фелаи как родители

сегодня был день рождения кью, лучшего друга аи, и их небольшая компания решила сходить в клуб, потанцевать и немного выпить. компания состояла из трёх человек. ая, кью, элис. убийственное комбо. их дружба зародилась ещё на первом году обучения, а сейчас им уже по 17 лет. в самом начале их дружбы ая была тихой девочкой, которая следовала всем правилам, тогда как её друзья клали на эти правила огромный ху- но теперь, спустя более чем 10 лет дружбы, девочка уже далеко не ангел. она перечит всем, кто попадётся ей под руку. по школе про них ходит слух, что они сами демоны воплоти. но это всего лишь слух. все трое были одеты просто сногшибательно. ая была в широких джинсах, белом топе без рукавов и поверх топа был серебристый корсет, а на ногах берцы. на рыже-красной голове были чёрные очки, а на шее серебряная цепочка. элис же была одета на мини юбку, на которой была цепочка, что шла от ремня, кислотно-жёлтом топе с длинными, чёрными рукавами, а на ногах были тяжёлые, чёрные каблуки. если бы не две девушки в окружении кью, то его уже домогалась бы добрая половина клуба. он был одет в чёрные широкие джинсы с тяжёлым ремнем и цепочкой идущей от него, сверху был надет сетчатый топ с длинным рукавом, поверх которого ещё один топ, только уже не прозрачный и с коротким рукавом. на шее висела подвеска треугольной формы. музыка громко била по ушам, вокруг танцевали уже в стельку пьяные люди и наши дети планировали к ним присоединиться. — поскольку это мой день рождения, то плачу я. дамы, выбирайте всё, что захотите, — как только они сели за барную стойку сказал парень. — хм… я буду для разгона семь шотов текилы. ая, а ты? — спросила элис свою подругу. — если бы я разбирались в этом… давай то же, что и тебе, — если учесть то, что родители каждый раз пытались ограничить её от алкоголя и только на прошлый новый год разрешили выпить стакан шампанского… ая более никогда в жизни не пила алкоголь. — оки, а ты, кью, что будешь? — элис положила руку ему на колено. ни для кого не было секретом, что они мутят. а кода так вообще, знала всё в мельчайших подробностях. — давайте то же самое, что и вы, — в ответ он приобнял девушку за талию. подростки передали свой заказ бармену и через 10 минут перед каждым стояло по семь шотов, соль и порезанный тонкими кусочками лайм. — и как это пить…? — ая была немного в шоке. на что она подписалась? — ой, смотри, тут всё просто. брешь соль, щепотку и сыплешь вот сюда, — элис насыпала соль на ладонь между указательным и большим пальцем, — потом берёшь лайм и дальше надо: слизать соль, выпить быстро шот, а потом закусить лаймом. — ладно, вроде звучит не очень сложно. пока девушки обсуждали способ выпивки кью уже опрокинул в себя два шота. — ну огонь, девочки. ая, давай, это просто пушка, — сказал мальчик с анизокорией. — ага… ая сделала всё так, как ей сказала элис: насыпала, лизнула, выпила, закусила. — ух, что-то сильно крепко, — рыжая вся сморщилась от горького вкуса и от того, как ударило в голову. — о да, ая, это только начало, — с улыбкой произнес юмено. *** спустя три часа нахождения в клубе подростки были уже вусмерть пьяные, так как за шотами пошли коктейли, а за коктейлями уже чистый алкоголь. а элис и юмено зажимались уже даже не стесняясь аи. — ну может вы хотя бы до дома доедете и там уже потрахаетесь, а не прям на глазах у меня и ещё половины клуба? — возмутилась ая на то, что кью чуть ли не на барной стойке разложил блондинку. — мм, пожалуй ты права. поехали тогда домой, — наконец-то здравый смысл взял вверх. по итогу элис и кью поехали в гостиницу на такси, а коду посадили на такси до дома. девочка заведомо знала, что ей влетит от родителей. не сейчас, так утром. но всё же она надеялась, что они спят… подойдя к двери квартиры, ая достала ключи, вставила их в замочную скважину и начала проворачивать их, как ей казалось, очень тихо. когда этот этап был преодолён, она так же тихо открыла дверь квартиры и зашла внутрь. голубоглазой казалось, что она всё сделала очень тихо, поэтому девочка расслабилась и начала снимать обувь. включился свет. — ну и где ты была? — несложно было догадаться чей это голос. федор стоял в чёрных домашних штанах и такого же цвета футболке, — время