Новый смысл жизни

Проходили дни. Все остается слишком неизменным. Почти ежедневные поцелуи с Эндрю то под трибунами, то в раздевалке, после окончания тренировки; репетиторство с Кейтлин, и Нил должен признать, что она стала гораздо лучше; сеансы с Бетси, которые теперь проходили три раза в неделю. Бетси вынесла окончательный вердикт, узнав Нила получше. — Посттравматическое стрессовое расстройство, — говорит она Стюарту, пока Нил подслушивал их разговор из кабинета психолога. Может, это и разбило Нила, но не так сильно, как дядю. Они не говорили Нилу о диагнозе напрямую и, скорее всего, даже не догадывались о том, что Нил уже знает об этом. Стюарт начал вести себя странно с того дня. Больше следил за Нилом, опекал, не пускал гулять до поздна. Это до жути бесило Нила, но он не возникал, опасаясь, что его запишут в психопаты. Он молча хавал все, пока не сломался. Единственный человек, кому Нил решил довериться — Элисон. Она выслушивала его молча, а затем, не сказав ни слова, обняла Нила. Больше они не поднимали эту тему всерьез. — Мы что-нибудь придумаем, — говорит Элисон Нилу, лежа на его кровати. — Например, скажем твоему дяде, что у нас обычная ночевка у меня дома. — Ага, класс. Только на прошлой твоей ночевке меня пытались трахнуть, — небрежно произносит Нил, утыкаясь лицом в ладони. — Элисон, мне не суждено попасть туда. — Но мы даже не попытались! Да и это произошло не на ночевке, а на вечеринке, — эмоционально говорит Элисон. — У меня есть идея, пойдем. Нил громко вздыхает, но все равно поднимается со своего места. Они осторожно шагают вниз, находя Стюарта на кухне. Тот мирно готовил ужин, напевая строки песни, доносящейся из колонки. Нил чувствовал себя до ужаса неуверенно. Он уже ожидал неуверенного взгляда дяди, который мысленно перебирал все наихудшие варианты развития событий. В это же время Элисон подошла к Стюарту, рассматривая блюдо, которое он готовил на ужин. Та мило улыбалась, предлагая свою помощь. Дядя искренне улыбался ей в ответ. Видимо, Стюарт доверял Элисон и был рад, что Нил с ней подружился. Дядя подхватил в руки чашу с запеченным картофелем и курицей, направляясь ко столу. Стюарт кинул на Нила ожидающий взгляд, и он наконец сдвинулся с места, направляясь к кухне, чтобы достать тарелки. Элисон безмолвно подхватила три стеклянных стаканы. Когда все наконец сели за стол, то в комнате царила приятная атмосфера. Стюарт помогал Элисон накладывать приготовленную пищу в тарелку, мило беседую о чем-то, пока Нил нервно сжимал вилку в руках. Ему приятно было видеть Элисон за столом: это придавало уверенности. — Я очень рада, что ужинаю сегодня с вами, — осторожна начала Элисон. Ее уголки губ приподнялись в нежной улыбке, а глаза бегали по тарелке. Тут же показалось, что она чем-то расстроена, когда перебирала картошку по блюдцу. — Дома я ем в одиночестве. Ах, вот на что решила надавить Элисон. Не зря же ее команду по черлидингу называют Лисичками. Она самая настоящая хитрая лиса. — Почему же? — спрашивает Стюарт, пододвигая к Элисон тару со свежим салатом из овощей. — Мои родители много работают, — отвечает Элисон, поднимая взгляд на Стюарта. — У меня большой дом, но там так тихо. Нил не комментирует ее слова. Лишь поглядывает, упираясь локтем на стол и придерживая голову сжатым кулаком. Ему и не нужно ничего говорить, Элисон справляется безупречно. — Да и Нил такой странный в последнее время, — говорит она шепотом, будто я не услышу. — Все раньше уходит со встреч, не приходит ко мне в гости. И при этом не называет причины. Может, дело во мне? Стюарт опешил и глянул на племянника. Нил, упиваясь взглядом в тарелку, делает вид, что ничего не слышит. — Ребята в эту субботу придут ко мне на ночевку, — продолжает шептать Элисон с расстроенным тоном. В это время Нил встает с места, говоря, что забыл принести салфетки. Фора, которую он дает Элисон на жалобы. — Я часто их устраиваю, потому что находиться дома одной просто невыносимо. Каждый раз зову Нила, но он отказывает. Сегодня я снова попыталась его уговорить, но он стоит на своем. От этого так грустно. Может, мне не стоило приходить сегодня? Он будто отдалился. Я навязываюсь ему? Элисон обвела салат вилкой, нанизывая помидорку черри. Ее губа дрогнула. Нижняя часть немного выпучилась вперед, будто она вот-вот расплачется. Сердце Стюарта схватилось, и он судорожно начал искать глазами салфетки на всякий случай. Затем понял, что Нил ушел как раз за ними. — У меня выпускной класс, совсем скоро буду занята подготовкой к экзаменам. Видимо, к этому времени мы совсем потеряем связь друг с другом, — Элисон наклонила голову вперед и рукой заправила прядь светлых волос за ухо. Стюарт молча разглядывал поникшее выражение лица молодой девушки. — Простите, что говорю такое, дядя Стюарт. Стюарт поспешно захлопал глазами. То, как назвала его Элисон — последний удар в сердечко. Он с виноватым видом отвел взгляд в сторону, прокручивая что-то в голове. Нил вернулся быстро, поняв, что разговор закончен. В руках он держал небольшую стопку салфеток. Нил аккуратно положил их на стол и уселся на свое место, прямо напротив Стюарта и Элисон. — Элисон, ешь, — тихо произнес Нил. Остаток ужина они провели в тишине. Из приятной атмосферы ничего не осталось. Стюарт все думал о словах Элисон, Нил и Элисон же думали получился ли трюк. Но это можно будет узнать, когда Элисон после ужина покинет дом. Оставшийся вечер в доме слышались лишь удары вилок по тарелке. Нил намывал стеклянные стаканы после ухода его подруги. Он не знал, стоит ли поднять эту тему с так называемой «ночевкой» со Стюартом или же нужно выжидать. Его мысли прервал низкий голос дяди: — Элисон сказала, что в субботу в ее доме будет ночевка, — Стюарт облокотился на столешницу, слева от Нила, прямо у входа. — Ты не говорил. — Ты же меня все равно не отпустишь, — произнес Нил, даже не глядя на дядю. Стюарт молчал. Он прекрасно понимал, что не разрешил бы. Видимо, он слишком начал опекать Нила после поставленного диагноза. Но Нил тоже был хорош. Не возникал, не переговаривался, а просто поддакивал. Тихо молчал, когда Стюарт резко стал более внимательным и осторожным. Конечно, Нил прекрасно понимал действия дяди в его сторону, но Стюарт искренне не знал почему Нил молчит. Стюарт, увидев как чувствует себя Элисон, почувствовал толику вины. Он не хотел, что бы Нил и Элисон отдалялись друг от друга. Конечно, они по прежнему были так же близки друг с другом, но Стюарт же этого не знал и поверил в маленькую ложь Элисон. Но это же к лучшему? — Ты можешь пойти, — неожиданно произнес Стюарт после долгой паузы. Нил повернул голову в сторону дяди и распахнул глаза. — Элисон очень переживала. Получилось. — Но ты обязан присылать фото с ночевки, — добавил дядя и Нил застыл в ужасе. Он же не будет там. — Хорошо, — сказал Нил, пытаясь не показывать, что занервничал. — Спасибо. Стюарт шумно выдохнул, подходя к Нилу ближе. Его рука опустилась на голову племянника. Ладонь была теплой и успокаивающей. — Только не заставляй меня беспокоиться. Нил кивнул. Черт. Нил быстро протер последний стакан и положил его на место. Он поспешно поднялся по лестнице в комнату, чтобы написать Элисон об результатах.

