Часть 1.
20 июня 2025 г., 04:00
***
Том никогда не верил в рай, ад, бога или дьявола. Несмотря на все молитвы, которые надзирательница заставляла детей читать перед каждым приемом пищи, они так и не прижились. У миссис Коул было много суеверий, большинство из которых были направлены против Тома. Он всегда был дьявольским отродьем в ее глазах, и другие дети боялись и избегали его, поощряемые теми же верованиями. Том знал, что у него есть силы, как ни у кого другого, он был другим, он был лучше всех. Если они хотели верить, что он был воплощением демона, разве он не имел права превратить их жизнь в ад? Но большую часть времени он просто хотел, чтобы они оставили его в покое. В дверь постучали, прежде чем вошла миссис Коул, выглядевшая строгой и мстительной. Том закрыл книгу, которую читал, загнул уголок страницы в качестве закладки и сел на кровати немного прямее, опустив ноги на пол. – Тебя ждет гость, Том. Том хотел закатить глаза. Еще один посетитель так скоро после того доктора на прошлой неделе? Это была очередная попытка изгнать из него дьявола? Мужчина последовал за миссис Коул. Да, определенно. Он был намного моложе, чем ожидал Том, в простом черном костюме и черной рубашке, украшенной белым церковным воротником, безошибочный признак того, что он был священником. Миссис Коул ушла, и священник послал Тому дружескую улыбку. Как странно. Никто никогда не вел себя дружелюбно по отношению к Тому. Он прищурился, глядя на священника, но мужчина не выглядел испуганным, только прошел дальше в комнату и сел на стул перед Томом. – Так ты и есть тот самый дьявол, — начал священник, но в его тоне не было никаких обвинений, он был скорее легкомысленным и шутливым. – Я не дьявольское дитя, — серьезно ответил Том, воспользовавшись случаем, чтобы сделать это крайне необходимое разъяснение. – Конечно, нет, детей дьявола не бывает. – Священник усмехнулся, и его глаза, прикрытые круглыми очками, сосредоточились на Томе, и Том заметил, что они очень блестящие и такие ярко-зеленые. – Итак, какой же ты ребенок? – Я не ребенок, — почти автоматически ответил Том. – Нет? Мне кажется, ты очень похож на ребенка. Том посмотрел. Священник все еще не был напуган. – Не надо так обижаться на правду. Сколько тебе лет? – Десять. – Видишь? По всем юридическим меркам ты еще ребенок. Так что ты меня в обратном не убедишь. Том бросил на него самый угрожающий взгляд. – Эй! — успокаивал священник. – Ничего плохого в том, чтобы быть ребенком. На самом деле, я бы и сам хотел им оставаться. – Он слегка улыбнулся, насмешливо, глаза его вдруг стали далекими и задумчивыми. А тут Том подумал, что священник все еще один, он очень похож на подростка. Восемнадцать тогда, Том не дал бы ему больше этого. Мужчина очнулся, глаза его снова ярко засияли, и он сосредоточился на Томе. – Итак, расскажи мне свою версию истории. Я уже слышал от миссис Коул о том, какой ты злой, теперь твоя очередь. Том на мгновение заколебался, прищурив глаза, но лицо священника было открыто, он был готов слушать. – Я не такой, как другие дети, — сказал Том. Священник кивнул, призывая продолжать. – Я другой. Я лучше их. – Почему? – Это прозвучало не как протест, а как будто священник искренне хотел знать. – Я просто знаю это. Я могу делать то, что другие даже не представляют, например, двигать предметы силой мысли. – Он бросил на мужчину осторожный взгляд, но выражение его лица не изменилось, глаза по-прежнему были серьезными и полными внимания, поэтому Том продолжил. – Я могу заставлять животных делать то, что я хочу, но все думают, что я злой. – Никто не является изначально злым, я знаю, что ты тоже можешь быть добрым. – Я - воплощение дьявола, говорят они. – Ты не такой. – Я не такой? – Том знал, что это не так, но он спрашивал ради спора, ему было интересно, к чему это приведет. – Во-первых, дьявола не существует… – Но