Разорви небесам глотку, Зангецу!

Сейрейтей был на грани хаоса. Весть о поражении Ренджи Абарая и разгроме отрядов Одиннадцатого и Пятого распространилась, как пожар, вызывая тревогу среди шинигами. Через час после боя с Ичиго, Ренджи был найден лейтенантами Третьего и Пятого отрядов, Изуру Кирой и Момо Хинамори, в одном из переулков. Его кимоно было порвано, кровь стекала из глубоких ран на груди и плече, а сломанный Забимару лежал рядом, как свидетель его поражения. Кира, чьё лицо обычно было спокойным и сдержанным, побледнел, увидев состояние Ренджи. Момо, не сдерживая эмоций, ахнула, её руки задрожали, когда она опустилась рядом с ним. — Ренджи! — воскликнула Момо, её голос дрожал. — Кто это сделал? Как это возможно? Ренджи, тяжело дыша, поднял взгляд. Его глаза всё ещё горели гневом, но в них чувствовалась боль и стыд. Он стиснул зубы, пытаясь подняться, но Кира мягко положил руку ему на плечо, останавливая. — Не двигайся, — сказал Кира, его голос был холодным, но в нём сквозила тревога. — Твои раны серьёзные. Нам нужно доставить тебя в Четвёртый отряд. — Это был он... — прохрипел Ренджи, его голос был полон ярости. — Ичиго Куросаки. Этот проклятый риока... Он один. Момо замерла, её глаза расширились от ужаса. — Один? — переспросила она, её голос был едва слышен. — Ты хочешь сказать, что один человек сделал это с тобой? С тобой, Ренджи? Кира нахмурился, его взгляд скользнул к сломанному Забимару. Он знал Ренджи как сильного бойца, одного из лучших лейтенантов Готей 13. Мысль о том, что один человек, чужак, мог нанести такой урон, казалась немыслимой. — Это не просто человек, — тихо сказал Кира, его голос был мрачным. — Его реяцу... Иккаку упоминал, что она нестабильна, но невероятно мощная. Мы недооценили его. Ренджи сплюнул кровь, его кулаки сжались. — Он идёт за Рукией, — пробормотал он, его голос дрожал от гнева и бессилия. — Этот идиот думает, что может бросить вызов всему Сейрейтэю... и он... он сильнее, чем я думал. Момо посмотрела на Киру, её глаза наполнились страхом. — Что нам делать? Если он смог победить Ренджи, то... Кира не ответил. Он поднял Ренджи, поддерживая его, и кивнул Момо. — Сначала доставим его в госпиталь. А потом... — он сделал паузу, его взгляд стал жёстче. — Это решат капитаны.

