Выпускайте Кракена

Когда Альбус вошел в спальню, первое, что сделал Скорпиус, это посмотрел на часы. — Ты чего так рано? — спросил он, а потом съязвил: — Всего-то одиннадцать ночи. Альбус фыркнул. — Обещал Хьюго, что не будем засиживаться. В итоге, конечно, все равно засиделись. Марс становится очень упрямым, когда ловит рабочий ритм, и ему сложно затормозиться. А чем ближе ночь, тем он активнее… Да если бы не дурацкая школа, конечно же Альбус разрешил бы ему работать в редакции столько, сколько тот бы захотел! И сам бы там еще сидел… Если когда-то после выпуска ему удастся создать и удержать на плаву редакцию в реальном взрослом мире, он бы вполне мог рассмотреть возможность разных графиков, в том числе и вечерне-ночных. Хотя и не исключено, что это он сейчас по подростковой дурости так думает, а потом будет топить за нормальный режим и дисциплину, потому что так продуктивнее, дешевле или еще что-нибудь там. Ведь не зря же эта система существует в таком виде, в каком есть?.. Вот Силия, к примеру, их темпов не выдержала, хотя Альбус видел — она хотела остаться до победного, но уже просто не знала, чем еще заняться. — Я просто пытаюсь вписаться, — вспомнил он ее слова. Но тогда странно, что Силия продолжала торчать там без дела, и прям зависла на несколько часов. Какое-то время она еще пыталась выписывать что-то из своих книжек, но с каждым разом, когда Альбус выходил из печатной взять какой-нибудь предмет, Силия становилась все сонливее. Она медленно загибалась над своими письменами, как цветочек без солнечного света. А! Стоп… Может, она под «вписаться» имела подразумевала не работу, а… компанию?.. Альбус уже собирался было пересказать это все Скорпиусу и спросить у него, но в последний момент остановил себя. Ему совсем сейчас не хотелось слушать, что он там молодец или не молодец, бедную девочку надо пожалеть, она же маленькая, надо аккуратнее и так далее. Можно подумать, Альбус сам этого не понимал… — И как оно? Много сегодня сделали? — спросил Скорпиус, застегивая пуговицы на пижамной куртке. Концы светлых прядок были мокрыми, немного завившись. Когда Альбус приблизился к Скорпиусу, то еще почувствовал запах зубной пасты и яблочного мыла. Не удержавшись, он втянул в себя воздух. Уголки губ Скорпиуса дрогнули, он явно заметил, что сделал Альбус. — Много, — ответил Альбус. — Если завтра без косяков, то даже вечер свободным останется, надеюсь. Свободным — это, конечно, громко сказано, учитывая то количество домашки, которое предстояло сделать на грядущую неделю, но в целом… Ай! Толку сейчас загадывать. А то сейчас Альбус начнет раскидываться теми временными ресурсами, которые у него завтра могут и не оказаться, а потом страдать и нервничать, потому что план сорвался. К черту это все, главное выпуск доделать, а уже после будет видно, как там все распределять дальше. Скорпиус улыбнулся и притянул Альбуса к себе. — Это хорошо, — произнес он немного устало-гнусавым голосом, а потом почесал Альбуса под лопатками. — Я рад… — Угум, — Альбус довольно прищурился и устроился подбородком на его плече. — А как?.. Он уже собирался было спросить, как там у Скорпиуса его свидание прошло, но потом ему подумалось, что из кольца рук этот вопрос прозвучит как-то странно. — А как твои дела? — в итоге нашелся Альбус. Скорп немного отстранился, но руки со спины Альбуса не убрал. Он вопросительно поднял одну бровь, и Альбус понял: эту его заминку заметили. — Мои дела… странно, — осмелился произнести Скорпиус. — Не могу сказать, что там было что-то плохое, неловкое или ужасное, но… не знаю. — Типа как… она что-то сделала? Или ты? Или?.. — Или я просто не знал, что делать, что говорить и как себя вести, — перечислил Скорпиус. — Не мог избавиться от ощущения, что не на своем месте. Звучит, как обычный вторник Альбуса. Он бы с удовольствием зашился бы куда-то в библиотеку или в свою же редакцию, а приходилось, блин, на собрании старост сидеть и слушать очередную гениальную идею Талии Равенстоун о том, как устаканить дисциплину в Хогвартсе. Ответ читайте в нашей новой книге — никак. Но спорить с Талией бесполезно, только свои нервы потратишь и всех остальных на собрании задержишь. Начнется какая-то путаница с голосованием, потом еще все будут решать, должно ли оно быть анонимным или открытым, стоит ли голосовать по голосованию о том, как голосовать на голосовании — и все такое. — Ну, может, и правда не твое, — подвел итог Альбус. — Или одного раза мало, чтобы что-то понять. Бывает… Вторая бровь Скорпиуса присоединилась к первой, теперь они обе стремились уползти вверх куда-нибудь в стратосферу. — И все равно не могу избавится от ощущения, что ты меня на нее скидываешь, — фыркнул он. — Я тебе надоел, да? Фраза