился от упоминания нерадивого соседа. - Мне хватило бы и того, что господин Лю ''это грубое мужланье''- проглотил Цзю ,наконец, прекратит бесцеремонно врываться в наш дом, когда ему вздумается. С чаем или без него. - Ммм, мне кажется, ему просто нравится гулять по нашей роще. И дома у нас сидеть тоже нравится. И ты ему... Брат вскинулся, грозно осадив взглядом. - Меня его предпочтения не интересуют! Пусть занимается делами клана. А гуляет по своим владениям. У него, в конце концов, есть целая гора для этого. - Но для хорошей прогулки нужна компания... - То-то я смотрю, что ты охотно ее ему составляешь, - А-Цзю цокнул, легонько дернул к себе и нахмурился, срываясь в шепот. - Могут поползти слухи. Я стерплю, если снова захочешь пригласить его на чай, но за пределами дома... Я не смогу защитить тебя. Кто знает, что творится в голове у этого разбалованного мальчишки?! Там же ветер свищет! То тушу в силках на порог притянет, то полную корзину сладкого к чаю и даже не притронется к чашке, так и просидит, уставившись в напиток, пока они с братом общаются между собой. А эти пошло расписанные веера?! Где он только находит это безобразие, и, упаси Гуаньинь, зачем приносит в таком количестве?! Зачем приходит, как заведенный, по вечерам, когда у них свободное время для отдыха. Почему не является в часы официальных визитов?! Почему хотя бы не стучится! Постовые его даже не замечает, так как могут остановить?! Он, безусловно, талантливый заклинатель. Титул "бога войны'' носит по праву, но... А-Цзю не знает, как их там в клане Лю тренируют, но удары в голову их наследничек точно пропускал не один раз... Он явно произнес последнее вслух, потому что Юань несдержанно прыснул, снова приклеиваясь сбоку. - Хыхых... ох... Я все же надеюсь, что ты когда-нибудь составишь нам компанию. Лю-шиди - очень интересный собеседник! - Беседа - это когда говорят двое. Ты же, в основном, на ваших встречах сам с собой разговариваешь, не замечал? Юань затрясся от смеха, но сдержался, мотая головой. - Пускай он немногословен, но всегда внимательно слушает! - Ммм, и слышит только то, что хочет слышать? Цзю тонко, но мягко улыбнулся, когда знакомо закатили глаза и был порядочно удивлен, заметив, что вышеупомянутый Лань с супругом уже покинули зал. Младший Шэнь их пропажу тоже обнаружил, задумчиво почесал нос, постучал по губам веером, едва удержав во рту свое похабное предположение и потянул Зю-зю на улицу. Погода была чудесная. Сад прохладным и пустым. Идеальным для легкой вечерней прогулки, прежде, чем отбудут обратно домой. Благо, земли клана Лю с ними в близком соседстве. Еще большее благо, что старший из отпрысков отбыл на поклон императору. - Не дурно, - лениво отметил Цзю, когда миновали небольшую, но очень аккуратную, явно сделанную с любовью композицию из камней. Остановился даже, погладил массивный валун и растер влагу на пальцах, - для неотесанных варваров. Видимо, чувство вкуса в их семье все же присутствует. Жаль, разделили не на всех. Юань немного пихнул его, хотел добавить, что тот шипит скорее по привычке. Ведь если бы и правда испытывал к ним сильную неприязнь, не принимал бы их приглашения и тем более не обучал бы их младших игре на цине. Заполучить его в качестве учителя для кого-то из чужаков - было задачей почти непосильной, если он сам того не захочет. Цзю легко отказывал даже крупным чинам. Но они исправно посещали все дни рождения именитого клана. Порой поражаясь, почему вообще присутствуют на таких личных празднествах... Да, они все воспитанники одной школы. Росли вместе. Мадам Лю - женщина строгая, но справедливая всегда относилась к ним, как к дорогим племянникам, хотя прекрасно знала, кем они были в прошлой жизни. Ее, это, кажется, ни капли не смущало. Не смущало и то, что старший сын, будучи 15-летним лбом, заявил однажды да еще и прямо на семейном торжестве, что не намерен связывать свою жизнь только с одним человеком. За что был заперт в фамильных пещерах на 3 года. Для медитации и исправления распущенности духа. И, видимо, медитировал так усердно, что повредился умом. Потому, наконец, выйдя из них, начал страдать откровенной дурью... А ведь такой милый мальчишка был в детстве. Первый, кто заговорил с ними, когда только привели на пик. Единственный, кто не насмехался, когда стало известно, что они не имеют даже зачатков золотого ядра. Цзю помнит, как тот хмурился, когда другие ученики открыто обсуждали в голос. Благо, нападки вскоре прекратились сами собой. Даже детям наскучивает потешаться над подобным. Они с братом быстро догнали остальных. Но Цин-цин так и остался для них одной большой загадкой. Или же... только для него?.. Видимо, вязкая ностальгия поглотила его слишком сильно. Потому почти вскрикнул, когда брат, вдруг, дернул его к себе, а затем вниз. Повалил прямо во влажную от росы траву, надавил между лопаток и лег рядом, весело блестя зубами. Будто они снова сопливые мальчишки! Что за ребячество! - Юань, что ты... Но тот лишь зашикал в лицо, зарылся в траву и ткнул пальцем куда-то в темноту небольшой рощицы. Хорошо хоть их кошачью суть бакэнэкосмог удержать при себе, а то и уши навострил бы. Да, и в целом вид заимел такой веселый и предвкушающий, что А-Цзю лишь вздохнул, покорно прижимаясь боком. Вытянул ноги и расслабился, удрученно смиряясь с уже влажным ханьфу на груди и животе. Право слово, они с господином Лю и правда порой походят друг на друга своими выходками... Старший Шэнь цокнул и подпер лицо кулаком. Уж в траве то точно никто не углядит, что они, понимаете ли, лежат неподобающе. Брат довольно хмыкнул и сорвал травинку, зажимая губами. Несколько мгновений не было слышно ничего кроме пения птиц и Цзю уж было решил, что все это лишь глупая шалость, когда неподалеку захрустели ветки. Показался белый подол, длинные рукава с росписью плывущих бледно-голубых облаков, россыпь черных волос, блестящих и гладких, будто вода. Заклинатель шел аккуратно, как настоящий аристократ. По его шагам и не скажешь сразу, что идет такой рослый мужчина. И как только не путался ни волосами, ни одеяниями за ветки и колючки на пути - загадка... Юань вытянулся как струна, тихо ахнул и прижался к земле. Успел рассмотреть внезапного гостя первым и выдал лишь короткое Лань, чтобы и Цзю притаился ужом, скрывая присутствие. Второй нефрит не станет бить мечом наотмашь, все же человек благородный и осторожный, но и позора от подобной встречи не оберешься... Впрочем, тот ведь явно не слоняется тут без дела. Явно прогуливался с мужем, как и они с Юанем, устав от шумного общества. Вот только... Цзю