21:34

Есть хорошая и плохая новость

Ответ Элисон не заставил себя долго ждать. Элисон: 21:35 Выкладывай их одновременно Нил быстро клацал по клавиатуре, печатая ответ.

21:37

Стюарт разрешил пойти завтра к тебе, но с одним условием

Я должен буду присылать ему фотки оттуда

Элисон: 21:37 Не вижу плохих новостей У меня остались фотки с прошлой ночевки, так что все супер Нил мысленно поблагодарил Элисон за это, но потом быстро вспомнил одну деталь, которая могла погубить их план.

21:38

На них у меня синяки

Элисон: 21:38 Все будет в порядке Я их замажу в фотошопе. Не думаю, что он будет сильно приглядываться Главное не напейся слишком быстро и будь в состоянии их отправить! Нил прикрывает глаза, на лице появляется невольная, но желанная улыбка. Нил не знал почему бог отправил ему такую прекрасную подругу, как Элисон. Видимо, удача на его стороне.

***

Нил сидит на траве. Рядом тяжелая сумка, а мать что-то яростно кричит в трубку телефона. Нил вытянул руку вперед, повсюду тьма, но милый светлячок садится ему на палец. На лице появляется улыбка, а тело не двигается, чтобы не спугнуть маленького друга. Мать резким движением руки хватает Нила за шкирку, поднимая с места. Светлячок улетает в пучины тьмы леса, расположенного прямо за спиной. Она хватает Нила за плечо, грубо и резко. Ткань проминается под хваткой, заставляя перебинтованные раны ныть. Нил мысленно поежился, не давая себе сделать это в реальности. — Ты знаешь почему мы ушли? — неожиданно спрашивает мать. Нил начинает нервничать. Свободной рукой он перебирает ткань толстовки у края. «Жизнь моя висит на волоске», — думает Нил. В этой игре нет правильного ответа. Любое слово разозлит мать. Его глаза опускаются куда-то вниз, но он ничего не видит перед собой. Нет, не из-за пугающей ночи, а из-за страха. Нил осознает, что выхода нет, поэтому молчит. Он чувствует, как хватка на плече начинает давить сильнее. Ох, наверное, бинт под одеждой уже пропитался кровью. — Может быть посмотришь на меня? — говорит мать ледяным голосом. Нил вздрогнул от неожиданности, а по коже пробежались многочисленные мурашки. Он осторожно, очень медленно поднимает глаза на лицо матери. Ничего не видно. — У нас такая ситуация, — будто пропивает эти слова мать. Она говорит медленно, растягивает каждое слово и букву. Нил не видит ее лица, но точно может сказать, что она улыбается. — Ничего нельзя вернуть назад. Шлепок. Лицо Нила повернуто вбок, а глаза распахнуты, будто он этого не ожидал. Конечно, он знал, что это произойдет. Но в глубине души Нил надеялся, что мать смягчится. О нет, он уже ни на что не может надеяться. — Абрам, почему мы ушли? — повторяет свой первый вопрос мать. — Из-за меня, — отвечает Нил тихим голосом. Еле слышным. — Из-за кого? — переспрашивает мать, будто не слышала ответа сына. Она точно слышала. — Это все из-за меня, — повторяет Нил. — Ты же знаешь, что я тебя ненавижу? Ненавидит. — Да, — произносит Нил после недолгой паузы. — Прости меня. — За что ты извиняешься, Натаниэль? — говорит мать, пока большим пальцем надавливает на его щеку, которую совсем недавно ударила. Кожа покраснела. Тонкая струя слез попадает на палец, стекая по изгибу вниз. — За то, что отнял у тебя нормальную жизнь. Мать давит все сильнее и сильнее. Нил чувствует, что короткими ногтями она вот-вот порвет его тонкий слой кожи. Глаза намокли, руки дрожат. Она подается вперед. Горячее дыхание обжигает ухо. Она шепчет, еле слышно: — Ненавижу тебя. Нил просыпается ото сна в холодном поту. Он вскакивает с кровати. Сидит, смотрит на пол. Всего лишь очередной кошмар. Воспоминание, которое должно было затеряться в глубинах сознания, но возникающее из ниоткуда, как гром среди ясного неба. Дыхание сбито, по лицу стекает холодный пот. Струя стекает вниз, капает на простыни. Нил поворачивает голову вправо. На циферблате отображается 05:19 яркими цифрами. Глухая ночь, все спят. В доме настолько тихо, что тишина режет уши. Нил переминает простыни, встает на холодный пол. Двадцатое декабря, первый день зимних каникул. И никакого снега. Дождливый, прохладный городок, но без капли белых снежинок. Скоро январь, а в январе... день рождения Натаниэля. Нил тихо шагает к шкафу. Распахивает его и садится. «Реши сначала эту проблему», — слова Эндрю. Нил не прибегал к этому методу долгое время. Кошмары мучали каждый день, но он терпел. Просыпался среди ночи, кричал, дергался, но терпел. Послушно выполнял наказ Эндрю, как какая-то собачонка. Хотя он ничего ему не обещал. К черту. Руки обхватили стеклянную бутылку. Полностью полная, не тронутая. Плевать, просто все равно. Нил откручивает крышечку и она отлетает куда-то в угол комнаты. Делает жадные глотки, будто кто-то мог забрать бутылку в любой момент. Нил отлипает от бутылки, тяжело кашляя. Горло обожгло с нереальной силой. Слез нет, лишь дрожащие руки. Нил не знал сколько прошло времени. Он сидел на полу, бутылка уже в шкафу. Будто в сейфе, куда он больше не сможет залезть. — Нил? — послышался голос из ниоткуда. Нил вздрогнул и судорожно огляделся. Никого не было. Странно. — Ты в порядке? — послышался сонный голос снова. И Нил наконец-то нашел источник звука. Телефон на полу светил не ярко, но в темной комнате, освещаемой лишь лунным светом, был единственным источником белой пелены. Руки потянулись к нему, как к последней надежде. Он приложил трубку к уху, но все еще молчал. На той конце трубки послышался тяжелый выдох. — Мне приехать? — сказал голос. Человек на том конце явно только проснулся. А иначе и быть не могло. Кто мог не спать в пять, мать вашу, утра. Нил отрицательно покачал головой, будто это мог кто-то увидеть. — Расскажи мне что-нибудь, — сказал Нил дрожащим голосом. В трубке молчали. Нил воспользовался этим моментом и проскользнул на серые простыни. Он улегся на постель, положил трубку около уха на подушку и ждал. На том конце послышался голос, который начал пересказывать сюжет какой-то книги. Кажется, романа? Нил не знал названия, автора, но послушно слушал. Сюжет повествовался четко, без запинок. Голос ровный, начитанный, такой приятный. Для Нила это была словно колыбель, сказка на ночь. В какой-то момент голос притих, а Нил уже был на грани сна и реальности. На часах 06:31. Нил прошептал тихо, еле слышно, но четко: — Не оставляй меня. А дальше тьма. Нил проснулся от голоса дяди. Тот осторожно будил его, заставляя открыть тяжелые веки. Нил и не заметил когда завернулся плотнее в одеяло, пряча лицо. Он приподнялся, но дядя уже покинул комнату. Нил надеялся, что Стюарт не учуял запаха алкоголя. Нил потянулся, расслабил плечи и простонал. Плечи приятно хрустнули вместе со спиной. Нил машинально схватил телефон, которые лежал прямо у уха во время сна. В глазах немного потемнело, но Нил смог разглядеть звонок, который все еще шел. Он застыл, перебираясь в воспоминаниях. Нил снова бросил взгляд на телефон. Пять часов и тридцать шесть минут. Что за безумие? — Эй, — сказал Нил, надеясь быть неуслышанным. Но из трубки послышалось мычание. — Прости. — За что? — сказал абонент. Нил немного поерзал на месте. — За то, что позвонил так поздно, — тихо произнес Нил, прижимая трубку ближе к уху. — Если тебе это нужно, то можешь звонить когда угодно, — сказал ровный голос. — Главное чтобы звонил, а не терпел. Нил почувствовал, как его щеки алеют, а пальцы подрагивают. — Прости, пожалуйста. И тишина. — Не произноси этого слова, ясно? — сказал Эндрю. Но голос не казался холодным, скорее раздраженным. Нил секунду молчал, не понимая, что могло взбесить Эндрю. — Извини, — снова сказал Нил. — И этого больше не говори. Бесит, — произнес Эндрю с былым безразличием. — Ага. Оба замолчали. Нил встал с кровати и направился в ванную с телефоном в руках. Он посмотрел на себя в зеркало и простонал. — Спасибо, — сказал Нил. — Кладу трубку. Эндрю что-то хмыкнул, но не сбросил звонок сам, дожидаясь пока это сделает Нил. Нилу пора было собираться на прием к Бетси. Сегодня суббота, третий по счету сеанс за неделю и первый на каникулах. Прием в двенадцать. Но это не имело значения. После того, как Нил случайно узнал о своем диагнозе, то начал меньше говорить. Объяснял это тем, что ему больше нечего рассказывать и просто хочется полежать, глядя в окно. Может быть, Бетси догадалась, что Нилу теперь некомфортно находится с ней в одном помещении. Но Нилу было плевать.

