Это ты во всем виноват

      Поворот…       Ещё поворот…       И вновь впереди узкий нескончаемый коридор. Он давит со всех сторон, с каждым шагом заставляя паниковать все сильнее. Вода все громче хлюпает под ногами. Окрашевается в багряно-черный. Стремительно прибывает и с каждой секундой поднимается все выше. Сначала по щиколотку, потом до середины голени, а через пару шагов уже выше колен, что сильно затрудняет движение.       Вокруг полумрак, удушливая духота. Дыхание рваное и учащенное. При каждом вдохе болезненное ощущение, словно горло царапает колючий ком. Липкий страх с каждой секундой все сильнее завладевает телом, проникает под кожу, сковывает, не позволяя двигаться быстрее.       Но сдаваться нельзя.       Иначе смерть.       Она и так уже дышит в спину, плещется под ногами. И кажется, ещё секунда и накроет полностью.       Поворот…       Ещё поворот…       Впереди наконец-то мелькает свет, давая слабую надежду, что там, в конце, есть выход из этого проклятого, бесконечного лиминального пространства.       Но он вновь не успевает достичь цели. Багряная вода из раза в раз накрывает его с головой, утаскивает за собой. Барахтаясь и пытаясь выплыть из её ледяного плена, он непроизвольно сделал вдох, отчего лёгкие мгновенно зажгло огнём…       Это конец…       Это снова конец…       И вновь на одном и том же месте. Там, где уже мелькает спасение, манит и даёт надежду. Но до него никак не добраться. Воды относят тело все дальше назад, и сил сопротивляться им больше не остаётся. Внезапно становится все равно. На жизнь… на спасение. Он вновь поддаётся неведомой силе и, опустившись на дно, замирает.

***

      Вновь проснувшись от ощущения сковонности во всем теле, Мишель распахнул глаза и в ужасе уставился в потолок. Ледянящий душу страх заполнил каждую клеточку его исхудавшего тела. Сердце, пытаясь пробить грудную клетку, громким гулом отдовалось в ушах.       Сон… Один и тот же навящивый сон почти каждую ночь преследует его уже несколько лет. Он устал от него… Устал от такой жизни... Никто в этом мире не в силах ему помочь… Ни сраные психологи… Ни «волшебные» антидепрессанты… Ни Сэмми.       Уже столько лет никто так и не смог избавить его от вечного страха и чувства вины. Вины перед неизвестно чем…       За эти несколько тяжёлых лет он истрепал нервы не только себе, но и своему омеге. Из-за переживаний о любимом Сэмми также сильно похудел, стал пугливым и плаксивым. Но так больше продолжаться не может. Особенно сейчас, когда омега сообщил о своей беременности. Сэмми нужны силы, чтобы выносить и родить здорового сына. А такая жизнь рядом с истерзанным альфой отнимет у него последние.       Нет, Мишель не допустит этого. Не в этот раз. Сэмми будет лучше без него… Всем будет лучше…       Поднявшись с постели, Мишел прошёл в ванную, умылся прохладной водой и взглянул на себя в зеркало. Осунувшееся серого цвета лицо, впалые, как у мертвеца глаза, вокруг которых уже давно образовались темные круги, исхудалое, обтянутое кожей тело. И как только Сэмми продолжает любить его? Как он столько времени умудряется терпеть его? Его страхи, нервные срывы, запои…       Но все, хватит! Сегодня Мишель избавит любимого, да и самого себя от вечных страданий… Несомненно, омеге поначалу будет больно. Но так будет лучше… Так будет правильнее…       Мишель уже давно готовился к этому. Переписал все свое имущество на Сэмми: квартиру, практически новенький автомобиль, немалый счёт в банке. У его омеги и будущего сына должно быть все только самое лучшее.       Подойдя к письменному столу, заставленному бутылками из-под пива, Мишель достал из коробочки с концелярскими принадлежностями маленький ключ и открыл один из ящичков. Порывшись под стопкой каких-то бумаг, он достал папку с документами, банковскую карту и записку, написанную ещё пару дней назад. Все это сложив на столе, чтобы Сэмми, когда вернётся от родителей, смог сразу найти, Мишель обвел усталым взглядом комнату и, тяжело вздохнув, вышел из спальни.       Оказавшись в гостиной, альфа с сожалением в глазах пробежался взглядом по их с Сэмми портрету. На нем они живые, со счастливой улыбкой на губах, хотя уже тогда страх поселился в их душах.       Мишель хотел, что эта улыбка вновь заиграла на губах его любимого. Но пока Сэмми будет рядом с ним, этого никогда не произойдёт.       Бросив последний взгляд на комнату, Мишель вздохнул и прошёл к балкону. Тот тоже чуть ли не полностью был заставлен бутылками из-под пива и виски. Посмотрев вниз, альфа обвел взглядом двор. Ранним утром здесь всегда было тихо. Редкие прохожие спешили на работу. Тусклые фонарные столбы, освещая им путь, погружали улицу в какой-то зловещий полумрак.       Четвёртый этаж. Должно хватить. Иногда достаточно и первого, чтобы свернуть себе шею. Достав телефон, Мишель набрал давно уже выученный наизусть номер.       — Привет, малыш, я тебя разбудил? — стараясь не выдать своего волнения, ровно произнёс альфа. — Прости.       — Ничего страшного, — раздался в трубке сонный голос, — у тебя что-то случилось?       — Нет, просто хотел сказать, как сильно скучаю и люблю, — ответил Мишель дрогнувшим на последнем слове голосом.       — Я тоже тебя люблю, — тепло произнёс омега, — и тоже очень сильно скучаю. Но мы уже вечером снова будем вместе. Так ведь?       — Конечно… малыш, — кое-как выдавил альфа, шумно сглотнув липкий ком. — До вечера. И отдохни ещё немного.       Отключив телефон и положив его на столик, Мишель стёр рукавом катившиеся по лицу слезы. Пододвинув стул к перилам балкона, он забрался на него и вновь взглянул вниз.       Страшно не было. Было только больно за любимого. Но так действительно будет правильнее.       Прикрыв глаза и глубоко вдохнув, Мишель шагнул вниз.       Четвёртый этаж… Должно хватить…