про одно, но тон голоса про другое. Легко перепутать, если что-то очевидно не перевешивает. Скорпиус подкрепил свое истинное намерение тем, что на секунду плотнее сжал руки, притягивая Альбуса к себе. — Уж-ж-жасно надоел, прям все мысли у меня в голове порой занимаешь, — пошутил Альбус. — Тебе не стыдно? — Ни капельки, — Скорпиус мотнул головой и снова сжал его в кольце рук. — Скучал по тебе весь день. Последнюю фразу он уже произнес иначе, тише, нежнее, почти шепотом, словно делился секретом. Альбус улыбнулся и снова сократил расстояние, устроив голову на плече Скорпиуса. Скучание — еще одна вещь, которую он не до конца понимал. Они даже с Розой это обсуждали летом, и поняли вот что: они научились говорить эту фразу, потому что все вокруг так делали, а какое чувство должны чувствовать, так и не догнали. Люди говорят об этом так, будто это что-то страдательное и дискомфортное, но на их губах при этом обычно играет легкая улыбка. И как это понимать?! Если идти в логику, тут тоже бывает странно. Когда речь идет о долгой разлуке, там кое-как еще объясняется, ведь ты привыкаешь, что человек есть в твоей жизни, быте, расписании, для тебя естественно, что ты можешь с ним поделиться мыслью, обняться, погулять, а тут он уехал или ты уехал, или что-то случилось, ну вот ты и скучаешь по вашему общему времени вместе. Вот когда Альбус и Лили остаток лета гостили у дяди Рона и тети Гермионы, тогда он чувствовал что-то такое. Дома все крутилось вокруг здоровья Джеймса, жизнь резко поменялось, а Альбусу хотелось бы, чтобы ничего не менялось. Но если вы и так видитесь каждый день, никаких глобальных изменений не происходит, просто на несколько часов убежали по каким-то делам?.. Роза вообще рассказывала такое: когда она долго чего-то не видит, это перестает для нее существовать. И если человек сам не будет время от времени мелькать в ее поле видимости, она может забыть о нем, пока какая-то ассоциация не возникнет и не напомнит. У Альбуса не было проблем с забывчивостью, он помнил всех, просто не очень понимал, что именно должен ощущать. Как будто бы все проживали это ощущение более насыщенно и ярко, а он так, секундной мыслью, что было бы здорово сейчас какого-то человека увидеть или обнять, а потом дальше пойти по своим делам. С другой стороны, люди склонны преувеличивать и усиливать то, что там у них на уме. Может, их там и не разрывает от эмоций вовсе, но они говорят, что да. Часть коммуникации, часть этой непонятной и нелогичной нормисной игры. — Я бы не отказался от обнимашек в середине дня, — сказал Альбус. — Может, даже и не один раз… Про скучание спросить, конечно, интересно, но момент не тот, не хотелось портить, поэтому Альбус решил сообщить правду по-своему. Потому что от объятий и вообще какого-либо контакта со Скорпиусом он точно не отказался, а очень даже бы его желал. Если никто не сообщил ему правил игры, это совсем не означает, что он не может выдумывать свои. Скорпиус усмехнулся и снова поскреб его под лопатками. — Ты лучший, — пробормотал он, почесавшись носом об плечо Альбуса. — Люблю тебя. А вот от этих слов сердечко радостно заколотилось… — И я тебя, — выдохнул Альбус, расслабляясь в его объятьях.

* * *

Кажется, у Регины было совсем другое мнение об их свидании со Скорпиусом… Ох-х… До Альбуса это все добралось в формате слухов, поэтому он делил все на два, и все же там наклевывалась странная ситуация… Неужели еще остались нормальные парни? Наконец-то кто-то, кто умеет заботиться, ухаживать и слушать! Вот уж кто задрал планку для остальных! И все в таком роде. Ирония в том, что в этих описаниях Скорпиус угадывался на все сто процентов, и он правда был таким, но насколько эмоционально Регина делилась об этом, вкладывала ли в свои слова тонны надежды, видов и планов… история пока умалчивала, потому что сам лично своими ушами Альбус ничего из этого не слышал, только в чьих-то пересказах. Хоть бы это ни в какую драму не вылилось, причем для всех участников. Тот минус, который Альбус почему-то не додумался предусмотреть заранее, когда ему только пришла в голову мысль, что можно приоткрыть отношения… А ведь это так очевидно! Ну как всегда, блин, начинаешь копать и рыть, где угодно, разгребаешь неважные детали, забыв проверив самое главное и очевидное. Ладно, может, получится это разрулить как-то, пока сильно далеко не зашло… Кивнув самому себе, Альбус снова открыл свежий выпуск «Кракена». Все элементы наконец-то собрались, аккуратные стопочки тиража красовались на его столе — оставалось только разнести их, и скоро должны прийти ребята, чтобы с этим помочь. Конечно же хотелось открывать страницы с рассказом Кассии, тем более Марс придумал классное оформление для истории. Визуал