***

Нил находится в неизвестном доме, непонятно где. Первая вечеринка по случаю Рождества. Дальше пройдут еще две, уже от других людей, но именно эта была самой масштабной, куда Элисон хотела сходить с ним. Нил должен признать, что дом был куда больше, чем у Элисон. Все завешано рождественскими украшениями, елки на каждом углу. Люди в ярких нарядах. Хоть Нилу и было плевать, главное, что в руке пластиковый красный стаканчик с алкоголем. Кейтлин сидит рядом, что-то рассказывая, пока Элисон с Сетом спрятались за одной из дверей многочисленных спален. Нил видел, как Элисон не хотела упускать Нила из виду, но когда показалась Кейтлин, то спокойно выдохнула. Кейтлин же, в свою очередь, была только рада остаться вместе с Нилом. Они сидели на каком-то кожаном диване, который стоял недалеко от толпы танцующих людей. — Это моя любимая песня! — прикрикнула Кейтлин, чтобы Нил услышал. — Давай потанцуем, Нил. Нил скосил голову в бок и посмотрел на Кейтлин скучающими накрашенными глазами. На щеках и веках глиттер, на шее ярко серебряная мишура. Он не то чтобы не хотел, скорее не умел. Но делать было нечего, да и дядя вряд ли разрешит переночевать у Элисон в скором времени, поэтому лучшим вариантом осталось веселиться до упаду. Он осторожно взял Кейтлин за руку и побрел на танцпол. Девушка прижалась спиной к груди Нила. — Я не умею танцевать, — прошептал пьяный голос Нила прямо в ухо Кейтлин. Она захихикала, развернулась на сто восемьдесят градусов, положила руки на плечи Нила и обняла. — Не надо уметь. Двигайся так, как тебе нравится. Они были одного роста, поэтому находились прямо лицом друг к другу. Нил сложил свои руки на талию девушки. Кейтлин положила голову на плечо Нила. Они то кружили, то Кейтлин отдалялась, тянула Нила на себя. Смех, улыбки, короткие фразы. Все казалось, как в тумане, пока кто-то не схватил Нила за плечо, разворачивая. — Эндрю? — произнес Нил. — Не тот близнец, — отозвался Аарон с раздраженным видом. — Эй, мы танцевали, — сказала Кейтлин, надувая щеки. Аарон приподнял одну бровь, затем тяжело выдохнул. — Кейтлин, ты пьяна, — сказал Аарон, беря свою девушку за руку. Он поднес ее к губам, целуя костяшки. Нил не знал что ему делать в данном случае. Он лишь наблюдал за нежностью Аарона, а в голове Эндрю. Мог ли Эндрю целовать Нила так же? Нежно, не торопясь. — Пойдем, — Аарон нежно потянул ее за руку, но Кейтлин не сдвинулась. — Элисон попросила присмотреть за Нилом. — Уверен, что он не ребенок и сможет позаботиться о себе сам, — сказал раздраженным голосом Аарон. Кейтлин отдернула руку, перемещая взгляд на Нила. Затем она посмотрела куда-то за него и усмехнулась. Нежные уголки губ приподнялись и она скользнула ближе к Нилу. Прошептала прямо у уха, чтобы никто не слышал: — Не оборачивайся пока, — говорила она нежно, не торопясь. — Сзади тебя интересный человек. Нил кивнул, не понимая, что это должно значить. Кейтлин подхватила Аарона, который ничего не слышал и терпеливо ждал неподалеку. — Повеселись, я напишу Элисон, что ты занят. Дождись ее потом на этом диване, — она ткнула пальцем на диван справа от Нила, где они недавно сидели. Нил коротко кивнул и парочка удалилась. Нил осторожно обернулся, ища человека о котором говорила Кейтлин. Перед ним в коридоре, облокотившись на холодную стену, стоял Эндрю со скучающим видом. Они смотрели друг на друга, не отрывая взгляда. Нил таял. Серьезно, он ждал Эндрю. Ноги сами понесли к своим мечтаниям. Эндрю же отвернулся и зашагал. Нил следовал за ним. Он привык к такому поведению, ведь в школе они так и делали. Нил безмолвно следовал, когда Эндрю шагал по коридорам школы, ища укромное место для поцелуев. Дверь распахнулась, Нил еле успел остановиться, чуть не врезавшись в нее лбом. Эндрю поддался вперед. Нил же огляделся. Людей уже не было, лишь одна парочка, которая жадно пожирала друг друга на кресле. Они явно были увлечены друг другом, чтобы замечать что-то вокруг. Нил проскользнул следом за Эндрю в ванную комнату. Мягкий свет вокруг зеркала освещал комнату. Не слишком темно и не слишком светло. Как интересно, недавно Нил поставил точно такую же. Это создавало ощущение комфорта и дома. Будто Эндрю сейчас находится в ванной Нила, а не в неизвестном доме. Эта мысль заставило сердце Нила застучать сильнее. Эндрю резким движением руки прикрыл дверь ванны и закрыл на замок. Его рука ударилась об деревянную дверь, прямо у головы Нила. Они смотрели друг на друга, будто околдованные. Никто не двигался. — Я скучал, — выдохнул Нил. Как странно. Только вчера, прямо в школе, они целовались, но сейчас казалось, что минуло миллионы лет. Будто это было не день назад, а настолько давно, что заставляло сердце в груди Нила бешено колотилось. Эндрю ничего не ответил, а поддался вперед. Обхватил талию Нила, стискивая в руках. Больно впился пальцами в ткань, заставляя Нила поежиться от удовольствия. Ох, либо это алкоголь так вскружил голову, либо жаркий поцелуй. Нил плавился, таял, сгорал. Губы впивались друг в друга, отрываясь лишь на недолгое мгновение. Эндрю не был сегодня нежен. Он был зверем, который только что поймал добычу и решил сожрать ее на месте. Руки Нила потянулись к волосам Эндрю. Приятные и мягкие локоны перебирались в пальцах. Нил осторожно притягивал Эндрю ближе, места между ними уже не было. Груди столкнулись, а колено Эндрю находилось между бедер Нила. Поцелуй продолжался. Грубый, тяжелый. Языки сплетались. Нил застонал. И тут Эндрю отстранился. Нил, как последний дурак, пытался притянуть его ближе, но Эндрю не поддавался. — Что-то не так? — произнес Нил с отдышкой. О нет, он не мог позволить Эндрю уйти, как в тот день, под трибунами, когда Эндрю выгнал его. Эндрю что-то обдумывал, смотря на лицо Нила. Он не отрывал взгляда от небесных глаз, будто хотел прочитать там что-то очень важное. Черный карандаш для глаз и тонкая подводка придавали что-то завораживающее, выделяя цвет глаз сильнее, а складки острее. Блестки ярко сияли, но Эндрю не обращал на них внимание. Эндрю был немного ниже, поэтому ему приходилось запрокидывать голову. Нил воспользовался этим и скользнул к