Без титула

Королевский дворец был окружён прекрасным садом. Квиррел видел величественные скульптуры героев прошлого, аккуратно выстриженные зеленые ограды, журчащие фонтаны, клумбы, полные ароматных цветов. Это место казалось райским. Идеальным в чёткости форм и сочетании красок. Казалось, что даже трава на газонах была выстреженна по линейке. И несмотря на то, что карета ехала к служебному входу, с торца здания, Квиррел все равно успел проникнуться величием Королевского сада. Дворец же, был еще более впечатляющим. Сверкающее белое здание стремилось ввысь к своду скал, что защищал город от затопления водой из озера. Мрамор дворца, его отлитые из чугуна вензели, оплетали белые корни, превнося в консервативную строгость сооружения нотки жизни. — Великолепно...— Квиррел смотрел на сияющий в свете сотен ламп-светомух дворец. —Больше чем башня Лурьена Хранителя. — Вам не кажется, что король этим что-то компенсирует? — Энгельс гаденько улыбнулся. —.....— Квиррел промолчал. — Больше пятидесяти этажей... А вот лифтов всего двадцать. Представляете, что бывает, когда хоть один из них ломается? — Энгельс открыл окно, чтобы Квиррелу было лучше видно. — Однако, на них не всегда можно прокатиться. Советую как можно раньше закупиться пластырями в лазарете. Ноги в беготне по лестницам вы сотрете быстро. — Так, есть же лифты? — Спросил Квиррел. — Ммм, этажей на самом деле больше, чем кажется....Здание построено "кольцом". В парадной части, той что снаружи, пятьдесят этажей. Внутри — их сто пятьдесят. Большая часть — комнаты прислуги и технические помещения. Есть семь грузовых лифтов, но обычным слугам доступны только лестницы. — Погодите, а как тогда...? — Квиррела перебили. — Ножками. По ступенькам. — Улыбнулся Энгельс. — Либо учитесь летать. Для летающих жуков есть скоростные трассы. Только вот, они иногда попадают в аварии. — Аварии? — Квиррел представил себе трубу, в которой на полной скорости сталкиваются две стрекозы. — Ага. Но пока что без трупов. В отличие от шахт грузовых лифтов. Там уже находили парочку нерасторопных слуг. Говорят, их дух до сих пор бродя по внутреннему дворцу. — Энгельс приложил палец к губам. — Но я вам этого не рассказывал! "Не слишком ли много он болтает для чиновника?" — Подумал Квиррел — "Хотя, наверное, я слишком привык к неразговорчивости пауков". Меж тем карета остановилась. На входе стояли корролинги. Квиррел нервно улыбнулся. Он действительно во дворце. Одно неверное слово — голова полетит с плеч. Хотя, поведение Энгельса внушало надежды на обратное. Они вышли из кареты. Подбежавший клопик проворно выудил из багажного отсека чемодан Квиррела и куда-то потащил. Энгельс же шарился в пакетах. Через секунд сорок, он вытащил...наклейки? Это были схематичные портреты короля и королевы. Такие вещи жуки любили размещать на своих каретах или дверях домов, считая, что они приносят удачу. — А вот вас двоих я еще не видел! Только заступили на службу, да? — Энгельс подскочил к стражам, легко преодолевая ступени. —....— Короллинги, естественно, остались безмолвны. Големы всё-таки. — Молодцы! Держите наклейки! — Энгельс сорвал две штуки и наляпал каждому из стражей по одной на доспех. — Зачем вы это делаете? — Спросил Квиррел. — Это весело. Они портят регламент формы, а отклеить нельзя! Видели бы вы ка психуют механик, а запретить их клеить не могут! — Он хмыкнул. — Инче обвинят в не уважении к власти. Я считаю, с наклейками им лучше, а то они все такие одинаковые, что скучно смотреть. — Возможно... — Квиррел вошел вместе с ним во дворец. Потолок оказался на удивление низкий. Всего два метра, по примерным прикидкам. Сам коридор же был довольно широкий. Минимум мебели, холодный каменный пол. Колбы со светомухами закреплены на потолке, все для того, чтобы ничего не мешало транспортировке груза. Собственного, Квиррел наблюдал, как двое слуг тащат ванную к лифту на другом конце. Энгельс же повел его в другую сторону к винтовой лестнице, чуть сбоку. — Нам нужно на пятидесятый этаж. Запомни: справа — спуск, слева — подъём. Иначе