поддерживает текст, а текст раскрывает визуал, ну не прелесть ли? Альбус обожал, когда элементы вставали в идеальную связку, потому что так получалось не всегда. Иногда приходилось забить пространство каким-то рисуночком, и порой это было нечто простое, что Марс или сам Альбус могли быстро набросать и изготовить из этого клише, а не что-то великохудожественное, глубокомысленное или стильное. Средний читатель вообще не замечает все эти мелочи, но Альбус-то знал… Он провел пальцем по корешкам ближайшей стопки и хихикнул. Главное свою статью сейчас не перечитывать, чтобы откатом не грохнуло. Вот эти первые дни после выпуска — самые опасные, потому что всегда посещает мысль, что можно было еще немножко что-то дожать, еще чуть-чуть больше поредактировать, больше поискать, больше раскрыть, больше информации дать, больше, больше, больше, а еще выше, сильнее и круче. И так только со своими статьями или редакторскими задачами. Ребятам Альбус прощал то, за что сам себя закритиковал бы даже в те годы, когда он только начинал и сам еще ничего не понимал. И откуда у него это, черт возьми? Вроде как дома с него вообще никто никогда ничего не требовал, а вот оно так… Альбус вытащил несколько экземпляров: один нужно отослать родителям, второй бабушке и дедушке, и третий — персонально Джеймсу. В сентябре Альбус сомневался, стоит ли слать первый выпуск в этом учебном году, ведь на обложке красовался Кракен, которого Джеймс когда-то нарисовал. Не будет ли это издевательским напоминанием, какие невероятные вещи он мог делать, а сейчас вынужден заново учиться держать перо, карандаш и даже ложку?.. Но, оказалось, что Джеймса это совсем не загнало в депрессию или фрустрацию, как Альбус опасался. Наоборот, в письме (полностью написанное Прытко пишущим пером) он рассказал Альбусу, что для него это стало хорошим напоминанием: когда-то он тоже не умел ничего рисовать, а потом смог изобразить что-то уровня обложки журнала, пусть и школьного. Смог тогда, сможет и сейчас, тем более что все знания никуда не делись, проблема была только в моторике, балансе и подвижности. Нужно просто это вернуть. Лучшая ролевая модель, вот правда. В одну из ночей, когда Альбус размышлял о ситуации Джеймса, неожиданно поймал себя на мысли, что именно отношение брата к травме и реабилитации восхитило и поразило больше, чем все его спортивные достижения вместе взятые. Альбус бы так не смог, он просто бы замкнулся в себе и медленно проваливался на дно. Ему бы не хватило сил начать все сначала, а Джеймс умудрялся еще и позитивный настрой сохранять! Во всяком случае, его письма создавали такое впечатление. Дверь Выручай-Комнаты открылась. — … это тот мелкий, что ли? — раздался голос Розы. — Я думала, Урсула все-таки Торна возьмет. Он так-то покрепче будет… О, привет, Ал! Следом за ней в помещение вошел и Хьюго. — Утречко, — сказал он, махнув Альбусу рукой, а потом повернулся к Розе: — Торн может и телосложением крепкий, но сам по себе цаца та еще. Все не то, все не так… Марс говорит, что такую принцесску поискать надо. Самый его проблемный сосед. — Привет, — сказал Альбус, а потом сразу же спросил: — Квиддич? — Ага-а, — протянула Роза. — Да-а, — отозвался Хьюго. У обоих при этом был совершенно одинаковый тон, а потом они совершенно одинаково переглянулись и совершенно одинаково фыркнули. — Вы что, родственники? — пошутил Альбус. — Да нет, просто выросли вместе, — подкинулся Хьюго. — Он приемный, — громким шепотом поведала Роза, кивком головы указав на Хьюго. — Ей просто обидно жить с тем осознанием, что она всего лишь черновик, — сказал Хьюго, скопировав ее тон. — Слышь, чистовик! — с возмущенным восхищением воскликнула Роза, а потом сама же засмеялась: — Чистовик, блин… Альбус хмыкнул. Если не знать Розу и Хьюго, можно подумать, они только и делают, что целыми днями ссорятся и злобно подкалывают друг друга. Но нет, это часть их семейной игры — им можно язвить и произносить вслух порой ужасно некорректные вещи, но если кто-то обидит Розу, Хьюго молчать не будет, а если кто-то обидит Хьюго, то Роза… В общем, у Розы есть бита — и все про это знают. А вот то, что у нее есть свой собственный кодекс чести, не позволяющий выносить биту за пределы поля — знают не все, и Роза не спешила открыто об этом сообщать. А зачем? Пусть трясутся, осторожничают и оглядываются, вспоминая, как на одной из тренировок она умудрилась… сломать бладжер. Тренировочный, впрочем, очень-очень старый, он и так разваливался, но сам факт! Во всем Хогвартсе восемь Загонщиков, разломать этот несчастный бладжер мог кто угодно (тем более в этой позиции чаще играют парни довольно крепкого телосложения), но сломала его именно Роза. Даже если бы Альбуса и Розу не