Десять. Три.

Вокруг лежащей девушки толпился почти весь народ, что был в помещении. Все хотели посмотреть, что же произошло. Стафф сразу вызвал полицию и скорую, которые быстро прибыли на место. Даня подбежал к подруге, начал трясти ее за плечи, звать по имени. Он бился в истерике, кричал о помощи. На секунду даже показалось, что Маргарет приоткрыла глаза, но было уже поздно. Парень заметил в руке у девушки складной нож, но совершенно не придал этому значения. Его волновало лишь жива она или нет. Лещинский старший аккуратно подошел к брату и начал тянуть его на себя. — Даня, пошли отсюда, полиция разберется, — повторял он. Но брат лишь смотрел на Маргарет не в силах ничего сделать. Наконец, Валя с Федей подняли солиста с пола, взяли под руки и потащили подальше от места происшествия. Тем временем прибыли врачи и полицейские. Они забрали девушку с собой и приказали людям расходиться. По приходу в номер, группа сразу решила отправиться спать. Наконец-то этот ужасный день был закончен. Валя не мог заснуть. Он постоянно ворочался в кровати, то и дело вставал попить воды. Но сна не было ни в одном глазу. Все-таки он поднялся с кровати, умылся прохладной водой, взял гитару и пошел репетировать в зал, который им предоставили. Ключи были выданы каждой команде, так что попасть туда было очень легко даже ночью. Лещинский часто ходил репетировать в одиночку, когда ему было скучно, или грустно. В студии было, понятное дело, пусто и очень тихо. Парень включил одну из песен его группы и начал тихо играть. Его партии звучали практически идеально в ночной тишине. Внезапно её нарушил младший брат Вали. Даня хорошо его знает и сразу понял, где искать. — Я спою с тобой? — спросил Даня. Валя лишь кивнул, и начал играть. — Спасибо, что ты рядом, — вдруг с улыбкой вымолвил младший. — Я без тебя бы не справился. В ночной пустоте два брата тихонько играли и пели, иногда Даня прерывался, и тогда Валя начинал импровизировать. Музыка выходила грустной и тревожной, но помогала успокоиться. В такие моменты вокалист закрывал глаза и, сидя, откидывал голову на стену. Оба понимали, что сегодня не уснут, что завтра их ждёт ад, состоящий не только из камер и репетиций, но и допроса, постоянного напоминания о произошедшем и убитого горем взгляда Тины. На секунду Валя прервал игру на гитаре и шёпотом произнёс: — Там кто-то стоит. Даня, в этом время сидевший около двери, резко захлопнул её, после чего послышался тихий стон. — Это я, не хотел мешать, — дверь вновь открылась, и в зал вошёл Кайл, потирая ушибленный лоб. — По итогу всё равно помешал. — Ты что тут делаешь? — резко спросил Даня и сам поморщился от своего тона. — Я так понимаю, то же что и вы, — спокойно ответил парень, усаживаясь с другой стороны двери. — Понял, что после такого не усну, и решил отвлечься. Валя резко ударил по струнам, начал играть какую-то грустную мелодию, и разговоры сами собой прекратились. Даня подпевал, Кайл же молча слушал, изредка прикрывая глаза. Музыка успокаивала всех троих парней, давала возможность забыть о причине горя, оставить лишь ощущение, что выливалось в неё. Это помогало всегда, помогло и сейчас. Солнце медленно поднималось над горизонтом, уставший Валя отложил инструмент, с грустью посмотрел на двух парней, что уже сидели рядом. Каждый понимал, что дальше все будет только хуже. Хотелось остаться в этой комфортной тишине, не общаться ни с кем, лишь изредка петь или играть. Но мир не ждёт. Не ждёт и не желает следовать чьим-то хотелкам и правилам. — Дань, Кайл, пора, — Валя положил руки им на плечи. — Пора, — отозвался