Бог существует? – Нет, я так не думаю. – Разве вы не священник? – Я такой, не так ли? — пробормотал священник, и Том скептически посмотрел на него. – Вы говорите и ведете себя не так, как другие священники. – Я другой, понятно? — священник развел руками в неопределенном жесте. – Нет двух одинаковых людей. Не стоит обобщать людей только потому, что у них есть какие-то общие черты. – Но вы даже не верите в Бога, — медленно заметил Том. – Ты знаешь, что священство - это работа, да? Как и в любой другой работе, вам не обязательно верить в бога, чтобы ее выполнять. Том сдержал смех, посчитав это заявление совершенно нелепым. – Это просто означает, что вы не настоящий священник. Мужчина провел рукой по своим растрепанным черным волосам, почти смущенно, но быстро взял себя в руки и указал пальцем на Тома. – Ну, мы отклонились от темы. Давай не будем обо мне, я здесь для тебя. – Чтобы изгнать меня. – Нет. Ну, да. Но насколько я понимаю, миссис Коул не обязательно знать, что здесь на самом деле происходит, а я не могу изгнать того, кто на самом деле не одержим дьяволом. – Потому что дьявола не существует. – Да. Совершенно верно. Так что давай просто приятно пообщаемся, ты сможешь поделиться со мной всем, чем захочешь, и я не буду тебя осуждать, обещаю. Том был склонен верить странному священнику, он уже чувствовал себя легче, разговаривая с ним, он не чувствовал осуждения раньше, раскрывая свои способности. И если человек донесет на него миссис Коул, ну, тогда Том узнает его настоящую натуру и больше не будет ему доверять. Не то чтобы он не мог иметь дело и с миссис Коул. Но она и так верила во многие плохие вещи о нем, поэтому, чтобы проверить доверие, Том раскрыл то, о чем никто не знал. Он пошел в свой шкаф и достал коробку, чтобы показать мужчине. Там он хранил свои самые ценные вещи. Зеленые глаза с интересом прошлись по вещам, но, казалось, они не были нацелены на сами безделушки. – Очень мило. Как ты их получил? — вот что решил спросить мужчина, и Том почувствовал неприятное покалывание в груди. Его тон стал более резким, почти оборонительным. – Я взял то, что должно было быть моим. – Ты имеешь в виду, что ты его украл? – Мужчина посмотрел прямо на Тома, и его лицо не выражало гнева или обвинения, но было такое чувство, будто он все знал. – Нет… В глазах священника промелькнуло легкое разочарование, и Том внезапно почувствовал комок в горле, неприятные ощущения нарастали. – Это не очень-то хорошо, Том… — тихо сказал священник. Он по-прежнему не использовал обвиняющий тон, но каким-то образом это было даже хуже. Том закрыл крышку коробки и сделал вид, что его это не беспокоит. – А ты? Могу я посмотреть? Том указал на крест, висевший на шее священника, и по какой-то причине щеки мужчины залились краской. – Да, конечно. – Тем не менее, он пробормотал и сел на кровать рядом с Томом, чтобы тот мог осмотреть крест. Он был простым, серебро в сочетании с золотом, и холодным на ощупь. Священник неловко пошевелился. – Я... э-э. Вообще-то, я одолжил его у кого-то, — признался он, и Том теперь понял природу этого румянца. – Но я верну его. Определенно. Так что и ты должен. Я имею в виду, верни то, что одолжил. На этот раз он не сказал украл, и Том почувствовал себя немного лучше. Он кивнул, что на самом деле не было обещанием, и продолжил изучать крест. Когда Том впервые его увидел, у него возникло желание спросить, может ли он его забрать, но теперь, когда он знал, что он на самом деле не принадлежит священнику, он уже не был так заинтересован. Он позволил ему выскользнуть из пальцев, и он мягко постучал по груди священника. – Вот это правильно. – Священник улыбнулся ему, приняв кивок Тома за обещание, и взъерошил ему волосы. Том посмотрел, но без обычной ярости, и мужчина только рассмеялся, еще больше взъерошив ему волосы. Том обнаружил, что расслабляется, не совсем ненавидя прикосновение.***
