Назад к истокам

Белые хлопья снега не переставая падали с неба, снежинки так и норовили вызвать у двух здоровых оборотней чихи. Бойд стойко выдерживал раздражающие белёсые крупинки, дожидаясь, пока они стремительно растают от тепла его тела. Скотт же проиграл в самом начале, громко чихая на весь сад, после чего почёсывая нос и придвигаясь ближе к уже разогретым углям. Вся стая была в сборе, и большая часть ютилась на веранде, около газовой плиты, на которую Эллисон взгромоздил огромных объёмов кастрюлю и залила в ту бутылок двенадцать красного вина, перемешивая его со специями и сочными кусочками цитруса. Глинтвейн был готов уже полчаса назад, так что у каждого в руках было по кружке с теплительным напитком. У всех, кроме Стайлза, бывшей Арджент и Лидии в сосуды было добавлено несколько капель особой настойки от Стилински младшего: сегодня по плану у них было напиться и “орать караоке”, как выразился Джексон. Девушки мило обсуждали рабочий день Киры, наслаждаясь историями об очаровательных детишках и остроумных, местами раздражительных, старшеклассников. Юкимура была классным руководителем у выпускного класса в старшей школе, но при этом также по вечерам проводила познавательные уроки для продвинутых малышей в началке напротив. Джексон был полон решимости присоединиться к Скоту с Бойдом около мангала, но до последнего сомневался, настолько ли он готов скинуть с себя тёплый плед. По итогу Питер потянул молодого предпринимателя за собой, уверяя, что, в случае чего, Уиттмор прикупит Дереку новый пледик: “Мой племянник в последнее любит раскошелиться на качественные вещи, но ты точно не разоришься на одном покрывальце.”. На самом деле, всех умиляла эта новооткрытая черта Джексона: он правда беспокоится о стае и считает их всех поголовно уважаемыми людьми в его жизни, так что сучкой бывает часто, но не искренне, а вот о чувствах других и об их вещах переживает (заботиться и о моральном и о материальном благополучии, так сказать). Пока Дерек спокойно отсиживался в большом кресле, около входа в дом, лениво перемещая взгляд от одной группы к другой, попивая свою порцию глинтвейна, Айзек с Лиамом упорно допрашивали Стайлза, желая выведать у него как можно больше подробностей о его новых “волшебных фокусах”. В основном на повестке дня стоял вопрос о татуировках Стилински: после того, как Данбар лично лицезрел свечения под одеждой Стайлза при колдовстве, он поставил себе цель – увидеть, есть ли какие-то необычные чернила под кожей писателя и как они работают. Но Стилински не раскалывался. Скотт посоветовал парням напоить того – так что они незаметно подливали всё больше коньяка в стакан друида. Даже натренированная печень выпускника Гарварда не смогла устоять, ведь Стайлз расслабился, потеряв бдительность, чувствуя себя в абсолютной безопасности в окружении друзей. Стоит ли говорить, что того уже слегка развезло и даже зимняя прохлада не помогала прояснить ум. Через ещё каких-то двадцать минут по саду разнёсся звонкий смех, а веранду озарило лёгким желтоватым свечением. Все члены стаи не могли противиться естественному желанию обернуться, устремив своё внимание на Стайлза – источник неожиданного вспыхивания. Даже сквозь тёплый вязаный свитер надетых поверх плотной чёрной водолазки виднелись всеразличные образы, выполненные в одной стилистике: будто рисунки тушью, нанесённые тонкими штрихами. В основном это были растения и животные: лилии, ромашки, пара лис, олень с оленёнком, дубовые листья с желудями, медведь, ели, орхидеи, монстера, леопард и лев с львицей. Все они органично вписывались в общую природную картину, а пространство между ними было заполнено образами облаков и звёздного неба. Покрыты были обе руки друда, а также шея. Из всех присутствующих не удивись лишь Скотт, Эллисон и Лидия с Джексоном. – Ого… – Пробормотал Айзек, переглядываясь с Лиамом. Те