тебя собьют. Ну а теперь вперёд! — Энгельс начал бодро взбегать по лестнице. — Судьба, очевидно, решила меня испытать. — Квиррел сглотнул и пошёл за жуком. Пять этажей спустя лестница вдруг кончилась. Мокрица подумал, что беда миновала, но оказалось, что лестницы строят тоже по особому принципу. Две на этаж. Одна вверх, другая вниз. В итоге они обогнули длинный коридор, выстроенный по дуге. — Это спальни прачек. Прачечная под нами. — Пояснил Энгельс. — Советую с ними ладить, иначе могут посыпать белье чесоточным порошком. — Он улыбнулся. — Надия, булочки! — Булочки?! — Из-за двери тут же высунулась жучиха в мокром переднике. — Ага! Самые свежие. И еще письмо от матери. — Он отдал ей один из десяти пакетов, которые нес. — Отлично, Энегельс, ты просто прелесть! — Она схватила пакет и, чмокнув его в подставленную щеку, убежала обратно. — Она ваша возлюбленная? — Спросил Квиррел. — Нет. — Ответил жук. — Но что может быть прекраснее, чем след от помады на щеке мужчины? "Извращенец." — Подумал Квиррел. — "Тем более, никакой помады на тебе нет." И снова показалась лестница. Так они прошли комнаты чернорабочих (где Энгельс расстался с пакетом булок, но без поцелуев), младших горничных, которые утянули пакетик с конфетами, а затем оказались на кухне. Вот тут кипела жизнь. Десятки жуков что-то жарили, парили, варили, пассировали, тушили и коптили. Какофония запахов взрывалась в носу настоящей бомбой. Более всего выделялся аромат грибов. Гигантский рыжешляпник крутился на вертеле, который с трудом прикручивали четыре повара. Квиррел присмотрелся. Ни мяса Дюранд, ни филе Алюбы, ни вырезки из гарпиды, он не наблюдал. А ведь это едва ли не главные деликатесы Халлоунеста. За то были грибы, овощи, фрукты, споры, ягоды и коренья, которые он до этого только на картинках видел. Похоже, ему предстоит очередная подневольная диета. Квиррел испытал дежавю. — Энгельс, опять ты, барыга подзаборная! — Раздался возмущенный голос с другого конца кухни. — И тебе не хворать, маэстро диетической блевоты! — Фыркнул чиновник. Раздался свист. Каиррел инстинктивно схватился за гвоздь, отбив летевший в чиновника снаряд. В сантиметрах от ноги Энгельса приземлился тесак. Следом за тесаком к ним вышел широкоплечий и массивный майский жук в поворском колпаке. Его рыжая щетина росла кусками. А холодные голубые глаза предвещали беду. Он был на голову выше Энгельса и слегка сутулился, чтобы не задевать потолок. Квиррелу показалось, что кулак повара едва ли не больше его головы. — Сдавай свои покупочки, черт желторотый. — Рыкнул повар, угрожающе надвигаясь. — Ни одна сахарная булка дальше меня не пройдёт. — А карамельная? — Наклонив голову, спросил Энегельс. — Ты мне сейчас договоришься и я подмешаю тебя в корм крыльням. — Повар, кажется, был настроен серьёзно. — Ммм, какой раз по счёту ты мне этим угрожаешь? — Энгельс улыбнулся. — Может, всё-таки пропустишь меня по старой дружбе? Чтобы мне не пришлось применять свои "методы?". — Сдавай свои плюшки и иди по своим вшивым делам. — Категорично заявил хозяин кухни. — Ладно, Квиррел, ты остаешься здесь. — Он попытался пройти ко входу. — Шут гороховый. — Повар перегородил ему проход. — Кстати, а вы еще кто? — Квиррел, исследователь, ученик Мономоны наставницы. — Мокрица заметил, как Энгельс манит его пальцем за спиной и подошёл ближе. — А, слышал. — Майский жук окинул его изущающим взглядом. — Я представлял тебя как-то внушительнее что-ли? — Ну что есть, то ест...