Сборник зарисовок по «ATEEZ»

      Для обычных людей проглотить вишнёвую косточку — не проблема. Но для Пак Сонхва это обернулось настоящим проклятьем. 

* * *

      Он не помнил прошлую жизнь, но знал от духов предков, что тогда он был блудником, каких поискать. Сонхва соблазнял молодых девушек: рассказывал им сказочки про красивую жизнь, клялся в любви под цветущей сакурой, уводил из семей, порочил честь и уезжал в другую деревню, оставляя избранниц ни с чем. И всё это ради ежесекундного удовольствия.        Однажды прошлому Сонхва не повезло закрутить роман с ведьмой. Когда он вдоволь наигрался с ней и бросил, как и всех остальных, прямо под цветущей сакурой, девушка прокляла его: она накормила Сонхва отравленной вишней. Ведьма обрекла его на мучительные смерти в каждой последующей жизни от медленно, но неумолимо прорастающей в его теле сакуры. Лишь одно могло спасти Сонхва из бесконечного цикла смерти — простая искренняя взаимная любовь.

* * *

      Вот только нынешний Сонхва не был виноват в грехах прошлой жизни, как и сейчас в измене, которую попросту не совершал. Однако Ким Хонджун считал иначе, потому что верил подруге больше, чем собственному парню. Он не дал Сонхва и шанса оправдаться: как только подруга прислала криво отфотошопленные фотографии его парня с лучшим другом, Хонджун собрал вещи и покинул их с Сонхва общую квартиру, громко хлопнув дверью.       Сонхва хотел погнаться за возлюбленным, чтобы вразумить, но когда ноги будто вросли в землю, он понял: это конечная.        «Так и знал».       Любовь, которая должна была быть спасением, лишь сильнее наказала его.       Сонхва поднял взгляд на стену, где висела их с Хонджуном совместная фотография: тот клялся в любви под цветущей, будь она проклята, сакурой. Тогда Сонхва был самым счастливым. Он не думал о проклятии — все его мысли занимали взаимные чувства.        «Взаимные? Разве может любящий человек поверить чужим бредням?» — думал Сонхва, пока из его шеи начинали прорастать ветви молодого дерева.       А впрочем, имеет ли это какое-то значение теперь, когда он медленно, но верно умирает?..       Взгляд Сонхва постепенно опустел, на щеке замерла одинокая слеза.       «По крайней мере, я дам жизнь чему-то новому. Надеюсь, у этой сакуры будет более счастливая судьба, чем у меня».