явно поспорили, правда ли такое произошло, или это было просто помутнением рассудка молодого полицейского. – Ладно, ладно. Сдаюсь! – Стайлз покорно поднял руку вверх в примирительном жесте. Поднял бы две, только вот кружка с глинтвейном, уже больше с коньяком, никуда не делась. – Всё расскажу. Заслужили. – Каждый присутствующий прислушался. Никто даже и не заметил, как Дерек медленно поднялся со своего альфа-поста и подпёр бок своей пары, укладывая руку на талию Стайлза. Юноша взглянул на Хейла, но тот лишь с вызовом поднял одну бровь: прерывать повествование тот явно не собирался. – Никакого секрета и магии: это - просто обычные татуировки. – Кора расстроено вздохнула. – Тогда почему их до этого не было видно? – Запротестовала Лора. – Ну, я иногда их скрываю… просто когда надоедает, ну или когда у меня фотосессия для очередного интервью… – Пожал плечами Стилински и, если бы не альфа в роли столба опоры, писатель бы точно запутался в поисках точки равновесия и упал ничком. – А к твоим способностям они как-нибудь относятся? – Не унимался Лиам. – Нет. Клянусь, просто обычные чернила. Скотт может подтвердить: большая часть из них была нанесена при нём. – Это явно разочаровало наивного помощника шерифа. – А племянничек, похоже, не знал. Неужели вы всё ещё не… – Начал было заливать свою любимую ядовитую песню Питер, заметив, как альфа с интересом оттягивает большим пальцем воротник кофты Стайлза, желая увидеть уже почерневшие линии на коже пары. Но Бойд, выступая представителем Дерека, без какого-либо стеснения вдарил дядюшке подзатыльник. На этот раз смеялись все. А Стилински, сделав пометку в голове, решил что больше нет надобности в скрытии рисунков, приметив реакцию альфы. Когда на улице поднялся морозящий ветер, пробирающийся под самые тёплые куртки и пальто, а всеразличные шарфы, шапки начали больше морозить, чем сохранять тепло тела, стая переместилась к камину в гостиной дома. Распитие горячительных напитков, правда, на этом не прервалось. На веселе была уже приличная часть щенков и лишь матёрые Питер с Дереком, казалось, плевать хотели на концентрацию яда в организме.

*** Скотт и Эллисон МакКолл ***

– Итак! Предлагаю начать со Скотти! – задорно воскликнул Стайлз, ближе прижимаясь к Дереку на диване, закутавшись в клетчатый плед. – Подстава на ровном месте, протестую. – Возразил было Скотт с ковра на полу, замахнувшись одной из добротно набитых подушек, но Эллисон остановила волка, смиренно принимая воображаемую “палочку” для повествования. – Итак. – Все в гостинной затихли, уважительно уделяя всё внимание начинающей свою историю лучнице. – Не так уж и давно, жила-была прекрасная леди, дружившая с маленьким магом. Как-то раз маг потянул подружку за собой в таинственный лес. В том лесу быстро пробегавший ящер поставил леди чёрную печать. Придя домой леди узнала от посыльного, что теперь она – прекрасная принцесса! Стайлз усиленно старался не рассмеяться, поняв, кем же в этой истории была “принцесса”, прикусывая губу и согласно кивая на смущенный взгляд лучшего друга. Но он то знает, что сказку придумывало новоиспечённое семейство МакКолл вместе. Тем временем Эллисон продолжала. – После чего принцесса, заручившись помощью маленького мага, начала свой длинный путь во дворец. На пути им встречалось много трудностей, но с этим дух путешественников только рос, а силы крепчали. Однажды, они встретили на дороге знатного воина, потомка великого рода, с тёмным прошлым. Выслушав проблемы воина, они, объединив силы, победили злую ведьму, державшую в страхе огромного, но доброго дракона. С тех пор троица путешествовала вместе: они помогали путникам, распутывали хитроумные загадки, освобождали тайные залы и подземелья. Их подвиги стали столь многочисленны, что ни один летописец не успевал записывать новые. Но, дойдя до дворца, их пути разошлись. Маленький