Новый свет
18 сентября 2025 г., 16:25
Эва сидела у окна их особняка. За стеклом мерцали огни Лондона, но ей казалось, будто свет ускользает. Голова кружилась, в груди ощущалась тяжесть, пальцы дрожали.
Регулус стоял рядом, прислонившись к стене, и наблюдал за ней так, словно мог взглядом удержать её здесь, в этой реальности. Он пытался не показывать тревоги, но каждая черта его лица выдавала — он на грани.
— Это последствия ритуала, — тихо сказала Эва, когда он снова принес ей чай с настоем. — Магия забрала больше, чем я ожидала. Но я в порядке.
— Ты не в порядке, — резко возразил Регулус, но тут же смягчился, накрыв её ладонь своей. — Обещай, что если станет хуже, мы пойдём к целителям.
Эва кивнула, хотя в её глазах горела упрямая искра.
Через пару дней они пришли в дом Блэков. Вальбурга и Орион встретили их с редким теплом: впервые за долгое время дом наполнился не ледяным холодом традиций, а тихим семейным ожиданием.
Но уже на ужине Вальбурга прищурилась, наблюдая за Эвой. Она заметила, как та едва заметно прижимала руку к животу, как её кожа побледнела, а губы дрожали от усталости.
— Регулус, — резко сказала мать, — помоги своей жене встать.
Все замерли. Эва попыталась возразить, но Вальбурга властным жестом заставила замолчать. Сама провела её в гостиную, усадила и на секунду приложила ладонь к животу девушки, пробормотав древнее диагностическое заклинание.
Магия вспыхнула золотом.
Вальбурга отстранилась, её строгие черты смягчились, а в глазах засияла редкая нежность.
— Ну вот, — сказала она, и в голосе впервые прозвучала гордость и радость. — Теперь ясно, почему ты так слаба, моя девочка. Ты носишь в себе новую жизнь.
Тишина была полной. Орион выронил бокал, Регулус замер, словно не понял слов.
— Берем… — прошептал он, не веря. — Эва…
Эва подняла глаза на него, в её взгляде смешались шок и нежная улыбка.
— Похоже, у нас будет наследник, Регулус.
Регулус опустился на колени перед ней, коснувшись её ладоней, и впервые в жизни позволил себе слёзы.
— Ты подарила мне всё, — прошептал он. — Всё, чего я никогда не смел мечтать.
Вальбурга смотрела на них и в её сердце впервые за долгие годы оттаял лёд. Для семьи Блэков наступала новая эра.
А за окнами ночь, казалось, охраняла их покой.
***
Весть о беременности Эвы разлетелась по кругу друзей и союзников быстрее, чем можно было ожидать. Беллатриса ворвалась в особняк на окраине Лондона без стука, её глаза горели, но не привычным безумием, а редким, почти нежным восторгом. За ней следовал Антонин Долохов, сдержанный, но с ухмылкой, говорящей, что он знал всё с самого начала. — Ну, держитесь, — с порога сказала Белла, обнимая Эву так крепко, что та едва не застонала. — Теперь ты не только моя союзница, Эва. Теперь ты моя семья. И пусть все попробуют дотронуться до тебя или ребёнка — я выжгу их до костей. Регулус нахмурился, но в её голосе слышалась такая искренность, что он лишь молча кивнул. Антонин подошёл ближе, наклонился к Эве и, впервые без тени иронии, поцеловал ей руку. — Генерал, — произнёс он тихо. — Теперь у нас новая цель: ваша безопасность. Неважно, что скажет кто-то выше. Эва улыбнулась, чувствуя в груди тепло. Она знала: эти двое — не просто союзники, они щит, который прикроет её, когда придёт буря.***
Но вести дошли и до Малфой-мэнора, где ныне собирался Лорд. Том Риддл сидел в кресле, пальцы его скользили по подлокотникам, взгляд был устремлён в огонь камина. Его лицо всё ещё сохраняло молодую привлекательность, но в глазах кипела ярость. — Беременная… — прошипел он. — Она, чья сила могла бы принадлежать мне, решила связать себя с Регулусом. Он резко встал, магия взметнулась, и пламя в камине стало зелёным. — Они посмели утаить от меня! Они посмели спрятать её, будто я — никто! Лорд шагал по залу, словно хищник в клетке. Его губы скривились в зловещей усмешке. — Значит, миссис Блэк решила стать святыней для своей семьи. Что ж… посмотрим, сколько продлится их счастье. В тени Малфой-мэнора Люциус опустил голову.***
В это же время Беллатриса, сидя в гостиной особняка Блэков рядом с Эвой, произнесла: — Лорд может желать тебя, но он не получит. Не при мне. Не при нас. Регулус стоял у окна, его рука лежала на рукояти палочки. Его глаза горели решимостью. — Пусть попробует, — сказал он холодно. — Теперь она — моя жена и мать моего ребёнка. И ради них я встану даже против него. Эва почувствовала, как в груди вспыхнуло странное, новое чувство. Это была не только любовь. Это была уверенность: у неё есть своя семья, и они будут стоять рядом с ней против любого врага.