самый младший и резко встал. Даня остался сидеть, смотря в одну точку. Старший слегка потянул его на себя, а после Кайл слегка его приобнял. — Все наладится, — говорил норвежец, но будто сам не верил в эти слова. — У тебя есть брат, друг и мы, всегда готовые придти на помощь. — Даня лишь обнял его в ответ. Именно сейчас ему была необходима такая поддержка. Валя обнял брата со спины. В таком положении их застал желавший распеться с утра Йоханнес. Он просто молча отошёл к стене и тихо запел свою конкурсную песню. Она как никогда вписывалась в настроение ребят. Даня отмер, отпустил брата и за такое короткое мгновение ставшего ему другом Кайла. Джей дотянул верхнюю ноту и оборвал песню, положил руку на плечо украинца и вздохнул. Всё было понятно без слов. С самого утра ребятам предстояло ходить по разным мероприятиям, появляться на большом количестве интервью, а также на новый день был запланирован допрос по поводу ситуации на вечеринке. После ночных музыкальных посиделок парни были как с бодуна. Все жутко хотели спать, но возможности уже не было. Они мотались туда-сюда, уныло отвечая на одни и те же вопросы. Циферблатики старались быть бодрыми на камеру, быть веселыми для фанатов, но у них это слабо выходило. Ночь без сна прекрасно сыграла свою роль. — Какие ощущения после приезда в Базель? — спросил очередной корреспондент, который, кстати, был самым приятным из всех, с кем троице пришлось иметь дело на данный момент. — Честно сказать, нам этот вопрос задают уже далеко не в первый раз, — усмехнулся Валентин. — И скажу так, мы очень сильно устали. — Да уж, ночка выдалась такая себе, — поддакивал Федя. — Легко тебе говорить, Федь, ты из нас единственный хоть сколько-то поспал, — вставил Даня. — Ну ладно, не буду вас мучать уже, видно, что вы очень уставшие, — «сжалился» корреспондент, — Выключайте камеры. — Парни попрощались с работником и побрели смотреть свое расписание. — Таак, у нас сейчас обед, — протянул старший из группы. — Ну-ка, дай, — Даня вырвал из рук у брата расписание, и вслух зачитал его. — 13.30 обед, после обеда нам говорили, что будет допрос. — О как, — сказал Федя, смотря в список в руках у друга. — Допрос. — По-моему логично, что после такого должен быть допрос. — Ой, Валя, да ты как всегда у нас самый умный, — передразнил Ходаков. Даня положил лист на стол и группа пошла на обед. — Блин, вот везет же девочкам, — начал брюнет, прожевывая хлеб. — Сидят себе спокойно в номере, делают что хотят, а мы ходим на эти интервью. — Просто спать надо больше, — сказал барабанщик слегка осуждающим тоном. Вечно они с Валей ссорились. Он же в ответ лишь цокнул языком и продолжил есть горячее. Внезапно к столу подошло несколько человек. Среди них были Немо, Кайл и Йоханнес, с которыми братья уже успели подружиться, а вот с остальными они лишь перекидывались парой слов. — Приват, ребята! — поздоровалась красивая девушка со светлыми волосами. — Можно к вам сесть? — Конечно, садитесь, — согласился солист. — Вот и отлично, — обрадовался Кайл. — Это, кстати, наши друзья, давайте я вас познакомлю? Даже не дождавшись ответа, Кайл начал перечислять сидевших людей. Помимо друзей группы, в компашке были Марко и Адам. Все поприветствовали друг друга и были очень рады знакомству. — А вы сейчас тоже на допрос идете? — спросил Марко. — У меня есть предложение. — Слушаем, — заинтересовался Лещинский старший. — Он хочет устроить пьянку после всех сегодняшних мероприятий, — выпалила Мириана и рассмеялась. Все были согласны. Обед прошёл в комфортной тишине. Своим приходом компания будто развеяла витающую