Ходячая мертвая девочка.

К счастью для Мары, Рене и Элисон проявили инициативу и собрали для неё сумку, что было настоящим благословением, учитывая, что Дэн вышла из их спальни только тогда, когда все уже были готовы к отъезду. Когда все наконец привели себя в порядок, они спустились вниз разрозненной цепочкой. Каждый закинул свои сумки в кузов пикапа Мэтта, и он закрепил их сеткой, после чего они разъехались по своим машинам. Когда Элисон разблокировала свою машину брелоком, Ники недоверчиво спросил: — Ты собираешься ехать в горы на кабриолете? — Это арендованный домик, а не глушь, — фыркнула Элисон. — Пошли, Мара, ты едешь с нами с Рене. А твоего парня не приглашаем. При почти обиженном взгляде Аарона Мара утешительно чмокнула его в губы: — Всего два часа мы переживём.

***

Элисон, Рене и Мара приехали в главный офис первыми, забрали ключи и повели колонну к домику, с пикапом Мэтта следом за ними. Огромный домик выглядел снаружи деревенским, но внутри был обставлен со вкусом: гладкие бревенчатые стены, отполированные деревянные полы. В главной комнате лежали тяжёлые ковры, а на стенах кости и картины. Кухня была укомплектована новейшей техникой, а на дверце холодильника висел огромный магнит с расписанием буфета в главном офисе. В задней комнате стояли столы для кикера и бильярда. На стене висел телевизор. К тому времени, как машина Эндрю заехала на подъездную дорогу, Мара и старшекурсники уже разделили спальни. Одна была внизу, остальные четыре на втором этаже. Элисон сразу же застолбила мастер-спальню наверху для себя и Рене. Мара выбрала комнату напротив, с двуспальной кроватью и ванной. Аарон нашёл её там, перебирающей вещи, которые собрали для неё Элисон с Рене, и мысленно благодарящей бога Рене за то, что та сдержала модные порывы Элисон и добавила в чемодан удобной одежды. — Привет, — мягко сказал Аарон, остановившись в дверях. — Мы вместе? — Если ты не против, — ответила Мара. — Если… у нас всё в порядке. Аарон вошёл и сел рядом на кровать. — Думаю, да. — Даже после… всего? — Спросила Мара. — Я была жестокой, Аарон. — Чтобы защитить меня, — сказал он. — Чтобы защитить команду. Это было ужасно, и я не хочу переживать это снова. — Тогда зачем пытаться ещё раз? — Прошептала она. — Зачем рисковать? — Потому что я люблю тебя, — сказал Аарон так, будто это действительно всё объясняло. — Потому что ты выбрала меня, и я выбрал тебя, и буду выбирать снова и снова, пока ты выбираешь меня. — Я выбираю, — без колебаний сказала Мара. — Тогда у нас всё хорошо, — сказал Аарон, и этим всё было сказано. Мара положила голову ему на плечо и тихо утонула в облегчении. Звук прочищенного горла в дверях вывел их из момента, и Мара подняла взгляд на Элисон, которая выглядела откровенно недовольной. — Мы идём в джакузи, — заявила она. — Вы сможете потрахаться на примирение потом. Мара застонала: — Боже, Элисон. — Я собрала тебе бикини, и мои труды не пропадут зря, — сказала та. А Аарону добавила. — Можешь сказать «спасибо». Аарон только моргнул, но кончики его ушей подозрительно порозовели. — Мне нельзя мочить швы, — возразила Мара. — Приказ Эбби. — Можешь сидеть на краю, — сказала Элисон. — К тому же Ники делает коктейли, а если кто и заслужил выпить, так это ты. Мара вздохнула: — Ладно. Сейчас выйдем. — Я засеку, — бросила Элисон и закрыла дверь. Аарон уставился на Мару. — Вот обязательно было с ней дружить. Мара фыркнула: — Пошли.