***

Собрание капитанов В зале Первого отряда царила тяжёлая атмосфера. Капитаны Готей 13 стояли в строгом порядке, их лица были мрачными, а реяцу наполняла зал почти осязаемым напряжением. Главнокомандующий Ямамото Гэндрюсай, сидящий во главе, сжимал свой посох, его глаза были полузакрыты, но в них горел огонь, который заставлял всех чувствовать себя под его взглядом ничтожными. Рядом с ним стояли капитаны: Бьякуя Кучики, чьё лицо было холодным и непроницаемым, Сайджин Комамура, чья массивная фигура излучала сдержанную силу, и Кенпачи Зараки, чья ухмылка обещала неприятности. — Докладывайте, — произнёс Ямамото, его голос был глубоким и тяжёлым, как раскаты грома. Лейтенант Первого отряда, Чоджиро Сасакибе, шагнул вперёд, его голос был ровным, но в нём чувствовалось напряжение. — Нарушитель, идентифицированный как Ичиго Куросаки, нанёс значительный урон Одиннадцатому и Пятому отрядам. Лейтенант Шестого отряда, Ренджи Абарай, также был серьёзно ранен в бою с ним. Его занпакто, Забимару, уничтожен. Все отчёты подтверждают, что Куросаки действует в одиночку. Зал наполнился приглушённым шёпотом. Даже капитаны, привыкшие к угрозам, не могли скрыть удивления. Бьякуя слегка прищурился, его лицо оставалось бесстрастным, но в его глазах мелькнула тень раздражения. Кенпачи, напротив, широко ухмыльнулся, его реяцу вспыхнула от предвкушения. — Один парень? — прогремел Кенпачи, его голос был полон восторга. — Ха! Это становится интересным! Где он, я хочу с ним сразиться! Ямамото ударил посохом о пол, заставив всех замолчать. Его глаза открылись шире, и в них сверкнула сталь. — Достаточно, капитан Зараки, — сказал он, его голос был холодным. — Этот риока представляет угрозу, которую нельзя недооценивать. Его реяцу нестабильна, но её сила уже нанесла значительный ущерб. Готей 13 переходит в военное положение. Капитаны переглянулись. Военное положение было крайней мерой, объявляемой только в случае серьёзной угрозы. То, что один человек вызвал такую реакцию, было немыслимо. — Рядовым шинигами запрещено действовать в одиночку, — продолжил Ямамото. — С риока должны сражаться только лейтенанты и выше. Все отряды должны усилить патрулирование и доложить о любом следе его реяцу. Капитан Кучики, — его взгляд устремился к Бьякуе, — вы уже сталкивались с этим нарушителем. Что вы можете сказать? Бьякуя шагнул вперёд, его голос был холодным и ровным. — Ичиго Куросаки — не стоящий большого внимания, — сказал он. — В мире живых он был слаб, но, похоже, его сила выросла. Он действует безрассудно, но его решимость делает его опасным. Я разберусь с ним, если он продолжит угрожать Сейрейтэю. Кенпачи фыркнул, его ухмылка стала шире. — Только попробуй забрать его у меня, Кучики, — сказал он, его голос был полон вызова. — Этот парень — мой! Ямамото снова ударил посохом, прекращая спор. — Достаточно, — рявкнул он. — Ваша задача — защитить Сейрейтей. Найдите риока и устраните его. Совещание окончено. Капитаны начали расходиться, но Бьякуя задержался, его взгляд был устремлён куда-то вдаль. Он знал, что Ичиго пришёл за Рукией, и это вызывало в нём лёгкое раздражение. Он не собирался позволить какому-то человеку нарушить порядок Сейрейтэя.

***

Ночь в заброшенном складе Тем временем ночь окутала Сейрейтей, и улицы погрузились во тьму, нарушаемую лишь редкими фонарями. Ичиго и Йоруичи, измотанные после боя с Ренджи, нашли укрытие в старом заброшенном складе на окраине одного из районов. Здание было ветхим, с прогнившими деревянными балками и разбитыми окнами, через которые проникал холодный ночной воздух. Внутри пахло пылью и плесенью, но это было безопасное место, где они могли перевести дух. Ичиго прислонился к стене, его плечо и бедро всё ещё ныли от ран, нанесённых Ренджи. Кровь запеклась на его кимоно, но он не обращал на это внимания. Его реяцу всё ещё пульсировала, и он чувствовал, как та неведомая сила, которую он принял в бою, затихла, но не исчезла. Она была частью него, и голос "Зангецу", мурлыкающий в его сознании, всё ещё звучал в памяти. Йоруичи, всё ещё в кошачьей форме, запрыгнула на ящик и свернулась клубком, но её глаза внимательно следили за Ичиго. – Ты неплохо сражался против лейтенанта 6 отряда. Хотя и был немного безрассуден. С такой тактикой, до Кучики тебе не добраться. — Я справлюсь, — сказал он, его голос был усталым, но решительным. — Ренджи Абарай — не последний, кто встанет на твоём пути, — сказала она. — Готей 13 теперь знает, на что ты способен. Они объявят военное положение, если уже не сделали этого. Следующий бой будет тяжелее. Ичиго сжал талисман в кармане, чувствуя его тепло. Мысль о Рукии, запертой в Белой Башне, гнала его вперёд, несмотря на боль и усталость. — Пусть объявляют, — сказал он, его голос был полон решимости. — Я не остановлюсь, пока не заберу её. Йоруичи фыркнула, но в её глазах мелькнула тень одобрения. — Ты упрямый, Куросаки, — сказала она. — Отдохни, пока есть время. Завтра Сейрейтей станет ещё опаснее. Ичиго кивнул, опускаясь на пол и прислоняясь к стене. Он закрыл глаза, но его мысли были далеко — с Рукией, с её холодным, но тёплым взглядом, с её голосом, который он поклялся услышать снова. Где-то в глубине его сознания Зангецу рычал, довольный тем, что его Король принял его силу.

