Ходячая мертвая девочка.

Мара не удивилась, что Эндрю снова позвал Нила в «Райские Сумерки». И не то чтобы она была особенно зла, не так, как, по идее, должна была бы. «Просто потому что я был мертв для тебя, не значит, что ты была мертва для меня.» Как он умудрился вернуться после восьми лет разлуки и всё ещё залезать ей под кожу так, как делал это в детстве? Это было до бешенства раздражающе и, как ни жаль признавать, немного по-ностальгическому. Мара и остальные вышли в коридор к Эндрю и Нилу. Лицо Ники тут же расплылось в широкой улыбке при виде Нила; Аарон выглядел скептически, но, бросив взгляд на Эндрю, промолчал. По Кевину ничего нельзя было понять, да и по самой Маре, наверное, тоже, пока она закрывала за собой дверь. Движение двумя дверями дальше привлекло внимание. Пятеро незнакомцев стучались в номер Нила. Сет вышел им навстречу, похлопывания по спине, "дай пять", крепкие рукопожатия. Он с лёгкостью влился в их компанию. Элисон шла следом. Прижалась к Сету сзади, провела руками по его бокам вниз к поясу. Мара наблюдала, как та методично обшаривает все его карманы. Нашла только зажигалку и мятую жвачку. Сет метнул на неё раздражённый взгляд через плечо. — Я не идиот. Элисон поцеловала его, чтобы заткнулся, и сунула зажигалку обратно, куда взяла. Жвачку швырнула назад, как хлам. Почти попала в Мэтта, когда тот с Дэн появился в проёме двери. Мэтт увернулся и сразу заметил Нила, лицо заметно посветлело. — Нил, ты всё-таки приехал, — сказал он достаточно громко, чтобы даже Элисон с Сетом повернулись. — Сет с Элисон уезжают по барам в центр, а мы тут собираемся устроить марафон фильмов. Есть пожелания? — Вы с кампуса уходите? — переспросил Ники у Элисон. — Ты серьёзно? Элисон нахмурилась и ещё крепче вцепилась в Сета: — Не твоё дело. Мэтт бросил на неё взгляд — лицо напряжённое, но он продолжил говорить с Нилом: — Рене должна скоро вернуться с напитками. Она сказала, что возьмёт что-то безалкогольное для тебя и... — Ну и зря, — сказал Эндрю. — Я сегодня угощаю Нила. Понадобилось несколько секунд, чтобы до всех дошло. Когда дошло, Дэн метнулась вперёд с жёстким: — Ты, блять, издеваешься. Эндрю рассмеялся, довольный её реакцией: — Хотелось бы, да? — В прошлый раз он вернулся автостопом, когда пошёл с вами! — сказала Дэн. Друзья Сета переглянулись, явно заинтересованные, но Дэн, похоже, внимания на них не обратила. Она ткнула пальцем в Эндрю. — Он никуда с вами не пойдёт. В этот раз он, блять, вообще может не вернуться. — Боже, Дэн, — сказал Ники. — Когда ты так говоришь, кажется, что ты нам не доверяешь. — Вам никто не доверяет, — заметил Мэтт. — Что вы задумали? — Это совсем не ваше дело, — сказал Аарон. — Я сказала, он никуда не идёт, — повторила Дэн. — Нил, не позволяй ему тобой помыкать. Эндрю толкнул Нила локтем и что-то сказал по-немецки. Нил ответил тем же. Мара закатила глаза. Ну конечно, он, блять, ещё и по-немецки говорит. Один носитель немецкого и она скачивает себе, сука, Дуолинго. Ники тут же переключился на немецкий, выглядя при этом одновременно и удивлённым, и смущённым. Мара задумалась, что же он там, интересно, в прошлые разы на этом языке вбухивал в присутствии Нила. Он и его кузены быстро перекинулись парой фраз, ни Мара, ни Кевин, ни остальные Лисы не поняли ни слова. — Ублюдки, — пробормотала Мара по-французски. Кевин хмыкнул в знак согласия. В другом конце коридора старшекурсники смотрели на Нила и троицу кузенов, как на привидения. Первым дар речи вернулся к Мэтту, но всё, на что его хватило: — Я думал, ты по-французски говоришь. Ну, это же был французский, да? У Кэти утром? — До завтра, — сказал Нил по-английски. — Мы пошли, — добавил Эндрю и направился по коридору. Кевин пошёл следом. Мара задержалась на месте, наблюдая за братом. — Нил, это плохая идея, — сказала Дэн. — Знаю, — ответил он и пошёл за Кевином и Эндрю. Мара вздохнула и двинулась следом. Аарон с Ники пристроились позади неё. Они спустились по лестнице маленькой процессией: чёрная линия и Нил, белая ворона, посреди неё. Мара уступила Аарону место у окна, но разговаривать ни с кем не стала. Просто откинула голову назад и закрыла глаза на всю дорогу.