— Квиррела перебили. — Масло! — С ужасом крикнул Энгельс. Повар обернулся. Чиновник схватил оцепеневшего Квиррела и потащил вперед. — Ах ты сволочь! — Повар схватил тесак и побежал за ними. — Быстрее инче мы рискуем стать паштетом! — Крикнул Энгельс. — Мы за свободу желудка! Долой сельдерейх, за сахарную революцию! — Церемониймейстер на бегу пнул корзину с луком. Работники кухни, к счастью, не хотели вступать в перепалку, позволив им добежать до лестницы. Однако Энгельс не затормозил. Квиррел понял почему. Повар бросился за ними, спотыкаясь о лук и размахивая тесаком. Оба пробежали этажей десять, прежде, чем наконец-то смогли оторваться. Они тяжело завалились в коридор. На сей раз это оказалась комната отдыха фрейлен. Энгельс упал на диван, пропитанный духами и сплетнями. Квиррел, последовал его примеру и сел на кресло. — Почему он вас так не любит? — Спросил Квиррел. — Или во дворец нельзя проносить еду? — Можно. Каспиан просто самодур. Думает, что есть здесь чужую еду — принижать его достоинства как шеф-повара. А теперь, с диетой Белой Королевы, он в конец озверел. — Фыркнул Энгельс. — В прошлый раз он кидался в меня помидорами! — Энгельс? — Раздался девический голос. — Дамы, Энгельс приехал! Со всех комнат послышался один и тот же возглас: "Энгельс!". Десяток девушек в светло-серых платьях, окружил чиновника со всех сторон. По разговорам Квиррел понял, что фрейлины заказали у него дефицитные, в условиях дворца, товары. Через пять минут они оступили. Энгельс остался с парой пакетов и десятком оттенков помад на лица и маске. — Вы это делаете ради женского внимания? — Весело фыркнул Квиррел, все еще мучимый отдышкой. — Если бы я хотел женского внимания, ходил бы на работу голым. — Он улыбнулся. — Им больше интересны булочки, чем я. Что же до выгоды... Вы скоро поймёте. Энгельс поправил одежду и все-таки стер отпечатки губ с щек. Маску не тронул. "Щёголь" — Подумал Квиррел. Однако выгоду жука он вроде-бы нашел. Из кармана чиновника торчала какая-то бумажка. Заметив, что мокрица заметил, Энгельс спешно сунул ее себе в рукав. — Продолжим путь? — Церемониймейстер улыбнулся.

***

Квиррел без преувеличения назвал бы этот подъём "путь боли". С горем пополам и передышками, они все же добрались. Перед ними предстал не менее ухоженный, чем тот, что бы у фрейлин, коридор. Ковры, обои в строгую геометрию, небольшие диванчики у стен, много искусственного света. Цветочные горшки. Деревянные двери были по всему периметру коридора. На них, помимо имен, проживающих было несколько номеров. Энгельс пояснил. — Если записывать полные имена служащих дворца, придется тратить раза в два больше бумаги. Поэтому каждому присваивают свой личный номер. — Пояснил Энгельс. — И номер должности. Они дошли до нужной двери. На ней уже красовалось имя Квиррела. Личный номер — 000330, номер должности — 311. Энгельс достал из рукава ключи. Один вручил Квиррелу, другим открыл дверь. Мокрица удивился. Это была полноценная квартира. Сначала небольшая гостиная с камином, потом шла полностью обустроенная кухня, ванная, кабинет и спальня. А так же ещё одна дверь. — Это вход во внешний дворец. — Пояснил Энгельс. — Библиотека этажом выше. Здесь есть все удобства. В кабинете лежат бланки, если вам нужны какие-то вещи, просто заполните их и положите в почтовый ящик. Доставят в ближайшее время. В прочем, все есть в инструкциях. — Энгельс достал из рукава несколько толстых журналов. — Вот, рекомендации по обращению с вашим отделом библиотеки от прошлых работников, навигатор по дворцу, основы этикета и прочая ересь. — Он всучил Квиррелу книги, направившись к двери. — Подождите, а что мне сейчас делать? — Квиррел сложил все бумаги на журнальный столик. — Осваиваться. Я зайду за вами в семь, чтобы провести экскурсию по библиотеке и рассказать про некоторые опасности...— Энгельс вдруг замолчал. — В прочем, одна из них уже здесь. Квиррел повернулся, прослеживая направление его взгляда. На пороге стоял мальчик лет трех на вид. У него были белые, как снег, вьющиеся волосы, очень длинные рожки с небольшим раздвоением на концах, бледная кожа и маска на все лицо. Ребёнок был одет в водолазку, чёрные штаны и синий плащ. За спиной малыша почему-то красовался гвоздь. — Тогда, разрешите представить, его высочество, шестьсот шестьдесят шестой принц Халлоунеста Эмпти. — Энгельс улыбнулся. — Здравствуй..те? — Квиррел вал в некоторый ступор. Ему инстинктивно захотелось взять на руки малыша, едва достававшего ему до коленки. —.....