нахмурился. Шел мужчина явно один, даже головой не крутил, и не было заметно, чтобы искал кого-то. Или точно знал, где находится супруг, или намеренно ушел в такую глушь, чтобы побыть одному. Юань, вдруг, нащупал его ладонь, перевернул и ткнул кончиком пальца, принимаясь выводить слово. - Поссорились? Тонкая бровь успела дернуться наверх, когда мужчина остановился возле раскидистого дуба, слегка прислонился спиной и закрыл глаза, немного опустив голову. Юань вздрогнул, тут же вжимая мягкий полукруг ногтя. - Плачет?! - Глупость! - быстро черканули в ответ и две пары чуть раскосых глаз снова уставились на заклинателя. Прошло по меньшей мере минут 10 такой вот немой сцены, крайне сомнительного характера. Старший Шэнь уже принялся выводить слово ''уходим'', когда почувствовал неладное. Весь покрылся мурашками и вцепился в ладонь, на что брат озадаченно ткнулся носом в плечо. Впрочем, тот и сам быстро понял в чем дело. Они даже не заметили, как на нижней, самой массивной ветви, вдруг, появилась мужская фигура, лениво болтающая ногой в высоком черном сапоге. Второй нефрит внезапного гостя тоже не ощутил, как им сначала показалось, но тут же открыл глаза и вскинул голову, вызывая у того широкую улыбку. - Эх... Лань Чжань, Лань Чжань, годы берут свое? Я здесь битый час уже сижу, а ты и ухом не повел! Теряешь сноровку? Братья коротко переглянусь на эту наглую ложь. Цзю тихо цокнул. Ханьфу впереди уже все было мокрое от земли. Он и представить не мог, что они окажутся в таком положении. Тем более не знал, как из него выкрутиться, учитывая новые обстоятельства. И чего ожидать от второго господина в черном? Судя по тому, как фамильярно тот обращался ко второму нефриту, персоной он был не из робких. Раз появился как чертова вспышка в небе, значит заклинатель сильный. Незнакомец вальяжно разлегся на ветке, закинув руки за голову. В распахнутых полах черного одеяния показалась гладкая, слегка тронутая загаром грудь с бледной, но глубокой каймой старого шрама на левой стороне. Раз пришел в таком виде и, считай, простоволосым, без единого фамильного украшения - значит один из независимых заклинателей, не принадлежащий ни одному из кланов. А такие и вовсе считаются дикими сумасбродами, ничем и никем не ограниченными. Действующими по желанию левой пятки. Одним словом - сплошная напасть. Фигура еще раз наигранно вздохнула и слегка свесилась вниз, подперев щеку. По широким плечам тут же потекли темные локоны волос. Без дрожащей тени ветвей и лицо его теперь можно было рассмотреть лучше. К удивлению обоих близнецов тот оказался на редкость красивым мужчиной. Совсем не похожим на других бродячих заклинателей, которые встречались им раньше. Глаза хоть и вытянуты в хитрой усмешке, но ясные и внимательные. Аккуратные темные брови вразлет. Да и ткань ханьфу, при внимательном рассмотрении, оказалась заговоренным паучьим шелком. Редкий, а главное баснословно дорогой материал, который не все из императорской семьи бы себе позволить смогли. Значит имеет покровителя. Богатого. А если учесть, что очень хорош собой. Может и не одного... Тот вдруг хрипловато хохотнул, ухватился за ветвь и одним слитным движением оказался на ногах, приземлившись мягко, как кошка, прямо перед все таким же невозмутимым Ланем. На поверку оказался тот вовсе не их кошачьим собратом, а самым настоящим лисом... Ситуация становилась все хуже с каждой секундой. Они на землях семьи Лю. Значит находятся под внегласной защитой, но с торжества ушли тайно, по сути удрали, пока старшие отвлеклись. Да, их наверняка уже ищут, но парк огромен, а они в самой глуши. Да и как тот вообще проник внутрь, если гора укрыта защитным барьером, через который невозможно пройти без личного приглашения?! Значит обокрал кого-то из гостей, а может и убил, заметая следы... Лисы умны и никогда не нападают без веской причины. Резню тот не начнет, но и пришел сюда явно не для праздных разговоров. Цзю, вдруг, подумал, что и сам Лань совершенно несвойственно забрел столь глубоко, оставив любимого супруга совсем одного, да еще и явно ожидал его появления, судя по ледяному спокойствию. И хоть именитое лицо второго нефрита нежные черты приобретает при исключительных случаях как правило семейного характера, тот на появление чужака отреагировал уж слишком равнодушно. Впрочем... равнодушно ли?.. Внутри, вдруг, зачесалось, будто от укуса насекомого. Юань лежал рядом, глядя на развернувшееся шоу во все глаза. Он про лисов только читал, никогда не видел в живую и судя по глянцу глаз сейчас пребывал в полуобморочном от восторга состоянии. Цзю сглотнул, накрывая рукоять меча. Рост чужак имел внушительный, да и со вторым главой они были приблизительно одинаковой комплекции. Тот, однако, и без их помощи управится с незваным гостем, наверняка для этого и отманил подальше от поместья. Им главное не попасть под удар и удрать до того, как заметят... - Как же это понимать? - мужчина хмыкнул, складывая руки на груди хоть бы совесть имел и запахнулся!!!!! - Ушел с праздника в самый разгар веселья? Наскучила светская жизнь? Захотелось местными видами полюбоваться? Или насладиться пением птиц?.. Или же... - тот неумолимо приближался. Шаги были ленивые, но по хищному выверенные. Будто кто-то оттягивал тетиву лука, готовую сорваться в любой момент. Цзю нащупал светло-зеленый воротник, готовый чуть что накрыть брата собой. Еще мгновение и обнажат мечи, тогда у них будет от силы пара мгновений, чтобы сбежать. Чужак замер, весело обнажая ряд белых зубов. Бряцнула лакированная флейта на поясе. Второй Лань будто заледенел и вовсе не шевелясь. - В самом деле, странно. Великий Хангуан-цзюнь пошел в такую глушь, куда воспитанный человек и не подумал сунуться, дабы не пасть жертвой порочных слухов, - он хохотнул, чуть наклоняя голову в бок. Волосы потекли с плеча прямиком на полуобнаженную грудь. Голос стал тише, но глубже. Феромоны!!! Вдруг, пронеслось у Цзю в голове. Излюбленный лисий прием! Отвлекает, перед броском! - Или же напротив... именно это у него и было на уме? Порочная натура взяла свое, а, Лань Чжань? И прежде, чем Юань успел захрипеть от туго натянутого воротника, враг, вдруг, оказался к Ланю вплотную. Послышался короткий вздох. Цзю испуганно вздрогнул. Неужели тот уже успел нанести удар?.. Но как, если меч так и остался в ножнах, болтаясь на слабо завязанном поясе?.. Второй нефрит сцепил побелевшие губы, коротко глянул вниз и снова нечитаемо уставился в глаза. На его лице, всего на мгновение, проскользнуло что-то похожее на сильное мучение. Удар пришелся в живот? Может