Нет покоя нечестивым

Сеть привычно гудела мириадами одновременных запросов, гостеприимно раскрывая перед Кэйей незащищенные массивы данных. Он точно не знал, сколько уже провел в кресле. Эргономичная конструкция не допускала физических неудобств, но раз где-то в реальности рядом не ругался Дилюк из-за его очередной многочасовой сессии, то все было не так плохо. Второй день он перемалывал записи с городских камер в поисках зацепок, но пока безрезультатно. Вчера он чудом прошмыгнул мимо гончих «Ясиро», кончиками пальцев прошерстив всю документацию за последние пару недель, чтобы узнать, что же именно и зачем намеревались украсть «Фатуи», а сегодня он отчаянно искал последние следы Дори, но никак их не находил. Записи за тот вторник филигранно потерли. Кэйа до сих пор, как и все его коллеги, не знал, что именно было на том чипе, что так отчаянно Кавех пытался защитить, заламывая цену не в море, но в унциях человечности, и сейчас тоже горел азартом заполучить эту щепку. Ну и в последствии издеваться над Аль-Хайтамом, конечно же. Видят архонты, вчера он держался, как мог, то и дело ловя раз в минуту предостерегающие сообщения от Дилюка, но не сумел отказать себе в соблазне почти невинно поддеть Аль-Хайтама. Наблюдать за его реакцией было не просто интересно, а безумно увлекательно. Кэйа прекрасно видел, как именно тот смотрел на пресловутого Кавеха, как его руки неосознанно постоянно тянулись в его сторону в поисках хоть мимолетного физического контакта. Как мастерски за колкостями тот прятал интерес и яростно отрицал его. Кэйа ни разу не поверил, что между этими двумя ничего не было, и когда оба в унисон воскликнули, что «не встречаются», Кэйа про себя добавил: «Пока что.» Аль-Хайтам плохо считывал намеки и эмоции, да и в своих, похоже, разбирался не лучше, но это все дело времени. Кэйа даже не сомневался, что как только все закончится, по Аль-Хайтаму с беспардонностью метеорита шибанет осознание, а Кэйа, так уж и быть, побудет его психотерапевтом с функцией свахи. Ох, Дилюк будет против такой инициативы, но Кэйа уже закинул удочку приглашать Кавеха на их совместные встречи почаще. Тихо хихикнув, Кэйа переключился на новую камеру, быстро перематывая записи на нужную дату. Чуть ранее он уже определил, когда именно Кавех нашел очки Дори, которые вчера отдал Аль-Хайтаму в качестве улики, и теперь зона поиска сильно сузилась. Камер в том районе было совсем немного. Не самый благополучный кусок Сумеру, чтобы так сильно заботиться о безопасности, но и здесь все видеозаписи за вечер вторника были стерты. Кэйа, стиснув зубы, не думал сдаваться. Конечно, нетраннеры у «Ясиро» топовые, но и он себя не на помойке нашел — если надо, постарается все восстановить. Кэйа снова переключился на очередную камеру чуть в отдалении от злосчастного переулка и — бинго! На записи Дори с огромным кейсом в руках почти бежала, а потом свернула в переулок, куда следом за ней меньше, чем через минуту проследовали две высокие фигуры со светящимися глазами. Одним из них был Тома — верный цепной пес, выполняющий для своего хозяина любую грязную работенку. Кэйа сразу узнал его. Казалось, за пять лет он совершенно не изменился. А вот в личности второй пришлось немного повозиться. Это определённо был нетраннер, коих у «Ясиро» было с избытком, и Кэйа без стеснения подтянул все доступные базы, сканируя скрытое полумраком лицо. Долго ждать не пришлось, буквально через несколько секунду подробная личная карточка из полицейских баз всплыла рядом с выделенным квадратиком лицом. Кудзё Сара, одна из топовых нетраннеров корпы. Кэйа слышал о ней, но лично не знал. Видимо, в тот день она должна была сопровождать конвой, как основной