Когда страсть встречает долг

Утро Фонтейна выдалось туманным. Город будто затаился — улицы опустели, вода в каналах текла тише обычного. Акира спала у Ризли, в его пальто, прикрыв лицо рукой от света. Он уже ушёл — без слов, без обещаний, но с мягким касанием у ключицы. Она была спокойна. Странно, глубоко, непривычно спокойно. Пока не раздался удар в дверь. Стук — грубый. Не вежливый. Как будто кто-то ломился не к ней, а в её жизнь. — Кто... — пробормотала она, подтягивая рубашку и поднимаясь. Она открыла. И остолбенела. — Ты… Итто. Он стоял перед ней весь — в пыли, с растрёпанными волосами, с глазами, в которых горела буря. Его плечи заполняли дверной проём. Лоб — в поту. Губы — сжаты в гневе. Он был не бандит. Не клоун. Не возлюбленный. Он был ярость, ставшая человеком. — Ты думала, я не найду? — прорычал он. Акира сразу напряглась. Внутри что-то сжалось. Прошлое пришло требовать своё. — Это не Инадзума. Ты не можешь здесь… — начала она, но он перешагнул порог, схватил её за руку. — Что, Акира? Ты решила, что можешь просто исчезнуть? Что я забуду? Забуду, как ты смотрела на меня, как шептала ночью, как… стонала моё имя? — его голос дрожал. — А теперь ты здесь? С каким-то герцогом? В его рубашке? Она отдёрнула руку. Хлопнула ладонью по его груди — не сильно, но резко. — Я не твоя, Итто. Никогда не была. Ни твоя. Ни его. Я ушла, потому что меня рвали на части. Я устала быть желанной вещью! — Я не хотел тебя рвать. — его голос оборвался. — Я хотел быть рядом. Хотел, чтобы ты выбрала меня. Потому что я... Я люблю тебя, Акира. Тишина. Слова, которые он ни разу не говорил. Она осталась стоять. Без движения. Без ответа. — Скажи, он важнее меня? Этот… Ризли. Он правда лучше? Акира медленно подняла глаза. — Он — не лучше. Он — другой. И с ним... я не забываю, кто я. Он не делает меня вещью. Не дёргает за поводок. Он не кричит. Не ломает стены. Он просто... ждёт. — А я не умею ждать! — Итто сжал кулаки. — Я только знаю, что когда не слышу тебя — мне больно. Ты всё моё сердце, Акира. Даже если ты его сожгла. Она кивнула. В глазах — слёзы. Но не от слабости. — Я знаю. Но я не готова возвращаться. Ни к тебе, ни к нему. Он смотрел на неё ещё секунду. Потом развернулся и ушёл. Без слов. Без угроз. Без финала. А она... закрыла дверь. И заплакала. Потому что это было самое трудное "нет" в её жизни.