***

— Мишель, у меня есть для тебя сюрприз, — с лукавой улыбкой на губах, Алекс спрятал руки за спиной. — Сюрприз? — сделав вид, что задумался, альфа несколько раз постучал указательным пальцем по нижней губе. — Что же это может быть? — Это то, о чем мы так давно мечтали, — намекнул супругу омега. — О, неужели ты решил подарить мне автомобиль? — притворившись, что ни о чем не догадался, в шутку предположил Мишель. — Что? Какой ещё автомобиль? Конечно нет, глупенький, — звонко хохотнул Алекс и, протянув руку, что-то вложил в ладонь супруга. — На этот раз у нас получилось. — Алекс, я так рад этому, — поцеловав мужа в висок, со слезами на глазах тепло произнёс Мишель, разглядывая тест на беременность, — наконец-то, спустя пять долгих лет, мы станем родителями. Я так счастлив, солнышко. — Я тоже очень счастлив, Мишель, — стерев слезы с лица, ответил омега и постепенно растворился в воздухе…

***

Кое-как разлепив веки, Мишель осмотрелся по сторонам. Вокруг царил полумрак и особо разглядеть что-то в нем у него не было никакой возможности. — Что произошло, я уснул? — хрипло спросил сам себя альфа, поднявшись с кожаного кресла. — И где я сейчас вообще? Заметив тускло мерцающий огонек выключателя, Мишел, осторожно ступая, чтобы случайно обо что-то не споткнуться, подобрался к нему. Щелкнув кнопкой, он тут же зажмурился от яркого света, больно ударившего в глаза. Проморгавшись и немного привыкнув, альфа внимательно осмотрелся. Помещение, в котором он оказался, напоминало отель. Но кроме него, казалось, в нем никого больше не было. Здесь стояла такая тишина, что можно было услышать стук собственного сердца. Подойдя к стойке регистрации, которая так же пустовала, Мишель несколько раз нажал на колокодьчик. Он надеялся, что кто-то появится и сможет объяснить, что с ним произошло и куда он вообще попал. Однако ни через пять минут, ни после нескольких настойчивых звонков, никто так и не объявился. Осмотревшись повнимательнее, Мишель заметил в стороне на стойке клипборд с листком бумаги и картой. Взяв его в руки, альфа бегло прошелся по короткому тексту. «Мистер Беннет, добро пожаловать в наш отель «Refugium». Ваш номер подготовлен, карту от него вы найдёте рядом с этим письмом на стойке. Просим перед заселением поставить вашу подпись в конце бланка регистрации. С уважением, Администратор отеля.» Удивившись такому посланию, Мишель перевернул лист и обнаружил под ним тот самый бланк. Тот уже полностью был заполнен на его имя, что ещё больше изумло альфу, и в конце действительно только требовалась его подпись. Взяв прикрепленную к клипборду ручку, Мишель расписался и, вернув планшет на стойку, засунул ключ-карту в задний карман джинс. Ещё раз окинув взглядом холл и не обнаружив в нем ни лестницы, ни лифта, Мишель направился к двойным дверям, которые находились справа от стойки. Распахнув их, он попал в ещё один небольшой зал. В этом помещении, в отличие от главного холла, горел настолько тусклый свет, что альфа с трудом мог различить находившуюся в нем мебель. Немного привыкнув к этому освещению, Мишель осмотрелся по сторонам. Судя по всему этот зал являлся комнатой для отдыха или встреч. У стен стояли диванчики и кресла, с двух сторон висели телевизоры, а посреди комнаты располагался бильярдный