нетраннер, но сейчас ассистировала в хладнокровном устранении очередной мелкой сошки. Что ж, похоже, Кэйа оказался прав в своих предположениях, да и Аякс не соврал. «Фатуи» действительно заказали кражу конструкта. Странно, что Дори согласилась. Жмотка-фиксерша любила только деньги и пеклась только о своей шкурке — это все знали, а значит ей пообещали не только огромные деньги, но и, скорее всего, безопасность. Видимо, сумма оказалась настолько большой, что делиться ею со своими соло она не пожелала, решив, что дельце непыльное. Прогадала. Фатально прогадала. Пусть кража данных корп оказалась дымовой завесой, попыткой отвлечь всех безопасников от кражи физического носителя в самый уязвимый момент, Дори оказалась разменной монетой в играх корпских крыс. Наверняка, все бы получилось, пустись Тома в погоню за ней на пару минут позже, но… Дори мертва, у связанного с ней Кавеха остался неизвестный чип, а все секретные разработки корп в руках «Фатуи». И все ради крошечного биочипа. Скопировав нужный кусок видео, Кэйа направил его Аль-Хайтаму и тут же набрал его. Не густо, но по крайней мере они теперь точно знали, что произошло в тот вечер. В груди теплилось приятное удовлетворение от полученного результата. Недовольный голос Аль-Хайтама раздался в ушах спустя пару гудков. Очевидно, никакого прогресса они не достигли, а тут еще и сопутствующие проблемы с Кавехом. Кэйа даже не старался скрыть торжествующей радости, когда с изяществом конферансье вываливал на Аль-Хайтама результаты многочасовых поисков. Тот же с каждым словом становился все недовольнее, все раздраженнее. Кэйа не знал, что произошло вчера после того, как они с Дилюком покинули бар, но, надеялся, что ничего серьезного. — Расскажешь ему? — Спросил Кэйа, когда молчание на том конце затянулось. Оба прекрасно понимали, что Тома — не тот, с кем стоит тягаться простому механику, даже объявив маленькую вендетту. Только вот Кавех был упрямее и напористей любого барана, Кэйа еще вчера во время игры в бильярд это понял. Кавех ненавидел сдаваться и признавать свою неправоту. Аль-Хайтам наконец тяжело вздохнул. Похоже, его терзали такие же мысли. — У нас сделка, придется. — Надеюсь, он не будет стрелку ему забивать, — с надеждой пробормотал Кэйа и решил сменить тему. Момент подстебнуть Аль-Хайтама был просто идеальный, но любая шутка по поводу чужих отношений была бы просто неуместной. — Пойду в базах конструктов покопаюсь, может, что интересное найду по тому образцу, что Дори пыталась украсть. Аль-Хайтам тихо поблагодарил его и первым отключился, а Кэйа вдруг сам себе удивился, почему он не додумался залезть в архивы «Наруками» раньше. Нет, с искином «Яэ» ему было не тягаться. Его вычислительная мощность была настолько велика, что замечала даже, казалось бы, аккуратные попытки подковырнуть стоящий вокруг серверов лед. Нет, Кэйа нацелился на открытый банк конструктов и расположенную на средних уровнях сети документацию, которую «Ясиро» когда-то публиковала в открытом доступе и лишь потом засекретила. Только вот единожды размещенное в сети навсегда там остается, а Кэйа превосходно умел распутывать цифровые следы и восстанавливать повреждённые данные. После вторжения в «Долю ангелов» ему вообще долгое время любое море казалось по колено, а потом системы безопасности усовершенствовали, протоколы обновили, и даже он в свое время приложил руку к укреплению файервола «Ирминтеха». Никто не хотел повторения ситуации в «Доле», но желания редко соотносятся с действительностью. Все же последнюю утечку тоже не за три дня провернули. Он уже знал, что в тот день из лабораторий «Наруками» в головной офис зачем-то перевозили программируемую основу передовых искинов «Ясиро». Вряд ли до причины перевозки он докопается, но и в открытом банке энграмм наверняка можно найти что-то интересное. Восстановленные старые данные оказались слишком старыми, чтобы быть полезными: лишь общие отчеты о разработке и внедрении программы «Сохрани Свою Душу», статьи о «Наруками» и рекламные посты — ничего, что могло бы действительно пригодиться. А вот в банке энграмм Кэйа порезвился от души. Подключив дополнительные скрипты, он быстро перемалывал отчет за отчетом, особое внимание уделив уже реализованным биочипам. Он даже не знал, что конкретно искал, скорее, просто развлекался с надеждой найти какие-то зацепки, которые помогли бы хотя бы косвенно указать на истинную цель кражи конструкта «Фатуи». Ожидаемо, ничего сверхполезного он не нашел, но кое-что заставило Кэйю остановить поиск и вчитаться в документы. Когда имя Кавеха мелькнуло в списке пересаженных энграмм, Кэйа сразу списал все на совпадение, но все же присмотрелся. Отчет занимал добрых тридцать страниц, и с каждой строчкой вбивал гвоздь в гроб надежды, что речь шла о ком-то другом, но нет — фото улыбчивого светловолосого молодого мужчины в уголке общей анкеты подтверждало конкретную личность. Энграмма Кавеха, которую, судя по документам, сняли незадолго до его смерти от онкологии, больше тридцати лет ждала подходящего тела и пятнадцать лет назад была пересажена донору, имя которого ни разу не упомянулось. Кэйа ощущал мерзкую смесь удовлетворения и тошноты, пока копировал нужные строки и делал скриншоты. Аль-Хайтам будет определенно в шоке. Надо же! Обычный механик оказался не так-то прост! Кэйа уже ставил себе пометочку в голове при новой встрече допросить Кавеха с пристрастием за бокалбчиком чего-то крепкого. Лишь бы тот сейчас не наворотил глупостей. Кэйа всегда задавался вопросом, насколько реальной была оцифрованная личность, о создании которой уже так много лет кричали буквально из каждой щели. Он знал, что это безумно дорого и сложно, и не знал, что пересаженных энграмм было так мало. В основном ими оказались простые люди, сумевшие чудом накопить на дорогую операцию и не имевшие за душой ничего более, кроме собственных принципов и желания жить. По-настоящему ценные образцы же до сих пор лежали на серверах «Наруками» в открытых и не очень списках, и никто ни разу до сих пор не объявил о воскрешении какого-нибудь политика или президента корпорации. Их сознания для «Ясиро» приносили больше пользы, будучи подключенными к хранилищу. Кэйа не стал тянуть, и сразу скинул найденную информацию Аль-Хайтаму. Он очень надеялся, что Кавех не станет глупить, когда узнает имя убийцы Дори, только вот Кавех думал иначе. Такой отчетливой паники в голосе Аль-Хайтама Кэйа не слышал ни разу, и чувствовал, как сам начинает дрожать, кинувшись пеленговать чип связи Кавеха. Кэйа продолжал надеяться на лучшее, когда кружок на карте довольно быстро сужался, превращаясь в конкретную точку. В тот же момент Кэйа подключился к ближайшим к месту камерам в том районе, чтобы буквально в прямом эфире заметить светловолосую фигуру в красной куртке, что нетеропливо заходила в отмеченное на карте здание. Больше он не имел права тянуть. Тяжело сглотнув, Кэйа открыл чат. Кажется, пришла пора платить по счетам и наконец хоть немного искупить содеянное. «Что это?» — Аякс даже не поздоровался, когда Кэйа скинул ему метку. «Там, скорее всего на крыше, сейчас Тома. Один и даже без хозяйского поводка.» Аякс больше не ответил, и Кэйа вздохнул. Наверняка сорвался с места по адресу. Тревога в груди не утихала, и чтоб хоть как-то унять ее, он вернулся к висящему на линии Аль-Хайтаму. Он скинул метку Дилюку, напомнил Аль-Хайтаму о направленных ему