***

В прошлый раз, когда они ехали в Колумбию, всё прошло тихо. На этот раз так не вышло: у Эндрю ещё оставался час с лишним действия лекарства. Всю дорогу он болтал с Ники, тот скакал от фильмов к музыке, а Эндрю с удовольствием спорил буквально со всем, что тот говорил. До Колумбии оставалось совсем немного, когда ответы Эндрю начали редеть. Ники постепенно начал тянуть разговор на себе, и паузы в репликах Эндрю становились всё длиннее. В «Sweetie's» сегодня было не меньше народу, чем в их первый визит, но им повезло: когда они подъехали, как раз выезжала машина. Ники занял место с победным жестом, он сжал кулак и вскинул вверх, и вся шестёрка направилась внутрь. Перед ними в очереди стояли ещё две группы. Кевин оставил имя хостес. Эндрю посмотрел на Нила: — Нам нужно число для крэкеров. Ты с нами или нет? — У меня вообще есть выбор? — Спросил Нил. — Теперь да, — ответил Эндрю. Нил покачал головой. Эндрю вопросительно глянул на Мару, и та кивнула. Пожалуй, сегодня она возьмёт пример с Кевина: напьётся и сотрёт этот дерьмо-день с жёсткого диска памяти. Бывали и похуже способы справляться. Ники потащил Нила в туалет переодеться во что-нибудь, за что им не будет стыдно в клубе. Остальные пока дождались столик. Когда Нил вернулся, глаза у него были такие же ярко-синие, как Мара помнила, зеркальное отражение её собственных. Смотреть на них всё ещё было больно. Словно пытаешься сфокусироваться на мерцающем призраке. Аарон изогнул бровь: — Утонул в унитазе? — Даже на быстрый секс нужно время, знаешь ли, — отозвался Никки. Аарон закатил глаза: — Мерзость. — Вот если бы ты хоть иногда трахался, может, и не был бы таким занудным, — сказал Ники, уворачиваясь от салфетки, которую Аарон швырнул в него. — Я же прав. — Ты не смешной, — буркнул Аарон. — Заткнись. Когда принесли мороженое, все ели молча. Оставленные Аароном деньги сильно превышали счёт за десерт, так что Мара догадалась: наркотики у них уже были. Очередь у Райских Сумерек в этот раз была в два раза короче. Ники свалил это на «синие законы» Южной Каролины. У них было всего полтора часа на выпивку, но Ники пообещал, что запас у них дома есть. — Только у кого это дома? — спросил Нил. — Технически у меня, но я считаю, что он наш, — Ники махнул рукой, включая в жест всех присутствующих. — Я уехал из Германии, чтобы стать опекуном Аарона и Эндрю, прикинь? Либо я, либо мои ебуче-религиозные родители. Я решил, что выжить с Эндрю у меня шансов больше. Купил этот дом, чтобы нам было где жить. Батя подписался как поручитель, но Эрик помог с деньгами. Я из своей ежемесячной стипендии ипотеку выплачиваю. — Если у тебя есть дом, почему ты летом жил у Эбби? — Потому что Эндрю не хотел каждый день возить Кевина на тренировки и обратно, — ответил Ники. У обочины у клуба Ники ненадолго притормозил, забрал VIP-пропуск на парковку. Остальные зашли внутрь, пока он парковал машину. Стол найти оказалось проще, чем в прошлый раз, благодаря укороченному времени работы, но клуб всё ещё был достаточно людный, чтобы потеряться в толпе. Эндрю повёл Нила к бару за выпивкой, оставив Мару, Кевина и Аарона караулить занятый стол. — Ты сегодня пьёшь? — Спросил Кевин на французском. Раздражение Аарона ощутимо повисло в воздухе. — Ровно столько, чтобы забыться, — ответила Мара. — Можешь пить сколько влезет, алкоголик ты наш ненаглядный. — Я не алкоголик, — запротестовал Кевин, почти по-детски обиженно. — А я не остро нуждаюсь в терапии, — пробормотала Мара. — Вы вообще понимаете, что вот эти ваши французские рандеву никак не помогают убедить всех