стол. И не смотря на то, что в вазах стояли свежие цветы, а на столиках у дивана чаши с сочными фруктами, здесь так же стояла мертвенная тишина. Она неприятно давила со всех сторон и немного пугала, отчего по спине поползли противные мурашки. Аккуратно обогнув стол, Мишель направился к широкой лестнице. Поднявшись ввер, он обнаружил там только два лифта. Никакой другой лестницы для подъёма на следующие этажи нигде не было видно. Немного удивившись этому, альфа нажал кнопку вызова и достал из кармана карту, чтобы уточнить номер комнаты. «30.04» красовалась на ней надпись крупным шрифтом кроваво-красного цвета. — Что за странный номер? — удивлённо пробубнил себе под нос Мишель, рассматривая ключ-карту с обеих сторон. Войдя внутрь кабины, он нажал на третий этаж и, ощутив, как лифт опасно дернулся, схватился за поручень. — «Добро пожаловать в наш отель, мистер Беннет, — раздался из динамика глубокий хрипловатый голос, стоило дверям закрыться, — надеимся, ваше прибывание здесь будет приятным.» Этот голос по непонятной причине вызвал у Мишель необъяснимую тревогу, отчего неприятной холодок прополз по спине. Передернув плечами, альфа нервно постучал пальцами по поручню. Как ему показалось, поездка на третий этаж длилась непривычно долго. Резко остановившись, из-за чего Мишель чуть было не потерял равновесие и не упал, лифт издал неприятный скрежещий звук. Альфу тут же охватило чувство паники, что что-то пошло не так и сейчас он со всей скорости полетит вниз. Но через несколько секунд двери лифта открылись, выпуская Мишель в небольшую комнату. Здесь так же горел тусклый свет, в углу стояли пару кресел для отдыха, а за приоткрытой двойной дверью виднелся длинный коридор. Распахнув её, альфа направился к своему номеру. Остановившись перед нужной дверью, Мишель снова осмотрелся и прислушался. Здесь так же было подозрительно тихо, словно в этом отеле он находился совершенно один. Поежившись от неприятной мысли, альфа воспользовался картой и, шагнув в номер, первым делом нащупал рукой кнопку, чтобы включить свет. В комнате было светло, свежо и даже немного по-домашнему уютно. Посреди номар стояла двуспальная кровать, застеленая белоснежным бельём. Перед кроватью находился камод, на котором стоял небольшой телевизор. В углу у завешанного тяжёлыми партьерами окна располагалось кресло и маленький столик, на котором размещались ваза с цветами и пиала заполненная фруктами. Справа от входной двери находилась ещё одна, которая, очевидно, вела в ванную комнату. Стащив с себя кожанную куртку, Мишель прошёл в уборную, чтобы немного освежиться. Умывшись прохладной водой, он взглянул на себя в зеркало. Альфе показалось, что он выглядил намного бледнее обычного, но, возможно, это было из-за сильной усталости, которую он испытывал с того момента, как проснулся в этом отеле. Пригладив чуть взлохмаченные волосы, Мишель тяжело вздохнул и вернулся в комнату. Расстянувшись на постели, он попытался вспомнить, как сюда попал, а главное — зачем ему вообще понадобилось останавливаться в этом отеле. Однако сколько бы альфа не прикладывал усилий, вспомнить у него так и не получилось. Ощутив лёгкую головную боль, Мишель решил для начала немного отдохнуть. И стоило ему прикрыть глаза, как вскоре он провалился в дремоту.