***

Внутренний мир Ичиго Мир внутри Ичиго был живым и переменчивым, отражая борьбу сил, которые боролись за контроль над его душой. Сегодня он был затоплен — вода покрывала землю, поднимаясь до середины небоскребов, а сильнейший дождь хлестал с небес, заглушая все звуки, кроме рёва ветра и вспышек молний. Небоскрёбы, обычно возвышавшиеся вокруг, были почти не видны, их очертания растворялись в пелене ливня, а некоторые казались разрушенными, словно их поглотила буря. Это был знак — сила пустого, Зангецу, доминировала в этом мире, подавляя холодную дисциплину Квинси. На крыше одного из уцелевших зданий стояла фигура в белом плаще, развевающемся под порывами ветра. Это был Зангецу, воплощение силы пустого внутри Ичиго. Его белые волосы намокли от дождя, прилипнув к лицу, а жёлтые глаза сверкали с саркастичной насмешкой. Его одежда, белая, как снег, сияла даже в этом мрачном мире, подчёркивая его дерзкую уверенность. — Ну что, Старик, — хмыкнул Зангецу, скрестив руки, его голос был пропитан язвительным весельем. — Пытался держать меня в узде, а? Думал, твои аккуратные расчёты спрячут меня от моего Короля? А он всё равно выбрал мою силу. Ох, как же это, должно быть, бесит твою ледяную башку! Перед ним, в нескольких шагах, стояла другая фигура — мужчина в чёрном плаще, с длинными чёрными волосами. Это была сила Квинси, Юха Бах, унаследованная Ичиго от его матери, Масаки. Его лицо, обычно строгое и суровое, теперь казалось моложе — черты смягчились, глаза утратили часть своей холодной стали. Это было признаком его ослабления, отражением того, как сила пустого взяла верх. Его чёрный плащ, идеально скроенный, был мокрым от дождя, но он стоял прямо, сохраняя достоинство. Его взгляд на Зангецу был холодным и расчётливым, но в нём чувствовалось сдержанное уважение — как к противнику, чью силу невозможно игнорировать. — Твоя болтливость утомляет, — холодно ответил Юха Бах, его голос был ровным, как лезвие, но в нём чувствовалась лёгкая усталость. — Я сдерживал тебя, чтобы защитить Ичиго от твоего хаоса. Твоя сила — это буря, которая может уничтожить его, если он не научится её контролировать. Ты знаешь это, но тебе всё равно. Зангецу расхохотался, его смех эхом разнёсся по внутреннему миру, сливаясь с рёвом дождя. Он шагнул ближе, его жёлтые глаза сверкли саркастичным вызовом, вода хлюпала под его ногами. — Хаос? — переспросил он, его голос был полон насмешки. — Это ты называешь хаосом, старик? Это называется жизнь! Мой Король — не твой шахматный король, чтобы двигаться по твоим клеткам. Он рубит, он сражается, он побеждает! И, между прочим, — он ткнул себя в грудь, его ухмылка стала шире, — Он выбрал меня. В бою с тем красноволосым бабуином он почувствовал мою силу, и, о, как же сладко было видеть, как он её принял! Юха Бах слегка прищурился, его реяцу вспыхнула холодным белым светом, контрастируя с дикой, тёмной энергией Зангецу, которая сливалась с бурей вокруг. Он сделал шаг вперёд, его голос стал ещё холоднее, но в нём чувствовалась сдержанная сила. — Он принял тебя из необходимости, — сказал он. — Его бой с Ренджи был тяжёлым. Если бы он знал, как использовать мою силу, ему не пришлось бы полагаться на твою... дикость. Я научу его дисциплине, точности. Это то, что сделает его сильнее. Зангецу закатил глаза, его ухмылка стала почти театральной. — Дисциплина? — фыркнул он. — Ты серьёзно, старик? Ичиго не твой солдат, чтобы маршировать по твоей указке. Он боец! И, знаешь, я даже уважаю твою холодную упёртость — ты как камень, который не сдвинешь. Но давай начистоту: ты пытался задушить меня, спрятать в уголке его души, а я всё равно пробился. И ещё, — он наклонился ближе, его голос стал тише, но сарказм никуда не делся, — Я вылечил его раны за ночь. Полностью. Он сейчас на все сто, готов разнести этот Сейрейтей в щепки. Что ты на это скажешь, гений стратегии? Юха Бах замер, его молодое лицо напряглось. Он почувствовал, как реяцу Ичиго стабилизировалась, как его тело исцелилось, и понял, что Зангецу говорит правду. Это была его работа — дикая, необузданная энергия пустого, которая каким-то образом восстановила Ичиго. Его реяцу вспыхнула, но осталась холодной, как лёд. — Ты вмешиваешься там, где не должен, — сказал он, его голос был ледяным. — Но я признаю твою силу. Ты помог ему, но это не меняет моей задачи. Я должен защитить Ичиго, даже если он отвергает меня. Его мать доверила мне это, и я не подведу её. Зангецу хмыкнул, его ухмылка смягчилась, но сарказм остался. — Мать, да? — сказал он, его голос стал чуть серьёзнее. — Тут мы с тобой согласны, старик — она была особенной. Но Ичиго — не её копия. Он наш Король, и он будет править с моим мечом в руке. Можешь строить свои планы, но он всё равно будет тянуться ко мне. Потому что я — его инстинкт. Вода под их ногами взметнулась, отражая всплеск реяцу Ичиго, который даже во сне был связан с этим миром. Небо треснуло, и молния ударила в один из разрушенных небоскрёбов, заставив его окончательно рухнуть в воду. Зангецу посмотрел вверх, его глаза сверкли. — Видишь? — сказал он, его голос был почти торжествующим. — Его душа говорит за него. Этот дождь, эта буря — это я. Он сражается с моей силой. Юха Бах посмотрел на падающий небоскрёб, его молодое лицо оставалось холодным, но в его глазах мелькнула тень уважения. Он знал, что Зангецу прав — Ичиго принял его силу, и это сделало его сильнее. Но он также знал, что эта сила была непредсказуемой, и его задача — удержать Ичиго от падения в хаос. — Мы ещё увидим, кто из нас направит его, — сказал Юха Бах, его голос был твёрдым. — Я не отступлю. Зангецу ухмыльнулся, поворачиваясь спиной, его белый плащ хлестнул по воде. — Валяй, старик, — сказал он, его голос был полон сарказма. — Но мой Король уже сделал выбор. И я буду рядом, когда он снова позовёт.

