Всё, как у людей.
12 июня 2025 г., 17:50
У кинотеатра пахло синтетическим ванильным попкорном и чужими свиданиями. Лэйн стояла у кассы — ровно, спокойно, с видом человека, который уже пожалел, что вышел из дома.
— Одри задерживается, — сообщила она, не отрывая взгляда от экрана. — Попросила купить попкорн.
Сказав это, она кивнула куда-то в сторону уборных, пальцами уже нащупывая телефон.
«Спорим, налажают».
Сообщение ушло, а вместе с ним — и Лэйн, скрывшись за углом с той самой лёгкой, почти материнской улыбкой, с какой в фильмах улыбаются тем, кто вот-вот пойдёт ко дну.
Малек и Каин остались наедине с кассиром, электрическим табло и обоюдным раздражением.
Синнер скользнул по ангелу взглядом и ухмыльнулся.
«Чмо белобрысое».
Каин ответил тем же.
«Урод пучеглазый».
— Заказывайте, — кашлянул парень за кассой, на секунду встревоженный странной тишиной между двумя мужчинами, которые явно либо дрались до этого, либо собираются после.
Малек протянул карту.
— У тебя вроде как перья были, — лениво начал он. — Лэйн выскребла?
Каин даже не повёл бровью.
— А у тебя вроде как был авторитет в Аду. Пока Микаэль тебя не пришпилил. Как дела у Микаэля? Говорят, он тебя не хило насадил.
Малек закашлялся, театрально, будто поперхнулся на ровном месте.
— На копьё он имел в виду, — пояснил он кассиру.
Кассир пожал плечами и начал набирать заказ, решив, что это не его дело.
— Попкорн… какой?
— С карамелью, — отвечает Малек. — И побольше. Нам надо чем-то затыкать рот, пока тут кто-то умничает.
Каин:
— А мне с солью. Чтобы не забывать, с кем рядом стою.
Малек:
— Хочешь — могу слюной посыпать. Эффект тот же.
— Не змеиным ядом травится тут стою в очереди.
Кассир молча пробивает заказ.
— Сдачи не надо, — бросает Малек и забирает заказ.
Они оба отходят от кассы, но не отдаляются друг от друга. И тут открываются двери. В зал входит опоздавшая. Сзади — Лэйн, как всегда спокойная и всё видящая.
— Надеюсь, попкорн не в крови, — говорит Лэйн, подходя к ним.
— Пока ещё нет, — отвечает Каин.
Малек жмёт плечами.
— Всё по рецепту: сладкое, солёное, и немного перьев в упаковке.
Одри улыбается.
— Обожаю двойные свидания.
Темнота. Экран уже мерцает трейлером очередной постапокалиптики. Малек и Одри сидят в одном ряду с Каином и Лэйн — строго по парам. Между ними — ведро попкорна и километры непроговоренного.
Одри шепчет, прикусив трубочку от колы:
— Мило. Двойное свидание. Как у людей. Осталось только не убить друг друга до финальных титров.
Малек, не глядя на экран:
— Убийства по расписанию. Я записан после рекламы мороженого.
С другой стороны:
— Вы либо шепчитесь громче, либо молчите, — ровно говорит Лэйн, не отрывая взгляда от экрана.
Каин глотает колу.
— Она считает, что трейлеры — это священное.
Малек поворачивается к Одри, чуть ближе:
— Заметила, как она его приручила? Прям как голубя на балконе. Только у этого — нимб и агрессия.
Лэйн, не поворачиваясь:
— Если вы не заткнётесь, я уйду смотреть фильм одна. А Каин — домой с вами. Один на один.
На экране шла пафосная сцена: мужчина на коленях, слёзы, обещания, скрипка где-то в небесах. Кто-то в зале всхлипнул. Одри протянула руку к попкорну, но Малек перехватил её запястье.
— Ты уже съела мою душу, родная. Может, попкорн хотя бы останется мне?
Она хмыкнула, облизала губу и не отводя взгляда, медленно засунула руку в коробку с попкорном — поверх его ладони.
Лэйн смотрела на экран, а Каин слегка наклонился к ней, почти не шевеля губами:
— Думаешь, они доживут до титров, не трахнувшись прямо на этих сиденьях?