***

Мишель стоял посреди огромного зала, который был освещен лишь одной единственной лампой. Из-за царившего полумрака что-то разглядеть вокруг практически не представлялось возможности. Несмотря на размеры комнаты, из нее вела одна единственная дверь. Особо не раздумывая о том, что могло находиться по ту сторону, альфа распахнул её и попал в узкий коридор, в конце которого мерцал яркий свет. Осторожно ступая в полумраке, Мишель уверенно направился вперёд. С каждым шагом вокруг становилось светлее, и чувство тревоги, которое завладело им несколько минут назад, постепенно отступило. Очутившись в ярко освещенной комнате, альфа поспешил зажмуриться. Подождав, когда глаза привыкнут к свету, он внимательно осмотрелся. Комната была просторной и по обстановке напоминала гостиную. Как и в любой такой комнате, в ней был кожаный диван и пара кресел, тумба с телевизором, который на удивление работал. Правда никаких передач он не показывал, только серую рябь на экране и шипяший звук. На столике перед диваном размещалась кружка с кофе, пару шоколадных конфет и газета. Вся обстановка почему-то была какой-то знакомой, однако Мишель никак не мог припомнить, где раньше он мог видеть эту комнату. Помимо мебели в гостиной были два узких прохода, которые, очевидно, вели в соседнии комнаты. Выбрав один из них, альфа очутился в спальне. В отличие от предыдущей комнаты, вся мебель была расставлена хаотично, словно кто-то пытался сделать перестановку, но передумал. Мельком осмотрев её и не обнаружив ничего интересного, Мишель направился дальше, вновь попав в длинный, тускло осещенный коридор. Пройдя по нему до конца, альфа попал в детскую. Свет вновь больно ударил по глазам, отчего Мишель, не сдержавшись, зашипел. Такие перепады не сулили ничего хорошего. Если и дальше так пойдёт, то головная боль ему обеспечена. Вновь привыкнув к яркому свету, альфа осмотрелся. Неприятные мурашки поползли по спине от охватившего его чувства узаваимости. Красочные обои с персонажами из мультфильмов, детская кроватка в углу, пеленальный столик, шкаф, полочки которого были заполнены плюшевыми игрушками... Все это снова казалось Мишель пугающе знакомым. Однако сколько бы он не силился вспомнить, у него это так и не вышло. Бросив последний взгляд на комнату, он двинулся дальше. Исследуя помещение за помещением, Мишель уже сбился со счета, каким оно было. Ему казалось, что он бродит по ним уже несколько часов. Тревога и страх, что он никогда отсюда не выберится, усиливались с каждым новым помещением. Каждый раз попадая в одну из комнат, альфе казалось, что он уже в ней побывал. Он выбирал другие проходы, но из раза в раз оказывался все в тех же комнатах, некоторые из которых отличались друг от друга лишь расстановкой мебели или цветом обоев. От страха и волнения, сердце так громко билось где-то в районе горла, что его отчётливо было слышно в мертвенной тишине. С каждой минутой ускоряющиеся шаги эхом разлетались по помещению, создавая у Мишель иллюзию преследования. То и дело оборачиваясь, альфа не выдержал напряжения и сорвался на бег. Паника накатывала все сильнее, заставив липкий страх пробраться в самую глубь его подсознания. От нехватки воздуха Мишель хрипел и то и дело хватался за горло, но сбавлять темп не решался. И когда уже казалось, что надежды выбраться отсюда нет, в конце коридара показалась дверь. Собравшись с последними силами, альфа добрался до неё и, распахнув, ворвался в новое помещение. Им оказалась огромных размеров уборная. Посреди комнаты стояла ванна, в которую тонкой струей текла вода. Чуть отдышавшись, Мишель подошёл ближе и, заглянув, обнаружил, что вода вот-вот перельется за края. Попробовав закрыть кран, он ощутил, как противный холодок вновь пополз по спине. Винтиль, с оглушающим треском отломившись, остался у него в руке. Дверь за спиной с грохотом захлопнулась, отчего Мишель чуть ли не подпрыгнул на месте. Подлетев к ней, он отчаянно задерга ручку, но дверь не поддавалась, словно была заперта на ключ. Вода, перелившись через края, неестественно быстро прибывала. В считанные секунды она уже доходила альфе до колен. Лампочка на потолке ярко вспыхнула и, с треском разлетевшись по сторонам, погрузила комнату в темноту. Ощущение неминуемой смерти охватило разум, и Мишель, словно обезумев, вновь бешено задергал ручку. В один миг ледяная волна накрыла альфу с головой, унося подальше от единственного выхода отсюда. Барахтаясь в воде, Мишель ощутил, как зажгло лёгкие, стоило ему инстинктивно вдохнуть. Горло сдавило спазмом, и альфа, впившись в него пальцами, опустился на дно…