хитрый лис полоснул его чем-то вроде тонкого клинка?! Цин-цин показывал им похожее лезвие из редкого горного стекла. Такое резало плоть, даже через дубленую змеиную кожу, потому он не позволил его даже подержать, показывая со своих рук, а затем, как настоящий балбес, удрал, не дав обработать свои израненные в кровь пальцы! - Ну же, разве я не прав, м?.. - лис притерся ближе, вырывая новый хриплый вздох. Наверняка прокрутил лезвие второй, не видной им, рукой, раз Ланя даже прошило на такую сильную судорогу. Ударив исподтишка, измывался, как настоящий варвар. Какой же силой обладали его чары, если потомок драконьего рода попался в ловушку, словно ребенок. И что делать им, если тот замучает его до смерти? Разве смогут они просто наблюдать за чужими страданиями?.. Второй нефрит снова дернулся, когда продолжили пытку, уперся ладонями в плечи, намереваясь оттолкнуть, но в ответ лишь глухо захохотали, вжимаясь всем телом. - И я должен отступить после такого слабого сопротивления? Слухи о силе второго нефрита преувеличены? Или ты нарочно совсем не противишься мне, желая ускорить процесс? Юань влажно моргнул, испуганно нащупывая его ладонь. Цзю и сам весь покрылся мерзкой испариной, от чего передние пряди прилипли к щекам. Ситуация уже вышла из-под контроля. Если не вмешаются, Лань так и погибнет, пригвозденный к дереву, словно большая бабочка острой шпилькой. Наверняка, лезвие заговорено или даже проклято, раз тот в одно мгновение растерял все свои силы. Но что они сделают против такого сильного противника? Будучи одним, Цзю бы предпринял столь глупую, даже абсурдную, но храбрую попытку помочь, но рисковать жизнью брата... Лань снова дернулся, когда чужая нога пришла в движение, подсаживая его чуть наверх. Лис отнял руку от влажной коры и ухватил его за воротник, задумчиво мыча прямо в лицо. - У Хангуан-цзюня такое страшное оружие при себе и такая дрянная выдержка. Ай-яй-яй... Немыслимо! В заклинательских кругах Бичэнь считался легендарным мечом, но какой от него прок, если владелец не может призвать его, находясь на краю гибели? И почему они раньше не слышали о столь опасном заклинателе? Кланы горазды только в чужом грязном белье копаться?! У всех на слуху лишь супруг второго нефрита и, что удивительно, совсем не из-за постельных успехов. Мол, тот необычайно талантлив не только под мужем, но и в бою. Слабо верится, но чем боги не шутят... Юань, вдруг, нахмурился, накрывая его ладонь. - Но почему глава, хотя бы не попытался вытащить меч рукой? Они ведь не скованы. Цзю мотнул головой. Как бы тот успел, учитывая скорость соперника. Прямо под носом у целой толпы заклинателей и такое бесчинство! Однако, кроме самого Ванцзи и мадам Лю, пожалуй, против лиса смог бы выступить только бог войны, так некстати даже не предупредив их! отбывший этим утром по долгу службы. С какой стороны не посмотри, ситуация хуже некуда, но если подать сигнал, они хотя бы предупредят остальных, хоть и неизбежно выдадут себя... Следующими могут стать они. Может стать Юань. Цзю всмотрелся в лицо брата. Внутренности скрутило и стало надрывно бить в висках. Готов ли он променять его жизнь на жизни остальных?.. Нужно хотя бы попытаться сбежать. Попытаться спастись, спасти Юаня! и предупредить остальных. А там, возможно, ЛЮ ЦИНГЭ!!! ГДЕ ТЕБЯ НОСИТ, КОГДА ТЫ ТАК НУЖЕН!! общими усилиями они смогли бы схватить этого распущенного... Из удушающего водоворота мыслей Цзю вырвал внезапный звук. Странный и совсем неуместный. Он даже, решил было, что ему он и вовсе почудился, но Юань, вцепившийся в него словно клещ и, обдумывающий, видимо, схожую мучительную дилемму, замер, широко распахнув глаза. Затем закрыл их, когда звук повторился, и рухнул в траву, мелко задрожав. Старший Шэнь стиснул его ладонь, подумав, что тот и вовсе лишился чувств на нервной почве, но затем ощутил уже знакомое, почти свербящее чувство внутри. Будто внутренности щекотали пером... Второй Нефрит... стонал?.. От боли, понятное дело, но почему так... - Прекрати, - донеслось почти надрывное, дышал тот быстро, но поверхностно, стискивая чужие плечи побелевшими хотя, куда уж белее... пальцами. Сцепил зубы и приложился затылком об потрескавшуюся кору, когда лис лишь активнее заработал второй рукой, расплываясь в довольной улыбке. - Вас в вашем хваленом Гусу совсем не кормят? Ничего не слышу! Можешь повторить еще раз?.. В ответ лишь коротко мотнули головой, а когда напор усилился, затряслись, плотно зажмуривая глаза. Лис цокнул, отпуская воротник, но тут же ухватил того за лицо, сминая светлую кожу, не по-мужски, изящными пальцами. - Вот как? Говорить со мной отказался, а теперь и вовсе смотреть не хочешь? - он опасно клацнул зубами, дернул собственное колено наверх, отчего второй нефрит остался стоять на цыпочках, будто провинившийся мальчишка. Фыркнул, не получив ответа и задирая влажное лицо. Несчастный Лань уже весь блестел от пота, страшно представить, какую боль он испытывал, раз не мог сдержать реакцию тела... Впрочем, реакцию странную, вдруг, подумалось Цзю, пока пытался привести дрожащего брата в чувство или, хотя бы, поднять его лицо с грязной земли... Мгновение, и это животное, в обличии человека, и вовсе вонзило зубы прямо в бледную шею. Сцепило челюсть, когда болезненно выдохнули в ответ, вжалось губами и снова без намека на жалость укусило, но уже чуть пониже, прямо над острой ключицей, с нажимом провело языком до самого уха, оставляя мерзкую мокрую полосу, и вцепилось уже в него, будто намереваясь и вовсе отодрать. Цзю уж было решил, что тот и впрямь душевнобольной, раз выбрал такой зверский способ убийства, как просто разодрать жертву на куски... но второй нефрит, вдруг, дернулся, распахивая глаза, уставился на темную макушку, будто в изумлении выгнув брови, сгреб темную ткань на чужой спине, до белизны поджимая губы. А после... выдал звук столь тонкий и нежный, будто кто-то ненароком задел струну гуциня. И тут же уронил голову на чужое плечо, заметно обмякая. Лис и сам часто дышал, тут же отцепившись от растерзанной шеи, боднул его виском и тут же притерся щекой, плотнее прижимая к себе. Растекся в улыбке довольной настолько, будто тот только что подарил ему первенца. Будто в миг и сам стал другим человеком, принимаясь наглаживать чужое бедро под смятым ханьфу, будто лосненый бок породистого скакуна. - Ну вот... совсем другое дело... такую музыку я бы слушал, не переставая... жаль, инструмент попался капризный, - он тихо засмеялся, с влажным звуком высвободил вторую ладонь, хорошенько утирая об собственное ханьфу, приобнял уже