документах и вскольз бросил, что вызвал им подмогу, уверенный, что Аякс уже мчался на место. — Только не говори, что это Тарталья… — просипел в ухо Аль-Хайтам, когда Кэйа услышал на фоне короткий рев промчавшегося мотоцикла. — Он самый, — Кэйа не смог удержаться от толики самодовольства, мысленно похвалив себя за сообразительность, и поспешил успокоить перепуганного Аль-Хайтама. — Ему нужен только Тома, не переживай, у них свои счеты. Лучше глянь, что я скинул. Пока отключусь, но я на связи, звони, держи в курсе. С этими словами Кэйа отключился и от кресла. Тревога так плотно напитала мышцы, что усидеть на месте было просто невозможно. Аякс не отвечал ему до сих пор, и Кэйа рискнул отправить ему еще одно сообщение с короткой просьбой. «Не убей второго.» Но и эти слова остались без ответа. Кэйа беспокойно нарезал круги по спальне, то и дело поглядывая в окно, словно силясь разглядеть за пеленой вновь начавшегося дождя сцену мести, развернувшуюся в нескольких кварталах отсюда. Оставалось только ждать. Минуты тянулись, как часы, пока Кэйа ждал хоть какой-то результат. Если Аякс сможет разобраться с Томой, эта позорная страница его жизни будет окончательно закрыта. В свидетелях останется только сам Кэйа и посвященный в его тайну Дилюк. Кэйа тяжело вздохнул и плюхнулся плашмя на кровать. Снова он решал собственные проблемы чужими руками, но выбора не было. Сердце тревожно колотилось о грудную клетку, вторя барабанящим по стеклу каплям, и только этот стук нарушал гнетущую тишину ожидания, отсчитывая очередной виток секунд. Кэйа постарался медленно выдохнуть и прикрыл глаза. Бездна, почему так долго?! «Спасибо.» Короткое сообщение от Аякса выскочило на нейроинтерфейсе и Кэйа подорвался на постели. Он не стал больше ничего спрашивать, Аякс сейчас наверняка и так был на взводе, не стоило еще сильне бесить его надоедливыми вопросами. Оставалось донимать Дилюка. Однако, тот все еще ждал Аль-Хайтама в машине и не знал, что произошло на крыше. Кэйа же и ему сбросил неожиданную информацию о Кавехе, на что Дилюк ответил короткое: «Это многое объясняет.» Кэйа не понимал, о чем он. Он сам слишком мало знал Кавеха, чтобы делать такие выводы. За разговором тревога понемногу утихала. Аль-Хайтам все еще не возвращался, Аякса Дилюк не видел. Может, все разрешилось хорошо? Кэйа не верил ни в богов, ни в другие высшие силы, но сейчас был готов молиться, чтобы Кавех не пострадал. Он не заслуживал ни смерти, ни чего-то еще. Невинная жертва, в который раз ставшая разменной монетой в копорпоративных перипетиях, может превратиться в очередную безымянную плиту в колумбарии. Уже не зная, чем чебя занять, Кэйа бездумно подошел к окну. Крупные капли дробно разбивались о гладкую поверхность и сливались в мутную серую пелену, укрывающую город и все происходящее в нем, смывая следы и границы человечности. От дыхания на стекле расходилась тонкая мутная пленка, и Кэйа тыльной стороной ладони стер конденсат и прислонился лбом к мокрому пятну. Прохлада остужала перегруженный разум, а стук капель успокаивал расшалившиеся нейроны. Дилюк молчал непростительно долго. В очередной раз тяжело вздохнув, Кэйа собрался уже позвонить ему наконец, чтобы разрубить завязавшийся в груди тревожный узел, но входящее сообщение опередило тревожный порыв. Кэйа почувствовал, как слабеют колени, и просто не смог удержаться на ногах, в отчаянии бесформенным мешком опускаясь на пол. Он должен был все проверить раньше, быстрее, не тянуть и не удовлетворять эгоистичное любопытство, роясь в списках клнструктов, когда на кону стояла чужая жизнь. Всего несколько слов повесили на него очередной груз вины за еще одну прерванную жизнь. «Кавех мертв. Едем в морг.»