***

Как и обещали, коктейли ждали их внизу. Ники громко присвистнул при виде бикини (и тут же получил затрещину от Аарона) и протянул Маре что-то оранжево-красное. — Май тай, — подмигнул он. — Тебе понравится. Мара доверилась его слову и присоединилась к старшекурсникам на веранде. Она устроилась на краю и опустила ноги в горячую воду. Ники, Аарон и Кевин подошли следом с остальными напитками. Ники и Кевин забрались в джакузи, а Аарон сел рядом с Марой, их ноги соприкоснулись. Нил и Эндрю появились позже, остановившись подальше, чтобы покурить. Когда Ники заметил бокал в руке Нила, он воскликнул: — О боже, это что, алкоголь? Ты дал Нилу алкоголь, и он реально это пьёт? Я что, пропустил момент, когда Нил вдруг начал пить с нами? Мара закатила глаза, игнорируя тёплое чувство от осознания, что Нил наконец чувствует себя достаточно в безопасности, чтобы отпустить контроль. Когда они докурили, Нил и Эндрю подошли ближе, и первый присоединился к разговору. — Я должен знать всё о том, какими вы были детьми, — заявил Ники, размахивая бумажным зонтиком в сторону Мары и Нила. Мара изогнула бровь: — Ты серьёзно спрашиваешь о нашем детстве? Ники побледнел: — Э-э, я просто… — Расслабься, — сказала Мара. — Я издеваюсь. — Вот такой она и была в детстве, — сказал Нил. — Стерва. Тогда и сейчас. Мара показала ему средний палец. — Вы точно брат с сестрой, — хмыкнул Мэтт. — Ну а каким был Нил, Мара? — Провоцирующим мудаком, — ответила она. — Всегда заваривал драки, которые приходилось заканчивать мне. — Значит, ничего не изменилось? — Спросил Мэтт. — Я не был настолько плох, — возразил Нил. — Ты однажды обозвал судью в младшей лиге «слепым сучонком, который судит только потому, что не может пробежать и десяти шагов, не вырвав при этом». — Он сделал хреновый вызов. Мара закатила глаза, пока старшекурсники и Ники давились от смеха. — До сих пор не верю, что вы так долго скрывали, что вы близнецы, — посетовал Мэтт. — Близнецы! Как мы это упустили? — Краска для волос помогла, — сказал Нил. — Не должна была, — сказал Ники. — Вы настолько похожи, насколько вообще могут быть похожи двуяйцевые близнецы. — Это даже близко не так, — запротестовал Аарон. — Ага, я не страшная, — сказала Мара. — Да пошла ты, — отозвался Нил. Мэтт фыркнул: — Серьёзно, как мы могли этого не заметить? — Ну, в нашу защиту, сюжетный поворот «давно потерянные близнецы» в реальной жизни не случается, — заметила Элисон. — У нас не было причин думать, что вы родственники. Просто задним числом это выглядит до смешного очевидно.