шее. Нежно поцеловал, и Эндрю вздрогнул, но не отстранился. Нил продолжал целовать шею, улыбаясь. Проводил губами по всей длине с левой стороны, от печа к уху. Он был доволен тем, что нашел приятное, но доступное для Эндрю, место. Видимо, Эндрю почувствовал на своей коже поднятые уголки губ Нила, поэтому развернул его голову в руках и укусил за мочку уха. Нил ощутил, как по коже пробежались мурашки, а ноги задрожали. Эндрю выдохнул прямо в ракушку уха, нежно поцеловал ее и прикусил. Затем провел языком, будто успокаивая покрасневшую кожу. Нил ощущал, как кожа горит, а температура тела поднимается с каждой секундой. Эндрю снова отстранился. Грудные клетки больше не соприкасались. Они смотрели друг на друга, пока рука Эндрю перемещалась все ниже и ниже. Остановилась на паховой области Нила, моментально заставляя возбудиться. Эндрю не двигался, лишь смотрел на реакцию Нила. — Ты можешь уйти в любой момент, — неожиданно произнес Миньярд. Нил скосил лицо, будто говоря: «Нахрена ты это говоришь?». Эндрю на это не отреагировал. — Да или нет? — спросил Эндрю, не двигаясь дальше. — Да, — выдохнул Нил. Эндрю не нужно было повторять дважды. Он коротко поцеловал Нила в губы, а затем медленно спустился вниз. Нил схватил его за подбородок, поднимая Эндрю обратно на вверх. Он послушно поднялся на ноги. — Пол холодный, — произнес Нил. Эндрю приподнял брови. — и твердый. — Разве это имеет значение сейчас? — задается вопросом Эндрю. Риторический вопрос, который должен был остаться без ответа, но Нил все же произнес: — Да. Я не хочу, чтобы тебе было неудобно. Эндрю поддался вперед, снова целуя Нила в губы. — Моя голова забита не тем, что мои колени будут на каком-то холодном и твердом кафеле, — произносит Эндрю, коротко чмокая Нила в губы. — Продолжим? Нил призадумался и забегал глазами по ванной. Эндрю это заметил и кинул взгляд направо, прямо на раковину. Недалеко от нее, около душевой кабинки, стопкой стояли большие белые полотенца для тела. Нил схватил пару и бросил на пол около своих ног. Затем перевел глаза на Эндрю. Эндрю тяжело выдохнул, но теперь смог спокойно опустить свои колени на мягкие пушистые полотенца. Он задрал голову, чтобы посмотреть на Нила. Затем просунул палец под ремень, оттягивая на себя. Он оттянул джинсы чуть ниже и схватился за резинку черных боксеров. Снова посмотрел на Нила снизу вверху, будто проверяя не передумал ли он. А Нил уже не могу думать о чем-то другом. Его полутвердый член находился на одном уровне с головой Эндрю. Это кружило голову, заставляло прикусывать уголок нижней губы. Эндрю в данный момент выглядел так сексуально. Нил пропустил момент, когда Эндрю опустил руку на боксеры. Провел пальцами по члену через ткань, заставляя подниматься половой орган все сильнее. Тут же он оттянул боксеры вниз и член Нила выскочил, сразу набухая. Эндрю разглядывал его секунду, пока держал в руках. Затем поддался вперед, целуя волосы на лобке. «Стоит ли мне побриться для Эндрю в следующий раз?», — проскочило в мыслях Нила. Эндрю посмотрел на Нила наклоняя голову, но не поднимая ее. Он начал осторожно целовать всю длину, поднимаясь к кончику. Нил как только мог сдерживался, пока смотрел на эту картину. Чертов Эндрю-я-холодный-Миньярд собирается ему отсосать. В заднем кармане Нила завибрировал телефон, оповещая о пришедшем сообщении. Они оба проигнорировали звук, ведь Эндрю уже дошел до головки. Языком он скользнул внутрь крайней плоти, что заставило Нила спешно выдохнуть. Эндрю впился языком глубже, и Нил выгнул спину от удовольствия. Неуверенными, дрожащими пальцами Нил осторожно провел по волосам Эндрю. Эндрю обхватил губами головку члена и поддался вперед. Нил чувствовал неземное наслаждение, впился пальцами в блондинистые волосы. Он не тянул его к себе, просто держался. Эндрю был нереально нежен. Только несколько минут назад грубо целовал Нила, а сейчас, будто позабыв о своей сущности, нежно двигал головой. Медленно, аккуратно, мягко. Руки скользили по основанию. Нил не мог сдержать короткий стон. Щеки запылали, дыхание сбивалось. Эндрю пригвоздил его к двери. Казалось, что этому нет конца, пока их не прервал телефонный звонок. Нил застыл, а Эндрю остановился на середине. Осторожно вытащил член из своего горячего рта и рукой скользнул к заднему карману джинс Нила. Он не вставал с колен, лишь глянул на экран, где красовалась надпись: «дядя Стюарт». Он перевернул дисплей на Нила, а когда Нил почти схватил свой телефон, вибрирующий от гудков, то Эндрю нажал на принятие вызова. Нил судорожно поднес трубку к уху. — Алло? — произнес он, все еще придерживая затылок Эндрю другой рукой. — Нил, почему не читаешь на сообщения? — послышался голос на той стороне. — Извини, мы играли в монополию, не видел, — Нил вздрогнул, когда Эндрю снова взял его член в рот, впиваясь до самого основания, пропихнув поглубже в глотку. Сдерживать стон стало куда тяжелее. Осознание того, что Стюарт может их услышать, заставляло лишь завестись сильнее. — Я уже собираюсь ложиться спать, пришли фотку, — сказал дядя. — Да, хорошо, — выдохнул Нил и вобрал в легкие воздух. Он схватил Эндрю за челку, нежно оттягивая ее назад и открывая шикарный вид на лоб. Эндрю никак не противился. Лишь поднял глаза на Нила. Он повернул голову и очертание члена виднелись через щеки. Господи, сосущий Эндрю — лучшее, что мог когда-то увидеть Нил. Стюарт попрощался и повесил трубку. Нил громко застонал и ущипнул Эндрю за щеку. Тот недовольно что-то хмыкнул, всасывая член за щеки, и заставляя Нила снова протяжно простонать. Нил дрожащими пальцами зашел в чат с дядей. Скинул первую замеченную фотку в галерее с прошлой ночевки, которую нашел. На ней Рене красила ногти Нила в белый лак. — Я вот-вот кончу, — предупредил Нил Эндрю, когда закидывал телефон обратно в карман. Эндрю вытащил член изо рта. Тонкая струя слюны протянулось от головки полового органа до отстранившихся губ. Губы Эндрю аллели красным цветом. Руками он обхватил член Нила. Поднимался вверх и вниз, заставляя Нила упереться затылком в дверь сильнее. Его голос был громким, протяжным. Нил не хотел