ей, принимаясь обводить чужие мягкие черты пальцами чистой руки. Вел мягко и нежно, будто по тонкому полотну, восхищенно прослеживая путь взглядом. Дождался пока немного приоткроют глаза и вжался в губы, тут же расплываясь в счастливой улыбке, прошептал что-то и снова припал, зарываясь в волосы. Цзю и сам на мгновение зажмурился. За подобное положена смертная казнь, не иначе... Лучше бы убил, чем замужнего человека... он ведь его, считай, обесчестил... Пусть и... снаружи только... И продолжает! Тот ведь и не соображает уже ничего! Даже не сопротивляется! Будто в подтверждение Лань медленно, будто завороженный, поднял руки, обхватывая чужую шею, зарылся в темные волосы на затылке, распуская небольшой узелок красной ленты. Цзю стыдливо опустил глаза, прижимая кулак к губам. Не нужно было смотреть на весь этот ужас, чтобы понимать, что происходит прямо перед ними... Лишить чести такого гордого человека... лис пошел на подобное явно из кровной мести. Эти Лани ведь совсем повернутые на своих правилах. Ванцзи принял по одному удару плетью за каждого из своих детей, рожденных, якобы, от недостойного чужака, не принятого кланом, хотя самого Вэй Ина их старейшины чуть ли не на руках начали носить уже после второго сынишки... Был слух, что их плеть - заговоренный фамильный артефакт и каждый удар избавляет супруга от мучительных родов, буквально разделяя боль на двоих, но кто поверит в такие сказки... Цзю не мог поверить, что все это происходит на самом деле. Вэй Ин... что с ним будет, когда тот узнает о случившемся... Что будет с их детьми, которых тот так сильно любит. С самим вторым нефритом, когда придет в себя. Но господин Вэй... Глаза, вдруг, сами собой наполнились слезами. Цзю представил этого, совсем по юношески, нежного мужчину. Такого маленького и хрупкого, вынесшего сначала тяжелую руку мадам Юй, а затем, и вовсе, ставшего пленником, повернутых на чистоте крови, Ланей. Вынашивающего одного за другим драконьих отпрысков, разрушающих тело и душу, будто древнее проклятье. Запертого в крошечной, ледяной, будто склеп, цзинши, где-то в туманных глубинах зачерствелого Гусу. Одинокого, сломленного и покорного, чей любимый человек без зазрений совести может поднять руку, прикрываясь добродетельным порывом. Сколько он вынес, сколько вынужден был пережить и как только остался таким улыбчивым и наивным... Как вынесет это и не повредится ли умом от потрясения?.. Их самому младшему вроде бы всего 5 лет... Совсем кроха... Цзю мокро сопнул носом, зло утирая лицо. Нет. Они не могут просто оставить все, как есть. Чертов лис должен ответить за свое преступление. Пусть тот и мстит за сородича, но способ выбрал дикий и абсолютно неприемлемый! Он уже собирался подняться, выдать себя, но прекратить это, когда Юань схватил его за плечо, наконец отлипая от травы. Коротко вдохнул, мягко пришлепывая ладонью и зашептал в ухо. Цзю моргнул, не понимая, почему тот улыбается, хотя тоже плакал мгновение назад. Почти бился в истерике, пока тот пытался его успокоить. - А-Цзю, мы с тобой такие... Мы тут совсем не к месту, дорогой. Нам нужно уйти и как можно быстрее... - Нет, - старший Шэнь замотал головой, сморщился, чтобы удержать новый поток слез. Юань заметил его состояние и сам подобрался, изумленно открывая и закрывая рот. - Зю-зю... что случилось?.. Тебя... тебя так оскорбило увиденное?.. Не плачь, - он потянулся, утирая его глаза чистой стороной рукава. - Мой дорогой... мы не виноваты, что оказались здесь, когда они решили... Когда они решили развлечься в лесной чаще, словно дикари. Мы виноваты лишь в том, что не удрали отсюда сразу, но ведь по началу думали, что... - Юань, - тот смолк, испуганно вглядываясь в бледное от слез лицо брата. Цзю шмыгнул, снова отрицательно болтая головой. - Мы не можем оставить его вот так... Мы должны помочь и... - Дорогой, я думаю им не нужна наша помощь... Они и без нас прекрасно... - Юань, ты не понимаешь... Младший Цинцю озадаченно моргнул, неуверенно стреляя в сторону оголтелой парочки глазами, те уже принялись распутывать друг на друге одежду. И судя по скорости, с которой они это проделывали, у них было секунд 30-40 на то, чтобы улизнуть с этой проклятой поляны прежде, чем придется восторгаться достоинством всего рода Лань воочию... Его драгоценный А-Цзю этого точно не переживет... Натура тонкая и ранимая. Настоящий аристократ, в конце концов, главная гордость всего клана Шэнь и его в частности. Он и так натерпелся достаточно из-за его дурацкой выходки. Нужно уходить, пока... В сторону полетело темное ханьфу. Лис уже светил внушительной маскулатурой спины, пока его, удивительно тонкую, для такого сильного мужчины, талию прочно опутывали такими же крепкими, а главное, О,БОГИ,УЖЕ!!! обнаженными ногами. Инструмент тот настроил как положено и Лань Ванцзи звучал хоть и тихо, но достаточно страстно, чтобы за ненарочное подслушивание им всыпали по самые... - Зю-зю, пойдем... пойдем, дорогой... печенье остынет... и мадам Лю будет ждать, а брат Юэ будет беспокоиться... пойдем, мой листочек... нам очень нужно, как можно быстрее... - залепетал позеленевший под цвет ханьфу заклинатель, судорожно нашаривая хоть что-то полезное для их побега в переполненных рукавах. Право слово, следовало бы прислушаться к мудрому А-Цзю и выбросить из них весь мусор, но никогда ведь не знаешь, что может пригодиться. Как на зло, именно сейчас не находилось совершенно ничего путного... Хоть бы сигнальную ракетку какую... Даже самую крошечную... Лишь бы отвлечь, хотя бы на пару мгновений этих извр... Кхм, поглощенных друг другом любовничков! ГДЕ ЛЮ ЦИНГЭ НОСИТ, КОГДА ОН ТАК НУЖЕН???! Ладонь обожгло, Юань понял, что порезался чем-то острым, пока копался, но вытирать, а тем более останавливать кровь времени не было. Его драгоценный Зю-зю, видимо, преисполнился праведным гневом. Да так крепко, что повторял только, что они непременно должны помочь, но хоть убейте, он совсем не понимал кому и в чем... Учитель прав, тот слишком гениален для его плосковатой натуры, он порой его не до конца понимает, не понимает его чувств, хоть и разобрал каждую из струн его души за годы совместной жизни, и поражался, как остальные умудряются так скверно на них играть, имея все нужные ноты, но не прикладывая ни сил, ни желания для их изучения... Лис пошел в наступление, если судить по звукам. Наступление крайне активное, раз второй нефрит звучал все отчетливее и громче... ЛУЧШЕ БЫ НА ДУДКЕ СВОЕЙ ДУДЕЛ, ЧЕМ ПРЯМО ПОСРЕДИ ЧЕРТОВОГО ПАРКА НА СВОЕМ МУЖ... Cтарший Шэнь, вдруг, поднялся, немигающе глядя на бесноватую