– Уверяю вас, миссис Коул, экзорцизм прошел успешно. Отныне вы будете видеть Тома только как ангела… Том услышал эти слова священника, прежде чем дверь в кабинет надзирательницы закрылась. С тех пор миссис Коул действительно считала его ангелом. Это было колоссальное улучшение, на самом деле. Единственное, о чем сожалел Том, было то, что у миссис Коул больше не было причин вызывать священника. И Том даже не спросил, как зовут священника. Том часто вспоминал их разговор, снова и снова прокручивая его в голове. Впервые кто-то заговорил с ним, по-настоящему заговорил и отнесся к нему нормально, как к человеку. Даже если священник настаивал, что Том был ребенком, он никогда не говорил с ним так, как будто он им был, не пытался принизить его или говорить так, как будто ожидал от него более низкого интеллекта. Чем больше он думал об этом, тем больше Том понимал, что он упустил это... Он хотел снова увидеть этого человека. Иногда он видел его во сне. Во сне Том ходил в церковь и исповедовался в грехах, а священник улыбался ему своей дружелюбной улыбкой и говорил, что Том был хорошим мальчиком и не сделал ничего плохого. Несколько раз Том действительно ходил в местные церкви, чтобы найти его, но безуспешно. Уволили ли этого человека за то, что он не верил в бога? Могут ли вообще увольнять священников? Может быть, горько подумал Том, он все-таки не настоящий священник. Он часто вспоминал нежное прикосновение, когда мужчина взъерошил ему волосы, и, слегка сожалея, что сам этого не сделал, представлял, как он тоже взъерошит волосы священника. Его черные локоны выглядели очень взъерошенными, непослушными и дикими. Тому было трудно отпускать приятные вещи. И священник был самым приятным, что с ним случалось до сих пор. Может быть, поэтому у него больше не было привязанности к вещам, которые он собирал у других детей. Он возвращал их как хороший мальчик, как и сказал священник. Дети снова заговорили с ним. Не то чтобы его это волновало. Примерно через год к нему пришел еще один посетитель. С добродушной улыбкой и огоньком в глазах мужчина казался добрым, но это была не та доброта, которую искал Том. Он сказал, что он заместитель директора школы-интерната, в которую был зачислен Том. Школа чародейства и волшебства Хогвартс. Том ничего не сказал о своих силах, ему не понравились мерцающие глаза, и он не хотел впечатлять этого профессора. Единственное, что искупало разочарование от того, что этот, теперь уже редкий, посетитель не был его священником, было то, что было подтверждено, что Том был особенным. Он был волшебником. Он думал о простых людях, не владеющих магией, с презрением, теперь с оправданным превосходством, но потом он вспомнил своего священника и то, как тот сказал ему не обобщать людей. Это не изменило мнения Тома о магглах, но он был готов сделать исключения. Начался учебный год, и после множества новых впечатлений, Косого переулка, Хогвартс экспресса, великолепного замка, распределения, пира, Том смотрел на все немного широко раскрытыми глазами. Однако его глаза расширились еще больше, почти комично, когда он уставился на одну фигуру, не веря тому, что видит. Профессора представлялись по одному, и, наконец, директор Диппет обратился к человеку, или, скорее, слону в комнате, насколько это касалось Тома. – В этом году к нашему штату присоединился новый сотрудник. Гарри Эванс станет помощником профессора Меррисот по защите от темных искусств. Все аплодировали, а Том не мог отвести глаз, потому что прямо там был его священник. Гарри Эванс был его священником. Словно почувствовав взгляд Тома, Гарри повернулся, чтобы посмотреть на него и... подмигнул. Улыбнувшись совсем немного, этой маленькой дружелюбной улыбкой, только для Тома, прежде чем отвернуться, как будто ничего необычного не происходило. Какого черта?***