сдерживаться. Все тело содрогалось, мурашки бежали по спине. Щеки краснели, глаза закатывались. В глазах помутнело, когда тело наконец расслабилось. Плечи подрагивали, когда Эндрю поднимался на ноги. Он отпрянул. Включил кран неподалеку и промыл испачканную Нилом руку. Нил наблюдал за ним прикрытыми веками. Он никак не мог отдышаться, а ноги уже не держали. Нил хотел скатиться вниз, когда чужие руки вновь обхватили талию, заставляя оставаться на месте. Нил поддался вперед, кладя свой лоб на плечо Эндрю. Руки повисли, не находя места, куда бы было позволено их положить. Эндрю обнимал Нила, тяжело дыша. Нил поцеловал его в шею, разгоняя дымку в глазах. — Могу ли я помочь тебе? — прошептал Нил куда-то в изгибы шеи Эндрю. Эндрю неожиданно толкнул Нила к двери. Нил ошарашено отшатнулся, смотря в лицо Эндрю. Его щеки тоже залились краской. Это было куда сильнее, чем у Нила из-за бледной кожи. Эндрю поддался вперед, будто не он только что оттолкнул Нила от себя. Прильнул у губам Нила, горячо поцелуя, и Нил поежился от неприятного привкуса. Эндрю отстранился так же быстро, как и прильнул. — Выйди, — прошипел Эндрю. Нилу не нужно было повторять дважды, и он послушно вышел из ванной комнаты, закрывая за собой дверь. Эндрю уперся лбом в деревянную дверь, откуда секунду назад выскользнул Нил. Защелка скрипнула, давая понять, что теперь он заперт в четырех стенах совсем один. Рука потянулась к паховой области, вытаскивая из под ткани набухший член. Из него вытекал предэякулят толстым слоем. Эндрю тихо выругался, но обхватил уже во всю стоявший член. Руки безжалостно двигались, будто несколько минут назад он не был нежен с Нилом. В голове дымка, а на уме лишь один образ. То, как Нил выглядел, когда смотрел на Эндрю сверху вниз. Как тяжелые капли пота стекали по его вискам, как он закусывал нижнюю губу, безуспешно сдерживая стон. То, как Нил хотел Эндрю целиком, как старался держать себя в руках, разговаривая со своим дядей. Сегодня в глазах Эндрю Нил выглядел безупречно. Его четко выраженные голубые глаза, подчеркнутые темной подводкой. Ему чертовски шел макияж, но с блестками явно переборщил. Ох, Эндрю готов был съесть Нила целиком. Заглатывая в рот каждую частичку и сантиметр. Эндрю прекрасно помнил, как член Нила упирался прямо в глотку, вызывая рвотные позывы, которые Эндрю умело сдерживал. Рука Эндрю ускорилась, представляя, что это ладонь Нила. Интересно, как ощущаются шрамы на пальцах Нила, когда тот будет дрочить Эндрю? Эндрю мысленно отсек эту мысль. Он не даст Нилу прикоснуться к себе. Пока что. Эндрю прекрасно понимал, что Нил особенный. Он никогда не чувствовал легкое покалывание в сердце рядом с кем-то. Тот же Роланд никогда не привлекал его так, как делал это Нил. Нил — чертова сирена. Заставляет погрязнуть в воде, пока не задушит. Но это и было прекрасно. Эндрю ни за что не отпустит Нила, пока тот сам этого не захочет. Пару толчков рукой и из члена Эндрю вырвалось семя. Кончил позорно быстро. Нил шагал по коридорам, ища нужные диваны. Он и не заметил, как далеко его увел Эндрю. Был слишком занят разглядыванием его мускулистой спины. Наконец, в этом огромном доме, он нашел нужную комнату. Людей было все так же много, а на диванах сидела не Элисон, как думал Нил, а Кейтлин в компании Аарона. Нил подумывал уйти на поиски Элисон или других ребят, но Кейтлин его заметила и помахала, подзывая к себе. — Элисон ушла за выпивкой, — сказала Кейтлин, хлопая по сидению рядом. Аарон что-то недовольно промычал, но Нил не обратил внимания. Кейтлин ткнула в грудь Аарон. — Отсядь, мы посплетничаем, — на это Аарон оскорбился, но все же встал и сел на другой конец дивана, искоса поглядывая на Нила. Нил оглянулся. Вокруг люди кружили, танцевали и веселились, явно не обращая на них обоих внимания. — Ну как? — восторженно прошептала Кейтлин на ухо Нила. Нил вспомнил, как Эндрю был так же близко к его уху и покраснел. — Как ты поняла, что он? — решил спросить Нил. Кейтлин посмеялась, но ответила: — Когда мы танцевали, то он не отводил глаз с тебя, — игриво шептала Кейтлин, чтобы Аарон не смог услышать. — Не беспокойся, я никому не скажу. Нил одобрительно кивнул на последние слова, но мысленно остался на первых. — Элисон знает? — спросила Кейтлин. — Она последний человек, который должен узнать. — Не думаю, — Кейтлин кивком показала на Аарона, который не отводил от нас глаз. Вообщем, Нил с ней полностью согласен. — Где ты был? — спросила пришедшая Элисон с двумя стаканчиками в руке. — В туалете, — ответил Нил. По сути, это не являлось ложью. Она протянула Нилу стакан с алкоголем. Сегодня он пил только то, что давала Элисон. У них теперь есть такое правило, которое нарушать Нилу не хотелось. Элисон уселась слева от Нила, начала о чем-то увлеченно болтать. Нил не слушал, мысленно перебирая образ Эндрю. Кейтлин ей что-то отвечала, так что проблем быть не должно. Нил не думал, что они говорили о чем-то важном, так что решил дать себе насладиться напитком. От мыслей Нила оторвал голос Эндрю: — Поехали. Все разом посмотрели на него. Он стаял напротив Аарона. И, о боже. Эндрю выглядел так, будто минуту назад с кем-то трахался. Лицо красное, губы опухли, волосы растрепаны. Этот вид был просто прекрасен для Нила. Совсем недавно он тянул Эндрю за эти блондинистые волосы, целовал эти мягкие губы. — Господи боже, — прошептала Элисон. Аарон никак не отреагировал на вид брата, будто видел его таким каждый день. Привычная вещь. Сердце Нила кольнуло от таких мыслей. — Я останусь, — сказал Аарон, делая глоток алкоголя из своего стакана. Эндрю ничего не ответил и развернулся. Только сейчас Нил заметил рядом с Эндрю густо пьяного Кевина, который не мог устоять на ногах. Его волосы были растрепаны, глаза полуприкрыты. Эндрю ему что-то прошептал, на что Кевин промычал и побрел вслед за Миньярдом. — А может Эндрю и Кевин? — прошептала Элисон, играясь с бровями. Нилу стало мерзко. Может быть, он тоже так думал раньше, но сейчас от такой мысли с чужой стороны в горле вставал ком. Нил ничего не ответил, а Кейтлин бросила на него понимающий взгляд, видя его недовольное лицо.