в том, что между вами ничего нет? — Вставил Аарон, заметно обиженный тем, что его снова вырезали из разговора. Теперь он понял, каково было Маре и Кевину, когда разговор уходил в немецкий. Мара изобразила ухмылку. После такого дня она даже получилась наполовину настоящей. — А хочешь, я с тобой устрою рандеву, милый? — Меня сейчас вырвет, — буркнул Кевин. Эндрю и Нил вернулись с выпивкой. Ники подошёл сразу, как только Эндрю поставил последний стакан на стол. Мара схватила шот и опрокинула его прежде, чем Ники успел начать тост. Второй, чтобы тому не было обидно. Нил наблюдал за ней с противоположной стороны стола. Они не обменялись ни словом, но Мара знала: он не выдаст их секретов. Она пыталась убедить себя, что делает это исключительно ради него. Убедительно у неё не вышло. Она сделала ещё один шот и лицо Рико Мориямы расплылось в памяти. Смешанный коктейль и она уже не могла вспомнить точный тон его голоса. Ещё один и она забыла, какой след оставляли его пальцы на её коже. Ники и Аарон растворились в толпе танцующих тел; Кевин пил, пока неловкие паузы между ним и Нилом перестали казаться такими неловкими; Эндрю следил за всеми, словно заботливая курица, чтобы никто не влип в настоящие проблемы, пока и он не исчез. Когда странность между Марой, Нилом и Кевином стала невыносимой, Мара встала. — Я в туалет, — объявила она, сама удивляясь медленному, тягучему оттенку своего голоса. Вот оно — быть пьяной? Нил посмотрел на неё с сомнением. — Помощь нужна? Мара нахмурилась. Всё лицо горело теплом, приятно после той ледяной пустоты, что оставил Рико. — Доберусь сама, — сказала она. Потом, как бы между делом, небрежно добавила. — connard. Нил скривился, и Мара лишь на мгновение задержала взгляд, улыбаясь про себя, прежде чем покинула стол. Пройти через очередь и добраться до самого туалета оказалось настоящим испытанием, но в конце концов она вернулась обратно к столу. Она не удивилась, когда не смогла пройти и половины пути. На краю толпы её настиг парень с нелепо раздутым самомнением, лицо расслабленное от алкоголя и какого-то кайфа. — Привет, — пролепетал он с той самой элегантностью, которой обычно обладают пьяные, пытающиеся флиртовать. — Что? — Спросила Мара, разрываясь между раздражением и интересом. Парень выглядел неплохо или, может, она просто была достаточно пьяна. Разве она не хотела понять, как это — хотеть? — Ты красивая, — сказал он. — Я знаю, — ответила Мара, слишком пьяная, чтобы изображать скромность. Пьяный парень вроде бы не обиделся. — Пойдём отсюда? Но прежде, чем Мара успела ответить, за неё это сделал кто-то другой. — У неё уже есть планы, — сказал Аарон, появляясь из толпы, как призрак. — Не повезло. Пьяный парень не обиделся: пожал плечами и растворился в толпе, не задумываясь. Мара подняла бровь на Аарона. — Я не заказывала рыцаря в сияющих доспехах. Аарон закатил глаза, зрачки у него были расширены, а всё тело расслаблено, как Мара никогда раньше не видела. Она подумала: а выглядит ли она так же спокойно? Или это только особый алкогольный стиль Аарона? — Ты могла бы лучше, — сказал он. Мара посмотрела на него некоторое время. Подошла ближе настолько, чтобы почувствовать запах его одеколона, сквозь клубный смрад алкоголя и пота. Сандаловое дерево? Сосна? Чёрт его знает, но пахло приятно. — А лучше — это ты? — Спросила она, будто осторожно опускаясь ногой в холодную воду. Аарон внимательно смотрел на неё. Мара гадала, о чём он думает, но решила, что может и не знать этого прямо сейчас. — Может быть, — ответил он спустя мгновение, словно постепенно