Наука или Религия?

      – Неплохо, неплохо, – прокомментировал скекТек, осматривая клюв Мастера ритуалов во время очередной перевязки. – Я, признаться, ожидал худшего. Пара недель – и сниму тебе швы.       СкекЗок не отреагировал. За эти три дня, один из которых он отлёживался в лаборатории под присмотром Учёного после операции, он ни разу не заговорил с ним. Остальные два он исправно приходил на замену бинтов. Иногда начинал молиться быстрым сбивчивым шепотом. Об обезболивающем он не просил, кажется, он пытался терпеть боль. Учёного это забавляло, ему было интересно, как скоро первосвященник сдастся.       Судя по всему, сегодня. СкекЗок сидел на кушетке, вцепившись пальцами в край до побелевших костяшек. Он сам был бледный, в мятых одеждах и со спутанными собранными в неаккуратный хвост лиловыми волосами. Он сутулился и дышал через рот. Эти дни он плохо ел, если ел вообще: скекТека уже допустили до общих трапез, потому он знал, что скекЗок там не появлялся. От Мастера ритуалов всегда исходил лёгкий запах благовоний, что жглись в золотых чашах в его покое, но после наказания его одежда совсем ими провоняла. Словно он теперь вообще всё свободное время проводил в молитвах и медитациях.       – Ну что, дать тебе зеркало? – ехидно поинтересовался скекТек, доставая чистые бинты. Мастер ритуалов не ответил. Только сглотнул и прикрыл ярко-голубые глаза, готовясь к перевязке клюва. Точнее, того, что от него осталось.       Когда Учёный закончил, скекЗок просидел неподвижно ещё несколько минут. СкекТек уже решил было, что он сдался, что вот-вот попросит его вколоть обезболивающее или снотворное, или всё вместе. Учёный уже торжествовал в предвкушении своей маленькой, пусть и совершенно бессмысленной победы... Но ничего из этого не произошло. Мастер ритуалов медленно поднялся и, пошатываясь, направился к выходу. Уже в проёме он резко споткнулся и схватился за дверной косяк, чтоб не упасть. Учёный выругался на подлингском. Идиот. Святоша идиот, но и он сам тоже идиот. И как он раньше не подумал? Если скекЗок-таки упадёт где-нибудь в коридорах или у себя и ударится затылком об пол... Или, того хуже, ударится лицом... Это очень, очень осложнит процесс восстановления. Император решит, что скекТек плохо выполняет свою работу, и снова отстранит его от общих трапез. А то и хуже, решит наказать за некомпетентность... Нет уж, такого скекТеку точно не надо.       – А ну стоять! – рявкнул Учёный и быстро оказался рядом с Мастером ритуалов. – Ты что творишь? Ты нормальный? Куда ты собрался в таком состоянии? Почему не просишь у меня обезболивающее? – скекТек уже подхватил первосвященника за руку и, страхуя от падения, вёл его обратно к кушетке. – Сядь и сиди, – Учёный насильно усадил скекЗока назад. Не то, чтобы тот сопротивлялся. – Больной имбецил, – продолжал ругаться скекТек, уже стоя у стола и набирая шприц. – Самому клюв отгрызли, хочешь, чтоб мне тоже отгрызли, да? – он резко повернулся и вдруг замолк. По измождённому перебинтованному лицу скекЗока текли слёзы. Это уже второй раз, когда Мастер ритуалов беззвучно плакал при скекТеке. Первый был сразу после операции, когда он только-только увидел своё отражение в зеркале. Тогда его страдания доставили скекТеку садистическое удовольствие. Но сейчас они его, отчего-то, совсем не радовали.       Учёный шагнул к нему, и свободной рукой закатал широкий золотой рукав до плеча. СкекЗок вздрогнул, когда игла вошла под кожу. Слёзы продолжали течь. СкекТек ввёл содержимое шприца и вынул иглу.       – Минут через пять подействует. Посиди пока, потом скажешь, надо ли ещё подколоть, – с этими словами скекТек встал и вновь отошёл к столам. Нужно было замешать ещё один раствор. Раствор для того, чтобы святоша не упал уже в голодный обморок. А то этот полудурок, похоже, вообще решил тут, прости Кристалл, откинуться.       