***

— Нил, нужно поговорить, — бросил на пороге Стюарт, когда Нил только вернулся домой к вечеру воскресенья. Он смотрел на пальцы Нила, что-то разглядывая и подмечая в голове. — Только переоденусь, — ответил Нил. — Нет, иди за стол, — Нил не подал виду, но сердце замерло от этих слов. Пока они садились за стол, Нил мысленно перебирал в голове где мог спалиться, но ничего не мог сообразить. Стюарт, как на зло, молча смотрел на него. Затем тяжело выдохнул. — Где ты был, Нил? Нил замер. — Ночевал у Элисон. — Кто там был? — спросил Стюарт с серьезным лицом. Он явно что-то знал, но Нил будет делать придурковатый вид до конца. — Элисон, Сет, Рене, Мэтт, Дэн и я, — ответил Нил, хотя в действительности, когда они приехали в дом Элисон после вечеринки, то остались только Нил, Рене и, конечно, Элисон. Рене была трезвым водителем, который развез всех. — Рене — христианка с крашенными волосами? — неожиданно спросил Стюарт. — Да, — коротко ответил Нил. — Звони ей, — строго выдал Стюарт. — Зачем? — решился спросить Нил, не делая никаких ответных действий. Лишь сложил руки на столе в замок. — Хочу спросить правда ли это. Она верующая, врать не будет. — Ты мне не доверяешь? — спросил Нил. — Звони ей, — предпочел сказать Стюарт, вместо ответа на вопрос Нила. Что-то в сердце Нила треснуло, но он сам понимал, что в данный момент нагло лжет дяде, так что требовать чего-то в ответ не мог. — Она пошла в церковь с матерью, — ответил Нил с холодом в голосе. — Звони, — в который раз повторяет Стюарт. Нил послушно вытащил телефон из заднего кармана. Набрал номер Рене при дяде. На экране высветился контакт Рене, но даже гудков не последовало, перебрасывая на автоответчик. Рене всегда выключала телефон во время походов в святое место. Нил перевел взгляд с телефона на дядю, который продолжал смотреть на экран смартфона. Его плечи напряжены, руки сцеплены вместе, но лицо оставалось безразличным. вскоре он поднял тяжелый взгяд на племянника, смотря ему прямо в глаза. Ищет правды. — Ты мне не веришь? — снова спросил Нил. — Ты не был на ночевке. — Был, — Нил стоял на своем. Он был в доме Элисон. Фактически, ночевка, правда не очень полная. — Твои ногти, Нил, — сказал Стюарт, не отрывая взгляда от лица племянника. Нил посмотрел на свою ногтевую пластину, которая уже отросла. Черт. Фотка, где Рене красила ему ногти, была явно неудачной для пересылки дяде, но в тот момент Нил не мог об этом думать. Был слишком занят Эндрю. — Я ночевал у Элисон, — ответил Нил. — Но там не было Мэтта, Дэн и Сета. — Рене была? — спросил дядя. — Да. — Почему вы мне соврали? — спросил Стюарт. Нил не мог ничего прочитать по лицу дяди, оно ничего не выражало. Оставалось каменным, будто не разочаровался в племяннике. Хотя Нил понимал, что Стюарт разбит. — Потому что ты меня никуда не отпускаешь, — ответил Нил. — Почему? — Потому что с тобой опять могут сделать плохи вещи, — произнес Стюарт. Ложь. Требует правды, а сам лжет. До того, как Нилу поставили диагноз, он мог ходить куда угодно, быть с кем угодно и Стюарт ничего не говорил по этому поводу. Но сейчас, когда ему поставили психологическое заболевание, то к дяде пришли перемены. Очень неприятно. — Ты не честен со мной, — сказал Нил, впиваясь ногтями в ладонь. — Ты должен был сказать мне, что я болен. Эти слова заставили Стюарта вздрогнуть. — Ты не болен, — все, что мог произнести дядя. Его лицо исказилось, брови сведены вместе, а губы поджаты, вырисовывая тонкую линию. — Скажи мне, блять, это в лицо. Не требуй правды, пока сам ее скрываешь. Что еще ты недоговаривал? — голос Нила надорвался. Нет, он не кричал, он охрип. Слез нету, да и не будет. Ему надоело. — Я не хотел рождаться таким больным. Лучше бы помер в том долбанном подвале. Лучше бы умер вместо матери. Так ты думаешь? Со мной ведь одни проблемы, — Нил всегда думал об этом. О том, что дяде было бы легче без него. Кому нужен подросток с кучей подводных камней? Стюарт искал Мэри — свою любимую сестру, а не ее отпрыска. Нил даже не был на нее похож, оставался ужасной копией отца. Глаза Стюарта распахнулись. Он не мог вымолвить ни слова. Что за чертовщину говорит Нил? Он не вел себя так раньше. Никогда. Может быть, эти мысли грызли Нила до самого конца, пока он не решил взорваться? Копил в себе, молчал при докторе Добсон, а когда шар заполнился, то взрыв оказался неизбежным. — Нил, у тебя посттравматическое стрессовое расстройство. Ты не родился таким, это могло произойти с любым, — вымолвил Стюарт. — Все нормально, мы справимся. — Тогда почему ты не хотел мне этого говорить? — сказал Нил, поднимаясь с места. Стул с грохотом падает на пол из-за резкого движения. — Почему ограничивал? Почему молчал? Стюарт молча разглядовал разгневанное лицо племянника. Молчал, ничего не отвечал. Хотел утаить правду, ведь знал, что это сломает Нила. Нил пережил многое, больше, чем мог бы даже взрослый человек. Чудо, что он не наложил на себя руки, когда погибла Мэри. Он двигался дальше. Скрывался от отца, бежал куда глаза глядели. Сейчас это прошло. Никто больше не пытается его убить. Но он вредит себе. Нил чувствует, что его трясет. Руки и губы дрожат, сердце колотится в бешенном ритме, ладони вспотели, а зрачки сузились. Ему будто передавило горло. Невидимые руки душили, не давая воздуху проникать внутрь. Нил хотел уйти. Спрятаться подальше от мира, закрыться в пелене сознания. Зарыться руками в блондинистые волосы. Стоп, что? — Бетси может помочь тебе, — все, что сказал Стюарт. Он не был мастером поддержки. — Ты будешь принимать антидепрессанты и все наладится. Нил усмехнулся, схватился за волосы. Только сейчас он заметил, что все еще сживает вторую руку в кулаке. Невольно почувствовал колкое чувство, что отрезвляло. Но он хотел быть опьянен. Хотел забыться, утонуть в алкоголе. Нахуй какие-то таблетки, когда есть бутылка покрепче. Нил и не заметил, как побежал. Слава богам, что направился к лестнице, а не на улицу. Конечно, он пойдет на верх. Там бутылка. Стюарт за ним не последовал.