над украинцами скорбь и тревогу. Первым после Абора и Тинны на допрос пригласили Даню. Полиция была наслышана о том, что он был достаточно близок с погибшей. — Скажите, пожалуйста, сколько вы знакомы с пострадавшей? — начал полицейский в не самом добром тоне. — Ээ, да мы вчера познакомились. — удручённо промямлил парень. — Замечали ли вы что-то странное в ее поведении? — Нет, она была совершенно нормальная, и я был на сто процентов уверен, что она вернется ко мне, — внезапно парень замялся. — Она... поцеловала меня перед уходом... Следовательно она должна была вернуться, чтобы продолжить то, что между нами, да? — он еле как связывал слова и не понимал, что говорит. — Мы нашли при девушке нож. Она держала его в своей руке, — говорил сотрудник органов. — Возможно она совершила самоубийство? — Но зачем ей это? — растерялся Даня. — Знаете, я вспомнил, что она говорила мне. Она говорила, что хочет быть со мной. Зачем же ей совершать такое? — Это мы и планируем узнать, — резко отрезал полицейский, до этого молча стоявший у стены. После ещё нескольких вопросов парня отпустили. На грозящихся вот вот подкоситься ногах он прошёл к выходу, не обернувшись. Перед глазами стояло лицо Маргарет и нож в её руке. Даня не верил. Нет, она не могла сама. Не могла. Придти в себя опять помог брат, резко оказавшийся рядом. Валя сжал его плечо, аккуратно приобнял за талию и направился в номер. Сейчас хотелось лишь лечь в кровать, закрыть глаза и больше никогда их не открывать. Ну или хотя бы до этой пьянки. Хорошая идея, надо будет поблагодарить инициатора. Валя проснулся от громкого стука в дверь, подскочил с кровати и медленно пошёл открывать. На пороге оказался Кайл с Йоханессом, и, заметив их виновато улыбающиеся лица с бутылками в руках, он выдохнул. То ли от брата перенял эту паранойю, то ли так повлияла странная смерть этой девушки, но теперь тревожно было не только Дане. — Мы решили, что соберёмся у вас, — начал австриец, как только положил алкоголь в холодильник и уселся на диван, подогнув ногу, — думали, что вы спите и не захотите куда-то идти. Так и оказалось. — Все скоро подойдут, — продолжил Кайл, — мы зашли проведать его... — он мотнул головой в сторону закрытой двери в комнату, где всё ещё спал Даня. — Он, — Валя вздохнул, — он разбит, но справится. Это очень тяжело, но нет ничего невозможного. Особенно для моего брата. — Правда, — отозвался Йоханнес и тяжело вздохнул, — они перенесли мероприятие на неделю, чтобы все смогли выразить соболезнования, попрощаться и смириться. — Я не верю, что она сама... — отозвался Валя, откинувшись на диван. — Никто не верит, — резко ответил Кайл, отвернувшись. — Но кто мы такие, чтобы им указывать? Наше дело выступать и радовать публику. В комнату вошёл Даня, потирая глаза и потерянно смотря на сидящих парней. Спросонья он выглядел ещё более разбитым и уставшим. — Все уже собираются? — тихий голос солиста преравал стук в дверь. — Входите, — хором ответили хозяева комнаты. Кайл и Йоханнес встали с дивана, чтобы помочь девушкам занести немного продуктов и ещё пару бутылок алкоголя, Валя же решил подвинуть стол ближе к середине комнаты. На него тут же поставили упаковки еды из ближайшего к отелю ресторана и прохладную бутылку алкоголя. Даня вместе с Эрикой отправился за стаканами и тарелками. Подавленные настроением украинцев, ребята сидели в тишине. Наконец, Валя нарушил ее, взяв свою гитару и виртуозно сыграв пару аккордов. В этот же момент в номер вернулись уходившие Эрика с парнем. Последний, услышав знакомую мелодию, сразу запел. Остальные подхватили. Первый