Через пять минут скекТек нарушил молчание.       – Так что, подколоть? – тихий всхлип вместо ответа. – Значит, подколоть.       Учёный сел рядом и повторил процедуру. На этот раз вводил он не только обезболивающее, но и поддерживающий раствор. Всё в то же плечо и несколько инъекций подряд – точно будет синяк. Но это сейчас не главное.       – Ты ещё долго собираешься меня бойкотировать? – поинтересовался скекТек, заглядывая в безучастное лицо скекЗока. – Понимаю, я тебе не нравлюсь. Ты мне тоже. Но кому из нас от этого легче? Так что давай, бросай свою аскезу. И начинай нормально есть. Иначе я исколю тебе все руки. Вторичные тоже. И ночевать ты будешь в лаборатории, потому что вкалывать раствор придётся каждые два-три часа. Тебе оно надо?       – Я... не могу, – вдруг признался скекЗок. Его голос был чуть хриплым от долгого молчания.       – А ты смоги.       – Больно, – проронил Мастер ритуалов, опуская полный стыда взгляд в пол.       – Попроси Гурмана, чтоб подлинги размалывали твою еду, и глотай. Ну, хочешь, я попрошу? – предложил скекТек. Он-то уже лично убедился, что с просьбами у скекЗока дела обстоят плохо. Какой же он всё-таки упёртый гордец...       – СкекТек... – Мастер ритуалов замолк, словно набираясь решимости. Молчание длилось с минуту. Но в конце концов он всё же пересилил себя. – Спасибо.       У Учёного чуть челюсть не отпала. Он был в замешательстве. Он привык, что его окружают неблагодарные имбецилы, что если сам себя не похвалишь – в этом Замке тебя никто не похвалит... И тут... "Спасибо", да ещё и от одного из самых надменных скексисов, от его идеологического соперника, в котором спеси столько, что она через край льётся... СкекТек не сразу нашёлся с ответом.       – Пожалуйста, – на это первосвященник, к удивлению Учёного, чуть кивнул. – Всегда пожалуйста, обращайся, – добавил шокированный скекТек, слишком поздно осознав, что последняя фраза была лишней.       СкекЗок, впрочем, его осечкой никак не воспользовался. Они посидели в тишине ещё немного. Потом Мастер ритуалов поднялся, уже не шатаясь: ему явно стало лучше. Но Учёный всё равно проводил его до двери и даже несколько дальше по коридору. Отпустил, только удостоверившись, что скекЗок не собирается резко терять сознание. СкекТек ещё некоторое время смотрел ему вслед.       А затем направился в сторону кухонь. Ему предстоял разговор с Гурманом.

***

      Тот случай заставил скекТека о многом задуматься. Главным образом о том, что... Не так уж сильно они со скекЗоком различались. СкекЗок всегда был осторожен в своём поведении и высказываниях, ещё до инцидента с клювом. СкекТек тоже избегал лишних провокаций, не желая получить больше унижений и побоев, чем ему уже доставалось. СкекЗок теперь явно боялся скекСо. СкекТек разделял этот страх. СкекЗок поучаствовал в неудавшемся перевороте однажды, что явно указывало на то, что текущая политика его не устраивала. Текущий лидер его не устраивал. СкекТека не устраивал тоже, но сам он никогда не решился бы на подобное. А скекЗоку было, что терять. Ему было, куда падать. И всё же он не испугался, он рискнул своим высоким рангом тогда... и теперь расплачивался.       Но вскоре выяснились новые подробности. К Учёному в лабораторию зашёл Орнаменталист. СкекЭкт, конечно, жаждал сплетен о Мастере ритуалов, но скекТек отмахнулся от него, заявив, что он мешает работать. И тогда скекЭкт, в попытке разговорить его, "по секрету" поведал об "истинной причине" гнева скекСо. Сказал, что Император приревновал Генерала к своему первосвященнику. СкекТек сделал вид, что ему неинтересно, и вновь попросил Орнаменталиста не мозолить глаза. Раздосадованный скекЭкт удалился. А Учёный дождался, пока скекЗок снова явится на перевязку, чтобы задать свой вопрос.       – Скажи, скекЗок, это правда? – и поспешил уточнить. – Правда, что ты флиртовал с главным недоумком всея военной касты?       – Нет, – быстро, но твёрдо ответил Мастер ритуалов. – Никогда такого не было.       – Хорошо, а то я уж подумал, что у тебя совсем нет вкуса.       СкекЗок промолчал. Даже не усмехнулся. То ли он не считал шутку, то ли воспринимал это всё слишком серьёзно.       – А про мятеж правда? – тут первосвященник помрачнел. И выражение его лица было куда красноречивее любых слов. А потому скекТек продолжил. – Это очень смело, знаешь, – признал он, поглядывая на скекЗока. – Крайне. Смело, – пауза. – Ты смелый.       – Нет, – возразил скекЗок. Взор его вдруг сделался скорбным. – Нет, и никогда не был, – он вздохнул и уже тише добавил. – Быть может, стоило...       Слова Мастера ритуалов скекТека не переубедили. Но спорить с ним было, похоже, бессмысленно, и скекТек сменил тему.       – Всё ещё не хочешь посмотреть на себя? – ни тени издёвки в его голосе. – Всё не так плохо, как ты думаешь. Ещё дня три, и сниму тебе швы.       СкекЗок на это лишь покачал головой. СкекТек пожал плечами. Не хочет – его право. Только вот ему потом жить с таким лицом оставшуюся вечность. И чем раньше он примет себя, тем лучше сделает себе же. Правда, сам Учёный не уверен, что в схожей ситуации поступил бы так же логично, как рассуждал сейчас. Но он – другой случай, он в принципе никогда не считал себя красивым. А вот скекЗок... СкекЗок был высоким. Статным, даже. С выразительными ярко-голубыми глазами. С экзотичными фиолетовыми волосами – такого цвета нет больше ни у кого из их собратьев. А лицо... а что лицо? К его лицу быстро привыкаешь. Может, конечно, скекТек предвзят: он ведь его оперировал... Но тем не менее. Да, возможно, Мастер ритуалов не был первым в списке красивейших скексисов... Но и последним точно не являлся.       СкекТек мотнул головой. Что за дурацкие мысли? Звучит так, словно он скекЗоком.. Восхищался? Любовался? Как глупо. Наука и религия не идут рука об руку. Никогда. И Учёный принялся за смену бинтов, дав себе обещание больше о таких глупостях не думать.

***

      – Вечер в лабу.       С этим приветствием к Учёному через три дня ввалился скекНа. Его совсем недавно достали из ублиетки, и выглядел он не очень. Потрёпанный и прихрамывающий, но, судя по запаху, уже успевший наведаться в купальни. И на кухни. Как бы там ни было, момент он выбрал неудачный: скекТек только-только снял скекЗоку швы, но ещё не успел наложить бинты. По правде сказать, Мастер ритуалов в них уже давно не нуждался, но просил скекТека продолжить перебинтовывать ему лицо: он был ещё не готов показаться перед другими без повязок.       – Ой-ей-ей! – в притворном удивлении воскликнул Надзиратель, увидев Мастера ритуалов. Тот сразу отвернулся, но скекНа подскочил к нему, норовя заглянуть в лицо. – СкекЗок, друг мой, кто ж тебя так? Никак Гурман недожарил небри, и она напала на тебя за обедом? Или... у Орнаменталиста закончились подлинги, и он решил испытать на тебе свой новый косметос?       – Да-да, скекНа, мы тоже рады тебя видеть, а теперь не мог бы ты уйти? – недовольно произнёс скекТек. – Ты нам мешаешь.       – Я? Как я могу мешать? – наигранно оскорбился скекНа. – Я пришёл проведать моего лучшего друга, мы с ним вообще уже почти любовники, между нами столько всего было! А ты нас разлучаешь? Нехорошо! – он опять повернулся к скекЗоку. – Да ладно тебе, не отворачивайся. Я ж знаю, что это наш светлоликий тебе хлебальник отгрыз. Мне вот одно интересно: он как бы разжевал и проглотил по итогу? Или просто бросил валяться? – осведомился Надзиратель с мерзенькой ухмылочкой.       Учёный заметил, как Мастера ритуалов пробила крупная дрожь. Он сцепил кисти рук перед собой и плотно сомкнул веки. Его рот то и дело чуть приоткрывался, а язык двигался: он проговаривал беззвучную молитву.       – А вот этот твой клюв, его можно как-то найти и подобрать? – не унимался скекНа. – Он где-то ещё остался? Просто любопытно.       СкекЗок рвано выдохнул. Он был на грани.       – СкекНа, – Учёный указал на дверь. – Вон.       – Почему? – Надзиратель расширил единственный глаз, прикидываясь тупым. Хотя по мнению скекТека, ему и прикидываться-то было незачем.       – Вон.       – Да ты чего, скекТек? Нормально же общались!       СкекТек зашипел. Его спинные иглы встали бы дыбом, если бы не слои одежды.       – Я сказал пошёл вон! – он резко выхватил заточку и направил на Надзирателя. – Проваливай по-хорошему или уползешь с лезвием во второй глазнице. Меня, право слово, устроит любой исход.       – Тише-тише, – скекНа выставил руки перед собой в примирительным жесте. Конфликтовать со скекТеком он не хотел: Учёный разделял его политические взгляды. И мог бы стать полезным союзником. – У меня крюк длиннее твоего ножичка, это во-первых. Ты сегодня какой-то нервный, это во-вторых. Ну ладно, – он двинулся к двери, предусмотрительно не выпуская скекТека из поля зрения. – Если настаиваешь, зайду в другой раз. Благослови вас Кристалл, – тут скекНа с усмешкой спародировал молитвенный жест и вышел.       Как только они остались одни в лаборатории, скекЗок прислонился к стене плечом, закрыл лицо руками и затрясся.       – Это невыносимо... – сбивчиво прошептал он. В его голосе сквозило отчаяние. – Эта гнида... Он и Камергер, это...       СкекТек вернул заточку в карман рабочего фартука. Подошёл и осторожно коснулся плеча Мастера ритуалов. Тот продолжал мелко подрагивать.       – Не обращай на них внимания. Они все имбецилы.       – Они сломали мне жизнь...       – Только если ты сам будешь так думать.       – Почему, скекТек? – скекЗок вдруг убрал ладони от лица и посмотрел на него в упор. Его ярко-голубые глаза блестели от слёз. – Почему тебе есть до меня дело? Ты чего-то хочешь от меня?       На самом деле, Учёный задавал себе тот же самый вопрос последние пару недель. Но сегодня он мог на него ответить.       – Потому что я знаю, каково это. Я регулярно терплю нападки и побои. И как тебя сегодня унизил скекНа, так меня унижает Император. И Генерал. И вообще все вы. Только ни Императору, ни Генералу я не могу пригрозить заточкой и заставить уйти.       – Но тебя не наказывали... так... Ты не изуродован, – последние слова явно дались Мастеру ритуалов тяжело.       – Как ты сам любишь говорить: "На всё воля Кристалла". Смирись. Научись с этим жить. Рано или поздно станет легче.       Его слова, похоже, не особо утешили скекЗока. Его пустой взгляд теперь был устремлён в пространство, а кисти рук всё ещё дрожали.       СкекТек вздохнул. Скажи ему кто унум назад, что он будет сочувствовать Мастеру ритуалов – в жизни бы не поверил. Но вот он здесь, успокаивает одного из самых высокопоставленных скексисов. А мог бы воспользоваться его состоянием и извлечь для себя выгоду. Мог бы... Но он – не Камергер.       – Эй, скекЗок, – буднично начал Учёный. Кажется, он нашёл хороший способ отвлечь скекЗока от гнетущих мыслей. – Наука или религия? И почему.       – Решил поиздеваться, да? – бесцветно спросил первосвященник.       – Отнюдь. Просто ответь на вопрос.       – Религия.       – Почему?       Мастер ритуалов словно начал оживать. Он перевёл взгляд на Учёного: в его глазах появилось что-то новое... Азарт?       – Прежде всего, она закладывает нужные убеждения в головы подконтрольных нам рас. Она обеспечивает порядок и предотвращает лишние вопросы: меньше вопросов – меньше угроз правлению Лордов Кристалла. Конечно, нашего внутреннего общества это тоже касается...       СкекТек слушал эту жаркую речь с удовлетворением. Именно такой реакции он ждал, и не прогадал. Учёный теперь точно знал: он выиграл.       Вне зависимости от того, какие аргументы приведёт скекЗок.