***

Нил сидел под столом. Узкое место, где нельзя было разогнуться. С одной стороны стена, на другую сторону он придвинул тумбочку. Вокруг одеяла, подушки. Нил не помнил сколько времени прошло, но минуло Рождество. Больше четырех дней он сидит в одном углу, ничего не ест. Просто сидит, изредко ходя в ванную комнату, которая, к счастью, находилась в спальне. Стюарт предпринимал несколько отчаянных попыток достучаться до сознания Нила, все было безуспешно. Приносил еду, к которой не притрагивались. Он не понимал почему Нил вел себя так. Раньше такого не было. Что могло заставить его зайти так далеко? Да и Нил сам не понимал почему. Что-то в мозгу щелкнуло, заставляя отключиться. Пропустил два сеанса с Бетси. И Стюарт заверил себя, что если Нил пропустит следующий, то будет судорожно умолять Бетси придти и помочь. Но она не пришла, значит еще не наступила суббота. Не прошла неделя. Нил ни разу не вышел не то, что на улицу, из комнаты и шага не сделал. Шторы задернуты, свет не проникает. Темнота. То, что не любит Нил, но так нуждается. Спать не может. Кошмары. Ненавидит, но чертовски от них зависим. Пол бутылки водки было выпито в первый же день самоличного ареста. Нил в очередной раз закрывает глаза, приготавливаясь к очередной встрече с матерью. — Натаниэль, смотри внимательней, — спокойно говорит строгий голос. Такой знакомый, что мурашки покрывают всю кожу, делая ее гусиной. — Учись, пока можешь. Натаниэль с заплаканными глазами смотрит вперед. Отец держит в руках огромный тесак. Остро наточенный, блестящий и чистый. Все, как он любит. Звуки низких каблуков мужских туфлей раздаются эхом по пустому подвалу. Такой тяжелый звук от которого режет уши. Словно по ним прошлись ножом. Ах, да, так и есть. Кровь заливает маленькую ушную раковину, стекает вниз, капая на плечи. Натан уже стоит прямо перед своей новой жертвой. Молодая девушка лет двадцати тяжело связана веревкой. По ее щекам стекает рой слез. Ими можно было бы заполнить стакан, настолько много их было. Что уж там, целую вазу. А потом поставить внутрь цветы, чтобы они завяли от соленой среды. Хорошая идея для Натана, о которой он и не догадывается. Может, это и к лучшему. Тесаком Натан проводит по щеке девушки, обрывая тонкую струю слез. Теперь кровь стекает вниз вместо слез, огибая резкие черты лица девушки. Она кричит, рыдает, но даже головой не машет. Кто-то придерживает ее за шею, заставляя держаться прямо. Натаниэль рыдает, точно так же как и девушка на стуле. Он хочет отвернуться, но его голову держат прямо. Не чьи-то руки, как бедную девушку, а сознание Натаниэля. Он понимает, что не может отвернуться, не может закрыть глаза. Иначе будет наказан. Отец ударил по ногам. Голое бедро залилось красной жидкостью, когда огромный нож отпрянул. Девушка не кричала, она истошно вопила. Натаниэль начал рыдать сильнее, обхватывая руками губы. Он судорожно пытался подавить себя. Ни за что нельзя издать ни звука. Хотелось прикрыть уши, но руки были заняты. Девушка орала, истерично рыдала, смотря на свое раненое бедро. Все залилось кровью, капая на голый пол. Под стулом образовалась лужа, а из ноги хлестала кровь водопадом. Ужасное зрелище. — Смотри, Натаниэль, — приказывал строгий голос Натана. Нил в ответ мог лишь закивать, заливаясь слезами. Он хотел кричать: «Нет, прекрати. Пожалуйста, перестань», но не мог себе такого позволить. Голосовые связки девушки находились в агонии и на грани срыва. Натан приложил тесак к ее шеи. Острое лезвие сразу прорезало нежную кожу. Момент и он замахивается. Чужие руки, держащие голову девушки ровно, тут же пропадают. Нож врезается в шею. Момент, и девушка мертва. Ее жестоко казнили без какой-либо причины. Натаниэль уже не понимал, что происходит. Всюду кровь. Весь пол заляпан. Все тело жертвы залито. Голова девушки свисает вниз, и темные волосы спадают на лицо, закрывая израненную шею. Натаниэль видел, как труп сидит полностью в крови. Как ее жизнь не стоило Натану ничего. Лишь минутное развлечение, урок сыну. Натан не любил быстрые смерти, но, может быть, он понимал, что для первого урока этого будет достаточно. Натаниэль чувствовал, что его вот-вот вырвет от этого зрелища. Он желает уйти. Резкий запах свежей крови заполняет всю комнату, пробиваясь внутрь. Натаниэль закрывает нос и рот. Утыкает ладони настолько сильно, что кислорода не хватает. Но запах не уходит. Он уже внутри него, окутал все тело и органы. Омерзительно. Он посмотрел вперед, и перед ним блеснули яркие зеленые глаза жертвы, которые больше не имели блеска жизни. Натаниэлю было только семь. В семь лет прошел первый урок от отца. Натаниэль вздрогнул, хотел вскочить на ноги, но сильно ударился головой об стол. Он остановился, сел обратно на место, упираясь боком об ближайшую стену. Темно. Ужасно темно. Натаниэль не видел перед собой ничего. Глаза распахнуты, округлились, но не мог увидеть перед собой ничего, кроме образа отца и его первой жертвы, которую он прикончил на глазах Натаниэля. Тело не двигалось, совсем не слушалось, да и издавать лишних звуков не хотелось, будто Натан был совсем рядом. Хотелось закричать, побежать вперед, ища выход. Хотелось испариться в ночи, избавиться от отвратительного ощущения внутри. В ушах звенел белый шум. — Нил, — послышался тихий голос. Это имя повторялось еще несколько раз. И Натаниэль только сейчас начал осознавать, что обращаются к нему, а не к кому-то постороннему. Он посмотрел куда-то вперед, но по прежнему ничего не видел. — А? — все, что смог выдать Натаниэль. — Эй, — тихо произнес мягкий голос. — Я тут, Нил. Точно. Он — Нил, не Натаниэль. — Я тоже, — выдал охрипший голос. Нил не издавал ни звука за эти дни, поэтому голос казался не своим. Горло неприятно сдавило, ему захотелось откашляться, будто легкие залились кровью. — Я в этом неуверен, — сказал голос. Чьи-то руки прильнули к уху Нила. Нил вздрогнул, но