маг, ставший мастером слова, отправился в Гарвардляндию, пока принцесса, не сумев воспротивиться своему доброму сердцу, поспешила в Флориндию, на помощь милым зверюшкам. Воин же пошёл в сторону Мичиганды, в поисках своего предназначения в спортивной академии. – Однако, сердца воина и принцессы тянулись друг к другу, поэтому, не минуло и пяти лет, как бравый спортсмен принял обет защищать братьев наших младших и они, вместе с принцессой обустроились в небольшом домике. Принцесса к тому времени не переставая отправляла посыльных пташек, общаясь с великим драконом, уча того уму разуму и устройству человеческого сердца. С магом они, разумеется, также обменивались письмами. По итогу, могучий волшебник, утомлённый бесконечными признаниями принцессы в любви к воину, и велел поскорее вручить воину бриллиант. Так, воин стал принцем, и они вернулись в родной городок, где придворный волшебник передал управление своей башней по присмотру за зверушками в руки ответственных принца с принцессой. Закончила свою часть девушка. – Найдя покой в своей душе, принц с принцессой желали лишь одного: отплатить своему дорогому другу магу. Так что они призвали дракона в родные места, дабы тот построил великое поместье и заманил маленького мага обратно! И жили они все долго и счастливо. Последнее слово осталось за Скоттом. Когда безударжные аплодисменты, местами с чрезмерной наигранностью, стихли, Стайлз, будучи местным экспертом в художественном повествовании, прочистив горло, вынес свой вердикт: – Слегка сжато, любовная линия накидана без каких-либо подробностей. Исторические неточности присутствуют, но “маленький маг” вполне доволен и готов поставить печать подлинности под этим сказанием. За “дракона” ручаться не стану. – Дерек лишь фирменно нахмурил брови, кивая паре МакКолл. Стилински хихикнул у него под боком, но решил оставить расспросы о “посланиях принцессы” на потом. – О боже, мы что, будем подвергаться тут литературной критики великого писателя современности? А может один заносчивый парень учесть, что не все любят говорить на публику? – Заворчал Джексон. Раскинувшись на кресле. Лидия, сидевшая на его коленях лишь улыбнулась. – Дорогой мой милый Джекси-и-и, этот, выражаясь твоими словами “заносчивый парень” всё учёл и слова ни сказал об истинных недочётах расказчиков: начиная от стиля и заканчивая лексикой. Так что закрой свой ротик на секунду, а потом найди на задворках своего гладкого, как моя кожа после полного курса лазерной эпиляции, мозга помятый листок с пометками и выкладывай сказку на бочку. – С самой нежной, словно разговаривая с пятилетним ребёнком, интонацей промурчал Стайлз. – Что угодно, лишь бы не слушать про твои гейские похождения по косметологам! – Не желаю слышать это от твоей бисексуальной, отполированной бритвой начисто, задницы! – Лидии нравится моя задница! – А Дереку нравятся не только моя задница, но и гладенькие ножки! Засосы тому в доказательство! – Да? А вот Лидс страпо… – Джексон. – Сдерживаясь от смеха прервала их словесную перепалку Лидия, уже привыкшая к таким подробностям в болтовне этих двух пьяниц, но всё же не желавшая удостаивать ВСЕХ членов стаи такой чести: познать секреты их сексуальной жизни. – Детка. – Тихо упрекнул Хейл свою пару, сжимая под покровами тёплого пледа бедро младшего, выражая тем всё своё недовольство. Стилински неловко улыбнулся, понимая, что, может, слегка перегнул палку, но думать об этом предстоит трезвому Стайлзу, если он это вообще вспомнит. Стоит ли упоминать, что остальные присутствующие в комнате с удовольствием послушали был, во что выльется известное всем и каждому в Гарварде и за его пределами словесное противостояние Стайлза Стилински и Джексона Александра Уиттмора. Ну, может, кроме Скотта, который слышал это уже тысячу раз и Айзека, которой в принципе не долюбливал разговоры на постельные темы.