***

      – СкекЗок, как это понимать?! – заорал скекВар, завидев Мастера ритуалов с другого конца коридора, и решительно направился ему навстречу.       – Что именно? – спокойно осведомился скекЗок. Он по своему обыкновению прогуливался по Замку утром, пока большинство скексисов ещё нежились в своих кроватях. Но Генерал был особым случаем – он теперь руководил замковской гвардией. Время от времени он лично проводил утренние построения.       – А то! Почему ты... – тут Генерал осёкся: мимо промаршировали два гелфлинга из караула. Они отдали ему честь, но получили лишь злой взгляд в ответ и поспешили скрыться. А скекВар заговорил вновь. – По какому праву ты вчера затащил в постель моего нового капитана?!       Новый капитан... Ах да, хорошенькая стоунвудка с зелёными глазами и сильной аурой. Ответила на его предложение вполне охотно.       – Это было по обоюдному согласию, – не стал отрицать вину скекЗок. Что ж поделать, видит Кристалл: он падок на гелфлингов. – И ей понравилось.       – А ты ни у кого не забыл спросить разрешения, нет?! – Генерал указал на себя. – Мне до макрака, понравилось ей или нет. Мне не понравилось!       – Потому что ты не пробовал.       СкекВар скривился.       – СкекЗок, мерзко, фу! Отвратительно. Вот что мне сделать, чтобы ты прекратил? Я уже включил им в инструктаж обязательное ношение полностью закрытой одежды... А ты всё никак не успокоишься! Мне что, приказать им вообще с тобой не разговаривать, да?! Ты этого добиваешься?! – Генерал фыркнул и замолк, переводя дух, но потом продолжил свою гневную тираду. – Это же очевиднее некуда: нет чести выше, чем скексису возлечь со скексисом! Угомонись и найди себе кого-нибудь!       – Кого, например? – спросил Мастер ритуалов. – Все нормальные уже разобраны, – это было правдой. За столько сотен лет в Замке уже сложились постоянные парочки. Гурман и Орнаменталист, Хранитель свитков и Сборщица... Император и Генерал. На тех, кто ушёл из Замка, рассчитывать не приходилось. Но кое-кто всё же занимал мысли скекЗока с завидной частотой. – Учёный, быть может...       Десятки трайн прошли с инцидента с клювом. Они сохранили нейтральные отношения, лишь изредка обмениваясь формальными фразами в трапезной или при случайных встречах в коридорах Замка. Иногда скекЗок заходил в лабораторию, тогда скекТек раздражался, и они спорили о том, что лучше: наука или религия. Потом скекЗок уходил. СкекТек никогда не навещал его сам. Со времён того случая они даже ни разу не касались друг друга.       – Учёный? Ты что! – скекВара до глубины души поразила сама мысль о том, что кто-то мог думать об Учёном в таком свете. – Он же слабак!       – А как же "нет чести выше, чем скексису возлечь со скексисом"? – усмехнулся Мастер ритуалов, изогнув бровь.       – Не с этим скексисом! – дал заднюю Генерал. СкекЗок нашёл это забавным. Конечно. Нет хуже позора для скексиса военной касты, чем встречаться со слабаком. Опустим, что тот же Хранитель свитков... Впрочем, заканчивать мысль Мастер ритуалов не стал.       – А кто ещё остаётся? Надзиратель? Казначей? Смешно.       – Вообще, – Генерал приложил палец к бугристому подбородку и посмотрел в сторону, раздумывая. – Я могу попросить Разведчика, чтобы пригласил тебя на свидание...       – Он не в моём вкусе.       – А кто в твоём вкусе?! – вспылил скекВар. – Глупо в твоём положении отказываться, даже не попробовав!       – Есть ещё Камергер... – проронил скекЗок, но только чтобы посмотреть на реакцию Генерала. Он сам в жизни бы не согласился сойтись с этой подлой крысой. А уж тем более после того, как он его так подставил.       – Этот червь?! Ну нет! – отрезал Генерал, словно всё уже решил за скекЗока. – Кто угодно, только не он!       – А Учёный?       СкекВар замолчал, словно крепко задумался. А мыслительная активность давалась ему нелегко и требовала немало концентрации.       – Лучше Учёный, чем Камергер, – наконец заключил он.       – А гелфлинги? – опять задал вопрос скекЗок, ожидая от приятеля нового невероятного откровения.       – Лучше гелфлинги, чем Камергер.       – Гелфлинги стоят посередине, получается? – ровно уточнил первосвященник. Ему стоило огромной выдержки не рассмеяться от выводов Генерала.       – Гелфлинги стоят над Камергером, но немного. Но что то плохо, что это, просто есть разные типы мерзкого.       – То есть я всё делаю правильно? – совершенно спокойно осведомился Мастер ритуалов, с трудом подавив смешок.       – Нет! Ты всё делаешь неправильно! – скекВар крайне забавно бесился, пытаясь отстоять свою позицию в споре. – Трахай уже кого хочешь, но не Камергера! И не моих гвардейцев! Просто уже отстань!       – Но ты первый начал этот разговор...       – Отстань! – Генерал отмахнулся и зашагал было прочь, но Мастер ритуалов догнал его.       – Давай так: ты больше не унижаешь Учёного, или унижаешь поменьше, я – не трогаю гвардейцев.       – И какая тут связь? – фыркнул скекВар, не сбавляя скорость. Но скекЗока это не смутило: он не отстал ни на шаг.       – Я хочу с ним попробовать. Я не могу сделать этого, пока он вечно на нервах.       – По-моему, нет связи.       СкекЗок закатил глаза.       – Объясню иначе: ты же не трогаешь Хранителя свитков потому, что с ним встречается твоя сестра по оружию?       – Это другое, – насупился скекВар. – Ты мне не сестра.       – Это то же самое.       – Нет.       – Да.       – Нет.       – То же самое, – стоял на своём первосвященник.       – Не... Ладно! Я посмотрю, что можно сделать, – сдался наконец Генерал. Похоже, их спор его уже порядком утомил. – Только отвяжись от гвардии, – и устало добавил. – Пожалуйста.       – Договорились, – довольно подытожил скекЗок, и, обогнав скекВара, свернул в одну из мрачных галерей. Генерал остановился.       – Гелфоёб, – буркнул он себе под клюв и направился в противоположную сторону.