час тусовки компания только и делала, что пела, да танцевала. К ним присоединились девочки из Циферблата. — А давайте споем Bird of Pray? — предложила бэк-вокалистка Кристина. Все согласились, и девушка потянула высокую ноту. Валя заметил, что Старикова все время поглядывала на солиста. Восхищенным взглядом. Влюбленным взглядом..? Все-таки его брат был жутко красивым. После того, как ребята допели, Лещинский старший подошел Дане, положил руку ему на плечо и отвел в ванну. — Слухай, на тебя там поглядывает Кристинка наша, — начал он. — Может присмотришься к ней? — Я влюблен в музыку. — Да? А что же ты так переживаешь по поводу своей кудрявой? — Заткнись, — резко сказал блондин, развернулся и ушел обратно к ребятам. Валя лишь вздохнул. «Вечеринка» набирала обороты, компашка не просто пела, а отжигала под музыку, пошел алкоголь, неслабый, кстати. — Друзья, а давайте в бутылочку поиграем? — громко предложила Сиссал. — Только потом не ной, если мы тебя заставим с Адамом спать, — засмеялась Мириана. Все собрались в круг посреди номера и разместили в центре стеклянную бутылку. — Ну что ж, поехали, — с энтузиазмом и огнем в глазах сказал Кайл и раскрутил бутылочку. Она совершила с десяток оборотов и показала на Марко. — О как, — удивился Бошняк с ухмылкой. — А можно не надо? — Зачем ты тогда бутылку раскручивал? — с усмешкой спросил Валя. — А можно я? — перебила Сиссал и раскрутила предмет. Как удивительно, бутылочка выбрала Адама. Ребята смутились, отказывались, но в итоге выполнили задание. Рядом с блондинкой сидел еще один светловолосый — Даня. Была его очередь. Парень дрожащими пальцами дотронулся до бутылочки и раскрутил ее. Первый оборот, второй, третий. Горлышко указало на Кристину, которая, обернувшись через плечо болтала с подругой, неставшей играть. — Крис! — позвал Федя. Бэк-вокалистка вернулась в игру и впала в ступор, увидев, что бутылочка смотрит на нее. — А кто крутил? — спросила девушка. — Данек, — с глупой улыбкой протянул Валентин и взглянул на брата. Тот сидел с вылупленными глазами. Гитарист поднялся с пола, подошел к солисту и начал хлопать его по плечу, мол, действуй. Даня и Кристина встали в центр. Медленно они потянулись друг к другу для поцелуя. Между ними оставались считанные миллиметры. Вдруг в номер кто-то постучался. Ребята, так и не успев поцеловаться, уставились на дверь. Джей джей подошел ко входу и открыл. — Здравствуйте, я вам полотенца принесла, — быстро сказала уборщица, протянула парню полотенца и заперла дверь. А Даня с Кристиной уже сели на свои места. Они не выполнили задание. — Пошли спать, время позднее, — выпалил Федя. — Ну так не интересно, — протянула Мириана и загадочно подмигнула. — Раз никто не целуется, давайте играть на желание, — предложил Кайл. — А давайте, — воодушевлённо отозвался Йоханнес, до которого наконец-то дошла очередь. Раскрутившаяся бутылочка указала на Валю. — Что вы втроём делали в зале вчера ночью? — Ебались, — резко бросил тот. — Репетировали, конечно. Вам ли не знать, насколько прекрасно музыка успокаивает нервы и помогает расслабиться. — Валя сожмурился и привстал. — Давайте заканчивать, мы вот втроём поспали меньше часа. Кайл зевнул, отчего зевнул и Даня. Все замолчали. Федя тоже встал со своего места, аккуратно сложил бутылки в пакет. Эрика и Мириана помогли украинцам убраться, пока парни отодвигали стол обратно и переносили посуду бэк-вокалисткам Циферблата, которые взялись её намыть. С таким количеством помощников в номере за пару минут стало идеально чисто. — Спасибо за поддержку, — искренне улыбнулся Даня, стоя у