связывало родство, он бы не решился переходить ей дорогу. Спросите у Талии Равенстоун, как долго она спала с открытыми глазами после их с Розой конфликтов на первых курсах… Альбус выдвинул вперед две стопки, рассчитанные на сектора Розы и Хью. Они не рассылали журнал по подписке, а просто оставляли стопки в местах, где обычно скапливались студенты. Гостиные факультетов, библиотека и общий стенд с объявлениями. Когда-то в этом списке был и Большой зал, но Альбус отказался от этой идеи, когда увидел, как свеженькие аккуратные выпуски, которые он тут ночами набирал и сшивал, хватают жирными руками и роняют в тарелки. В целом, если ты успел хватануть себе журнал, ты имеешь право делать с ним что угодно, читать статьи за обедом, а потом хоть тысячу раз заливать его тыквенным соком. Но Альбус отметил: если раздавать «Кракена» во время приема пищи, то наблюдать подобную картину придется постоянно, а не раз в пару месяцев. Ну и зачем себя лишний раз нервировать? Роза обычно относила свою стопку в Гриффиндорскую башню, а Хьюго к общему стенду, но иногда они менялись местами — это уже зависело от их расписания или личных планов. То же самое с библиотекой и башней Рейвенкло, там уже Марс и Джесси согласовывали, кому как удобнее. Амита несла к своим хаффлпаффцам, а Альбус к слизеринцам. Они пробовали и другие точки сбора, вроде тех же квиддичных раздевалок, внутреннего дворика, где собирался Клуб плюй-камней или тренировочного зала Дуэльного клуба, но проходимость там не такая большая оказалась, поэтому они перестали. — Эй, а его стопка больше! — обиженно надулась Роза. — Нечестно! Альбус уставился на нее неморгающим взглядом. Она прекрасно знала, что возле общего стенда всегда много людей, поэтому вместе с Хьюго туда уходила самая высокая стопка, но конкретно сегодня, в это утро понедельника Роза решила прикинуться дурочкой и попить у него крови. Альбус решил не разрешать ей это. Роза распахнула глаза и вылупилась в ответ. Черт, он и позабыл, как быстро начинает все расплываться, когда долго не моргаешь… Пока он пялился на Розу, а Роза пялилась на него, дверь в Выручай-Комнату снова открылась, и кто-то в нее вошел. Краем зрения Альбус определил, что их двое, а значит, это могли быть Марсиус и Джесси. — Чего это они? — сонно спросил Марс. Альбус едва не моргнул, отвлекшись на эту мысль, но успел удержаться. — Внеплановая тренировка по борьбе с плачущими ангелами, [4] — скучающим тоном произнес Хьюго. Уголки губ Альбуса дрогнули и, хотя перед глазами уже давно все плыло, он мог поклясться, что Роза тоже улыбнулась. Джесси тихо хмыкнул, а Марс издал протяжный звук непонимания маггловской отсылки: — Ъэ-э?.. Или это он просто зевнул?.. — Я потом объясню, — пообещал Хьюго, а потом уже обратился к Розе и Альбусу: — У вас обоих уже глаза сейчас вытекут. — У тебя кое-что другое сейчас вытечет, если будешь отвлекать меня, — процедила Роза. — Я его уделаю… Вместо того, чтобы упражняться в остроумии, Альбус резко дернулся и хлопнул ладонями, надеясь, что эффект неожиданности испугает Розу. Не сработало… кажется? Альбус уже ни черта не видел, Выручай-Комната превратилась в мутное нечто, а Роза в нем была большим рыжим пятном, в котором черт лица уже было не разглядеть… — Ах ты ж хитрая лисья задница! — протянула она. — Не на ту напал, ох, не на ту… Он видел только то, что она стала медленно приближаться к нему, а это значит, Роза сейчас тоже попытается сжульничать, например, залепить ему легкую пощечину или сжать нос, так что Альбус уже начал продумывать, что может предпринять он. И вдруг!.. — Апчхи! Альбус дернулся, но прежде, чем моргнуть, заметил, что рыжее размытое пятно тоже успело вздрогнуть. — Джесс, блин! — возмутилась Роза. — Будь, блядь, здоров! Альбус же был благодарен Джесси, что тот чихнул и прекратил эти адские гляделки вместо них. — Будь здоров, — сказал он, сжав пальцами переносицу. Лимит на зрительный контакт на сегодня исчерпан, пожалуй… Роза, конечно, в списке его безопасных и близких людей, с которым Альбусу легко перебрасываться взглядами, но не в те моменты, когда она втягивала его в несогласованный поединок гляделок… — Так а что они не поделили-то? — тихо спросил Марс у Хьюго. — Кто-то просто слишком много выпендривался, — ответил он. — Да, и что? — Роза задрала подбородок — Ничего. Не ешь меня, пожалуйста, — попросил Марс. Его реплика вызвала у всех улыбки. Альбус выдвинул еще две стопки поближе к Марсу и Джесси. — Библиотечная побольше, — напомнил он, — хотя вы сами знаете… Джесси кивнул, а Марс потянулся к стопке поменьше и схватил верхний журнал. — Ай, нет! — он чертыхнулся и быстро положил его обратно. — Я уже видеть этот выпуск не могу… Джесси тоже не стремился открывать — за выходные напроверялся, вчитываясь во все их косяки, опечатки и перевернутые буквы… А вот Роза, наоборот, хватанула один журнал, но из стопки Хьюго, чем вырвала у него недовольное и протяжное «Э-эй!», и принялась лихорадочно листать. — О-о, я и забыла, что тут про метлы! — воскликнула она, а потом подняла голову и посмотрела поверх журнала: — Вот это подгон, Джесс! Да, статья Джесси была о том, как и когда появились первые метлы. Из-за своих капитанских обязанностей в этом месяце Роза часто отсутствовала на собраниях «Кракена», и Альбус не удивился, что у нее вылетело из головы, кто про что писал. Джесси смущенно улыбнулся и опустил глаза. Пару раз он признавался Альбусу: ему очень льстит, что сама Роза Грейнджер-Уизли обожает его рубрику и всегда читает ее первой. Альбус спрашивал, почему он Розе об этом не скажет, а Джесс отмахивался и бормотал что-то вроде: «Да я же не из ее лиги». Попытки намекнуть, что несмотря на этот театрально-выпендрежный флер, в отношениях с людьми Роза проста и прямолинейна, как стопочка кнатов (в хорошем смысле), успехом не увенчались, и Альбус бросил это дело. Не хотелось все-таки влезать туда, куда его не звали. Дверь вновь открылась, и теперь уже сюда вошла Амита. — О, вы уже все здесь? — спросила она, захлопав ресницами. — Как я вовремя! Альбус улыбнулся. Амита умела опаздывать так, что на нее даже не получалось толком сердиться. Да и без нее они никуда не денутся, в «Кракене» она единственная хаффлпаффка, а они — самая многочисленная и благодарная аудитория их журнала. Стопка, уходящая в гостиную Хаффлпаффа, была сравнима с библиотечной, уступая только той, что шла на общий стенд. На удивление, наименее читающими оказались… рейвенкловцы. Альбус замечал, что спрос на «Кракен» у рейвенкловцев подскакивал только в те моменты, когда приходилось забивать внезапно освободившееся место слетевшей статьи кроссвордом или головоломкой. Тогда да, сметалось все, однажды им пришлось допечатать еще мини-тираж. К счастью, тогда выпуск был небольшими, а формы они не успели разобрать, так что не пришлось дергать Марса на набор, а Джесси на проверку — со станком Альбусу помог Скорпиус, а с сшивкой Роза. Но тенденцию с головоломками Альбус заметил, и теперь закладывал, что выпусков с ними точно должно быть больше. Если журнал еще могли читать по очереди, одалживая друг другу, то разгадать задачку каждому хотелось в своем личном экземпляре. — А это наша, — сказал Альбус, кивнув на стопочку в центре. — Надо только для девчонок и их семей оставить. Он говорил о Кассии, Присцилле и Силии. — Кассия для себя берет, никому не отсылает, — Альбус отложил один в сторонку, — Прис только маме, ну и себе, — вытянул еще два, — а у Силии… не знаете, как там что?.. — Она же раньше не печаталась, так что без понятия, — сказала Амита. — Оставь три, один ей и еще два куда-то. Если не хватит для кого-то из родни, возьмет потом из остатков. — Угум-м, — задумчиво протянул Альбус, — еще Доминик и Патрику отправлю, а для Скорпиуса и Джеймса я уже отложил… Ему было проще озвучивать вслух, чтобы никого и ничего не забыть. Такое случалось редко, но Альбусу было спокойнее, когда его мыслепоток наблюдали хоть какие-то свидетели. — Как у Джеймса дела, кстати? — спросила Амита, когда Альбус закончил пересчет. — Я видела, что его филин к вам прилетает? Никак не могу Лили поймать, чтобы поболтать… Альбус пожал плечами. — Уже давно на ногах, но с моторикой и координацией пока так себе, — рассказал он. Ну и пришлось комнату оборудовать на первом этаже, потому что с лестницами тоже тяжеловато… Про это Альбус уже решил не рассказывать, решив, что это лишние и местами личные подробности. — Ага, письма пока Прытко пишущему перу надиктовывает, — добавила Роза. — Хочу однажды открыть конверт и увидеть его родные кривули, вместо этой идеальной каллиграфии, — тяжело вздохнул Хьюго. — Но уж как есть… Джесси опустил голову, а Марс хлопнул Хьюго по плечу. — Увидите еще, Джеймс крепкий, — уверенно заявила Амита. — Можно я девчонкам расскажу? Нора была на том матче и до сих пор под… впечатлением, — она выдержала небольшую паузу, чтобы все уловили, о каком матче и каком впечатлении идет речь, а потом продолжила уже доверительным шепотом: — У Оливии, кстати, был небольшой краш на него… только я вам ничего не говорила! — Ох, мои соседки тоже с ума по нему сходили, — Роза закатила глаза. — Бедолага не знал, куда от них деваться порой… — Да, Амита, можешь рассказать, — вставил Альбус, пока беседа не успела убежать впереди «Хогвартс-экспресса». — Спасибо, что спросила. Он взял в руки отложенные экземпляры и несколько раз постучал ими по столу, выравнивая, а потом сделал шаг в сторону, чтобы дать ребятам забрать