Весна. Исцеление
***
Андрей Соколовский
✉️ Привет.
✉️ Привет.✉️ Короче, я влюблена в тебя
и не знаю, что мне с этим делать.
✉️ Я так и понял. Прости. Но мы сможем остаться лишь друзьями.✉️ Понятно.
***
Сердце Есениной буквально выпрыгивало из груди, руки тряслись, а мысли путались. Он сказал «нет». Всего пару дней назад она и психотерапевт обсудили этот вопрос и пришли к выводу, что ничего страшного не произойдёт, если парень откажет. В конце концов, мнение всегда может поменяться. Только вот теперь школьница в этом сильно сомневалась. Что между ними теперь? Как ей себя вести? Он предложил остаться друзьями, значат ли эти слова хотя бы что-то? Однако Ольга всё же догадывалась, что Андрей отвергнет её, так как однажды заметила весьма интересный аксессуар на мужском запястье. Резинку для волос. В тот день после урока физкультуры семиклассница спускалась по лестнице, когда внезапно почувствовала, что её сердцебиение сильно ускорилось. — Что такое? Опять? — слегка удивлённо спросила Полина, когда подруга резко остановилась, облокотившись на стену. Оля в ответ лишь утвердительно кивнула. — Тебе плохо? — взволнованно поинтересовался неизвестно откуда взявшийся за спиной девушки десятиклассник. — Ты присядь лучше, чтоб не упала. А, хотя, нет, лестница холодная. Стой, я сейчас стул принесу, — протараторил он, после чего быстро удалился в направлении ближайшего кабинета. Есенина же в это время, истерически смеясь, всё же опустилась на ступеньку. — Вставай давай, я стул принёс, — раздался над ухом до боли знакомый голос. Наверное, она бы узнала его из тысяч. — Садись на него. — Не сяду, — твёрдо сообщила Андрею девушка. — Что за детский сад. Ты ведь и заболеть можешь. — Я сказала — не сяду, — начала спорить школьница. — А я тебе говорю — сядешь, и это не обсуждается, — закатил глаза парень в ответ на её упрямство. — Нет! — воскликнула Ольга, а в следующее мгновение отключилась, упав лицом на свои колени. — Божечки, бедная девочка, — начала причитать пожилая учительница, которая наблюдала за всей этой картиной. — Оля! Олечка, очнись! — спешно шептала женщина, пытаясь поднять ученицу. — Давайте её сюда, — сказал Соколовский, садясь на несколько ступеней выше девушки, а затем укладывая её к себе на грудь. В таком положении подростки и провели следующие восемь минут, пока Есенина не пришла в сознание, а также несколько минут после. Рука парня находилась на девичьем животе и была хорошо видна Оле. Тогда-то она и увидела аксессуар. Скорее всего, предмет принадлежал его девушке. Только вот это не помешало школьнице надеяться на взаимность до последнего. Но этим надеждам не суждено было сбыться. Они никогда не будут вместе: он сказал «нет» и убил тем самым маленькую девочку внутри неё. Поднял пистолет своим «Я так и понял». Взвел курок своим «Прости». И «Мы можем остаться лишь друзьями» – выстрелил. Девушка чувствовала себя разбитой и даже в какой-то степени униженной. Оставалось лишь верить, что Андрей никому не расскажет об их переписке. Этого семиклассница уж точно не вывезет. А ведь Ольга всегда думала, что невзаимная любовь её не коснётся.***
Утро следующего дня началось просто отвратительно. Сначала Ольга проспала и всё равно встала абсолютно не выспавшейся, так как ревела в подушку до самого рассвета. Затем, отчаянно пытаясь открыть заклинившую крышку йогурта, Есенина разлила десерт по всей кухне. По дороге в школу девушка запнулась и упала, едва не повредив себе нос. Поднимаясь в кабинет — чуть не разбила телефон. В общем, всё в этот день шло не так, как нужно. С горем пополам, опоздав на добрых пятнадцать минут, школьница таки вошла в кабинет биологии, хотя толку от этого было мало. Весь оставшийся урок она провела в своих мыслях. Оля просто не могла слушать о каких-то там животных и их строении. Перед глазами словно до сих пор была вчерашняя переписка. «Я так и понял. Прости. Но мы сможем остаться лишь друзьями», — эта фраза набатом стучала в голове, звуча при этом его голосом. — Оль? — протянула соседка по парте. — Всё хорошо? Ты просто как будто где-то в другом месте. Не здесь. — Спать просто хочется сильно, — неохотно ответила рыжеволосая. — Почему? — никак не унималась Новикова. — Вчера сериал допоздна смотрела. Реальные причины своего состояния Есенина объяснять не хотела, несмотря на то, что была бы не прочь поделиться с кем-нибудь. Семиклассница отлично понимала: если сейчас она хоть что-то расскажет Валерии, через несколько часов о тайне узнает вся школа. А это последнее, что ей нужно. Едва вытерпев оставшиеся минуты до заветного звонка, Ольга пулей выбежала из класса. Она надеялась увидеть Андрея около кабинета литературы. Первый урок у него там. За все эти месяцы школьница знала расписание десятого класса лучше, чем своё собственное. Однако девушку ждало разочарование. Тот, кто был нужен ей сейчас как кислород, отсутствовал. Он и ещё