Сборник зарисовок по «ATEEZ»

      Сонхва — лучший выпускник школы танго. Чувство ритма, музыкальный слух, пластика, грация — всё при нём! Помимо того, он обладает невероятно привлекательной внешностью и прекрасной харизмой, из-за чего на него в жизни-то засмотришься, а когда он на сцене так и вовсе глаз не оторвать!       И вот однажды преподаватель звонит Сонхва и просит того провести мастер класс для одного очень уважаемого спонсора их академии — достаточно банальная просьба, на которую Сонхва соглашается с условием, что ему предоставят партнёршу на месте, ведь какой парный танец без пары.        Он ещё не подозревает, чем это всё для него обернётся.

***

      Попав в некогда родной класс, Сонхва одолевает ностальгия. Он ощупывает родные стены, пока ждёт преподавателя. Сонхва облачён в свободный черный костюм и белую рубашку. На длинном, идеально завязанном галстуке красуется серебряная заколка. Изящество длинных пальцев подчёркивают тонкие кольца, в ушах от плавной ходьбы побрякивают сверкающие на свету серёжки. Блестящие от лака волосы немного вьются, добавляя образу грациозности. Чарующие глаза слегка подведены, губы накрашены розовым бальзамом. Неважно, где и перед кем Сонхва выступает, он всегда одет с иголочки. Красивый и опрятный внешний вид — гордость танцора.       Наконец массивная деревянная дверь скрипит, оповещая о приходе в класс нового человека. Сонхва поворачивается на звук, видит своего преподавателя и вежливо ему кланяется. Взрослый мужчина нежно улыбается своему бывшему ученику и говорит, что тот мог бы и не соблюдать эти формальности, ведь он давно превзошёл своего учителя. На что Сонхва отнекивается, заверяя преподавателя, что не может иначе: воспитание не позволяет. Мужчина вновь ему тепло улыбается и открывает было рот, чтобы что-то сказать, но не успевает, потому что в тренировочный зал вламывается незнакомый парень невысокого роста. Он тоже, как и Сонхва, облачён в костюм, в ушах пестреет огромное множество различных маленьких серёжек-гвоздей, а тёмно-коричневые волосы его ровно наполовину выбелены до кремового оттенка. В кармане пиджака алеет аккуратная розочка, очищенная от листьев и шипов. В глазах незнакомца играет задорный огонёк.        Сонхва от неожиданности вздрагивает, но вовремя берёт себя в руки и здоровается, бросая непонимающий взгляд на преподавателя.       — А вот и наш дорогой спонсор пришёл! Здравствуйте, Ким Хонджун! — произносит преподаватель и жмёт тому руку. Сонхва понимающе кивает и тоже протягивает руку, слегка кланяясь. Хонджун одаривает танцора уж больно хитрым взглядом, после чего, наконец, пожимает чужую протянутую ладонь.       — Сонхва, — со вздохом окликает ученика учитель, меняясь в лице, будто вспоминает что-то важное, что случайно забыл или о чём не хотел вспоминать ранее, — Отойдём на минутку.       Мужчина бросает извиняющийся взгляд Хонджуну и осторожно отводит ничего не понимающего Сонхва в сторону.       — Что-то случилось? — взволнованно спрашивает танцор, как только они остаются наедине.       — Случилось, — кивает преподаватель удручённо, — Я должен перед тобой извиниться.       Сонхва непонимающе выгибает бровь. Его преподаватель никогда не просил у него прощения, да и не было причин: он человек с безупречной репутацией.       — Всё нормально, не стоит так переживать… Уверен, у вашего поступка был мотив, — воспользовавшись секундным молчанием преподавателя, Сонхва пытается успокоить и подбодрить неожиданно встревожившегося мужчину, — Так.. что же случилось?       — Семья господина Ким является крупнейшим спонсором нашей академии, поэтому когда он попросил провести частный урок, я не смог ему отказать. Под «частным» я подразумеваю, что будут только он и ты. Прости, что соврал тебе насчёт партнёрши. Побоялся, что ты не согласишься.        У Сонхва округляются глаза от удивления, но после он хмурится, проходя все стадии принятия в своих мыслях.        — Подождите… но как же мне давать ему урок без партнёрши? Кружиться в воздухе с вытянутыми руками, как дурак?       — Это уже обсуди с ним наедине, — отвечает учитель, сочувственно хлопая Сонхва по плечу, — Ещё раз извини, что подставил. От этого решения зависела судьба нашей студии.       С этими словами мужчина уходит, оставляя своего лучшего ученика и ценного спонсора наедине.        Сонхва ещё какое-то время стоит на месте и хмурится. Кулаки его сжимаются от злости но не на преподавателя, а на ситуацию. Он впервые чувствует себя потерянно перед танцем и это чувство его раздражает. Ему нужно хорошо станцевать, ведь на кону стоит любимая студия и преподаватель, которому он многим обязан. Но как показать «класс» без партнёрши? Этого он не знает. Поэтому он просто обязан найти себе пару. Возможно кто-то из обучающихся здесь девушек сможет составить компанию. Подойдёт даже совсем неопытная, всё равно вести будет Сонхва…       Из раздумий танцора вытаскивает чужая горячая рука, мягко обхватившая его за талию.       Сонхва оборачивается и встречается с озорными чёрными глазами и обворожительной улыбкой.       — Не заморачивайтесь слишком сильно, давайте просто потанцуем, — с этими словами Хонджун делает шаг назад и расставляет руки в приглашающем жесте.       — Но Хонджун-ним, я не могу показать вам на что способен без партнёрши. Дайте мне минуту и я найду…       — Не нужно, — прерывает его Хонджун, — Я буду вашим партнёром сегодня, — он лукаво подмигивает и мягко обхватывает чужую тёплую ладонь, но та быстро ускользает из некрепкой хватки.       — Танго — это танец любви, страсти и пылких чувств. Я не могу танцевать его с Вами, потому что… Вы мужчина, — заверяет Сонхва.       — Говорите так, будто любовь может быть только между мужчиной и женщиной, — парирует Хонджун, вновь опуская руку на красивую и тонкую, для мужчины, талию Сонхва.       — Я не это имею ввиду, просто.. где вы видели, чтобы танго танцевали двое мужчин?! — возмущается Сонхва, пытаясь убрать чужую руку с собственной талии.       — А зачем мне нужно это видеть? Давайте просто потанцуем и всё. Я поведу, — как ни в чём не бывало отвечает Хонджун, крепче сжимает талию своего партнёра и делает шаг в такт тихой музыке, которая всё это время играла на фоне, увлекая его за собой в танец.       Сонхва на мгновение теряется от напористости Хонджуна, но быстро берёт себя в руки.       — Подождите, — останавливает Хонджуна Сонхва, перехватывая чужие крепкие руки. На что спонсор устало закатывает глаза, как бы говоря: «Ну что опять?».       — Раз вы решили быть моим партнёром, то возьмите женскую партию. Моя направленность — мужская. — серьёзно говорит Сонхва, пристально смотря на партнёра.       Хонджун с мгновение смотрит на Сонхва в ответ, пару раз непонимающе моргает, а потом вдруг начинает громко и заливисто смеяться.       Сонхва непонимающе выгибает бровь.       — Вы что, экзамен собрались сдавать? К чему такая серьёзность, — сквозь смех произносит спонсор.       Но Сонхва не поддерживает веселья Хонджуна, прожигая в нём дыру своим сосредоточенным взглядом.       — Ладно-ладно, я понял, господин лучший танцор Кореи, — отсмеявшись, сдаётся Хонджун, — Если вы со мной станцуете, то я не против побыть ведомым. Но только в танце! — зачем-то уточняет Хонджун, внимательно наблюдая за реакцией партнёра. Но он остаётся невозмутимым.       