парочку глазами большими и стеклянными. Когда раздался щелчок ножен, Юань подскочил, как ужаленный, хватая его за рукава, чтобы остановить, но лишь совсем стянул верхний халат с худых плеч, почти задыхаясь от волнения. Получилось только сипеть, ведь так долго пролежали на холодной земле, затрясло даже, будто и правда замерз. - А-Цзю... не надо... давай просто... Но Цинцю снова помотал головой, извлекая Сюя грязной от земли рукой. - Ты не понимаешь... господин Вэй... - Дорогой, но они ведь с друг другом по доброй воле... мы не можем... - По доброй?.. - зеленые глаза снова заблестели от слез. - Что ты... Юань ухватился за возможность объясниться, будто за спасительную соломинку. - Будь это чары, мы бы тоже под них попали бы, сам подумай! Да и какое нам дело до их... Взрослые люди ведь, давно в отношениях и сами разберутся. И если второму господину Ланю нравятся подобные... - Давно... - прошептали в ответ, немного пошатнувшись, отчего Юань тут же вытянул руки. - Давно... изменял... он ему?.. С ним?.. - А?.. Пальцы ухватили пустоту. Цзю сорвался с места, будто выпущенная стрела. Сюя со звоном встретил лезвие чужого меча. Лис тут же перехватил его рукой, призвав к себе. Вид имел дикий и очень злой, почти свирепый. На мгновение показалось, будто его глаза и вовсе горят красным, будто дьявольские огни. Отбил еще пару выпадов, закрывая Ланя собой, выхватил флейту, но лишь поднес к губам, более осознанно принимаясь разглядывать внезапного гостя. Цзю выровнялся, встряхивая ноющей кистью, ее выворачивало всякий раз, когда плохо рассчитывал силу. Детские травмы всегда невовремя давали о себе знать. Вскинул лезвие и засипел, стараясь говорить громко и четко, хотя все равно похрипывал на гласных. - Вы... Ты! Как у тебя хватило совести?.. Лань Ванцзи, я к тебе обращаюсь! Как порядочный муж ты должен нести ответственность! Мужчина в черном изогнул бровь, но насмешливого вида не принял, продолжая закрывать собой такого же изумленного правда, видно это было только ему... мужчину позади. - Я, как порядочный муж, хотел бы поинтересоваться, с кем имею честь разговаривать? - Старший отпрыск дома Шэнь. Шэнь Цинцю. Преемник мастера Тао. - А, - тот кивнул, опуская меч и тут же растягивая губы в тонкой улыбке. - Передавайте старику привет. Отлично держите удар, я вложил в него достаточную силу, чтобы вывернуло наверняка, но вы все еще способны держать оружие. Похвально, - он улыбнулся шире, заметно расслабляясь. - А вы, я так полагаю, Шэнь Юань? Вы с нашим А-Юанем погодки, - он прокрутил флейту, а затем вздохнул, пряча за пояс. - Даже не верится, что вы двое так вымахали за эти годы... Время бежит незаметно. Но я приятно наслышан. Молодой господин Лю, в принципе, только о вас и рассказывал, пока обучался у нас, теперь понимаю почему. Не понимаю только, почему вы... - второй Лань уже успел привести себя в относительный порядок и склонился за брошенным ханьфу. Лис осекся, вспомнив, что по прежнему обнажен по пояс и благодарно кивнул, когда помогли впутаться в рукава, выверенно и крайне ловко запоясывая его плотным узлом. Одевались, некогда до крайности, распаленные господа с такой сноровкой и скоростью, что можно было с уверенностью сказать, будто делать им это приходилось весьма часто... Цзю его спокойствие немного сбило с толку, но злость внутри закипела только сильнее. Так приноровились к своей мерзкой интрижке, что уже и с закрытыми глазами одеться могут! - Раз уж мы подобающе представились друг другу, я требую, чтобы глава Лань проследовал за нами. Он должен понести наказание, предстать перед судом и... - он запнулся, быстро смаргивая, - и рассказать, что сделал. Второй нефрит кивнул, сохраняя невозмутимые черты. Цзю это разозлило даже сильнее, чем то, что лис снова закрыл его собой, заметно хмурясь. - Если это из-за того, что мы... Кхм. Это полностью моя вина, он ни при чем. Это я его подговорил. Берите меня и идем. Быстрее начнем, быстрее закончим. Нам нужно вернуться домой до наступления темноты. - Вы в праве распоряжаться своим телом, как хотите, - Цзю на мгновение сморщился, - но он со своим супругом заключил брак на земле и небесах, а потому должен нести ответственность за... - О, я его прощаю, - лис коротко хохотнул, подмигивая через плечо. - Только молю, не говорите мадам Лю, она с меня шкуру спустит... Шэнь Цзю позеленел, стискивая рукоять меча. - Прекратите! Какое право вы имеете прощать его?! Прощать измену или нет - дело супруга. А он, - в горле будто заскребло, - а он бросил его одного на торжестве и пошел развлекаться... - Что-то я совсем... Кого он бросил?.. - лис устало растер лоб, когда сам Лань обогнул его сбоку с легким кивком. - Молодой господин Шэнь, видимо, имеет ввиду Сюаньюя. Он остался с госпожой Лю. Лис принялся растирать шею, задумчиво помычав. - Но малыш Юй уже большой... Он в праве сам решать, что ему... Лань Чжань, за это теперь наказывают?.. Я что-то пропустил, пока был в отъезде?.. Второй нефрит задумчиво опустил глаза. Его уши продолжали гореть, будто свежие угли, хотя лицо оставалось бледным, словно туман над рекой. В отличие от лиса, тот имел хоть какую-то совесть. Цзю взорвался окончательно. - Речь о господине Вэе! О нем и о том, что мы намерены защитить его честь! А для этого второй глава должен немедленно признаться в содеянном! Лис изумленно охнул. Юань тоже, наконец, перестал рыться в рукаве и подскочил, хватая брата за плечи. - А-Цзю, о, Гуаньинь, ты все не так понял... - Что здесь можно понять не так?! - тот мотнул вытянутым мечом, снова впериваясь в пару заклинателей глазами. - Он столько выстрадал на своем веку. Столько вытерпел. Подарил вам... - он запнулся, отводя от Ванцзи взгляд, - Подарил вам столько чудесных детей. Отдал всего себя: свою душу, свое тело, а вы... Кто вы после этого?.. Разве можете вы считаться порядочным заклинателем, если не способны ценить такого любящего человека рядом?.. Заслуживаете ли вы его вообще, раз променяли на..? Не имеет значения на кого. Решение вы принимали сами и ответственность лежит только на вас. Так несите ее, как подобает порядочному человеку, иначе клянусь, я заставлю вас пожалеть об этом, чего бы мне это не стоило... Если бы не шумное хлюпанье носом в конце, ох... Юань стиснул чужие плечи, а затем и вовсе сгреб того в объятия, задыхаясь от эмоций. - Так ты поэтому?... А-Цзю... Ты такой... Это так... Ты так хорошо сказал! Лис коротко растер виски, потом потер глаза Юань был готов поклясться, что те были влажными, прикладывая ладонь к широкой груди запахнул Лань его на славу и наконец негромко заговорил. - Меня