погружаясь по пояс. Если бы её спросили позже, кто из них приблизился первым, Мара не смогла бы ответить точно. Может, это была она, подталкиваемая желанием и нуждой понять, что значит хотеть. А может, он, ведомый алкоголем и любопытством. Но это не имело значения, когда их губы встретились, и всё остальное отошло на второй план. Они погрузились. Её рука нашла его шею тёплую и мягкую под ладонью. На её талии появилась рука, на лице — дыхание. Тёплое, захватывающее и такое, каким и должно быть. Она хотела этого. Хотела его. Вот и всё. Достаточно здравого смысла, что осталось от алкогольного апокалипсиса, напомнило Маре: целоваться посреди набитого клуба не самая лучшая идея. Она отстранилась, лишь чтобы прошептать: — Не здесь. Аарон понял, взял её за руку. Она позволила вести себя к краю клуба, к бару, а потом за ним, по той же дорожке, по которой он водил её, когда та сломала руку и он заботился о ней, о ней самой. Они оказались в той же комнате, такой же пустой, как и тогда. Аарон был достаточно трезв, чтобы запереть дверь за ними. И вот они на диване, губы жадно ищут любую кожу, горячие, отчаянные, желающие. Вот оно — хотеть? Всегда должно быть так хорошо? Она была сверху, впервые за долгое время, контролируя ситуацию. Руки на её бёдрах приглашённые, желанные, желающие. Тело под ней – то, чего она просила. Они дышали в унисон, будто лёгкие стали одним целым, задыхаясь в тех же моментах, пока жара взрывалась в них. Его волосы были мягкими между её пальцами. Его пальцы были тёплыми на обнажённой коже её бёдер. Она не могла вспомнить, кто из них подтолкнул её платье так высоко, но никаких жалоб и возражений у неё на языке не было. Она этого хотела. Аарон оторвался от поцелуя ровно на столько, чтобы пробормотать: — Презерватив. Её завораживал его развратный и запыхавшийся голос. Она откинулась назад, чтобы он мог нащупать в кошельке презерватив. Увидев приподнятую бровь и полуулыбку Мары, он спросил: — Что? — Ничего, — сказала Мара. — Просто думала, что презервативы в кошельках — это из фильмов. — Жалуешься? — Усмехнулся он. Мара взяла презерватив у него из рук. — Нет, — ответила и снова поцеловала его. — Ты уверена? — Спросил он, когда они вновь разорвали поцелуй, чтобы передохнуть. — Я хочу этого, — сказала она. — А ты? Он проглотил комок в горле. — Да. Она снова поцеловала его страстно. — Тогда я уверена. Это было лучшее из тех помутнений, каких только можно желать. Вот что значит хотеть. Она гонялась за кайфом, о котором даже не думала, но когда рука Аарона оказалась между её бёдер, она задрожала. Она никогда не испытывала ничего подобного. Интересно, это норма или ей просто повезло? Но ей было всё равно. Ей казалось, что она поднимается на вершину горы, и затем... Это была резкая гонка к финишу, такая быстрая, что оба остались задыхаться, бездыханные. Потом всё замедлилось и остановилось, пока они оба почти не превратились в бескостных, пока её пальцы в его волосах не сменили дерганье на ласки, а губы на её шее укусы на поцелуи. Мара задумалась, не смывает ли секс опьянение от алкоголя, ведь первые слова Аарона были: — Эндрю не должен об этом знать. Мара, всё ещё сверху, всё ещё вдыхая его запах, всё ещё поражённая тем, что это могло так ощущаться, сумела поднять взгляд на его лицо. — Чёрт, — сказала она, голос почти слишком запыхавшийся, чтобы передать её притворное разочарование. — А я как раз собиралась обсудить свои сексуальные похождения с твоим братом. Аарон проглотил и Мара наблюдала за движением его горла, сдерживая желание поцеловать его. — Не