***

      Окровавленный инструмент с металлическим звяком приземлился в чашу к другим таким же.       СкекТек думал. Сегодня он решил проверить одну гипотезу и вскрыть каратика. Небольшая птичка водилась в Кристалльной пустыне, и внешне и по многим другим признакам напоминала скексисов. Учёного интересовал один конкретный внутренний орган: если его предположения окажутся верны, это позволит существенно повысить эффективность воздействия некоторых видов препаратов. Каратика после операции планировалось зашить и отпустить гулять… С другой стороны, хорошо бы понаблюдать за ним некоторое время, но где его держать? Не устраивать же в лаборатории зверинец, в самом деле…       Сзади послышались шаги и шорох одежд. Стоявший над вскрытой тушкой каратика скекТек разогнулся, чтоб бросить быстрый взгляд через плечо. Впрочем, он уже по запаху понял, кто решил навестить его.       Мастер ритуалов в своих сияющих золотых одеждах смотрелся посреди лаборатории крайне неуместно. Как и всегда. Учёному даже показалось, что сегодня на нём было больше золота и драгоценностей, чем обычно. Привычный запах благовоний в этот раз перебивал его же одеколон.       «Странно,» – подумалось Учёному. Но святоша всегда был странным. Потому скекТек отвернулся обратно к своему невольному пациенту.       – Раз пришёл, передай скальпель, – вместо приветствия произнёс он и, вытянув в сторону руку в окровавленной перчатке, замер в ожидании. СкекТека совершенно не волновало, что скекЗок, наверно, и слово-то такое слышит впервые.       Что-то легло в его ладонь. Это оказалась небольшая книжица с золотыми орнаментами. Учёный резко развернулся.       – Ты совсем идиот, я скальпель просил! – он запустил книжкой в донельзя довольного собой Мастера ритуалов. Тот с лёгкостью увернулся, посмеиваясь.       – Это лучше. Сборник всех правил и законов нашего общества. На скексисном, – отозвался скекЗок, лукаво щурясь. – Очень полезно почитать, ознакомься на досуге. Можешь не возвращать, у меня ещё такие есть.       – Да? А что это он такой тонкий? Негусто как-то законов, – голос скекТека сочился сарказмом. – Отлыниваешь от своей же работы?       – Это сокращенная версия, – первосвященник плавно приблизился, не разрывая зрительного контакта с Учёным. – Но, если хочешь, я тебе и расширенную покажу...       – СкекЗок, ты… – скекТек втянул воздух ноздрями. Кроме благовоний и одеколона был ещё один запах. И этот запах не спутаешь ни с чем. – Ты совсем отлетел?       – Почему же? – Мастер ритуалов остановился прямо напротив него. Он был выше скекТека, потому Учёному приходилось смотреть на него снизу вверх.       – Меня не интересуют одноразовые развлечения. И весна вроде была давно.       – Меня тоже. И причём же тут весна? – проворковал скекЗок. –  Ужель не может скексис захотеть с другим скексисом… – он проникновенно смотрел в глаза скекТека. – Это вообще-то кристаллоугодно.       «Меня тоже». Осознание прошило словно молния. Неужели Мастер ритуалов… хотел строить с ним долгосрочные отношения? Нет-нет… скекТек не понимал. Как? С ним? Он же стоит так низко в иерархии – от него даже поиметь ничего нельзя… Ничего… Что ж это значит, скекЗок искренне желает именно его? Невозможно. Невозможно... На ум сразу пришли все те разы, когда первосвященник навещал его после того случая с клювом. Тот факт, что Учёный оперировал ему лицо, сблизил их в каком-то странном смысле, но он никогда не думал, что дойдёт до такого…       В ожидании ответа Мастер ритуалов как-то поник. Погружённый в свои мысли Учёный не проронил ни слова, и тогда скекЗок медленно произнёс:       – Это из-за лица, да? – сквозь его неловкую извиняющуюся улыбку было видно, как эта мысль его ранила. Он отступил назад на шаг. – Что ж, я всё понимаю.       