это очень трогает. Благодарю. Правда, от всей души. Теперь я понимаю, почему... Молодому господину Лю очень повезло. Он, порой, по части человеческих взаимоотношений соображает туго, но очень хороший мальчик. Очень внимательный и верный. Муж из него получится замечательный. Ох... как ни больно это признавать, он очень понравился нашей с Ванцзи средней дочери... Понятия не имею, как сообщить ей, что... Не могу видеть ее слезы. Вообще детские слезы стерпеть не могу. И когда вас впервые увидел, таких маленьких... Очень боялся, что не сможем помочь, меридианы были такие изломанные, страшно представить, что вам... Вы большие молодцы, что не опустили руки. Ваши навыки - только ваша заслуга. Старик верно поступил, что не стал слушать остальных хрыщей, всегда нужно слушать только свое сердце и, - он растер грудь, подбирая слова. Второй нефрит погладил его по спине, согласно кивая на все сказанное. Лис глубоко вдохнул ртом, виновато поднимая глаза. - Кто бы что ни говорил, я никогда не хотел другого супруга. Не могу даже представить. Не хочу даже представлять. И хоть наша встреча вышла совсем дурацкой, идиотской даже... О, Гуаньинь, простите за все это... Прости меня, А-Жань... Не подумайте, мы не... В общем, мы предпочитаем спальню. Но, сами понимаете, каким бы большим ни был дом, с таким количеством малышей... Мы ведь не железные... Тоесть, я понимаю, что это неприемлемо, просто... В общем, я очень рад встрече. Мы прибыли сразу же, как получили письмо от господина Лю. Жаль, что не встретились, как полагается... Цзю замер, медленно опуская меч. Из рук будто вся сила ушла. Даже стоять стало тяжело. Он слышал только оглушающий бой сердца в ушах. - Так вы?.. - Вэй Ин. Вэй Усянь. Старейшина Илина. Для вас просто, дядя А-Сянь. Я прихожусь Цингэ крестным, так что... Лорд Шэнь, вы что-то совсем побледнели, вам плохо? Как ваша рука?.. Крестный. Да, ему что-то говорили про крестного... Юань затряс его как липку, пока глупо моргали в ответ. Он оскорбил главу Лань. Он оскорбил старейшину Илина. Он повел себя неподобающе во всех возможных смыслах. Он оклеветал двух сильнейших и ни в чем не виновных кроме своей распущенности заклинателей. Он попытался ранить их, напав первым. Он, по сути, подсматривал за ними А-Цзю отказывается винить в случившемся и Юаня, лежал в траве и подсматривал, будто умалишенный... Он появился перед ними в столь неподобающем виде. Он... он... Глаза стало жечь с такой силой, будто в них насыпали перца. Слезы побежали сами собой и Цзю просто сел, тихо закрывая лицо руками, не в силах остановить их поток. Юань прижался сбоку, стал гладить по голове и плечам, немного хлюпая носом, будто в ответ на его расстроенные чувства. Казалось хуже ситуация быть уже просто не может, но... - Ох, а мы только вас вспоминали! Юань вздрогнул. Быть не может, чтобы им настолько не везло, быть не... Лю Цингэ спешился с меча еще до того, как тот успел снизиться хоть на какую-то приемлемую для прыжка высоту. Не заметил даже, хотя любой другой заклинатель легко переломал бы себе все ноги. Ушел в землю почти по колено, выскочил и тут же кинулся к ним, вид имея совершенно испуганный. - Я прилетел сразу же, как получил талисман! А-Юань, почему ты писал кровью? Ты ранен? Немедленно дай руку, - но младший Шэнь уже вытянул ее сам, утирая лицо плечом, пока осторожно крутили со всех сторон, пытаясь найти повреждения. Ох, и встряли же они... - Все хорошо, Ц... Лю-Шиди. Просто царапина. Я в полном порядке. Но светло-карие глаза стали только больше, взволнованно оглядывая их потрепанную парочку. - Ты плакал?.. Что случилось?.. - Ничего... Ничего, мы... Старший Шэнь понял, что терять им уже все равно нечего и решил хотя бы объясниться подобающе, но как только поднял лицо. О, пресвятая Гуаньинь, насколько же жалким он в этот момент выглядел, если ужасающий и холодный, будто горная река бог войны, не щадящий никого и ничего на своем пути к мастерству меча, вид принял такой, будто его ранили прямо в сердце. Потянулся к его лицу, затем одернул руку и ухватил за плечи, замечая что они с Юанем в насквозь мокром исподнем, а старший Шэнь и вовсе полураздет, с болтающимся верхним одеянием, сорванным с плеч. Всмотрелся в грязные от земли руки, в заплаканные лица с покрасневшими раскосыми глазами. Сцепил зубы с такой силой, что почти послышался скрежет. Выхватил меч и развернулся к паре заклинателей, пристально окидывая взглядом. Второй нефрит предупреждающего удара дожидаться не стал, тут же призывая Бичэнь. Подтянул супруга к себе и сам выставил меч, сосредоточенно подбираясь. Сам Вэй Ин же принялся снова растирать виски. Он понимал, почему тот так отреагировал, увидь он такую картину и сам бы схватился сначала за сердце, а потом за оружие, но не знал даже, с чего начать... День сегодня - на редкость невезучий... Обстановка накалилась так стремительно, что завибрировал даже воздух. Благо, среди них все еще был человек, способный дельно собирать буквы в слова. Лорд Шэнь утер лицо и потянул господина Лю за подол парадной амуниции, окончательно наплевав на правила приличия. - Не надо. Ты не так понял... - Что здесь можно понять неправильно? - тот обнажил зубы, оглядываясь на утомленных супругов. Еще мгновение, и тут же примет природную форму. А в облике здоровенного белого волка, пушистого, но бестолкового, хоть какой-то внятный диалог, уж тем более, выстроить не получилось бы. Они в клане Лю все так поступали, сначала кусали, потом спрашивали. Цзю горько улыбнулся, отметив, что и сам поступил также парой минут ранее. Выходило, что он скорее из рода псовых, чем кошачьих, как иронично... Юань тоже ухватил его, дергая более ощутимо. Тот даже покачнулся, тут же выравниваясь. - Да все... Ух, - он растер щеку. - Выслушай нас. Господин Лань и господин Вэй ни в чем не виноваты, - вышеупомянутые тут же благодарно кивнули. - Так просто получилось и мы... - Это я... если бы я, - старший Шэнь, вдруг, снова задрожал, закрывая лицо руками. Его нервы сдали еще на этапе знакомства. Юань снова обнял его, поджимая губы. Ему всегда хотелось плакать, когда плакал он. Лю Цингэ всмотрелся в их сопливый дуэт на мгновение и тут же рухнул на колени, сгребая ближе к себе. - Я не понимаю... Но я... Вы в порядке? Вы точно не ранены? - Гэ-гэ, - Юаня тоже прорвало. - Это все я... Это я... Если бы я его не дернул, а я его дернул... И мы упали... В траву, а там было мокро. И лягушки... Лягушки... А потом... Это я во всем виноват... Только я... - Не говори глупостей, - Цзю вскинулся, утирая мокрый нос кулаком. - Кто из нас старше? Кто