*** Лидия Мартин и Джексон Александр Уиттимор ***

Невзирая на все высказанные недовольства Джексон прочистил горло, доставая из кармана брюк телефон явно с заметками, показывая, что повествование он возьмёт на себя. – Это история, известна не просто всей планете, не найдётся ни одной живой души во вселенной, не знающей о живительной любви сияющей звезды к прекрасной лилии. Со стороны, ближе к камину, послышался свист. Кира не удержалась. Но Уиттимора не смутила реакция лисы и тот гордо продолжил. – Началось всё с побега драгоценного цветка от страшного садовника, желавшего заточить бедное растение у себя на клумбе навечно. Но Лилия была не проста: вспомнив все советы от своей подруги розы она показала несуществующие шипы, желая защитить свой нежный стебель. Сумев запугать садовника, что сам когда-то давно посадил семечко Лилии, и отстоять свою точку зрения, Лилия выбралась за высокие стены сада, направившись за своей мечтой: показать всему миру, что она может быть кем угодно, стоит только пожелать. И Лилия смогла. Она расправила свои лепестки, преображаясь, показывая эмоции, не знакомые ей ранее. Про Лилию стали узнавать, другие цветы меркли на фоне её таланта… – …Но в один день, Лилия ужаснулась, увидев в зеркале увядший лепесток. Цветы вокруг дарили лишь скуку, а букашки не просто пугали, ужасами. Она потеряла свою защиту. – Вступила со своей частью Лидия. – Она знала, что настанет день, когда она поймёт, что на её жизнь влиял не только садовник и даже не она сама, а светлая звезда, что давно уже развеяла тьму и засияла на весь мир. Увы и ах, Лилия отвергла когда-то ещё тусклую звезду, и теперь ей ничего не оставалось, кроме как поспешить за ней вслед. Поняла она это, конечно не без помощи гусеницы, что всегда была рядом… Стайлз фыркнул, мысленно клянясь, что, если подруга приведёт столь заезженный пример, сравнив его смену стиля с превращением в бабочку, он точно обидится. И почему они все вставляют его в свои сказки?.. Далее слово на себя вновь принял Джексон. – Лилия и представить себе не могла, как звезда тосковал без той, что дарила ему смысл сиять. Поэтому, встретившись, звезда поклялся прекрасной Лилии, что построит ей самую красивую и открытую клумбу, чтобы она могла пустить там свои корни и найти убежище от страха. – Дай угадаю, творцом была в этой паре именно Лидия? – Спросила Кира, когда стало понятно, что Уиттмор закончил повествование. – Готова поспорить, что ровно наоборот. – Ответила Эллисон и по лицу Джексона все поняли, что так оно и есть. Гул сразу раздался по этажу. – Слишком слащаво. – Кинул Стайлз, но не смог скрыть улыбку на лице. Он итак знал всё историю, так ещё и со всеми подробностями, но слышать её в столь невинном, искреннем и нежном свете было… приятно. Всё-таки Лидия всегда была дорога его сердцу, и её счастье грело душу похлеще прямого огня. – А у вас хоть кто-нибудь собирается рассказывать что-то менее…любовное? – Подал голос Питер. – Да. Ты. – Не заставил себя ждать ответ от Коры. – Сомневаюсь, что хоть кто-то из вас подготовил более одного предложения в стиле “одинокий волк отправился в логово зверей ака. Нью-Йорк и растерзал там всех, став супер-пупер напыщенным денежным мешком”. – Фыркнул Стайлз. – Лоре по крайнер мере хватило оригинальности и смелости сказать это сразу после приветствия, что в каком-то смысле, сделало это уникальной историей. А-ля Хокку. Только без особой красочности. Коротко и по делу. Альфа с благодарностью отсалютовала писателю своей кружкой с приправленным аконитовой настойкой глинтвейном. Если честно, Стайлз и не ожидал, что ребята серьёзно отнесутся к задумке. Два рассказа – уже чудо. А от Хейлов он подавно ничего не ожидал. Особенно от Лоры. После того, как Питер чуть не сошёл с ума и убил ни в чём не повинную омегу, бегавшую в лесу, на которую Стайлз со Скотом и наткнулись, так потом ещё и укусил школьника, альфе нелегко пришлось. Им всем пришлось