свои авторские экземпляры. — Ал? А ты нашим бабушке и дедушке?.. — начала Роза, но Альбус ее перебил. — Отправлю, да, — кивнул он. — Уже взял. Помимо своих журналов, Роза и Хьюго взяли еще два — один родителям, другой для бабушки и дедушки по Грейнджерской стороне. Марс брал для себя и родителей, Джесси отправлял «Кракенов» своему другу-магглу и любимой тетушке, а по тому, сколько журналов берет Амита, можно было отследить, в командировке ли сейчас ее отец или нет. Сегодня она взяла три. — Папа в опять в Индии, — сказала она, подтвердив догадку Альбуса. — Да, бери, конечно, — улыбнулся он. — Мы же с запасом для своих печатаем. Эту «семейную» стопочку Альбус не считал, как часть тиража. Понятное дело, что многие захотят похвастаться своей работой родителям или друзьям, а там уже под тридцатку экземпляров получается… Но это хорошо. Раз ребята изъявляли желание отправить журнал кому-то из близких, значит, они гордились собой и своей работой, а это тоже важный маркер. Когда форма набрана, напечатать еще экземпляров сверху не проблема, тем более что сшивку они уже давно делали не вручную, а наловчились с заклинанием — один из немногих процессов, который можно было ускорить и автоматизировать магией. К тому же это обратимая штука, легко отжать скобы и перепрошить заново, если где-то порядок страниц перепутается при сортировке. — Ну что, все разобрали? — спросил Альбус, придвинув к себе стопочку. — Кто объявит? — Ты! — в один голос заявили Роза и Хьюго, а потом повернулись к друг другу и с возмущением воскликнули: — Э-эй! Марс прыснул и покачал головой, Амита возвела глаза к потолку, а Джесси тактично промолчал. Альбус не смог удержаться от улыбки, и когда Роза и Хьюго угомонились, торжественно произнес: — Ну что ж. Выпускайте «Кракена».

* * *

С Розой они вновь пересеклись перед Нумерологией. — А Скорп где? — удивилась она. — Прогуливает, что ли?.. Альбус усмехнулся. Когда он донес свою стопочку до гостиной Слизерина, конечно же поднялся в спальню, чтобы позвать Скорпиуса с собой. — Он вчера за Рунами засиделся до ночи, — рассказал Альбус. — Сказал, что пропустит завтрак во имя сна. — Лучше бы сборы свои пропускал, а не завтрак, — фыркнула Роза. — Марафет марафетом, но энергию-то брать где-то надо. — Ну, я захватил ему пару тостов. У него сегодня вечером тренировка, день длинный, так что могу понять желание поваляться подольше. Роза мигом зацепилась за это. — Согласись, расписание какое-то лютое? Многие предметы вполне могли без потерь поставить раз в неделю, а не два, и свежими мозгами оно бы все прекрасно усваивалось бы, ага? — Твоими мозгами, — поправил Альбус, — не у всех твои темпы вкатывания в материал, но… да. Что-то я все больше и больше охреневаю тоже. — Папа говорит, что в их времена точно было легче, да и я старые мамины конспекты видела — она проходила на седьмом курсе то, что у нас уже местами на шестом, а то и на пятом начинали вкручивать. Вот уж что, а конспекты тети Гермионы не могли соврать. — Не знаю, что сказать. По идее, мы вот Патронусов не должны были вообще проходить — это по всем нормам считается факультативным продвинутым уровнем, а папа все равно его впихивал всем, кто старше третьего курса был. — Ну-у-у, тут, скорее, исключение, — парировала Роза. — Дядя Гарри эту тему охренительно сдает, даже тупица Дженкинс и тот справился. Честно, вот подобного я бы хотела побольше. Не могу долго на месте сидеть и в буковки пялиться, с ума просто схожу… — И тем не менее, ты — одна из тех, кто сдает домашки на высшие баллы. — Так я их делаю побыстрее, чтобы не бесили, — объяснила Роза. — Серьезно, вы недооцениваете силу раздражения и ярости, когда так злишься на эту муть, что аж берешь и делаешь! Вот бы на энергии раздражения и ярости отдельный маленький замок отстроить, и жить в нем без этой всей суеты и шума… Пока они шли, Роза извлекла из сумки блокнотик и принялась что-то записывать прямо на ходу маггловской ручкой. Альбус бросил туда взгляд, выловил слово «квиддич» и мгновенно потерял интерес. Полеты — круто. Игры — ну э-э-э… ладно? Пусть будут. Единственное, что Альбусу нравилось в квиддиче, это то, что он радовал его близких. На этом все, он просто не понимал этого безумного азарта. Только за все травмы Джеймса за школьные годы и едва начавшуюся карьеру, квиддич мог попасть в его личный список подонков, которых нужно обходить по широкой дуге. Пока что в этом списке было только двое — Карл Дженкинс и Рита Скитер. Квиддич там пока только карандашом. И Роза, словно прочитав его мысли, достала из сумки и карандаш, но, не придумав, куда его деть, прикусила зубами, чтобы завершить запись ручкой. — О, привет! Альбус повернул голову и увидел Присциллу вместе с