несет ответственность? Кто должен был отговорить тебя? Я должен был предугадать, что... - Как?.. - всхлипнули в ответ, ухватывая за такие же влажные щеки. - Ты же не провидец и мысли читать не умеешь... Не умеешь же?.. Как ты мог предугадать, что это случится, что я... что мы... Лю Цингэ шумно сглотнул, выглаживая чужие спины с видом взбудораженного, но крайне верного пса. - Что случилось?.. Братья смолкли, уставившись мокрыми глазами, поджали губы и, помоги, пресвятая Гуаньинь, снова ткнулись в ладони, тихо всхлипывая. Вэй Ин повел по ветру, дернулся и постучал супруга по носу. Тот тоже втянул воздух и согласно кивнул. Пахло терпко и ярко - свежескошенной травой, солнцем и медом. Кому и какой именно запах из братьев принадлежал, сказать было трудно, но он усиливался с каждой минутой. А бедный господин Лю сходил с ума от беспокойства, принимая удар, поздно, но ярко проснувшихся феромонов прямо в лоб, точнее в нос. И чем быстрее они доберутся до поместья и приготовят надлежащий отвар, тем меньше седых волос будет на голове у старика и госпожи Лю. Удивительно, но на предложение немедленно сменить место беседы, будущий глава волчьей диаспоры тут же закивал, вид сохраняя абсолютно адекватный и собранный. Вот что значит - благовоспитанный юноша из хорошей семьи. Впрочем, отобрать горячо любимых близнецов у него сейчас не смог бы никто, включая мать, пользующуюся неоспоримым авторитетом. Да и отбирать, откровенно говоря, смысла не было никакого. Тот с ними управлялся крайне ловко, неся на руках сразу двоих, по одному на каждом предплечье, пока те продолжали что-то ему рассказывать, устало и раздосадованно ткнувшись, кто в плечо, а кто прямо в шею. - И мы увидели... - Юань зевнул в кулак, замер, но быстро нашелся. - И мы немного напутали. Но во всем уже разобрались, Гэ-гэ. Волноваться не о чем. Правда. Да, А-Цзю? Но старший Шэнь лишь моргнул ткнувшись в чужое плечо щекой, уперся в него ладонью и выровнялся. - Господину Лю не следует нести нас на руках... - Неудобно? - тот остановился, подсаживая его чуть повыше. - Я где-то больно держу? - но в ответ лишь отрицательно помотали головой, снова немного блестя глазами. - Где-то болит? Укачало? Хочешь остановимся? Воды? Старший Шэнь воззрился на него, заметно подтормаживая от количества вопросов, и снова медленно покрутил головой. - Нет... не в этом дело... гос... - он нахмурился, говоря тише, пока тот продолжил нести их с завидной легкостью. - Цингэ, ты вообще помнишь, по какому поводу собрал всех этих людей, ожидающих тебя битый час? - в ответ кивнули, но не изменилось решительно ничего. Цзю сложил руки на груди, немного закатывая глаза. Юань, наконец, улыбнулся. - Помолвка. Цин-цин, помолвка. Как ты думаешь, что подумают люди, когда увидят в каком мы сейчас положении? Бог войны немного дернул бровью в пустоту, а затем вновь приобрел черты спокойные и ласковые, разглядывая чужое сосредоточенно злое лицо. - А какое мне дело до мнения этих ряженных идиотов? Их пригласила бабушка и мама. Я пригласил только вас и господина Вэя с семьей. До остальных мне нет никакого дела. Пусть думают, что хотят. - ЛЮ ЦИНГЭ! - раздалось с обеих сторон. Но Цзю возмутился, а Юань захохотал в голос. Господин Лю коротко пожал плечами, переступая через поваленное дерево. Старший Шэнь оглянулся. Старейшина Илина с супругом шли далеко позади, разговаривая о чем-то своем. Старшие дети на торжестве прекрасно отдыхали и без их присутствия, а младшие остались на попечительстве у Вэней. Правда, господин Сюэ им не простит, если снова задержат их с партнером на рабочем месте больше положенного... Шли те достаточно далеко, потому Цзю немного дернул сварливого господина Лю за воротник. - Как ты не понимаешь?! Это же бросит тень на твою репутацию! На репутацию твоего мужа! Тебя это совсем не беспокоит?! Мужчина снова замер, взволнованно заглядывая ему в лицо. - А тебя это беспокоит?.. - Пф, нет! Делай, что хочешь! - Тогда хорошо, - тот тонко, но широко улыбнулся, вжался сначала в один сморщенный от негодования лоб губами, затем во второй и снова продолжил идти. Цзю накрыл место поцелуя пальцами, как осел на новые ворота уставившись на этого несносного паршивца. Затем долго смотрел на хитрую улыбку брата, прижал пальцы к губам и затих. По нему было не видно, но Юань был уверен, что тот страшно горит от стыда, наконец, поняв смысл сказанного. Его А-Цзю был гениальным от природы, но таким профаном по части человеческих взаимоотношений... А когда Лю Цингэ потерся об его висок носом, тот вовсе сломался, тихо ткнувшись в его плечо щекой. Он молчал достаточно долго, чтобы они с Юанем начали переживать, но, вдруг, подал голос сам, сильно сипя. - Как давно?.. - Влюблен с момента, как с вами познакомился. А предложение решил сделать, когда исполнилось 15-ть. Но мама не так поняла, разозлилась и... В общем, пришлось объяснять, что я имел ввиду. - У нас нельзя... Это не принято... - Я получил дозволение императора, как награду за успехи по службе. Нам можно. Все официально. Цзю весь сжался, совсем срываясь в шепот. - А если... если я не захочу... - Никогда не стану заставлять. Никогда не обижу и не сделаю больно нарочно. Постараюсь сделать все, чтобы вы были счастливы также, как счастлив я. - А ты... - Очень счастлив. - И... - Очень люблю и тебя, А-Цзю, и А-Юаня. Последний густо покраснел, растирая шею. - Только я это слышу не первый раз и с 15-ти, а вот тебя, Зю-зю, пришлось так долго и осторожно окучивать... как капусту. - Но это ничего. Я готов и дальше. Я не буду торопить. Буду ждать столько, сколько потребуется. Но предложение сделаю сейчас и при всех. Император позволил раньше срока, чтобы потом никто не мог оспорить или опередить. Цзю совсем отвернулся и притих. Внутри будто пером щекотали и будто бы, правда, начало мутить, но не от качки или страха, а скорее от... волнения. Он так разозлился, когда узнал, что тот приглашает их, чтобы объявить о помолвке. Он на эмоциях так... описал его учителю. А потом сказал мадам Лю, что та вырастила невоспитанного дурака, но она лишь расхохоталась. Получается, она смеялась над ним?.. Он и правда такой глупый... Стыдно. Младший Шэнь почти задремал, убаюканный свежим запахом хвои и размеренной качкой, когда тот снова подал голос. - Мы с Юанем не родные братья. Оба замерли. Об этом знал только учитель. Больше никто. Теперь еще и бог войны. - Мгм. - Ты знал?.. - Нет. Но иногда думал о том, что вы слишком разные. - Мы то?.. - А-Цзю даже хохотнул, выравниваясь, правда ссутулился обратно, когда тепло заглянули в глаза. Было в них всего так