***
Заседание Визенгамота. Мраморный зал сиял заклинаниями света. На возвышении сидели члены Визенгамота: старейшины, главы родов, влиятельные политики. Дамблдор поднялся первым. Его фигура в полумраке выглядела величественно. — Уважаемые коллеги, — начал он. — Сегодня я обращаюсь к вам с тревожной новостью. Группа молодых волшебников, скрывающих свои истинные цели, совершила похищение ученика Хогвартса. Рональд Уизли — ребёнок, которого отняли у его семьи! Это беспрецедентное нарушение порядка и морали! В зале зашумели. Эва слушала спокойно, сидя рядом с Регулусом. Её холодный взгляд был прикован к Дамблдору. Когда наступил её черёд, она встала, словно сама тень. — Уважаемые, — её голос был низким и ровным, но каждый слог был слышен отчётливо. — Никто из нас не желает вреда юному мистеру Уизли. Мы лишь стремились защитить его от манипуляций. — Манипуляций?! — вскричал Дамблдор, глаза его сверкнули. Регулус поднялся рядом с Эвой, положив ладонь на её плечо — жест поддержки и уверенности. — Мы все уважаем главу Хогвартса, — произнёс он мягко. — Но вспомните: скольких детей уже использовали в борьбе за власть? Сколько раз судьбы семей приносились в жертву? Кто-то из старейшин кивнул. Эва продолжила: — Мы не обвиняем мистера Дамблдора. Но позвольте спросить: где граница между наставником и тем, кто использует своих учеников ради великой игры? Разве не долг Визенгамота — защитить детей? Дамблдор сжал кулаки под мантией. Он не мог ответить, не выдав, что именно он делал с Роном. — Рональд Уизли в безопасности, — твёрдо сказала Эва. — Мы гарантируем это. Но он будет в стороне от тех, кто превращает его в оружие. Регулус сделал шаг вперёд: — Мы не требуем поддержки. Мы лишь просим справедливости. В зале поднялся ропот. Несколько влиятельных домов явно качнулись на их сторону. Дамблдор понял: они ударили не по его армии, а по его репутации. И это было куда больнее.***
В одном из элитных ателье магического Лондона царила суета: портные колдовали ткани прямо в воздухе, манекены сами поворачивались, демонстрируя платья, а в коридорах звучали смех и шёпот. Пэнси, в строгом чёрном платье с лёгкими серебряными вставками, сидела за чашкой кофе, лениво пролистывая магический журнал. Рядом с ней Блейз, элегантный как всегда, делал вид, что скучает. — Ты слышал? — понизила голос портниха, проходя мимо. — Говорят, Дамблдор потерял мальчишку. Ужасный скандал. — Потерял? Или отдал? — ответила другая, и обе прыснули смехом. Пэнси и Блейз обменялись взглядами. — Видишь, — улыбнулась Пэнси, — достаточно слушать, и мир сам всё расскажет. — Главное — знать, кому потом пересказать, — лениво протянул Блейз Вечером, когда в доме воцарилась тишина, Эва сидела у камина, склонившись над картой. На ней были пометки: крестражи, возможные союзники, нейтральные семьи. Регулус подошёл тихо, но она почувствовала его присутствие раньше, чем он коснулся её плеча. — Ты снова работаешь, — сказал он мягко. — Даже после заседания. — У нас нет времени, — не поднимая глаз, ответила Эва. Регулус опустился рядом, взял её за руку. Его пальцы были тёплыми, и это тепло будто вытолкнуло из неё часть усталости. — Послушай, — его голос стал серьёзным. — Мы держим Визенгамот в напряжении. У нас есть поддержка. Пэнси и Блейз работают безупречно. Гарри и Гермиона заняты своими задачами. А ты… — он посмотрел прямо в её разноцветные глаза. — Ты сжигаешь себя. Эва хотела возразить, но он перебил: — Я хочу увезти тебя на пару дней. В загородный дом Блэков. Там тихо. Лес, озеро… никто не помешает. Она подняла взгляд. В её глазах мелькнула усталость, которую она скрывала даже от своих. — Ты хочешь, чтобы я бросила всё? — Нет, — он чуть улыбнулся. — Я хочу, чтобы ты осталась живой. Эва долго смотрела на него, а потом впервые за долгие дни позволила себе слабую улыбку. — Только на пару дней, — тихо сказала она. Регулус сжал её руку крепче, и в этот миг она поняла: рядом с ним можно позволить себе быть просто девушкой, а не генералом.