Сонхва молча протягивает руку. Его лицо по-прежнему выражает серьёзную сосредоточенность — полная противоположность светящегося от счастья спонсора.       Хонджун кладёт свою ладонь поверх чужой, делает шаг навстречу Сонхва и опускает вторую руку на его плечо.       — Снежная королева, — шёпотом произносит спонсор с хитрой ухмылкой, смотря в чужие холодные, но до одури прекрасные глаза.       Сонхва на новое прозвище никак не реагирует, лишь крепче сжимает чужую руку в своей и мягко обхватывает мощную спину спонсора. Он делает глубокий вдох, собираясь с мыслями, а на выдохе произносит:       — Начнём под счёт. Я поведу.                 Дождавшись чужого уверенного кивка, Сонхва начинает громко и чётко:       — Раз! — правая нога плавно скользит по полу. Хонджун следует за ней.       — Два! — небольшой поворот обеспечивается чётким движением Сонхва. Спонсор позволяет руководить собственным телом.       — Три! — Сонхва слегка наклоняет Хонджуна, заглядывая в чужие глаза. Тот времени зря не теряет и лукаво подмигивает своему партнёру. Непробиваемая стена, возведённая Сонхва на секунду даёт брешь и он отводит взгляд, чтобы больше не видеть чужой игривый взгляд.       — Четыре! — завершающий шаг, после которого Сонхва отпускает Хонджуна. Тот выглядит потерянно и даже как-то грустно, будто его только что вытащили из самого прекрасного сна в его жизни, — У Вас хорошее чувство ритма. Попробуем под музыку. Я пойду прибавлю громкость.       Сонхва делает шаг в сторону музыкального центра, но затем останавливается, разворачивается в пол-оборота к Хонджуну и произносит преподавательски-строгим тоном:        — Если вы хотите, чтобы наш танец смотрелся гармонично, ваша манера должна быть более плавной и… женственной.       Хонджун усмехается.       — Боюсь, я недостаточно пластичен для того, чтобы танцевать как девушка, я так не согнусь, — он пожимает плечами, — К тому же, я всегда танцевал мужскую парт… — Хонджун осекается и замолкает на полуслове.       — О, так вы не новичок… — тут же цепляется за слова Сонхва, щурясь.       — Да нет, я… всего неделю… — начинает было Хонджун, но пристальный взгляд партнёра заставляет сдаться, — Ладно, я бы всё равно спалился рано или поздно. Вы меня подловили, я танцую уже более пяти лет. Но так, для себя, я не выступаю. Просто люблю этот стиль танца.       Сонхва хмыкает.       — Я почувствовал подвох ещё во время нашей короткой репетиции — вы слишком знающий для новичка.       — Я был так очевиден? — усмехается спонсор, — От вашего профессионального взгляда ничего не скроется.       — Ну и зачем тогда я вам понадобился? Зачем умоляли дать вам мастер-класс, если и без меня неплохо танцуете? — возмущённо спрашивает Сонхва, скрещивая руки на груди. На его красивом гладком лбу появляются совершенно неуместные морщинки, старящие его лет на пять.       — Я просто хотел потанцевать с вами в паре. Понять, какого это… танцевать с лучшим, — Хонджун зеркалит чужую позу, — Не буду скрывать, я воспользовался семейными связями и деньгами, чтобы добиться личной встречи с вами. Но это было моей давней мечтой, ещё с тех пор, как я впервые увидел ваше выступление по телевизору пять лет назад, — щёки спонсора покрываются красным румянцем, что не ускользает от внимательного взгляда Сонхва, — Так что… я ваш давний фанат. И, могу сказать, в жизни вы ещё прекраснее.       Взгляд Сонхва теплеет, а морщинки разглаживаются. Слова спонсора тешат самолюбие.       — Хорошо, я вас понял, — Сонхва говорит спокойно, с напыщенной важностью, стараясь не пускать на лицо предательскую улыбку, что так и норовит показаться, — Тогда давайте потанцуем, пока есть время. У меня потом дела.       — О, так я у вас не один… — тянет Хонджун с хитрой улыбкой, — Мне начинать ревновать?       — Ну и шуточки у вас! И с чего вообще вы решили, что я еду давать очередной мастер-класс?! — язвительно отвечает Сонхва, прибавляя громкость и меняя композицию, — Раз уж вы на опыте, то покажите мне всё, на что способны.       — То есть мне можно не сдерживаться? — вновь говорит двусмысленные вещи Хонджун, пытаясь вытянуть из Сонхва хоть какие-то эмоции, кроме отвращения, злости и сосредоточенности. Хотя он ни на что и не надеется, зная, что очередная шутка будет пропущена мимо ушей. Однако получает ответ.       — Да уж, пожалуйста, — произносит Сонхва, вставая в начальную позицию и протягивая руку Хонджуну.       Тот быстро подскакивает к Сонхва и встаёт в уже привычную позу.       Сонхва отсчитывает секунды, дожидаясь нужного момента в музыке, чтобы повести за собой Хонджуна. Когда эта секунда настаёт, он начинает плавно двигаться. На этот раз Хонджун ведёт себя более уверенно, его движения чёткие и профессиональные. Сонхва довольно хмыкает и перестаёт следить за действиями партнёра, отдаваясь музыке. Где-то в середине композиции он ловит себя на мысли, что получает неподдельное удовольствие от танца, какое испытывает лишь с действительно хорошими партнёрами. Шаг за шагом, поворот за поворотом — они двигаются в такт музыке, а их синхронность невероятна высока для тех, кто впервые танцует в паре. Они оба наслаждаются происходящим. Наверное в этом и есть секрет их невероятной химии.       Когда музыкальная композиция начинает подходить к концу, Сонхва перехватывает Хонджуна поудобнее, чтобы слегка наклонить его на последних нотах для красивого завершения, но Хонджун опережает Сонхва, наклоняя его самого. Песня заканчивается и в помещении становится тихо, лишь сбитое дыхание двух парней отражается от голых стен. Сонхва в лёгком замешательстве смотрит на Хонджуна. У Хонджуна ритмично вздымается грудь от тяжелого дыхания. На лице повисли капельки пота, передние пряди прилипли ко лбу.       Замечая на себе пристальный взгляд, он игриво подмигивает прежде, чем вернуть Сонхва в вертикальное положение.        — Спасибо за танец. Он был лучшим в моей жизни! — наконец разрывает тишину Хонджун, поправляя чёлку, — В танго вам нет равных.       — И вам спасибо. Признаться, я удивлён. Вы хорошо танцуете, — честно говорит Сонхва, решая тоже поправить свою прическу, хотя она и без того была идеальной.       — Получить похвалу от вас… я польщён! — Хонджун мягко улыбается.       — Если что, я искренен. Я мало кого хвалю, только когда есть за что. Так вот вас — есть за что.       Хонджун усмехается.       — Охотно верю. Такой серьезный человек, как Вы, не станет разбрасываться комплиментами налево и направо. Впрочем, оттого они ещё ценнее.       Сонхва в ответ слегка улыбается, кажется, впервые за этот час.        Время мастер класса подходит к концу, но почему-то Сонхва не спешит покидать танцевальный зал, хотя ещё недавно думал о том, что ему не следует задерживаться, иначе он опоздает на день рождения к другу. Он хочет что-то сказать на прощанье, но почему-то ничего путного на ум не приходит, кроме обычного «до свидания». Он бы мог сказать это, чтобы долго не думать, но почему-то этого кажется мало.       — Ладно, настала пора прощаться, — звонкий, но грустный голос Хонджуна выдёргивает Сонхва из мыслей, — У вас, кажется, ещё были дела. Спасибо ещё раз за всё. Наконец, спасибо за исполнившуюся мечту.       — А-ага, — коротко отвечает Сонхва, наблюдая за Хонджуном. Он всё ещё не знает, что ответить. Хонджун уже который раз за час вводит его в ступор своей искренностью. Не то, чтобы Сонхва никогда раньше не восхищались. Просто… восхищение Хонджуна звучит как-то иначе. Будто это не просто восхваление чужих навыков, а… признание в чувствах. Именно! Признание! Сонхва будто ударяет током от осознания. Пазл в голове тут же складывается воедино.       — Но прежде, чем я уйду… — продолжает Хонджун, — Хочу оставить вам хоть небольшое напоминание о себе.       С этими словами Хонджун достаёт аккуратную алую розочку с гладким стеблем, которая всё это время находилась у него в кармане.       — Знаю, что мой подарок нельзя назвать дорогим, да и долговечным тоже.. но зато он искренний.       Хонджун одаривает Сонхва мягкой, но грустной улыбкой.        Сонхва поражается тому, как сильно Хонджун изменился в лице. От бойкого и самоуверенного нахального парня до грустного, милого щеночка.        От этого сравнения даже его холодное сердце слегка сжимается в груди. Он протягивает руку, чтобы взять цветок, но Хонджун не спешит его отдавать. Он прикрывает глаза и подносит розу к своим губам, мягко целуя нежные лепестки и как бы передавая ему все свои чувства.       Этот жест заставляет щёки Сонхва покрыться румянцем да так сильно, как не было еще никогда за этот вечер. Так что он не выдерживает и произносит:       — Что вы… делаете?       В этот самый миг Хонджун открывает глаза, отстраняет цветок от собственного лица и засовывает аккуратный стебёлёк в нагрудный карман чужого пиджака.       — Дарю вам свою любовь: такую же прекрасную, как эта роза.       Хонджун ещё раз грустно улыбается на прощанье, после чего покидает душное помещение класса, оставляя Сонхва наедине со своими мыслями.       — Так значит, я не ошибся… это не просто восхищение… — тихо говорит сам себе Сонхва, прижимая невинный цветок ближе к груди, — А ведь я так с ним и не попрощался..       Чувство недосказанности пожирает изнутри. Сонхва понимает, что не может оставить всё… так. Не может не попрощаться как подобает. Поэтому он пулей выбегает из класса, бежит вниз по лестнице, на первый этаж, к выходу. Он должен успеть, он должен хоть что-то сказать. Он должен…       Сонхва застаёт Хонджуна садящимся в дорогой джип на переднее пассажирское сиденье. Водитель услужливо придерживает ему дверь.       — Ким Хонджун, — окликает спонсора Сонхва, подходя ближе к машине.       Тот удивлённо оборачивается и жестом просит водителя ненадолго прикрыть дверь, тогда как сам отходит от джипа в сторону Сонхва.       — Что-то случилось? — Хонджун выглядит слегка растерянно.       — Я… — и только сейчас Сонхва понимает, что так и не придумал, что ему сказать, — В общем…       Хонджун непонимающе выгибает бровь.       — Да к чёрту! — бросает тщетные попытки сказать что-то вразумительное Сонхва, хватает Хонджуна за руку, рывком притягивает его к себе и мягко целует гладкую щёку.       Когда Сонхва отдаляется, замечает, что Хонджун весь красный, как рак. Он всё ещё находится где-то в прострации, судя по всему, не веря своему счастью.       — Вот теперь всё, — тихо подмечает Сонхва, — Теперь всё честно, — он чувствует, как сам начинает краснеть, а потому спешит вернуться назад в студию.        А тем временем один водитель, откачивая одного богатого спонсора танцевальной академии, думает о том, что не зря получал медицинское образование, ведь оно ему наконец-то пригодилось.