— Сомневаюсь, — спокойно ответила она. — Но если начнут — я съем твой попкорн, пока ты будешь смотреть туда, а не на экран.
Одри повернулась к ним через Малека:
— А вы, ребята, точно встречаетесь?
Каин медленно перевел взгляд:
— Только по пятницам. Когда на исповеди является.
Малек усмехнулся, обнимая Одри за плечи и притягивая ближе. Лэйн спокойно сделала глоток и добавила, всё ещё не глядя:
— Вы можете продолжать, если хотите, чтобы вас реально выперли отсюда.
Фильм продолжался. Сцена на экране — шепот, рука скользит по щеке, атмосфера дышит любовью. Одри шевельнулась, повернулась к Синнеру. Он уже смотрел на неё — так, как хищник смотрит на любимую добычу, которая сама просит быть сьеденной.
— Профессор, романтикой пропитался? — прошептала она, облизнув губу.
— Нет, я просто решил напомнить тебе, как звучит настоящее удовольствие, — пробормотал он и впился в её губы.
Поцелуй был жадным, бесстыжим, почти грубым. Одри запустила пальцы в его волосы, а он стянул её к себе, не особо заботясь о том, что рядом вообще-то люди.
Из соседнего кресла раздался сдержанный выдох. Лэйн продолжала смотреть фильм, делая вид, что этого всего не существует. Но когда Каин, будто подражая соседям, наклонился к ней с ленивой ухмылкой, она без слов ткнула его в плечо, отпихивая.
— Даже не думай, — сказала она спокойно. — Я пришла за сюжетом, не за слюнями.
— Но целую минуту показывают как героиня плачет, — Каин поднял бровь, выжидая. — Поцелуй не требует обряда, в чем проблема?
— Иди страсть разомни на своей гордыне, — отрезала Лэйн.
Он чуть усмехнулся и снова откинулся на кресло.
— Холодная женщина. Моё проклятие.
— Нет, твоё проклятие — это выбор сидеть рядом со мной и мечтать о том, что я внезапно стану как они.
После сеанса они вышли на улицу. Луна висела низко, прохлада освежала раскалённые щеки. У Малека в руках оказалась дурацкая розовая плюшевая акула из автомата. Он с показным пафосом протянул её Одри.
— Вот, держи, дорогая.
Одри с улыбкой приняла игрушку, обняв акулу так, будто это был ключ от её сердца.
Рядом Лэйн молча наблюдала за этой идиллией. Потом перевела взгляд на Каина. Тот стоял, засунув руки в карманы, в своей обычной манере «да я вообще не при делах», и с пустыми руками.
— Ты ничего не хочешь мне сказать? — тихо спросила она, скрещивая руки на груди.
Он посмотрел на неё, потом на акулу у Одри, потом снова на Лэйн.
— Ты хочешь, чтобы я тоже украл для тебя игрушку?
— Я хочу, чтобы хотя бы раз в жизни ты сделал что-то бессмысленное и милое.
Каин на секунду задумался.
— Я целый час смотрел слезливый роммком. Это достаточно бессмысленно?
Лэйн вздохнула, отвернулась и пошла вперёд. Тем временем Каин, не проронив ни слова, отлучился на пару минут и вернулся, неся в руках огромного плюшевого медведя размером с тумбочку.
— О нет, — только и успела сказать Лэйн.
— Лови, — бросил он и без предупреждения швырнул мишку прямо в неё.
Лэйн не успела среагировать — плюшевое чудовище накрыло её с головой, и она с тихим звуком «уп» рухнула назад прямо на скамейку, под мишкой.
— Твою ж… Каин! — раздался её голос из-под ваты и синтепона. — Я тебе потом плюшево отомщу!
— Это эффективное решение, — пожал плечами Каин. — Сработало же.
— Это эффектное поражение. — исправил Синнер.
Из-под медведя донёсся возмущённый стон Лэйн:
— Это не молчание, это обида. Запомни разницу.
Лэйн посмотрела на него с выражением «я подожгу твои крылья», но почему-то не сказала ни слова.
Одри вздохнула мечтательно:
— Четыре идиота. Два влюблённых, двое в стадии отрицания.
Малек кивнул:
— Всё, как у людей. Только лучше.