***

Офис открывался для ужина в восемь, так что они прошли полмили по грунтовой дороге к главному зданию. Еды было более чем достаточно, чтобы накормить стаю голодных спортсменов, а хозяева поместья сами встречали каждую прибывающую группу гостей. Их чёрные глаза, синяки и бинты на близнецах вызвали немало любопытных взглядов, но персонал оказался достаточно вежливым (и умным), чтобы держать язык за зубами. На обратном пути Дэн остановила Кевина на полдороге к домику. Мара услышала, как Мэтт вполголоса предупредил не бить так, чтобы остался след, но ещё вопрос: услышала ли это сама Дэн. Когда они вернулись в домик, Мэтт разжёг огонь в камине, и Лисы устроились на диванах и качалках, наблюдая за игрой пламени. Элисон рассказывала истории о других курортах, где бывала, не забыв вставить обязательное замечание, что любой из них меркнет в сравнении с отелями её семьи. Она и Мэтт затеяли спор, как Лисы должны будут праздновать победу на чемпионате. Мара так и не поняла, подшучивают ли они или строят серьёзные планы, но по мере того как они пьянили всё сильнее, решила, что это уже неважно, скорее всего, утром никто и не вспомнит этот разговор. В какой-то момент Нил поднялся и направился на кухню, и не прошло и минуты, как за ним ушёл Аарон. Остальные Лисы этого будто не заметили, но Мара и Эндрю проводили его взглядом в настороженной тишине. Вернулись они минут через десять, и ни один не выглядел хуже, чем раньше, а ещё удивительнее, вошли они вместе. Когда Аарон снова опустился на диван рядом с Марой, она приподняла бровь: — Нил не пытался прочитать тебе лекцию с лопатой в руках? — Это было взаимно, — только и сказал Аарон. Кевин и Дэн вернулись ненамного позже. Новых синяков Мара на них не заметила, но выглядели они так, словно прошли через эмоциональную мясорубку. Ники без просьбы поднялся и принёс столько бутылок, чтобы хватило на всю команду. Когда он вернулся, Кевин устроился с другой стороны от Мары, а Дэн чуть ли не уселась Мэтту на колени. Оба были больше заинтересованы в том, чтобы напиться, чем в том, чтобы поддерживать разговор, так что тишину заполняли остальные. К тому времени, как Лисы разошлись по спальням, большинство едва держалось на ногах. Даже Мара выпила больше, чем стоило бы, и теперь буквально опиралась на Аарона как на костыль. К счастью, Рене осталась трезвой и помогла довести самых шатких (а именно Ники и Дэн) до второго этажа. Элисон опасно перегнулась через перила и ткнула пальцем в Нила: — Домик без звукоизоляции. Не мешайте мне спать. И это относится ко всем, — добавила она, переводя обвиняющий палец на Дэн с Мэттом, а затем на Мару с Аароном. Мара, хихикая и кружась от глупого пьяного веселья, вскинула руки в показной невиновности. Элисон погрозила ей пальцем. — Никакой ебли так, чтобы я слышала. Это несправедливо по отношению к тем из нас, у кого ничего нет. — Может, если ты очень вежливо попросишь Кевина… — начал Ники. Мара так и не решила, что прозвучало громче, возмущённый вопль Элисон, убийственный взгляд Кевина или её собственный хохот при одной только мысли, что из всех в этом домике именно с Элисон Кевин мог бы переспать. Не зря Кевина «обрекли» спать на диване внизу, а не подселили к Ники в последнюю свободную спальню наверху. — Спокойной ночи, — отрезала Элисон с резкой окончательностью, комично контрастировавшей с тем, как она споткнулась на следующей ступеньке. Аарон помог Маре подняться по лестнице, пока она тщетно пыталась сдержать смех. Он выпил гораздо меньше её, и Мара старалась не задумываться, почему, она боялась, что тёплое чувство в груди распухнет так, что поглотит её всю. Остаточное действие алкоголя было приятным бальзамом на боль от стянутых швов и ран, когда Аарон помог ей переодеться в пижаму. Она поцеловала его в благодарность, и его улыбка была и ласковой, и забавной. Он ненадолго вышел и вернулся со стаканом воды, протянув его Маре: — Пей, иначе утром будет совсем хреново. — Квочка, — нежно поддела Мара. — Ты и Эндрю куда больше похожи, чем тебе хочется признавать. — Заткнись, — отозвался он так же ласково. Мара выпила воду и поставила пустой стакан на тумбочку. — Доволен? — В восторге, — без тени эмоций сказал Аарон. — Давай, пора спать. Мара устроилась под одеялом, пока Аарон переодевался, и мягко улыбнулась, когда он лёг рядом. — Что? — Спросил он, поправляя покрывало на них обоих. — Я люблю тебя, — прошептала Мара. В темноте комнаты она не могла проверить, покраснел ли он, но чувствовала, что наверняка да. — И я тебя, — так же тихо ответил он. — Всё ещё? — Пробормотала она. Он придвинулся ближе, устроив голову на той же подушке, что и её. Его пальцы лёгким движением убрали волосы с её лица, и Мара подумала, чем она заслужила такую удачу, несмотря ни на что. — Всё ещё, — подтвердил он. — Всегда. Она чуть повернула голову и поцеловала центр его ладони. В тот миг их жизнь была идеальной. Не было ужасного детства, сложных братьев, крови на руках. Были только Мара и Аарон, двое, что влюбились друг в друга. — Всегда, — согласилась она. Они уснули так, и мир был в порядке.