***

Реальность Ичиго резко открыл глаза, его дыхание было ровным, но он чувствовал странное тепло в груди, как будто что-то внутри него ожило. Он посмотрел на своё плечо и бедро — там, где ещё вчера были глубокие раны, теперь остались лишь едва заметные шрамы. Он чувствовал себя сильнее, чем когда-либо, его тело было готово к бою, а реяцу текла ровно, как река перед штормом. Он не знал, как это произошло, но что-то подсказывало ему, что это связано с той силой, которую он принял в бою с Ренджи. Он сжал талисман в кармане, ощущая его тепло, и посмотрел на Йоруичи, которая лежала на ящике, её глаза были полузакрыты, но она явно не спала. — Ты выглядишь как новенький, — сказала она, её голос был спокойным, но внимательным. — Твои раны... они зажили за ночь. Как такое возможно? Ичиго пожал плечами, его голос был хриплым, но уверенным. — Без понятия, — сказал он. — Не знаю, как, но я готов. Если это поможет мне добраться до Рукии, я не против. Йоруичи прищурилась, её хвост слегка дёрнулся. Конечно она знала об истинном происхождении Ичиго и том какие силы в нем текут, но то как быстро он развивался, было слишком необычным. Ведь буквально 2.5 месяца назад, он был простым человеком. Но вот уже сейчас он мог спокойно победить нескольких шинигами уровня офицер и еще десяток рядовых, и при этом даже не давая себе времени на передышку. — Нам нужно двигаться дальше. Сейрейтей не будет ждать. Йоруичи фыркнула, но в её глазах мелькнула тень одобрения. — Упрямый, как всегда, — сказала она. — Хорошо, отдохни ещё немного. Утро принесёт новые проблемы. Они уже объявили военное положение, я уверена. Ичиго кивнул, снова закрывая глаза. Он не знал, что происходит в его внутреннем мире, но чувствовал, словно бы он стал чувствовать Зангецу... Лучше. Эта сила была не угрозой, а союзником, и Ичиго был готов принять её помощь.