— Ребёнок сделал несколько шагов вперёд, подойдя вплотную к жуку. Две черные бездны сверлили его через маску. — Он не разговаривает. Учить не пытайтесь, не с этим связано. Просто особенность некоторых малышей. — Добавил жук. — Кстати, когда он так подходит, он хочет на руки. Возьмите, а то пришьет ночью к матрасу. — Можно? — Квиррел спросил у ребенка разрешения и тот аккуратно кивнул. — Такой лёгкий... Сколько вы вообще весите? — Где-то пять килограммов. — Ответил Энгельс. — С учетом гвоздя. — Это из-за пустоты внутри? — Спросил Квиррел у ребёнка. И тот снова кивнул. — А где твоя няня? — Его нянь уж больно старый, чтобы за ним гоняться. — Энгельс улыбнулся. — Да и знает, что малыш не промах. Эмпти у нас любит всего три вещи: сбегать, прятаться и пакостить. Так что проблем доставляет много. Например, на прошлой неделе во время бала он перерезал трос, державший люстру. Никто не пострадал, но валерьянку у лекаря смели за сутки. Впрочем, кажется, вы ему нравитесь. Думаю проблем не будет. Я пошел! — Энгельс вышел из квартиры хлопнув дверью. — И что мне с тобой делать? — Квиррел прошёлся до чемодана и повез его в комнату. —....— Эмпти молчал, сидя на руках. — Ты голоден? —.....— Ребенок помотал головой. — Ладно....

***

Квиррел быстро разобрал вещи. Он не успел набрать лишнего. Все прекрасно поместилось в шкаф. С собой жук успел взять лишь десяток книг и пару тетрадей для наблюдений. Эмпти к последнем интереса не проявил, а вот книгами очень даже заинтересовался. Малыш молча взял одну из них и начал читать. Как Квиррел это понял? Иногда ребёнок дергал его за руку и тыкал маленьким пальчиком в строку. Мол, "поясни". — Чем отличается Дюранду от Дюранды? Дюранда — летающий неразумный жук с шипастым панцирем. А Дюранду водный неразумный жук с шипастым панцирем и в отличии от собрата, у него нет крыльев. Зато есть щупальца. — Пояснил Квиррел, отрываясь от чтения. —....— Эмпти кивнул, вернувшись к безмолвному созерцанию написанного. Мокрица же изучал подаренную литературу. Заметки прошлых библиотекарей были больше похожи на книгу жалоб: "Воруют порнографию. Все печенье куда-то исчезает. Не мог найти десятитомник истории трамваев весь день. Эмпти разрезал гвоздём шторы. Горничные не чистят пыль на верхних полках. Жуки не соблюдают тишину. Топтун погрыз рукопись..." и далее по списку. Ни одного совета по уходу за библиотекой Квиррел не нашел. Он посмотрел на ребёнка, который уютно устроился у него под боком. Как такой милый малыш может кому-то навредить? Возможно, они сгущают краски? Вдруг кто-то начал отбивать бодрый ритм по двери. — Войдите. — Квиррел не запирался. — Вечер добрый! — Дверь распахнулась, ударившись о стену. На пороге показался Энгельс с огромной коробкой в руках. — Что это? — Спросил Квиррел, когда коробка с грохотом приземлилась на пол. — Посылка от Мономоны Наставницы. — Энгельса улыбнулся, а затем, кажется, сильно удивился. — Эмпти? Погодите-ка, он все время с вами сидел? — Да. Мы читали книги. Кстати, его неплохо было бы покормить...— Начал было Квиррел. — Неужели судьба услышала мои молитвы и тебе наконец-то понравился кто-то кроме меня? — Спросил чиновник, обращаясь к ребенку. —....— Эмпти посмотрел на Квиррела, затем на Энгельса и кивнул. — Тогда, надо будет за это выпить! — Энгельс улыбнулся, пихнув Квиррела локтем. — А сейчас нас ждет экскурсия! Не оставайте! Энгельс бодро зашагал к двери. Квиррел перевел взгляд на ребёнка. Его уже не было на диване. Словно испарился. — Куда? — Квиррел осмотрелся, немного испугавшись. — Ммм, привыкате. Неожиданно появляться и исчезать его конек. Мы между собой его Призраком зовем. — Он улыбнулся. — С ним все будет в порядке? —Квиррел последовал за Энгельсом в коридор. — Я бы беспокоился больше за его окружение. — Энгельс уверено направился в сторону. Потолки во внешней части дворца были в несколько раз выше. Больше шести метров точно. Коридор по которому ходили хозяева разительно отличался. Во-первых обилием света. Огромные витражные окна, изображавшие сцены из истории Халлоунеста тянулись от пола до потолка. Белые стены, мраморный пол и кованные посеребренные светильники создавали ощущение