в момент расслабился. Знакомое прикосновение, родные руки. — Привет, — прошептал Нил, когда зрение начало немного возвращаться. — Привет, — тут же послышался ответ. Эндрю молча смотрел в глаза Нила. Не искал какого-то ответа на вопросы, которые у него крутились в голове. Он хотел найти взаимности. Увидеть, что Нил смотрит на него, а не сквозь. — Как ты сюда попал? — спросил Нил, когда зрение вернулось. Он по прежнему плохо видел в темноте, но смог разглядеть карие глаза, смотрящие прямо на него. В густой темноте они казались черными, глубокими. — Окна закрывать на ночь нужно, — хмыкнул Эндрю. И Нил рассмеялся. Тихо, сдержанно, хрипло. — Почему пришел? — спросил Нил. — На сообщения отвечать надо, — выпалил Эндрю. Нил чувствовал, как на лице появляется легкая улыбка. Он поддался вперед и положил голову на плечо Эндрю. Эндрю никак не отреагировал, продолжал поглаживать правое ухо, обводя изгибы. — Переживал? — Неожиданно спросил Нил. Его дыхание опалило кожу на шее, заставляя Эндрю подрагивать. — Размечтался, — скептически ответил Эндрю. Они молчали. Тишину прерывало лишь дыхание обоих. Шумное, но в тоже время родное. Нил не забывал о кошмаре, который приснился совсем недавно. Ему ни разу не снился отец в этом доме, но именно сегодня сознание решило сыграть в злую шутку. Видите ли, Нил слишком расслабился. — Мне снился отец, — прервал тишину Нил. И в качестве ответа на немой вопрос: «И что?», он осторожно взял дрожащими руками ладонь Эндрю. Медленно, нежно занес ее под футболку. Невесомое касание шрамов хотело заставить поежиться, но Нил не мог себе этого позволить. Боясь, что этим действием заставит Эндрю отпрянуть. Провел ладонью по многочисленным шрамам. Разные размеры, формы и виды. Пальцами Эндрю запоминал каждую из них. — Его работа. Ювелир, так сказать. Эндрю ничего не ответил. Лишь второй рукой продолжал поглаживать чужое ухо. — Мне снилось, как он впервые убил человека на моих глазах, — шептал Нил в шею Эндрю. Как он и ожидал, Эндрю даже не дрогнул от таких слов. — Сколько тебе было? — спросил Эндрю ровным голосом. Нил колебался несколько секунд. Он хотел ответить, но тяжелый ком застрял в горле. Будто мать держала за горло и говорила: «Молчи», но Нил не хотел. Он не рассказывал об этом доктору Добсон. Посчитал лишним, лишь косвенно давал намеки. Не более. Элисон тоже не знала. Больше можно сказать, не догадывалась. Но Эндрю. Он казался другим. Нил хотел говорить об этом, рассказать каждый миг, наконец поделиться об этом с кем-то важным для него. И Нил ответил: — Семь, — тихим голосом прошептал Нил. Настолько тихим, что Нил сам себя не слышал. Эндрю молчал. Уже свободно водил рукой по торсу. Наверное, обвел каждый из имеющихся шрамов. — Мне было семь, когда впервые изнасиловали, — неожиданно признался Эндрю. Решил дать правду за правду, подталкивая Нила говорить еще. Умный ход. Нил догадывался, что Эндрю подвергался сексуальному насилию в прошлом, но не знал насколько все было плохо. Видимо, реальность оказалось слишком хреновой, потому что Нил сильнее зарылся в шею. Нил и Эндрю почти что одногодки, поэтому страдали в примерно один и тот же период. Вместе. От разного вида насилия. Нил слышал, как Эндрю высунул руку из под футболки. Теплое прикосновение на ухе тоже прекратилось и зашуршала ткань. Рукой Эндрю схватил запястье Нила. Нежно, почти невесомо. Потянул вниз и Нил нащупал грубые резцы на нежной коже. Тоже шрамы, но они отличались от тех, что имел Нил. Грубая россыпь, сделанная острым лезвием ножа. Глубокие, частые, несколько наслаивались друг на друга. — В семь лет я попал в приемную семью, — начал свой рассказ Эндрю. Нил притаился, вслушиваясь в каждое последующее сказанное слово. — Я думал, что у меня появится настоящая семья. Терпел насильственные действия со стороны сводного брата, зная, что на утро Кэсс готовила мне обед в школу. Эндрю снова замолчал, а Нил перестал проводить большим пальцем по изуродованной коже. Он ждал, пока Эндрю продолжит. — Он из раза в раз говорил, что я ему принадлежу. Но я не вещь. Делая это, мой мозг говорил самому себе: ты принадлежишь всецело себе, никто не вправе тобой управлять. И это работало. Нил отстранился от шеи Эндрю и посмотрел ему в лицо. Как всегда холодный камень. Нил осторожно взял запястье Эндрю и поднес его к лицу. Холодными губами коснулся предплечья. Поцеловал около запястья, затем спустился вниз. Выцеловывал каждую неровность кожи. Так осторожно и нежно, как только мог. Никакой жалости, лишь немая поддержка. — Что делал твой отец, — потребовал Эндрю, когда Нил дошел почти что до локтя. — С семи лет до десяти заставлял смотреть, как пытает и убивает людей. Пару раз хотел заставить меня провзаимодействовать с жертвой. Он говорил, что учит меня. Видимо, хотел, что бы я занял его место в будущем. Так сказать, некий мафиози, — Нил издал негромкий смешок. — С детства бил, пытал и отрывался как только мог пожелать. А потом, — Нил прервался, собирая всю волю в кулак. — Мы с матерью сбежали. Украли кучу бабла и пустились в бега. Несколько раз ловили, пытались убить. В один из таких дней они смогли сломать мою мать. Смертельная рана. Она погибла, а я похоронил кости в песку. Нил замолчал. Выложил всю правду, которая имелась. Без капли лжи. Он сам себя удивил таким откровением, но если это Эндрю, то все хорошо. Нил хочет, что бы он знал. Имел ввиду и если пожелает, то уйдет. — Почему не отвечал на сообщения? — спросил Эндрю. Нил пожал плечами. — Не знаю, — честно ответил Нил. Он правда не знал, что его разозлило в тот день. Нил упал с ног до головы в апатию, даже не осознавая зачем и почему. Просто сделал это. — Дядя сказал, что у меня долбанный ПТСР и я должен принимать антидепрессанты. — Я тоже их принимаю, — говорит Эндрю спокойным голосом. — Это неплохо. Нил ничего не ответил. Что-то хмыкнул и снова упал лбом в плечо Эндрю. Он чертовски устал.