***

Проснувшись в холодном поту, Мишел вскочил и осмотрелся. Он все ещё находился в этом странном отеле. По зановешенному плотными партнёрами окну, невозможно было понять, какое сейчас было время суток. Прикрыв глаза, Мишель опустился обратно на постель. Сердце все так же бешено билось в груди, а дыхание было хриплым и прирывистым. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, альфа попытался вспомнить, что ему приснилось. На этот раз сон изменился. Вернее, изменилось место, в котором он был. Но вот конец по прежнему остался одним и тем же: Мишель тонул, захлебываясь в воде. По какой причине уже несколько лет его приследовал этот сон, альфа не понимал, или не помнил. Но что бы он не предпринимал, избавится от него было не возможно. Потерев лицо ладонями, Мишель открыл глаза и нехотя поднялся с постели. Приняв освежающий душ, он решил спуститься вниз, чтобы узнать, где он мог позавтракать. Альфа надеялся, что кто-то из персонала уже вернулся, и ему не придётся все искать самому. Пройдясь по коридору, Мишель остановился и прислушался. Вокруг по-прежнему стояла звенящая тишина. Это вновь встревожило альфу. От мысли, что здесь он был единственным постояльцем, неприятный холодок пополз по спине. Страх вновь стал медленно подкрадываться, пытаясь пробраться под кожу. Судорожно вдохнув, Мишель поспешил к лифту. Ему нестерпимо захотелось как можно быстрее оказаться внизу и убедиться, что здесь он не был единственным живым существом. Чуть ли не выскачив из лифта, Мишель бегом спустился по лестнице и, быстрым шагом миновав зону отдыха, вышел в холл. Он до последнего надеялся застать в нем хоть одного работника отеля, но на ресепшене по-прежнему никого не было. Подойдя к стойке, альфа вновь нашёл на ней записку, а также поднос прикрытый полотенцем. «Мистер Беннет, спешу сообщить вам, что в данный момент в столовой проводится ремонт. Ваш завтрак, как обед и ужин, вы найдёте на стойке регистрации. Прошу прощения за возникшие неудобства. Администратор отеля» Прочитав записку несколько раз, Мишель покосился на вторую дверь, которая, очевидно, вела в столовую. Тихо прокравшись к ней, он прислушался. За дверью стояла такая же мертвенная тишина, а значит ни о каких ремонтных работах не могло быть и речи. Возможно, сейчас было ещё рано и рабочие не успели прийти. Но, скорее всего, никакого ремонта не было. Альфу просто по какой-то ему неизвестной причине не пускали в это помещение. Вернувшись к стойке, Мишель подхватил поднос и направился к себе в номер. Осознание того, что в этом отеле он был совершенно один, с новой силой захлестнуло с головой. Находиться в полном одиночестве в неизвестном месте было до тошноты неуютно. Вновь неприятный холодок прополз по спине и свернулся калачиком на затылке. Перепригивая через несколько ступений, Мишель добрался до лифта и дрожащими пальцами несколько раз нажал на кнопку. Лифт спускался непривычно долго, словно ехал с сотого этажа, хотя, как альфа заметил, в отели их было всего пять. Липкий страх вновь пробрался под кожу. Если он здесь был один, то лифт должен был остаться на этом этаже. А значит в отеле все же кто-то присутствовал. И кем являлся этот некто, Мишель даже не хотел думать. Чуть ли не бегом добравшись до своего номера, альфа залетел внутрь и запер дверь на замок. Опустившись на постель и немного отдышавшись, Мишель прислушался. В отеле все также было тихо, за ним никто не следовал по пятам, иначе он бы неприменно