видела? ты обещала в десять быть дома, — похоже, что брюнет был слегка зол. — ой, отец, — ая расплылась в улыбке, — а мы просто сначала гуляли, а потом отдыхали, а потом сидели, пили коктейли… — ты что, пила? — шок отразился на лице достоевского. нет, он конечно знал, что девочка уже выросла, но что бы в 17 лет ходить с друзьями и бухать… — я? не-ет. я вообще шуруповерт, — девочка вновь улыбнулась, а после вообще засмеялась. — и что мы тут ржём? — из спальни вышел заспанный блондин и посмотрел сначала на мужа, а потом перевёл взгляд на дочь, — уу, понятно всё. — что тебе понятно, николай? то что наша дочь начала бухать? — ну почему сразу бухать.? — спросила ая у отца, — мы культурно посидели, между прочим… — я вижу. — ну правда, федь. всё когда-то надо попробовать. ты вот сам когда первый раз алкоголь попробовал? — гладя брюнета по спине говорил гоголь. — ая, иди уже умойся и ложись спать, — проигнорировав вопрос мужа, сказал достоевский. он явно был зол. — ну оте-ец. — без отца мне тут. *** — ну и чего ты так кипятишься, федь? она уже взрослая, 17 лет как-никак. сам-то уже в 13 бухал, сто процентов, — сидя на кухне, пока брюнет искал в аптечке антипохмелин и энтеросгель. — а ты трахаться в 15 начал, тоже взрослым уже был? как их вообще в клуб пустили. — последнюю фразу он сказал себе под нос. — ну я мальчик всё-таки, а она девочка. тем более благоразумная. а в клуб, ты же знаешь, у кьюсаку родители влиятельные и- — да в рот я ебал этого дазая и накахару. ладно у них юмено, но элис как отпустили вообще? — ну, её родители тоже считают её умной и благоразмумной девочкой. — да-да. которая встречается с кьюсаку. — ой, да ладно тебе. не наш же ребёнок, ну. тем более кью неплохой парень. — а ты не боишься, что наш тоже может начать с кем нибудь встречаться? не дай бог, конечно, — федор три раза сплюнул левое плечо и три раза постучал по деревянном столу. — ну что ты начинаешь опять? она уже достаточно взрослая. в её возрасте у кого-то уже дети есть. — я сомневаюсь, что ты хочешь на российское реалити-шоу: «беременна в 16» — но ей то уже 17, мы в любом случае не попадём… — коля! тут послышался звук резкого открытия двери, по всей видимости из комнаты ребёнка, и после звук бега, по всей видимости до туалета. — оо, проснулась юная алкашка, — высказал своё недовольство брюнет. — федь, ну что ты, в самом деле. она же просто выпила… вдруг, на кухню зашла и сама виновница торжества. тяжело приземлившись на стул, будучи в пижаме, ая обхватила голову и руками. — у нас есть таблетки от головы? — это вместо: «доброе утро, любимые отцы», верно? — всё так же едко произнёс достоевский, но тем не менее отошёл к столешнице, чтобы развести антипохмелин в воде и налить стакан обычной воды для энторосгеля. — что пили то хоть? — с улыбкой спросил блондин, чьи волосы сейчас были распущены. — текилу, потом коктейли, а потом ещё что-то, но я не помню, — сказала девочка, упав головой на стол, — голова раскалывается и тошнит. — ну так ещё бы. у алкоголиков каждое утро такое, привыкай, — брюнет поставил перед дочерью стакан, с растворившейся в воде, таблеткой, а рядом положил пакетик энторосгеля и стакан уже чистой воды, — сначала гель, потом антипохмелин. запоминай, а то тебе в жизни пригодится. — спасибо… — проговорила рыжая и сразу же выпила гель, а после запила его водой, — какая гадость… и между прочим, я только первый раз в жизни пила, с чего ты взял, что я буду алкоголичкой? — ну как же? все алкоголики начинают пить уже с раннего возраста, сам был частым свидетелем, — уже без злобы, но всё ещё строго говорил брюнет. — я больше не буду, мне не особо понравилось… — такого собутыльника потерял только что! федя, ну зачем ты так? — с долей разочарования сказал гоголь. — собутыльник в виде дочери — это просто прекрасно, коль. особенно, если тебе хочется сесть за спаивание несовершеннолетней. — ну всё, хватит, я поняла. я правда больше не буду пить, пап… — я на это очень надеюсь, — следя взглядом за поднимающейся из-за стола дочерью, проговорил федор. — я пойду, посплю наверное ещё, а то мне плоховато как-то, всё ещё… — выходя с кухни сказала рыжая. — ах, да. ты теперь на неделю под домашним арестом! — хоть что-то произнёс с радостью брюнет. — ну па-ап!