пространства, покоя, самого тихого величия. Отсутствие ярких цветов вовсе не делало дворец блеклым или мрачным, оно наоборот дарило ощущение чистоты и вечности. Когда они вошли в бальный зал, Квиррел почувствовал себя букашкой, попавшей на страницу тысячатилентнего эпоса. Серебрящиеся гобелены, паркет из белого дерева, резные колонны, обвитые корнями королевы, все это стояло, стоит и будет стоять после его смерти... Все вокруг тихо шептало голосом монарха: Халлоунест вечен. — Впечатляет, да? Хрусталя подвешенного на этих люстрах хватит, чтобы забить сервант в доме каждого жителя Халлоунеста посудой. — Энгельс скользнула по паркету к одной из полирующих корни фрейлин. — Бриетта! Свет моей души, у нас все в силе? — Энгельс! — Девушка едва не выронила тряпку. — К-конечно.... Рукопись будет готова к завтрашнему дню. И чтобы в этот раз без отклонений от сюжета! — Хорошо-хорошо! — Чиновник вытащил из рукава горсть конфет и положил ей в карман. — А вы? — Девушка слегка покраснела, поправила подол платья и треснула Энгельса по руке. — Квиррел, новый библиотекарь. — Он Вежливо улыбнулся, поцеловав протянутую руку. — Очень приятно. — Бриетта смущённо улыбнулась. — Обязательно зайду в вашу секцию. — Мне тоже. — Мокрица сделал мысленную пометку. Здесь есть как минимум один нормальный жук. — Рад, что вы так чувственно познакомились. — Хмыкнул Энгельс. — Корни королевы в последнее время просто сияют, диета явно работает. Как бы она не стала пермоментной...— Он провел рукой по одному из белых искрящихся корешков. — Я молю об этом каждую ночь. Мне пришлось ушивать своё платье. — Бриетта покачала головой. — Это так ужасно? — Квиррел, который ежедневно на протяжении полугода играл в "лотерею диареи" в паучьем гнезде, отнесся к их страданиям скептически. — Скоро сами все поймёте. — Бриетта вздохнула, вернувшись к работе. Энгельс и Квиррел пошли дальше по залу, к очередной лестнице, на сей раз не винтовой. Когда они отошли на достаточное расстояние, мокрица спросил: — Почему она полирует корни, разве это не работа горничных? — Нет, все корни — часть Королевы. А заботиться о ней имеют право только ее фрейлины. — Пояснил чиновник, глядя на часы. — Нам бы поторопиться. Миновав устланную ковром лестницу, они поднялись в библиотеку. Квиррел предполагал, что она будет большой, но не думал, что настолько. От вглядывался в даль и не видел конца книжным полкам. Конечно, архивы больше, но половину их составляют не книги, а свитки, скрижали, таблички и разного рода папки с бумагами. Здесь же разноцветные корешки, зажатые меж белых полок, создавали причудливый узор от которого было сложно оторвать взгляд. — Впечатляет? — Энгельс улыбнулся. — Жизни не хватит, чтобы все это прочитать. Если в архивах содержаться все знания цивилизации, то здесь — ее душа. Во дворце храниться самая большая коллекция художественный литературы. Библиотекари развлекаются тем, что называют несколько сюжетных тропов, а потом ищут роман с ними. Кто первый нашел — тот победил. — В это раз вы обойдётесь без язвительного комментария? — Спросил Квиррел, оглядываясь. — Библиотека это одно из немногих хороших мест во дворце. Если вы ее испортите, мы с Эмпти засунем вас в холщовый мешок и спустим по мусоропроводу в королевские стоки. — Энгельс весело оскалился. — Так, значит, малыш любит читать? — Квиррел продолжал осматривать залы. Белый цвет уже успел ему приесться и разноцветные стеллажи были как нельзя кстати. — Он? — Энгельс на мгновение о чем-то задумался. — На вашем месте я бы не торопился называть Призрака "малышом". Но да, читать он любит. Особенно когда его никто не видит. — О, новенький, ну наконец-то. —Раздался легкий шелест шагов. Квиррел обернулся. К ним, из-за книжных полок вышел высокий, чуть сутулый жук. С длинными тонкими усиками и маской, напоминающей птичий клюв на которой был закреплен монокль. Остановившись на расстоянии метра, он сделал реверанс, представившись: — Уайетт старший библиотекарь. А вы полагаю, господин Квиррел? Признаться я о вас наслышан. Читал все ваши работы с большим удовольствием. — Благодарю, я рад, что они вам понравились. — Квиррел улыбнулся, протянув руку. — Осторожно! — Вдруг воскликнул библиотекарь, отшатнувшись. — Не касайтесь меня — я жгусь кислотой. Не хочу причинить вред. Это защитный механизм моего вида, но он так мешает при встрече с другими жуками....