СкекТек осознал, что молчал слишком долго.       – Нет, – Учёный шагнул вперёд и под удивлённым взглядом ярко-голубых глаз взял его руки в свои. – Нет, конечно нет, скекЗок. Я… – скекТек заметил, как кровь с его перчаток марала холёные пальцы и золотые манжеты его визави. Но отпускать сейчас было бы как-то совсем… неуместно. – СкекЗок. Ты красивый, правда. Очень, и… Я хотел бы… – нужные слова всё не приходили. – Хотел бы с тобой попробовать. Но… Видишь ли… – скекТек начинал раздражаться сам себя. Как же жалко он мямлил! Но стоило отдать скекЗоку должное: он терпеливо ждал. – У меня никого не было. Совсем. Я боюсь разочаровать тебя, – наконец признал Учёный. – Я не понимаю, что ты нашёл во мне. Я даже не понимал, что своими посещениями и религиозно-научными спорами ты со мной флиртуешь…       На его последнюю фразу Мастер ритуалов вдруг наклонился и, потянувшись к нему мордой, потёрся голой костью своего клюва о его клюв в успокаивающем жесте. Жёлтые глаза Учёного расширились, но он не отодвинулся. Лишь прикрыл веки на миг.       А ещё он внезапно подумал, что скекЗок этой частью своего лица ничего не чувствует. Он сделал это исключительно для него.       – Не бойся. Я ведь не веду тебя на наказание, к чему меня бояться, – улыбнулся скекЗок. – Однако... Быть может, ты сам хотел бы наказать меня? – скекТек посмотрел на него недоуменно. – Отхлестать плетью, обжечь кожу горячим воском, порезать ритуальным ножом... – первосвященник издал низкий вибрирующий звук над ушным отверстием Учёного. – Я могу это устроить...       – Звучит заманчиво... – скекТек и раньше подозревал, что у скекЗока есть какие-то такие пристрастия. – Но, думаю, нам стоит начать с чего-то менее... Экстремального, – скекЗок взглянул на него непонимающе, и тогда Учёный, поднеся его кисть ко рту, нежно поцеловал. На языке появился железистый привкус крови. Мастер ритуалов медленно моргнул, и скекТек уже успел пожалеть о сделанном, но первосвященник заговорил.       – Я... – в его груди стало зарождаться тихое урчание. – Я могу привыкнуть к этому, – проворковал он, а затем так же поднёс руку скекТека к собственному клюву и вернул поцелуй. Учёный почувствовал, как краска приливает к щекам. Никто его ещё так не касался, и может быть… может быть это действительно его шанс?       – Только, скекЗок, я… мне… Мне нужно здесь закончить, – скекТек бросил взгляд на каратика на хирургическом столе. – Подожди меня у себя. Я приду сразу, как зашью его обратно.       – Конечно, – отозвался Мастер ритуалов, в глубине сознания, впрочем, опасаясь, что Учёный передумает и не придёт. Он пересёкся взглядом со скекТеком, и его глаза, похоже, выдали его страхи, потому что тот вновь взял его кисть в свою.       – Я обязательно приду, хорошо? – заверил Учёный. – Это не отговорки, – скекЗок кивнул, успокаиваясь. СкекТек выпустил его руку, и он направился к выходу.       – И, скекЗок, – первосвященник обернулся на оклик. – Если наносить порезы ритуальным ножом, то только продезинфицировав его сперва. Я не допущу, чтоб у тебя всё загноилось и потом стало, как у скекЛак.       Мастер ритуалов вновь улыбнулся Учёному и, счастливый, вышел.