пройти через многое, чтобы вот так спокойно разговаривать друг с другом. В этом смысле их переезд в огромный современный город помог им отстраниться от их волчьих сторон. Так Хейлы и открыли у себя таланты к ведению бизнеса, Кора вообще подалась в тренерство, что довольно быстро стало известно другим индустриализированным оборотням и её школа не осталась без внимания. В общем, что академия каратэ Коры с Малией, что бары и клубы Питера, что салоны Лоры процветают. Родственники общаются. Никто никому глотки не перегрызает. На том и славно. А неразговорчивость можно понять. Но вот послушать историю с перспективы Дерека Стилински всё-таки хотелось. – На секундочку ты сейчас прижимаешься к боку одного такого денежного мешка. – Прищурилась Малия. – Да. Проблемы? – Никаких. Только пожелания удачи и искреннее сочувствие. – Ответил за девушку Питер. – Премного благодарен. Хотя, как по мне, “совет вам да любовь”, произноситься по-другому. Вам бы к логопеду сходить. – Добро пожаловать в семью. – Вздохнула Кора. – Это был твой абсолютно добровольный выбор. – Добавил Дерек. С наигранным сочувствием похлопывая Стайлза по бедру. Писатель усмехнулся и положил голову на плечо альфы. У вина есть прекрасный побочный эффект, из него получилось бы отличное снотворное, если не последствия в виде алкоголизма и разрушения печени. – Так, ладно! Кто будет следующим добровольцем? – Спросил Скотт. Его похоже затянула вся эта история со сказками. – Я могу. – Пожала плечами Юкимура – Только начали мы видимо с самых креативных, так что много не ждите… – Смело разделяй предыдущие сказки на две. – Успокоила ту Эрика. – Мы просто слегка жульничаем. Кицуне вздохнула и собралась с мыслями. – …Жила-была одна лисичка. Которая очень хотела стать как её большой, сильный, а самое главное, умный папа-лис, и передавать знания маленьким зверушкам. Но у жизни на неё были другие планы: судьба завела её в тёмный лес, полный опасностей. Но, невзирая на все преграды и трудности, что встретили её в страшном лесу, лиса смогла преодолеть их и обзавестись друзьями. Когда же настал момент грустного прощания, лисичка вспомнила о своей мечте и решила отправиться в дом своих предков, чтобы набраться мудрости. Там пожилая бабушка-лиса помогла ей в познании мира трав. По счастливой случайности лисичка встретила старых знакомых, которые направлялись в родной лес. Тогда лисичка и поняла, что хотела бы пойти с ними. Теперь она, как и её папа когда-то, показывает магию науки зверькам в дорогом её сердцу лесу. – Вот и сказочке конец, а кто слушал - молодец! – Пробормотал себе под нос уже пьяный вдрызг Скотт. Был бы это кто-то другой, Кира скорее всего приняла такую фразу за оскорбление. Но, учитывая характер МакКолла, это скорее являлось приятным комплиментом, ссылающимся на убаюкивающий тип повествования, сравни маминым рассказам на ночь. – Думаю, кому-то пора на боковую… – Улыбнулась Эллисон, но Скот после этого оживился, тряся головой. Ветеринар явно не желал оставлять друзей и тем более пропускать оставшиеся три рассказа от Эрики с Бойдом, Айзека и от Лиама. К его великому сожалению, что Айзек, что Лиам сказали, что слишком смущены и всё же не готовы рассказывать свои заготовки: – Ну… в общем для тех, кто не в курсе, хоть вас и меньшинство: я просто отучился в Лондоне на криминалиста, там же и встретил по случайности Дерека с ребятами. Ну и как-то напросился с ними за компанию… к счастью, в отделении полиции Бейкон-Хиллс как раз было вакантное место. Знания Шерифа Стилински о моей природе сильно помогли при устройстве на работу… Ну и вот и всё… – Коротко объясним Данбар. – “Напросился с ними”? То есть ты не часть стаи?.. – Нахмурившись уточнил Стайлз. – …Нет? Я не знаю. Это проблема? – Слегка запаниковал самый младший из присутствующих. Стайлз понял, что много от него сейчас не добиться, поэтому пробежался взглядом по присутствующим альфам. Скотт уже спал на коленях Эллисон. Поэтому