— Уайетт вздохнул. — Оу? Ничего страшного. — Квиррел опустил руку, чувствуя себя неловко. — Погодите, а где? — Скорее всего, ему просто надоело. - Уайетт тут же понял о ком речь. — Или он уже получил все, что от вас хотел. — В каком смысле? — Квиррел почему-то чувствовал, что этому жуку можно доверять. — Господин Энгельс ни с кем не общается просто так. Он может спокойно пройти в библиотеку и взять книги так, чтобы остаться незамеченным. Но если ему что-то нужно, вьется вокруг как назойливая жужа. — Пояснил Уайетт, поманив мокрицу за собой. — Почти как Ууму, когда она голодна. — Квиррел улыбнулся. — Хотя она куда более приятная в общении. — Ууму это то эксперимент Мономоны Наставницы? Электрический страж? —Спросил Библиотекарь. — Да. Но она больше чем эксперимент. Ууму всеобщая — любимица. Они завернули за очередной поворот и оказались у парадного входа в библиотеку. Уайетт нырнул под свою стойку, затем вынырнул вместе с бумагами. — За вами будет закреплен отдел альтернативной эзотерики. Книги от туда по большей части ересь, но мы все равно их сохраняем. Посетителей там почти нет, от вас требуются лишь принимать новые книги, проводить инвентаризацию и уборку по графику. — Библиотекарь положил перед Квиррелом два журнала и пару листов. — Здесь график смен, расписание санитарных дней, подробная инструкция по работе и список книг. А теперь я покажу вам все отделы. Каиррел забрал бумаги. "Похоже, при дворе очень любят инструкции." — подумал жук. Уайетт познакомил мокрицу с остальными сотрудниками. Они обошли около пятидесяти отделов, в каждом из которых было еще по десять подотделов. Мокрица не успел запомнить имен и половины коллег, как его уже отвели в самый дальний угол Королевской библиотеки. Жалкие десять книжных полок, тахта у стены, пара кресел и небольшая, слегка запыленная стойка. По сравнению с остальными отделами это была весьма печальная картина. — "Альтернативная история Халлоунеста: возникновение жизни из пустоты." — Каиррел прочитал название одного из корешков. — Что это...? — Ересь. Можете брать книги из других отделов, чтобы скрасить досуг. — Ответил Уайетт. — Не советую читать эту ахинею. Можете пока осваиваться, завтра в восемь жду на смене. — Хорошо...— Квиррел кивнул.

***

Мокрица не слишком долго рассматривал новое место работы. Да и рассматривать было нечего. Три стеллажа, письменный стол, стул и тахта. Библиотека в его комнате больше. Ученый развернул навигатор и кое-как добрался до общей столовой. Там он познакомился с другими служащими, довольно плотно поужинав. Квиррел не особо любил мясо, так что с удовольствием уминал грибы в остром соусе. Остальные ели без аппетита, некоторые через силу. Диета коснулась всех слоев общества... Энгельс на ужин не явился. По крайней мере, Квиррел его не видел. Зато остальные церемониймейстеры сидели вдали от всех плотной кучкой. Компанию мокрице составил Уайетт, и они вместе обсуждали безрассудность предстоящей экспедиции в глубинное гнездо. В девять часов Квиррел вернулся в свою новую квартиру. Он разобрал посылку от Мономоны. Вещи, книги и вкусняшки. Письма в этот раз не было. Зато на дне коробки был жёлтый платок. Мокрица догадался что к чему. Такой шифр использовали в романе, который наставница недавно ему подбросила. Герои посылали друг другу платки, когда нужно было встретиться тайно. Но почему именно такой цвет? Ему угрожает опасность? Квиррела посетило дурное предчувствие. Он теперь не выездной, да и всю почту проверяют. В конце-концов идет война. Пускай она практически не ощущается в городе. — Что же мне приготовит это место? Жук лег в постель. Немного повозился. Неспится. Встал. Взял гвоздь. Положил под подушку, и только после этого заснул.