услышал шаги. Пропустить хоть малейший шорок в такой тишине было невозможно. Немного успокоившись, Мишель поднял полотенце с подноса. Под ним находилась небольшая чашка, в которой лежало одно единственное темно-красное яблоко и еще одна небольшая записка. «Мистер Беннет, на всякий случай я подготовил для вас яблоко. Но прислушайтесь к себе. Разве вы испытываете чувства голода или жажду?» Дочитав записку, альфа ощутил, как ему вновь стало не по себе. Прислушавшись к своему телу, он осознал, что действительно не был голоден. Схватив яблако, Мишель откусил приличный кусок и, прожевав, попробовал проглотить. Но то тут же застряло в горле. Кое-как откашлявшись, альфа спихнул дрожащей рукой поднос с кровати. Яблоко вывалилась из чашки и, покатившись, скрылась под кроватью. В этом отеле и с ним явно происходило что-то странное, но, что именно было не так, Мишель пока не понимал. От этого с каждой минутой становилось все тревожнее. Альфа больше не чувствовал себя в безопасности даже в своём номере, но решил, что все же не будет выходить из комнаты до тех пор, пока все не прояснится, или пока он не будет вынужден это сделать. Чтобы все время не думать о том, что здесь происходит, Мишель решил немного расслабиться под просмотр какого-нибудь фильма. Щелкнув кнопкой пульта, он ожидал, что телевизор включится, однако этого не произошло. Решив, что прибор не был подключён к резетке, альфа поднялся с постели и заглянул за тумбу. К его удивлению все было подключено, и сзади светилась лампочка, подтверждающая это. Но телевизор упорно не собирался включаться, сколько бы Мишель не тыкал по кнопками. Разочарованно вздохнув, он вернулся на постель и открыл ящик тумбочки, надеясь найти в нем хотя бы книгу. Однако вместо неё там оказался фонарик. Проверив, в рабочем ли состоянии тот был, альфа вернул его на место и проверил тумбу с другой стороны. Там оказался лишь небольшой медицинский справочник по оказанию первой помощи. Это немного удивило Мишель и расстроило. За неимением ничего другого, он вновь вздохнул и открыл справочник на первой странице. Дочитав почти до середины, альфа скучающе зевнул, захлопнул книгу и отбросил её в сторону. Все это он и так прекрасно знал. Работая когда-то пожарным, он по нескольку раз в год обязан был проходить курсы оказания первой помощи. И в конце концов за пять лет выучил все наизусть. Валяться на постели без дела было невероятно скучно. Вспомнив, что вчера он, вроде бы, видел в номере газету, Мишель соскачил с постели и подлетел к столику. Однако на нем кроме чашки с фруктами ничего больше не было. Злость и разочарование завладели альфой и он негодующе топнул ногой. В этом отеле совершенно нечем было занятся. Подойдя к окну Мишель раздвинул шторы, чтобы узнать, какое время суток сейчас было, и замер на месте. За окном стояла кромешная тьма, и даже в паре сантиметров ничего не возможно было увидеть. Задвинув шторы, Мишель вернулся к столику. Фрукты в чашке выглядили свежими и аппетитными и так и манили съесть их. Решив снова попробовать, альфа положил в рот крупную виноградину, но тут же выплюнул назад. Та оказалась пластиковой. Для чего потребовалось размещать в номере муляжные фрукты Мишель не понимал, но решил не забивать себе ещё и этим голову. Так как занятся было нечем, альфа решил снова лечь и немного поспать. Однако дойти до постели он не успел. Что-то тихо щелкнуло сверху, лампа погасла и комната мгновенно погрузилась во тьму…