смешно, — пробормотал он. — Трагично, — сказала она, садясь. Его пальцы ненадолго сжались, будто собираясь её удержать, но потом он опустил руки обратно на диван. Мара встала, поправляя одежду. — Который час? Аарон медленно сел, а Мара отвернулась, чтобы дать ему немного личного пространства, всё ещё слишком под влиянием, чтобы осознать иронию после всего, что они только что сделали. Она услышала шорох, потом он ответил: — Одиннадцать сорок. Последний заказ через десять минут. Мара кивнула: — Тогда я встречу тебя за столом. Лучше не возвращаться вместе — вопросов меньше. — Верно. — Аарон прокашлялся. — Мы... в порядке? Мара оглянулась на него. — Почему бы и нет? — Ну, мы только что... сделали это. — Его уши снова покраснели. — Не будет между нами неловкости? Мара пожала плечами: — Если ты не будешь делать её, я тоже нет. — Хорошо. — Аарон кивнул. — Хорошо, — твёрдо сказала Мара и выскользнула за дверь, пока её лицо не начало гореть. Она не чувствовала себя такой мутной и размытой, как раньше, чему была рада. Она совсем не радовалась завтрашнему похмелью, она слишком много раз видела последствия ночного пьянства с тех пор, как приехала в Пальметто. Если не стошнит, то это уже успех. Эндрю и Нил сидели за столом с почти без сознательным Кевином, который вряд ли сегодня уйдёт из клуба без посторонней помощи. Мара села рядом, приняла бутылку воды, которую ей передал Эндрю, и сделала глоток, когда он внимательно посмотрел на неё. — Где ты была? — Спросил Эндрю. — В туалете, — пробормотала она. Эндрю приподнял бровь: — Долго стояла в очереди? Мара в ответ подняла бровь. — Знаешь, какие бывают клубные туалеты. Эндрю медленно кивнул: — Я обычно не ухожу оттуда с засосами. Нил подавился содовой, выражение лица колебалось между возмущением и отвращением. Мара коротко взглянула на него, затем переключила взгляд на Эндрю. — В чём меня обвиняешь? — Ни в чём, — сказал Эндрю. — Кого-то убивать надо? Мара закатила глаза: — Нет, — сказала она. — Всё было по обоюдному согласию. — Меня тошнит, — пробормотал Нил по-французски. Мара поддёрнула его под столом. Кевин смотрел на Мару, как сова: — У тебя был кто-то? — Да, — ответила Мара. — Что? Кевин скривился: — Фу. Мара щёлкнула его по уху: — Мудак. — Сделала ещё глоток воды. — Когда мы уходим? — Скоро, — сказал Эндрю. — Я схожу за последним кругом. Когда он вернулся, Ники уже пришёл с танцпола, а Аарон шёл за ним. Он не встречался с глазами Мары, и она искренне надеялась, что это только алкоголь так плохо мешает ему казаться невозмутимым. Все, кроме Нила и Эндрю, выпили желейные шоты на прощание, и затем Эндрю повёл их к машине. Кевина пришлось буквально выносить, а Нил сосредоточился на Ники и его привычке гулять по проезжей части, оставив Мару и Аарона идти рядом. Оценив расстояние между Нилом и растерянным Ники, а также свою лёгкую уверенность, Мара тихо сказала: — Если мы будем продолжать, тебе придётся научиться вести себя, как будто ничего не происходит. Аарон широко распахнул глаза. — Что? Мара пожала плечами, не глядя на него: — Я не хочу, чтобы это было только на одну ночь. Было хорошо. Может, это поможет снять стресс. — Ты предлагаешь стать секс-партнёрами? — Спросил Аарон, словно не веря в её слова. — Если хочешь так назвать, — ответила Мара. — Мне кажется, стоит продолжить. Ты? — Мне... понравилось, — сказал он, и Мара уже знала это, но не сказала. — Я бы... согласился... сделать это снова. — Тогда мы можем, — сказала она. Вот и всё. Все сели в машину, Мара снова оказалась между Аароном и Нилом. Семиминутная поездка показалась