фелаи как родители

— нет, ая. ты ещё не сделала уроки, я не отдам тебе телефон. — да ладно тебе, федь. отдай ребёнку телефон, он же её всё-таки. — у неё тут из своего только говно в унитазе. и то кормлю её этим я. а телефон она не получит пока уроки не сделает. точка. ая сидела и уже третий час плакала над тетрадью по математике, потому что: «кто эти дроби вообще придумал? мозги бы ему вырвать. была бы я эспером…» — так, ая, пиши. давай, что там у тебя. ну так всё проще простого. три целых, восемь пятых делить на девять седьмых. легче некуда. переводи там в неправильную дробь первое, а потом… *** -нет. я так больше не могу. ая, нельзя же настолько не понимать математику. это элементарные дроби. коля! иди ты с ней занимайся. хотя нет. не иди, а то всё еще хуже будет. а я пойду искать репетитора ей. ая, хватит реветь! перестань! иди умойся. так, где моя водка…? ая уже пятый час сидела над этими дробями, и всерьёз подумывала найти эспера способного перемещаться во времени и попросить убить того, кто придумал эти ебаные дроби. фёдор ушёл на кухню, а николай подошёл к ае. — ая, ну правда. не стоит рыдать. тем более из-за каких-то дробей. — но… на меня фёдор так кричал сильно, — рыдая и заикаясь произнесла ая. — тю… ты же знаешь его. у него просто нервы уже слабые. по этому поводу вообще не переживай. он покричит и перестанет. а сейчас правда, сходи — умойся. а то ещё больше опухнешь завтра. ая молча встала и пошла в ванную комнату. дойдя, она включила в раковине ледяную воду, набрала её в ладошки и окунула в них лицо. она только в пятом классе. ещё 6 лет учёбы… почему не 4 к примеру? потому что фёдор сразу сказал, что она будет учиться до одиннадцатого класса. и всё. точка. переубедить его невозможно, ая и не пыталась. она так не хочет идти завтра в школу. там этот противные иошиюки. всё время её задирает. то пенал заберёт и начнёт кидать его по всему классу, то обзывать, а то и подножку подставить может, или даже стукнуть, как было сегодня. а фёдору или николаю она сказать боится. а вдруг они её ещё больше за это наругают? нет, они хорошие, вы не подумайте. просто оба весьма спецефичны, поэтому и боится. вдруг резко из воздуха возникает голова. — ну ты скоро тут? уже захлебнуться можно было за это время, — со смешком сказал гоголь. — да… я сейчас выйду, - голова исчезла. может всё-таки сказать про иошиюки… может разрешат хоть завтра в школу не идти, ну или сделают что нибудь… её нашли, когда ей было лишь пять лет. прошлые родители оставили её на лавочке в парке и сказали, что скоро придут. они не пришли и спустя 2 дня, девочка была голодная и жутко замёрзла. зато пришёл какой-то блондин, в чёрно-белом костюме, который просто ничего не сказав, взял девочку на руки и понёс в неизвестном ей направлении. попали они в какую-то очень уютную квартирку. в ней было три комнаты, ванная, туалет и кухня. а ещё в ней сидел брюнет, который выглядел устрашающе. взгляд такой страшный. но на деле он оказался очень добрым и даже не выгнал девочку на улицу, а оставил. дал поесть, отмыл, завернул в три оделяа и подходил спать в гостевую комнату. и вот сейчас девочка стоит перед этим брюнетом, который снова кажется ей страшным. — так, смотри, ая. я нашёл тебе репетитора. зовут её сэйери такахаси. вы будете заниматься с ней во вторник и четверг, по полтора часа, в 17:00. хорошо? — проговорил фёдор. — да, хорошо. а… можно я кое что скажу тебе? — конечно, я слушаю тебя. — ко мне мальчик в школе пристаёт. вещи забирает, обзывает, подножки ставит и бьёт иногда, — на последних словах глаза достоевского словно наполнились гневом, — он сегодня стукнул как раз, но ты не переживай! там всё хорошо. просто синяк небольшой, и- — показывай, — с каким-то жутким холодом в голове попросил приказал фёдор. — да там правда ничего такого, фёдор, я клянусь тебе. — показывай, — ещё более жутко проговорил брюнет. ая молча задрала домашнюю футболку, пол которой, на животе красовался довольно большой синяк. достоевский посмотрел нечитаемым взглядом, после чего крикнул: — коля, иди сюда! ая поспешила было опустить футболку, но фёдор не позволил, схватив девочку в кольцо из рук. — отпусти меня, фёдор! отпусти пожалуйста. — что у вас тут происходит? федя, зачем ты мучаешь ребёнка? — сказал, зашедший в комнату блондин. — смотри, — фёдор задрал футболку аи. — ебать… — коля! при ребёнке не материться. — это кто тебя так, ая? не фёдор надеюсь. — проигнорировав слова парня, спросил николай. — не фёдор… это мальчик из класса один, но всё хорошо, правда! у меня ничего не болит! ай-ай-ай, фёдор, зачем ты давишь? — ничего не болит, да? — грозно переспросил фёдор. — нет, не болит! — до чего же упрямая, — сказал уже блондин. — значит так. эту неделю ты не ходишь ни в какую школу, а мы завтра, коля, идём туда. прямиком к директору, потому что просто так я это не оставлю, а убивать детей не в моей компетенции. как зовут этого урода, ая? — от тона боюнета стало страшно. — иошиюки. только не делайте никому ничего! мне потом там ещё учится. — нет. ты не будешь там больше учиться. мы переведём тебя в другую школу, — перебил девочку блондин. — ладно, хорошо. спасибо вам. ая крепко обняла обоих парней, после чего отправилась спать, поскольку время было уже позднее. на следующий день из той школы отчислили одного мальчика, и уволился директор.