двери и провожая гостей, ставших за один вечер ему хорошими друзьями. В ответ он получил лишь теплые объятия, с брошенным шёпотом «мы рядом». Но несмотря на усталость, сон к Вале опять не шёл. Уснув, он через пару часов просыпался от кошмаров, где умирала не практически незнакомая ему девушка, а его друзья или брат. Это было страшно. После очередного сна парень не выдержал, вскочил с кровати, взял ключи и опять ушёл в зал. Тот на удивление был открыт, оттуда слышался высокий и ровный вокал, под слегка грустную и тревожную музыку. Валя постучал, обозначив себя, и вошёл. На полу посреди зала спиной к спине сидели Немо, Кайл и Йоханнес, швейцарец пели, а два друга молча слушали, закрыв глаза. На гитариста, стоявшего в дверях, обратили внимание лишь Меттлер, мотнув головой, мол «не стесняйся, заходи, мы все знаем зачем ты здесь». И Валя зашёл, взяв инструмент в руки, и, усевшись на пол около двери, он тихонько начал перебирать струны, играя одну из старых песен Евровидения. Все четверо тихонько пели, музыка лилась и обволакивала их, приносила должное успокоение. Так время пролетело до рассвета, потом же Кайл аккуратно встал, поднял Йоханнеса, Немо и Валю, и парни отправились досыпать до завтрака. Такие встречи в скором времени стали традицией — каждую ночь кто-то из компании артистов приходил в репетиционный зал, тихонько затягивал известные всем песни, а остальные подпевали или подыгрывали. Менялась только компания: кто-то иногда не приходил, кто-то, как, например, Валя и Немо, был на таких посиделках постоянно. И вот очередная ночь, с трагедии прошла уже почти неделя. Валя тихонько перебирал струны, наигрывая какую-то непонятную мелодию, Кайл, только что спевший одну из своих песен, разлегся на полу около Дани и Немо, Йоханесс с Марко сидели около стены, прикрыв глаза, а Федя, спина к спине с гитаристом, витал в облаках. Часы на стене показывали три часа ночи, приглушённый свет от светодиодной ленты добавлял к атмосфере уюта, и Лещинский уже хотел было предложить спеть последнюю песню и расходиться, ведь завтра финальные репетиции для Циферблата, Марко и Кайла перед первым полуфиналом, и перед таким тяжёлым днём хотелось бы выспаться, а не как обычно. Но Джей Джей его опередил. — Не хотите спеть fairytale и заканчивать? — все согласились, и Валя начал играть. Йоханнес затянул первый, Даня, Кайл, Марко и Немо подхватили. Песня в их исполнении звучала просто прекрасно, как резко в зале выключился свет. Федя отреагировал первым, сидя у двери он резко захлопнул её, и сразу же после этого послышался глухой удар чем-то тяжёлым и противный смех. Противный и незнакомый смех. Парни переглянулись. Невольно вспомнилась Маргарет в луже крови и с ножом в руке. Стало на самом деле страшно. Федя держал дверь, и Даня с Валей, резко откинувшим инструмент, побежали помогать. Остальные будто встали в ступор, непонимание и ужас отражался в их глазах. Но тут все стихло. Удары прекратились и приглушённый свет вновь вернулся в зал. Федя и Валя медленно переглянулись. В коридоре включился свет. Марко резко подошёл к двери и закрыл её на ключ, Немо задёрнули шторы. Парни сели в угол, на случай если нападавший решит стрелять. Но было тихо. Не слышно ничего, из-за двери не доносилось ни звука. Часы показывали пять утра. Даня поморщился. Опять ночь вышла бессонной. Кайл встал. — Я уверен, что они уже ушли, — произнёс норвежец и открыл дверь. Под ней лежала небольшая записка, испачканная в чьей-то крови. Он поднял её и вслух зачитал надпись на английском, — «Держите рот на замке и никто из вас не станет следующим».