чуть длиннее с её ногой, прижатой к ноге Аарона, с теплом, напоминавшим что-то, что она только начала познавать. Когда Эндрю подъехал к дому, у Аарона зазвонил телефон. Он начал рыться в карманах, но нашёл его только после четырёх звонков. Открыл, с непониманием посмотрел на экран и поморщился. — Тренер, — сообщил он и ответил. — Вы знаете, который час? Что? — Его голос изменился, менее сонный, больше растерянный. — Подождите, что? Вы врёте. Я не верю! Аарон отдернул телефон от уха и сунул его Эндрю. Тот, зажёг сигарету, прежде чем взять трубку. Прижал телефон плечом и ухом. — Что хотите? — Спросил он и слушал, как Ваймак объясняет всё заново. — Передозировка чем? — Снова? — Воскликнул Ники. — Этот тупой ублюдок... — Никогда больше, — сказал Эндрю через плечо. — Он мёртв. Наступила секунда абсолютной тишины, затем Ники схватил Эндрю за плечо и сильно потряс. — Нет... Что? Эндрю оттолкнул его и говорил в телефон: — Нет, это плохая идея. Позвоню, когда будем в городе. Ники опустился в сиденье и тихо застонал. — Чёрт, чёрт. Не может быть. — Кто передознулся? — Спросил Нил. — Сет, — Эндрю положил трубку и постучал по колену телефоном. — Его нашли лицом вниз в туалете Bacchus, он утонул в собственной рвоте. Именно так, как я предупреждал, что он сдохнет, хоть он и не слушал меня. Мара моргнула: — Сет передознулся? — Следи за разговором, — сказал Эндрю. — Я думал, что он на чём-то, но не видел, чтобы он употреблял, — сказал Нил. — Он почти очистил организм от всего несколько лет назад, — сказал Эндрю. — Сейчас принимает только антидепрессанты. Странно. Рядом с ней Аарон напрягся. Мара взглянула на него и заметила слегка испуганный взгляд. Это было не похоже на горе, скорее на страх, как будто он видел себя на месте Сета. — Кажется, я заболел, — уныло сказал Никки. Мара удивилась, как тяжело они это воспринимают. Она выросла рядом со смертью, она была для неё такой же привычной, как дыхание, как бы мерзко это ни звучало. Она видела и участвовала во многом, чтобы испытывать что-то кроме удивления. — Мы возвращаемся? — Спросил Нил. — Когда они все будут пьяные и объебаные, а я без лекарств? — Ответил Эндрю. — Я в тюрьме окажусь быстрее, чем вы скажете «угроза обществу». Подождём до утра. Эндрю вышел из машины, но никто не пошевелился. — А что с составом? — Спросил Кевин. Никки поморщился. — Кевин, человек мёртв. Навсегда. — Это не большая потеря. Ники вышел из машины и стал ходить по подъездной дорожке, руки сцеплены за шеей. Нил вышел следом. Мара осталась, её ум работал слишком быстро для того количества алкоголя, что она выпила. Она никогда не верила в совпадения. Видела закономерности во всём, что происходило с ней и вокруг неё, всё как следствие какой-то ошибки. Она видела, как Элисон рылась в карманах Сета и не нашла ничего. Он мог раздобыть наркотики на выходе, но Мара чувствовала, что Элисон бы знала, если бы он пытался. Она бы остановила это. Сет был нападающим. Без него только Нил и Кевин на линии. Нил, который должен был быть запасным, а не стартёром. Нил, который поссорился с Рико Морияма перед всей страной. Нил, который разозлил самого мстительного ублюдка во вселенной. Мара не могла понять, почему Рико пошёл на Сета, если не чтобы пробить Нила в старт. Может, Сет был самым лёгким, или первым, кто пришёл Рико в голову. Мара не верила в совпадения. Она верила в последствия. Она проглотила комок. Легко коснувшись плеча Аарона, Мара вышла из машины и открыла дверь Кевину. — Пошли, — сказала она. — Заходим внутрь. Из холодной ночи, где даже тени казались угрозой.