Хроники Харанамарии

      Раннее утреннее солнце поднялось из-за горизонта и коснувшись своими лучами закрытых век Эмилии, быстро разбудило её. Несмотря на достаточно долгое время на отдых, Эмилия не чувствовала себя отдохнувшей - былые воспоминания отразились в её снах, превращая их в кошмары. Словно попав в колесо сансары, Эмилия проживала тот треклятый день снова и снова в своих кошмарах... …Она не смогла убить того мага-отступника, потому что увидела его маленького сына, хватающего отступника за ногу своими крохотными ручками. За что и поплатилась - маг, выхватив из-за пояса припрятанный кинжал, едва не прирезал Эмилию, и лишь благодаря рефлексам она смогла в последний момент отскочить и пригнуться. Удар задел лишь щеку, оставляя рваную рану которая навсегда оставила шрам. Этого окна времени магу хватило, чтобы прочесть какое-то заклинание из грозовой школы магии и её товарищи, Нэриль и Хваль, были прожжены насквозь синей молнией, опаляя их одежду, волосы и плоть. Запах горелой плоти и опалённых волос ударил в нос Эмилии, выводя из шока. Рванувшись с места на пределе своих возможностей, она вогнала кинжал в глотку мага до того, как он успел прочесть очередное заклинание. Фонтанирующая алая кровь из разорванной артерии брызнула на её руки, но находясь в ярости, Эмилия вытащила кинжал из глотки хрипящего отступника, вонзила его с новой силой. И снова, и снова, и снова, словно те самые швейные машинки, которые ей пару раз удалось лицезреть в стенах монастыря святого огня. Лишь когда агония отступника сошла на нет и его тело перестало дёргаться, она вытащила кинжал, едва не застрявший между шейных позвонков и огляделась. Тела Нэриля и Хваль, точнее оставшиеся от них угли и обгорелая плоть с проглядывающими через неё костями лежали в паре метров от неё. Одежда была почти полностью обгоревшей, а узнать на лицо кто из них был кем было уже невозможно. В их груди красовалась неровная сквозная дыра, края которой выглядели как уже выгоревший уголь. А рядом с начавшим остывать трупом отступника стоял его сын, мальчишка лет пяти. В его глазах читался ужас, ужас настолько сильный, что он граничил с безумием. И когда Эмилия, двинула рукой дабы убрать кинжал в ножны, паренёк бросился к хладному трупу мужчины и закричал. Громко, пронзительно, едва не разрывая свои собственные голосовые связки. —ПАПА! ПАПА! ОЧНИСЬ, ПРОШУ, ПАПА! НЕТ! УМОЛЯЮ ПАПОЧКА!… …Встряхнув головой на травяной подстилке в холодном поту, Эмилия попыталась прогнать навязчивую картину своих воспоминаний. Хотя бы раз в неделю она переживала этот момент в кошмарах, как бы она не старалась забыть. Смерть товарищей из-за её нерешительности, убийство отца на глазах пятилетнего сына… Подавив рвотный позыв, Эмилия вскочила со своей лежанки и затрясла головой. Быстро достав из сумки бутыль воды и откупорив крышку, она вымыла лицо прохладной водой, пытаясь привести себя в норму. Плевать, воду она если что закупит у попутных торговцев либо в самом Ривервейле. Её запасов должно хватить на день. Посидев десяток минут и приведя мысли в порядок, она встала, и быстро проверив снаряжение, вышла обратно на тропу и продолжила путь, попутно вгрызаясь в вялое яблоко, которое валялось в её сумке уже не первый день. Полноценным завтраком назвать это язык не повернётся, но хотя бы немного притупит голод. Полноценно завтракать она боялась - её желудок еще угрожающе сжимался, ясно давая понять что сейчас не лучшее время для еды после таких эмоциональных качелей. Спустя пару десятков минут пути, она дошла до небольшой реки, через которую был сделан добротный деревянный мост. Сама река текла с Сельнельского хребта, её начало было недалеко от большой деревни Тэрлин, если ей не изменяет память. Сама вода в реке не была такой чистой как хотелось бы - жители Ривервейла частенько сливали туда всякие отходы вроде пропавшей еды или напитков, так что набирать воды для питья из этой реки она не стала бы даже под прицелом арбалета. Проходя по мосту, Эмилия держала руку у кинжала и оглядывала ближайшие кусты. Нападения на караваны и даже одиноких путников бандиты любили организовывать именно у мостов, где жертву можно будет зажать с двух сторон. В теории можно попробовать уйти от такого нападения через воду, но бандиты тоже не дураки - они попросту будут преследовать по берегу, ожидая когда жертва выдохнется и будет вынуждена вылезти на берег. Речная вонь с примесью сброшенных отходов еды неприятно вбивалась в нос, а шум реки лишь усиливал напряжение, ведь он вполне мог заглушить какой-нибудь хруст ветки. Отойдя от моста на некоторое расстояние, Эмилия наконец-то смогла расслабиться и убрать руку от ножен. В теории дальнейший путь должен проходить без происшествий, несмотря на то что тропа проходит вплотную в границе леса Крайнвейл - лес опасен только если углубиться в него на пару сэльнов. За безопасность на развилке дорог, что