Силией. — Привет, — сказал он, остановившись. Роза выдавила какое-то подобие на приветствие сквозь зажатый между зубов карандаш и, перевернув страничку в блокнотике, продолжала что-то записывать. — А выпуск уже все? — спросила Присцилла. — Нам показалось, кто-то уже шел с «Кракеном»… О-о-о, отлично, уже начали разбирать! Может, кто-то даже увлекся, читая его на ходу? Кайф! — Да, только что разнесли по точкам, — рассказал Альбус, стараясь не слишком расплываться в улыбке. — Ваши экземпляры мы на ваших столах оставили. Ты, Присцилла, только маме же отправляешь, да? — дождавшись ее кивка, он продолжил: — Хорошо, значит, правильно помню. Мы два и положили, но, если надо еще, захвати с какого-нибудь стенда, пока они есть. А тебе, Силия, мы на всякий случай три штуки оставили, потому что не знали, сколько нужно. Если этого мало, скажи потом, чтобы мы сразу откладывали больше, ладно? — Ар, не тратрь, — кое-как выговорила Роза через карандаш в зубах, на секунду оторвавшись от блокнотика. — Шпакойна… Да, наверное, он на радостях от того, что «Кракен» уже пополз в люди, слишком быстро и перевозбужденно говорил. Иногда Альбус сам не замечал, как начинал тараторить. — Да, мне два и нужно было, спасибо, — сказала Присцилла. Говорила она с Альбусом, но почему-то то и дело косилась на Розу, а потом бросила на нее… взгляд. Какой-то такой взгляд, нечитаемый, непонятный, но продолжительный. Хотя, возможно, она просто посмотрела на нее, как на яркое пятно, привлекающее внимание. Роза, словно почувствовав, что на нее смотрят, перестала писать и уставилась на Присциллу в ответ. — Щто? — спросила она. — У мня фто-то в жубах? Альбус прикрыл ладонью смешок. Присцилла дернула бровями, но ничего не ответила Розе, а Силия… Альбус вдруг осознал, что с момента, когда они поздоровались, она не произнесла ни слова. Вчера на допечатках ее тоже не было, хотя Альбус уже морально готовился, что их снова будет четверо, даже был готов рассказать про сшивающее заклинание — оно довольно простое, третьекурсница точно осилит. Но если и нет, можно было доверить сортировку и проверку листов, как раз перед сшивкой — тоже довольно простая задача для новичка. Силия сама выражала опасения насчет того, что не вписывается в «Кракен», а тут дело полезное, важное, но при этом не особо замудренное, чтобы перегрузить и отпугнуть — идеально. — Чего ты? — спросила Присцилла у Силии и толкнула ее локтем в бок. — Что? — Ничего, — Силия прокашлялась, и тут же посмотрела на Альбуса: — Я думала, авторские экземпляры лично в руки выдают. Э-э... что? Альбус растерянно заморгал, пытаясь проследить связь. Кассии он всегда оставлял ее экземпляр на столе, Скорпиусу просто откладывал в свой ящик, и тот его сам брал, да и Присцилле он только один раз в руки выдал, но потому что она случайно забежала в Выручай-Комнату, ровно когда они закончили. Может, из-за этого случая такой вывод?.. Альбус скинул с плеча лямку рюкзака, собираясь уже достать те журналы, которые он собирался в обеденный перерыв отправить родным, но не успел. — Шхрена ли? — резко спросила Роза, а потом наконец-то вытащила изо рта карандаш и быстрым движением вытерла губы от слюны. — Откуда такая идея? Даже Альбус немного опешил от ее вопроса, что уж говорить о девчонках... — М-м, не знаю… Просто почему-то так думала... — Силия, как я загипнотизированный удавом ягненочек, смотрела Розе в глаза, и ее голос немного дрогнул. — Это же нелогично, — продолжила Роза. — Ему что, по всему замку вас выискивать? На собрании сегодня заберете, делов-то... Альбус взялся двумя пальцами за скинутую ранее лямку рюкзака и подтянул ее обратно. — Ребята сами свои журналы забирают, я только рассчитываю и откладываю, кому сколько нужно, — вмешался в разговор он, пока все не пошло по плохому сценарию. Роза могла что-то ляпнуть, не церемонясь, а девчонки — не выдержать ее прямоты. Он пока слишком плохо их знал, чтобы спрогнозировать наверняка. — А. Понятно. Буду знать, — Силия опустила голову. — Ну, нам пора. — Угум, давайте, — Роза махнула рукой, — удивимся вечером. И первая сдвинулась с места, продолжив путь. Альбус кивнул девчонкам и поспешил следом. После этой встречи осталось какое-то странное послевкусие, как будто бы Альбус где-то продолбался, но не понимал, где именно. Как оказалось, Роза тоже что-то почувствовала. — Ну что за игры, я не понимаю, — она шумно выдохнула через нос и помотала головой. Выглядела Роза какой-то задумчиво-раздраженной. Альбус поднял брови. — Игры? Ты про девчонок? — спросил он, а потом уточнил: — Про Силию? Роза пожала плечами. — Не факт, что это осмысленно, — пояснила она. — Но этот излишний трагизм лично меня уже начинает подбешивать… — Даже не знаю, — Альбус нахмурился. — Она