много, что начинала кружиться голова. - Нас считают и вовсе близнецами, не слышал? - Слышал. Глупость какая-то. Юань весело подпер щеку кулаком. - Нас до сих пор отличают с трудом, хотя носим разные цвета. Порой, вообще не отличают, а некоторые до сих пор думают, что мы, и вовсе, один человек, раз имя в миру у нас звучит похоже, хоть и отличается написанием, - он стал рисовать пальцем в воздухе. - Оба Шэнь, оба Цинцю. Один рост, одна комплекция, цвет волос, голос... - Голос разный, - Цингэ задумчиво кивнул. - Твой чуть выше. Голос Цзю чуть ниже, более глубокий. Братья переглянулись. - А еще что?.. - Цзю легче, значительно худее, потому что плохо ест, но мы это исправим. У нас очень вкусно готовят. Будут готовить все, что захотите, а не только то, что можно. Глаза разные, твои зеленые, а глаза Юаня светло-карие с зеленым отливом. Еще Юань немного выше, буквально на пару сантиметров, но этого не видно, потому что горбится, уставая держать осанку. Пальцы Цзю тоньше и длиннее, немного уже нос, поэтому он иногда дышит с трудом. У моей сестры тоже так, она свистит им, когда спит... - Я не свищу! - Ничего. Я очень крепко сплю, а Юань уже привык. - Я... Агх! Неотесанный болван! Цзю пихнул его, снова утыкаясь в плечо. - Мы совсем не братья... - Мгм. - Даже тут ничего не скажешь?.. Даже не удивишься?.. Будущий лорд Лю неловко кивнул. - Это объясняет, почему вы целуетесь, пока никто не видит. Какими бы тесными ни были братские узы, так целоваться все же... - Заткнись. - Замолчи, Гэ-гэ, или я тебя задушу... Цзю растер виски. При закатном солнце показалось, будто они покрыты легким румянцем. - Как ты вообще это увидел, мы ведь всегда... Всегда были так осторожны... - он, вдруг, отпрянул назад, - подожди, если ты не знал, что мы не кровные родственники, то почему так легко к этому отнесся? Это же не нормально! - Что позвал замуж? - Что родные братья... кхм... ты понял! Но в ответ лишь пожали плечами, кидая уверенное. - Это ваше дело. Я никому не рассказал и не расскажу. Раздался звук шлепка ладони о лоб. Цзю удрученно застонал. Так мило, что он сохранил их грязный секрет в тайне, но его толстокожесть пугала не на шутку... - Я не знаю, кто моя мать, - Юань отсмеялся, немного скисая прямо на глазах. - Помню только сестричек и А-Цзю. - Мне было 3, когда его принесли в плетеной корзине совсем младенцем. Моя же мать скончалась сразу после моего рождения. Я был единственным ее ребенком, как рассказывали остальные. А-ю принесли очень слабым и он весь был... - Зеленым... Словно петрушка. Жуть, правда? - Юань приподнял голову, желая увидеть реакцию на столь обескураживающее заявление, но получил губами в кончик носа и довольный вернулся в исходную позицию. Цзю досталось в щеку, прямо под глазом и он коротко вздохнул. - Мой возраст приврали. Я старше на 3 года и уже давно совершеннолетний. Просто не хотел, чтобы... Просто не хотел. Что на это скажешь? Господин Лю проследил движение тонкой брови глазами и согласно кивнул. - Ты такой молодец. Все правильно. Я очень рад, что ты не захотел. - Какой же ты... - он рассмеялся, растирая глаза, затем быстро ткнулся губами в его щеку и снова отвернулся. - Балбес ты. Вот кто. Вы оба. И мне, как старшему за вас отвечать. - Спасибо, А-Цзю. - Спасибо, листик. Впереди показалась крыша поместья. Судя по шуму и блуждающим огням их уже крепко и долго искали. Пока шли успело стемнеть. Господин Вэй с супругом совсем пропали из виду. Цзю хмыкнул, подумав, что те решили продолжить начатое, смывшись под шумок, но оставил столь похабное предположение при себе. Сильно клонило в сон. Юань бесхитросно дрых весь остаток пути и даже не собирался, не то что идти на своих двоих, но даже просто просыпаться, а сам Лю Цингэ, кажется, не собирался спускать их с рук до самого порога спальни, просто кивками здороваясь с мельтешащей вокруг прислугой. А-Цзю тоже успел притвориться спящим, когда мягко тронули губами в лоб, потерлись носом и прижали ближе. И как у него только руки не отваливались нести их всю дорогу без остановок... На волках и пахать можно? Или только северные такие выносливые? Какая у них поразительная гора. Здесь даже лес пахнет вкуснее, чем у них на пике, может сорта хвойных выбирают более пряные?.. Надо же, в их семье есть люди разбирающиеся и в такой области?.. Наверняка, сам Лю Цингэ приложил к этому руку. Он много знает о деревьях. Даже такого книжного червя, как А-Юань постоянно удивляет... И... вообще... так много знает... очень умный... - Хах, спасибо, А-Цзю. И такой добрый... Еще бы стучался... А то врывается... без стука, а они ведь... еще не в браке... - Мне жаль, я не подумал. Я и после буду обязательно стучаться. Больше не повторится, обещаю. Такой хороший... Так... хорошо. И... спокойно... наконец-то... Молодой глава Лю замер в коридоре, разглядывая спящую ношу в обеих руках, горячо прижался к обеим макушкам губами и обернулся, когда из-за поворота выплыла фигура в белоснежно белом мехе на плечах. - Цин-цин, ты их нашел? Не ранены? Ох, слава, Гуаньинь, мы всю гору перерыли... - она подошла, почесывая сначала за одним белоснежных ухом, а потом за вторым, рассмеялась, когда отпихнули лапой и коротко поцеловала сына в лоб. Поднимая, сползшую на пол, одежду. - Перенесем все на завтра. Пусть отдыхают. Расскажи, как все прошло. Как ты уговорил его? Старый хрыч ведь уперся, словно осел! Даже мне отказал, мол заберет их в императорский гарем, когда достигнут 18-летия. Я, откровенно говоря, думала даже, что придется идти войной... А как бы мы их отдали? Они же нам как родные. Но не шибко то хотелось разбираться потом, кого сажать на место этого глупого павлина. Пока не мешается, может греть зад сколько влезет. Как там А-Сянь? Нормально? Ну, и хорошо... Она свернула толстое одеяло кольцом и отодвинулась, пока осторожно укладывали в него два сопящих клубка. - Ты поговорил с ним?.. Женщина дождалась кивка, затем улыбки и облегченно похлопала себя по груди. Охранник высунулся из окна, заприметив что-то странное у самой кромки леса. Почудилось, будто видит призраков. Один в белом, а другой в черном, но им навстречу тут же высыпали сонные дети из числа гостей, прибывших часом ранее, босиком и в одних ночных сорочках. За ними шли два заклинателя. Тот, что в черном ругался так грязно и громко, что в окна повысовывались и остальные патрульные. Его спутник в белом лишь весело смеялся, передавая самого младшего родителям. Цзю потянулся, утыкаясь носом в светло-серую шерсть на горячем боку, пихнул Юаня, проверяя, что тот рядом и довольно чавкнул. Затевался рассвет.