будет далее, она так же не переживала: нападения в этом месте происходили редко, да и те только ночью. Из-за того, что там постоянно проходили караваны и путники, бандиты попросту боялись нападать даже ночью, а днём такое провернёт только безумец. Продолжая путь, Эмилия задумалась о продовольствии. С одной стороны к предполагаемому лагерю бандитов что ограбили Дэррила она доберётся еще задолго до захода солнца. Но с другой стороны её запасы еды и воды были почти на исходе и она вряд ли протянет на них до глубокой ночи. Есть возможность дойти до Ривервейла и закупиться там, но до него она доберётся лишь когда солнце уже уйдёт за горизонт, а обратно до лагеря бандитов она добёрется только к совсем раннему утру, когда солнце еще не успеет встать. Поразмыслив и взвесив все за и против, она решила сначала пополнить запасы и лишь потом идти за грабителями свитков… …До развилки путей к каньону и Ривервейлу она добралась еще до полудня. К этому времени утренняя тошнота уже отпустила её и она решила передохнуть. Присев у одного из деревьев, она достала из сумки остатки вяленого мяса с бутылью воды и парой оставшихся сухарей, и присев на колени с приложенной ко лбу рукой начала привычный ритуал: —“Освяти сию пищу и позволь насладится её вкусом, Выжги всю чернь и даруй сытость своим огнём, Владыка Игнарион…” Зачитав молитву, она принялась за обед. Буквально поглощая еду она наблюдала, как небольшой караван из трёх груженых верблюдов вышел с тропы к Алому каньону и свернул к Найдкрайну. Приглядевшись к проглядывающему содержимому сумок, повешенных на верблюдах, она поняла что караван везёт игнириум и продовольствия у них не купить, быстро потеряла интерес и сосредоточилась на еде. Из-за посредственного завтрака она весьма сильно проголодалась и остатки её запасов были уничтожены менее чем за десять минут. Запив это дело водой и оставив четверть бутыли на дорогу, она выкинула уже не нужную тряпку. Поправив плащ и сумку, она вернулась на тропу к Ривервейлу. Она всей душой надеялась что воришки свитков не ушли за это время, ведь искать их по всей империи она желанием не горела. А отказаться от работы ей не позволит гордость, да и она уже взяла предоплату с Дэррила… До Ривервейла она добралась когда солнце уже ушло за горизонт и на деревню опустились сумерки. Деревня была достаточно большой и окружена забором из необработанных брёвен, глубоко воткнутых в землю и связанных между собой толстыми канатами. Справа, среди деревьев виднелась та самая Сельнельская река, которая выше по течению уходила в границы самого Ривервейла. Около прохода в деревню стояли два уже зажжённых факела, а у левой части прохода стоял сонный стражник, вяло привалившийся к забору. Он молча окинул Эмилию взглядом и не проявив никакого интереса продолжил увлеченно разглядывать траву, стоя на посту. Пройдя мимо, она увидела уже забытые ею Ривервейлские деревянные домики, стоящие по краям от центральной дороги. Пройдя дальше, она увидела деревянную вывеску на одном из домов, подвешенную на пару железных цепей: “Любой товар в лавке Рида”. Недолго думая она вошла и увидела большой и хорошо отделанный прилавок, на котором было если не всё, то многое: овощи, фрукты, бутылки с водой и алкоголем, одежда, одеяла. Да даже пара мечей и наручей присутствовало, явно оправдывая название лавки. За этим прилавком сидел тучный мужчина в тёмно-зелёной рубахе лет сорока. Глаза его были сонными и уставшими, но увидев посетителя быстро оживились и он встал с кресла. Несмотря на его попытку оживиться, была видна сонливость, которую тот пытался скрыть за улыбкой. —Добро пожаловать в мою лавку. Что вас интересует? Если чего-то не увидели на прилавке, то не волнуйтесь - это далеко не весь ассортимент. Оглядев содержимое прилавка, она взяла пару бутылок воды и буханку хлеба и спросила. —Вяленое мясо у вас есть? —Да, конечно. Сейчас принесу — и с этими словами Рид скрылся в двери позади него и вышел через минуту оттуда с тряпичным свёртком в руках. —Вот, вяленное мясо. Что-то еще? Сложив воду и хлеб на прилавке, она сняла с пояса кошель и произнесла: —Сколько с меня? —Семьдесят пять дэльхин. Расплатившись за покупки, она поблагодарила Рида и сложив купленное в сумку, вышла на улицу. За это время уже успело капитально стемнеть. Она уже было хотела выдвинуться из деревни к предполагаемому лагерю бандитов, как её уставшее от долгого пути тело запротестовало едва заметной болью в мышцах. Протерев глаза, она всё-таки решила отдохнуть в ближайшей гостинице, почти напротив лавки Рида - плохой сон вкупе с усталостью от целого дня ходьбы явно не станут помощниками в предстоящей схвате. Заплатив за комнату на ночь пятьдесят дэльхин, она вошла в весьма приличную комнату и принялась за ежевечерние молитвы. После чего она скинула с себя ботинки и плащ, легла на кровать и почти мгновенно погрузилась в столь желанный сон без кошмаров.