не кажется мне какой-то злостной манипуляторшей… — Я не говорила, что она злостная манипуляторша, — с раздражением выдохнула Роза. — Игра — не в том смысле, что она там кукловодит чего-то. Кукловодилка не доросла еще так-то… Альбус фыркнул. — Пояснишь? Роза перекинула волосы через плечо и задумчиво стрельнула глазами в сторону. — Не знаю, как сформулировать правильно… как будто бы знаешь… о, поняла! — она щелкнула пальцами. — В ее голове роли словно перевернуты, догоняешь? Альбусу потребовалось время, чтобы это осмыслить, и все равно он не успел в это нормально погрузиться. Он вроде бы понимал, о чем Роза говорит, и все же от него что-то ускользало. Он задумчиво замычал, и Роза считала это как сигнал: — Да вот даже авторские экземпляры. Откуда в ее голове фантазия, что ты лично этот журнал ей передашь, как эту… ну, как у магглов эта штука, как ее?!. Мерлина мать, а-а... Жестами она изобразила факел, и Альбус закивал, дав понять, что Роза может не вспоминать нужное слово, а вернуться к изначальной теме. — Так вот, — продолжила Роза, — прецедентов-то никаких не было. Ты всегда оставлял журналы на столах. Если бы она сама случайно зашла, получила бы лично. Если бы вы с парнями закончили аккуратно точно к собранию — тоже. В этом буквально ноль причин для трактовок, если что-то в голове не нацелено эти трактовки искать. В словах Розы был смысл, только непонятно, почему ее эта тема вообще так зацепила. Судя по всему, ей Присцилла и Силия были глубоко безразличны, Роза воспринимала их как часть декорации. — Наверное, — вздохнул Альбус. — Тем более, учитывая наш контекст... — Не ведись. Чужие заблуждения — не твои проблемы. — Да я вроде как... — Думаешь, я не заметила, как ты лямку сбросил? — перебила его Роза. — Наверняка собирался отдать ей то, что ты отложил для своих, ага? Черт. Она слишком хорошо его знала... Альбус ощутил, как резко кровь прилила к щекам, а во рту пересохло. Зато стало ясно, почему Роза так вцепилась в эту тему. — Поэтому я и вмешалась, уж прости мне такую наглость, — продолжила Роза, словно прочитав мысли Альбуса. — На мне большие грустные глазки только Хью обкатывать может. — Грустные глазки? — усмехнулся Альбус. — А ты не замечал? У него иногда взгляд, как у псины побитой. Или олененка. И, зараза, знает, когда и на ком это использовать, блин… Роза продолжила разглагольствовать, о том, как иногда Хьюго что-то вытворял дома, а когда на шум прибегал кто-то из взрослых, грустно смотрел, и его глаза обязательно драматично блестели от влаги, и поэтому, разумеется, все думали, что это Роза набедокурила. — …так папа хотя бы со временем поймал его на этой хитрожопости, да и сам он младший в семье, знает эти приемы, а вот мама!.. Альбус слушал вполуха и кивал, больше занятый перевариванием произошедшего. Может, он неосторожно пообещал, что отдаст выпуск лично в руки, но забыл? В его голове последние недели столько всего, он уже себя не помнил порой… Да ну, нет, если бы он пообещал что-то, то записал бы — это точно. Скорее, недопонимание какое-то. Ну, ладно, ничего, бывает… И все равно в животе что-то неприятное шевельнулось. Мозгом он решил, что тему пора закрыть, а осадок еще давал о себе знать. Вроде он и правда ничего не обещал и не намекал? Или какие-то его слова могли прозвучать двусмысленно?.. — Скорп! — услышал он голос Розы, словно через слой воды. — Ну ты где там шлялся-то? Скорпиус вырулил из-за угла и, услышав призыв Розы, направился к ним ленивым неторопливым шагом, оттянув лямку сумки. — Намарафетился? — ехидно спросила Роза, когда он наконец-то приблизился. Даже если скажет, что нет, Альбус видел, каким размазанным по кроватке оладушком Скорпиус был всего какие-то минут сорок назад. Скорпиус провел костяшками пальцев по щеке и сообщил: — Это все здоровый сон, — объявил он, — тебе тоже стоит попробовать. — Сон для слабаков, а завтрак важнее, — заявила Роза. Точно, завтрак! Альбус залез в рюкзак и достал оттуда припрятанные тосты, завернутые в трансфигурированную бумагу. — Кусни хоть немного, а то к концу пары под стол сползать будешь. — Кусну, — пообещал Скорпиус, приняв свертки. Но прежде чем что-то с ними сделать, он поднес руку к губам Альбуса и смахнул какую-то крошечку или соринку. Альбус клацнул зубами, как делал Кварк, когда охотился на «злую» руку, и с Скорпиус со смехом одернулся. — Ох, Мерлин, весь Хогвартс явно в глаза долбится, — выдохнула Роза. — Поверить не могу, что никто не замечает вашего мурчания друг с другом… Альбус фыркнул и стрельнул глазами на Скорпиуса. — Это часть игры, — сказал Скорпиус, подмигнув ей. — Игры, ага, — Роза перебросила волосы через плечо. — Ну что, троглодиты, рассказывайте, что там у вас за хрень с Региной Уоррингтон…