несколько человек уехали на какой-то мастер-класс по начальной военной подготовке. Весь оставшийся день прошёл будто в тумане. Оля как приведение слонялась из одной части школы в другую, не зная, чем бы себя занять, а вечером она получила сообщение. От Соколовского. Текст гласил: «Мы поговорим с тобой. Обязательно поговорим. Но не сейчас. Позже». Да уж, не так Есенина представляла последний день перед весенними каникулами. Хотя и сами каникулы не оправдали ожиданий девушки. Всё время она лишь выслушивала упрёки от родителей о том, что любить чужого парня едва ли не преступление. — Давай завязывай со своей любовью! Только нервы всем мотаешь! Он же сказал тебе «нет»! Угомонись! У парня есть другая, так нельзя! — в очередной раз отчитывал дочь Сергей. Ответом ему служили лишь недовольные вздохи и закатывание глаз. Мужчина даже не догадывался, что на самом деле Оля старалась не заплакать. Девушка просто не могла выслушивать это. — И вообще, у тебя таких Андреев тысяча будет! В твои-то годы! Пока отец продолжал свою гневную тираду, Есенина всё пыталась понять: почему самый родной человек сначала обвинял её чуть ли не в государственной измене, а затем как-то максимально глупо пытался успокоить? Да, у неё будет другой парень. Когда-нибудь обязательно будет. Через год, три, пять, а может, и десять лет. Но это будет потом. Сейчас Ольге не нужен этот гипотетический кто-то, ей нужен только Андрей. Вот таким отвратительным образом и проходило её некогда любимое время года. Весна. Апрель в этом году приносил лишь страдания. Даже каникулы пролетели как-то слишком быстро. Семиклассница плакала в подушку каждую ночь, а на утро вновь надевала маску оптимистичной, жизнерадостной Оли Есениной и шла в школу, заранее зная, что её ждёт. Соколовский будто бы специально избегал девушку. Никакого разговора так и не случилось. Да что там, они не виделись от слова совсем. Даже когда уроки у седьмого и десятого классов проходили в соседних кабинетах. Это только подливало масло в огонь. Сессии с психотерапевтом перестали помогать Оле. Скорее даже наоборот, стали делать хуже. После них она по неизвестной причине чувствовала себя какой-то подавленной. Специалистка уверяла школьницу, что ей нужно начать ходить хоть куда-нибудь, кроме школы. Только вот у Есениной не было ни моральных, ни физических сил на это. Здоровье девушки сильно подкосилось. Появились проблемы с памятью, упал уровень микроэлементов и витаминов в крови, Ольга сильно похудела. К концу мая всё, что ей оставалось, — это лишь написать письмо. Излить свои мысли на бумагу и надеяться, что это поможет.«Привет, мальчик с пронзительными карими глазами. Я вот уже почти два месяца очень хочу выговориться, но, к сожалению, сделать это вживую выше моих сил и возможностей. Вряд ли ты когда-нибудь прочтёшь моё письмо, однако, мне кажется, что это к лучшему.
Я влюблена в тебя. Нет, не так. Это что-то большее, чем простая влюблённость. Думаю, ты давным-давно догадался. Я до безумия сильно люблю тебя. До дрожи в коленках. Вот так вот просто. Я не знаю, как меня угораздило полюбить того, кто никогда в жизни не полюбит меня, но сейчас чувствую себя полнейшей идиоткой.
Это началось ещё осенью, когда ты впервые оказался рядом. Тогда я поймала твой взгляд и увидела в нëм что-то новое, но при этом до боли знакомое и родное. Не знаю, как объяснить. Ты, наверное, уже и забыл об этой ситуации, а для меня она стала отправной точкой. Началом ада. Если бы не ты, я давно бы поправилась. Не подумай, это не обвинение, просто говорю как есть.
Я хотела бы сказать тебе ещё очень и очень многое, но у меня просто не хватит слов, дабы описать всё, что я чувствую.
Знаешь, ты ведь снишься мне каждую грёбаную ночь. Мне даже засыпать теперь не хочется, так как я знаю, что снова увижу тебя там. Снова испытаю эту адскую душевную боль и отчаяние.
В завершение ещё раз повторю: я люблю тебя, Андрей. Несмотря ни на что. Люблю.»
И все-таки Оля решила, что Соколовский должен это прочесть. В последний учебный день она подложила сложенный в несколько раз листок в боковой карман его рюкзака, который парень оставил без присмотра. Прошло время, а Есенина так и не узнала, прочёл ли блондин то письмо, но тогда это действительно ей помогло. Сразу после наступило такое долгожданное исцеление.Крутиться диск поцарапанный старой пластинки,
Вальс заиграл из распахнутых настежь окон,
Переплетаются взгляды и руки,
Перемешаются краски и звуки,
Танец любви и разлуки –
Сладкий несбывшейся сон.
Есть только час на прощание или прощенье,
Вдруг этот вальс, твой поклон шаг на встречу ко мне.
Люди застыли вокруг в изумление,
Замер казалось весь мир на мгновенье,
Шепот и прикосновение, это все словно во сне.
Я так любила сны, в которых мы кружились,
Три месяца весны они так часто снились.
Пусть нашей нет вины, что нам пришлось расстаться,
Но стала спать бояться сняться эти сны...
