Волчонки

В их мире оборотни были редкостью. Настолько, что многие считали их вымершими или просто мифами. Рассказы о волках и лисах передавались из уст в уста, больше как легенды, чем факты. Хосок не верил в сказки. Он верил в оружие, точные удары и холодный расчёт. Для него всё было просто: цель, выстрел, тишина. Но однажды всё пошло не по плану. Темный переулок пах пылью, дождём и железом. Он возвращался с очередного задания, немного уставший, но удовлетворённый — цель была устранена чисто. Никаких свидетелей. Никаких следов. Именно так он любил работать. Быстро. Тихо. Бесповоротно. Шаги эхом отдавались в пустоте. Но вдруг — шорох. Мягкий, почти неуловимый, но не для Хосока. Он остановился. Инстинкты, отточенные за годы, сработали мгновенно. Рука легла на оружие под курткой. — Кто здесь? — коротко спросил он, зрачки сузились, слух обострился. Ответа не последовало. Лишь тонкое, жалобное повизгивание. Он сделал шаг вперёд и заглянул за угол. И тут мир, каким он его знал, треснул. Двое. Маленькие. Худые, грязные, с растрёпанной шерстью и огромными глазами. Волчата. Настоящие. Один — с чёрной шерстью, другой — с коричневой. Они прижались друг к другу, дрожали и с недоверием смотрели на него. Хосок выдохнул, будто его ударили в живот. Он не знал, что делать. Не знал, что чувствовать. Инстинкты кричали — уходи. Не трогай. Это не твоё. Но сердце... Сердце омеги сжалось. — Эй, — он опустился на корточки, стараясь говорить мягко. — Я не причиню вам вреда. Обещаю. Они не ответили. Лишь ещё сильнее прижались друг к другу. Он провёл с ними в переулке почти час. Медленно, шаг за шагом, подходя ближе, пока не оказался рядом. Пока один из них — тот, что с чёрной шерстью — не ткнулся носом в его ладонь. — Вот так... Ты смелый, да? — Хосок тихо усмехнулся. — А тебя как звать, малыш? Конечно, они не ответили. Но он всё равно забрал их. Домой. 𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃 Квартира Хосока была небольшой, но уютной. Он редко приводил кого-то сюда. Обычно — никто и не знал, где он живёт. Работа обязывала к осторожности. Но этим двоим он отдал всё: ванну, еду, чистые одеяла. На третий день они приняли облик детей. Людских детей. И Хосок впервые услышал их имена. — Чонгук, — буркнул коричневый, не глядя в глаза. — Юнги, — прошептал чёрный, прижавшись к Хосоку, словно к матери. Они были напуганы, недоверчивы, но что-то в нём цепляло их. Может, тепло. Может, запах. А может, то, как он гладил их по головам и называл "Гуки" и "Юнги~я". Прошло три месяца. Потом полгода. Потом год. Волчата росли. Они жили как семья. Не настоящая, конечно. Но почти. Они называли его Хоби-хён и цеплялись за него, как за солнце. Хосок улыбался, гладил их макушки и уходил на работу, шепча: — Я скоро вернусь, не переживайте. А потом они выросли. 𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃⠀✦𓂃 Сейчас Юнги и Чонгуку по двадцать. Хосоку — двадцать три. Всё было бы просто, если бы они остались детьми. Но теперь перед ним стояли два высоких, мускулистых, красивых альфы. С тяжёлыми взглядами. С запахом желания в воздухе. Они не отпускали его на работу. Следили. Ревновали. Замыкали в доме. Не грубо, нет — заботливо. Слишком заботливо. Их прикосновения стали другими. Долгими. Обжигающими. А Хосок — он всё понимал. Понимал, что больше не старший брат. Понимал, что в этих двух взглядах — нечто большее. И именно это его пугало. Потому что он знал: стоит им на шаг приблизиться — они не отступят. Стоит ему дрогнуть — и эти двое разорвут всё, что держало между ними границу. А он... он не знал, хочет ли этого или боится сильнее всего на свете.