***

Где-то в Сейрейтэе патрули шинигами усиливали свои позиции, следуя приказу Ямамото. Лейтенанты и капитаны готовились к охоте, их реяцу наполняла воздух напряжением. Бьякуя Кучики стоял на крыше своего поместья, его взгляд был устремлён к горизонту. Он знал, что Ичиго приближается, и его решимость только укреплялась. Кенпачи Зараки, напротив, бродил по улицам, его ухмылка обещала кровавую битву. Во внутреннем мире Ичиго Зангецу смотрел на ливень, заливающий его мир, его саркастичная ухмылка была довольной. Он знал, что его Король идёт к своей цели, и он будет рядом, чтобы направлять его — несмотря на холодные расчёты Юха Баха. . . . . . . . . . . . . . Прим. Автор: День добрый, это нужно чтобы ответить на некоторые вопросы которые могут у вас возникнуть при прочтении. Я пишу это чтобы разъяснить некоторые вещи которые будут. Во первых хочу сказать что при первых появленихя, Зангецу называл Ичиго не Королем, а напарником/братом, что показывали их равенствов самом начале. Здесь же Ичиго начинает принимать его и Зангецу снова называет его "Король". Дождь в мире Ичиго означает не только его смуту и грусть. Мало когда нам дождь именно когда Ичиго грустил, в основном это были моменты когда сила пустого брала больший контроль. Здания представляют силу Квинси, а Дождь и Вода, силу шинигами и Пустого. Если мир затоплен, это не значит что силы квинси стали слабее, а силы шинигами сильнее, нет, это просто значит что тот или иной сейчас главнествуют над внутренним миром. Как было видно в арке тренировок Данная, когда Ичиго хотел силы и силы Старика уже было недостаточно чтобы сдержать Зангецу, мы замечаем что сам Старик сильно помолодел что довольно странно, так как его молодая версия не считается Пиком Яхве. Это значит что он сдал позиции. Мир Ичиго был утоплен, как символ того что Зангецу сейчас был во главе и он уже предстает перед нами не просто как отражения Ичиго, а как Васто Лорде. То есть он сейчас был в позиции силы. Ну, это мое мнение и эта концепция в этой истории будет прослеживаться дальше. Начет событий что происходят сейчас. Ичиго имеет 1+ дополнительный день, потому что они сразу пошли к Кукаку но стоит учитывать что он не вернулся во времени как в оригинале, так что у него нет 15 дней до казни. Но и прибыл он быстрее. В оригинале до Казни Рукии оставалось 25 дней, но они вернулись во времени и у них были ещё 8 доп дней. Тут такое не было. В итоге Ичиго потратил 10 дней на тренировку с Уразарой и еще 3 дня до портала, в оригинале это заняло 7 дней потому что Урахара должен был еще и создать преобразователь материи в рейши для человеческих тел Чада, Исилы и Орихиме. В общей сложности прошло ровно 14 дней, значит у Ичиго есть еще 11 дней до Казни Рукии. На секундочку, Айзен подстроил свою смерть на 17-18 день. Ичиго постепенно принимает свои силы пустого, злая именно настоящего Зангецу, слова Уразары глубоко отпечатались в нем и он не боится принимать себя таким какой есть. Так же стоит учитывать то как он взаимодействует с другими персонажами. Ичиго не пожалел Ренджи и даже не испытывает к нему ничего кроме презрения. Он не просил Ханатаро о помощи, так как она ему не нужно, у него есть Йоруичи в качестве гида, этого достаточно. Побеждает он рядовых шинигами потому что они... Слабы? Нет, серьёзно с буквально 15 летние школьники с силами которыми они владеют 2 недели, одолели всех шинигами вплоть до 3-х офицеров. Не думаю что те достойный хоть какого-то упоминания раз канон ставит их в такую позицию. Так же хочу отметить будущие идеи. Ичиго встретит не только канноных врагов на пути, но и других нескольких Капитанов. И как уже говорили Айзен и Урахара, самая страшная сила Ичиго, его адаптивность и чудовищный потенциал. Реацу духовного существа растет намного быстрее когда он находится под давлением и Ичиго выделяется даже среди гениев, будучи гибридом. Чем больше опасность, чем сильнее противник, тем быстрее будет развиваться Ичиго, пока он не станет тем кем должен был стать. Насчет так же двойного занпакто, он его тоже получит, но чуть позже. (Насколько позде, пока неизвестно). Так же насчет силы его истинного Банкая, нам не показали его силы, так что возьму на себя смелость придумать ее сам. Ведь даже Яхве, который погладил обе Руки КД, его сердце, разум и даже самого Короля Душ, с Оллмайтом, силой шрифтов и других квинси которые он собрал с помощью Аусэвэлона, побоялся его меча и назвал его "Чудовищным". Так что да, для меня есть где разгуляться.