отвечать стало быть, должны Хейлы. – Дерек? Лора? – Чисто технически, он привязался к Лоре. Мы сами не понимаем, как так получилось… Просто… думаю во мне он всё ещё видит больше угрозу, нежели укрытие. – Объяснил Дерек. – Нет! Ну, может, сначала было так, но теперь я уверен, что Дерек не причинит мне вреда! – Возразил Лиам. “Ну прекрасно. Так и думал, что не может быть тут всё так просто!” – Подумал Стайлз, закатывая глаза. – Ладно, с этим я потом разберусь. Удивительно, что даже при том, что Лора большую часть времени проводит в Нью-Йорке ты до сих пор не перешёл в стаю ближайшего альфы. Тем более с учётом установившихся доверительных отношений… С волками всегда так всё сложно! Хуже лис, дай бог… – С наигранным недовольством проворчал Стилински, включив свой режим друида и советника стаи. – Дитон мне не говорил, что у вас как… – Ты собираешься принять пост советника стаи Дерека? – Поинтересовался Питер. – Было такое в планах. – “Было”? Возникли сомнения? – Спросил Дерек. Прекрасно понимая, что это не так. Они уже обсуждали этот вопрос вместе пару раз. Просто так взять и стать советником стаи, даже с разрешения предыдущего друида и альфы – нельзя. Этот довольно муторный процесс, требующий передачи всех дел, информации одобрения каждого члена стаи (хоть Стайлз не сомневался, что получит его) и установления связи. Дитон технически всё ещё был советником, привязанным к покинувшей этот мир Талии, а сам Дерек, насколько сам помнит, ни разу не устанавливал связь с друидом. Так что это требовало практики. Стайлз на вопрос альфы о наличии работы личным советником опыта отмолчался. – С тобой даже думать о смене решения не успеваешь… – Загадочно отмахнулся Стилински. Хейлам этого ответа хватило. Возвращаясь к сказкам. Эрика уже тоже была не особо в кондиции повествовать о чём-либо, помимо связанных с косметикой и сексом вещей, Бойд никогда на славился своей многословностью. Айзек решил пойти по стопам Лиама и ограничился “Получил диплом психотерапевта во Франции. Встретил стаю. Прошёл международную сертификацию. Теперь работаю тут.”.

***

На экране телефона высветились белые цифры жином шрифтом показывая, что уже как сорок одну минуту идёт пятый час утра. Дерек пожал Бойду руку, прежде чем бета сел за руль машины, на всякий случай проверяя, не отстегнула ли ремень безопасности Эрика, сидящая на пассажирском сиденье по левую руку. Девушка всё никак не хотела завершать свою церемонию прощания, выкрикивая слова любви и поддержки Кире, уже давно запустившей двигатель. Было странно слышать такое от роковой сучки-блондинки. Видимо, отношения с Бойдом на неё хорошо влияют. Резина шин приятно прохрустела по недавно выпавшему снежному одеялу, оставляя за собой колеи. Альфа вошёл в дом, отряхивая куртку и стаптывая с ботинок скомкавшийся снег. Запах из недавно потушенного камина приятно наполнил весь этаж, Дерек уверен, что выше по лестнице можно заметить куда больше горелых ноток в воздухе. Плитка на полу под ногами сменилась ламинатом, выстилавшим лестницу. Оборотню нравилось вспоминать, как древесина потрескивает от каждого шага его пары, добавляя дому оживлённости и уюта. Он старался ступать след в след, не обгоняя юношу, позволяя раскимариному писателю в своём темпе добраться до спальни. Стоя под струями душа Хейл прислушивался к мелодичному мычанию Стайлза, пока тот чистил зубы, постукивая в такт пальцами одной ладони по каменной столешнице для раковины. Закончив смывать с головы остатки пены шампуня, альфа обмотал вокруг пояса полотенце и подошёл к Стилински, опуская подбородок тому на плечо. Стайлз хмыкнул, прополоскал рот проточной водой, убрал щётку в подставку. Рука писателя аккуратно вплелась пальцами в мокрую чёлку волка. Юноша развернулся, взял с полки полотенце, накидывая его на шею альфе, притягивая к себе, и лёгкое касание губ подарило щетинистой скуле тепло. Ещё один день спокойной неопределённости. Оксюморон.