Куколка

      Вару пишет ему во вторник в обед, и Пик едва не давится компотом, который прилагается к бизнес ланчу.       “привет. Потрахаться не хотите?”       Но даже не это вызывает у Пика некоторую оторопь. Сексом втроём они уже занимались, хотя инициаторами всегда были они с Зонтом. А тут, мало того, что валет первым предложил, так ещё и приложил иллюстрации.       “мне кажется твой парень шикарно будет смотреться в этом. Как думаешь?такая миленькая тяночка”       И две фотки. На первой вид снизу на длинные женские ноги в чулках на поясе и маленькую круглую задницу, едва скрытую короткой синей юбкой в мелкую складку. На второй – девушка в кружевном боди с открытыми руками, напоминающем сплошной женский купальник, но без лямок на плечах. Наряд крепится на шее широкой атласной лентой. Сзади и спереди между ног угадывается специальный вырез для… доступа, стыдливо прикрытый на фото сердечком.       “Ты ёбнулся там что ли от недотраха? Он же не баба!”       Возмущённо отвечает восьмой. Но на само деле идея чертовски заманчивая.       “Или ты чатом ошибся, и это☝️ не мне?”       Точки в верхней части экрана мигают долго, будто Вару печатает целую простыню текста с аргументами и уговорами. Пик не дожидается, блокирует экран, доедает свой обед, и только через пару минут телефон пиликает сообщением.       “Да ты представь просто😈”       “И всё?” – как-то даже разочарованно думает Пик. – “Видимо аргументы не те какие-то были”. Но тут же следом прилетает:       “Ноги у него длинные.в чулках наверняка ваще кайф. Жопа в юбочке будет просто 🍑🔥 А сетку эту и без сисек можно отлично натянуть.я такое видел. Подумай. если чё, я всё куплю”       На фантазию восьмой не жалуется и очень даже представляет круглую зонтикову попку в таком вот наряде. Лямочки эти от чулок на бёдрах и крепкой заднице… От одной мысли в паху теплеет. Но он на 99% уверен, что тот откажется. Но всегда остаётся один процент.       “Да ну тебя нахуй” – отвечает король, и разговор на этом заканчивается.       Но Вару не был бы Вару, если бы просто так отступил. На следующий день он кидает новое сообщение ответом на то первое с картинками.       “ну чё, подумал? Если сам не хочешь,, так хоть парню своему покажи.вдруг ему зайдёт” – прилетает, когда восьмой ходит с корзинкой между стеллажами магазина вечером после работы.       “чё ты как дед какой-то? Курилка тебя покусал? Игрушки значит норм, ебаться втроём норм а как нарядить его как куколку, так сразу нет”       Король читает, но ничего не отвечает. Валет выжидает пару минут и пишет снова.       “ты ему показал? ПОКАЖИ ЕМУ УЖЕ БЛЯДЬ!”       “Хрен с тобой” – отвечает Пик.– “Щас домой вернусь и покажу. Отъебись только.”       После ужина, когда они с шестым устраиваются на диване посмотреть сериал, король задумчиво вертит в руках телефон.       – Зонтик, тут Вару, хм-м… кое-что предлагает. В общем, на, сам посмотри.       Он открывает переписку со вчерашнего дня и отдаёт телефон шестому. Тот читает сообщения со вторника до текущего момента, возвращается к картинкам, и его щёки окрашивает румянец. Но после он поднимает на короля ярко блестящие глаза.       – Это… – треф мнётся и закусывает губу, но король уже и так всё понимает, – интересно. Я бы по-попробовал.       Он смущённо опускает взгляд. Восьмой усмехается. Что ж, видимо, оба валета чёрных мастей затейники, пожалуй, тут Пику повезло. Но фантазия Вару, помноженная на сексуальные аппетиты Зонтика, может породить такое, что подумать страшно. Но, сука, интересно.       – Ладно. Иди сюда, маленький развратник, – довольно зовёт пиковый, раскрывая объятия.       Треф только пуще краснеет и обнимает его поперёк груди, устраивая голову на крепком плече. Конечно, король соврал бы, если бы сказал, что не думал обо всём этом после сообщения пятого и не представлял любовника в этом наряде. Картинка вырисовывалась очень горячая. Но он не знал, как треф отреагирует, поэтому поначалу и отказался. Зонтик приятно удивил его.       – Это же не з-значит, что я… ну… п-похож на девушку? – тихо спрашивает валет, – ты там написал, а я… с-согласился…       – Вовсе нет, сладкий. Это просто эксперимент и ничего больше. Ты очень мужественный.       Пик целует его в макушку и гладит по плечу. Шестой вздыхает, расслабляется и тихонько продолжает:       – Ты… н-напиши ему, что… в общем, ч-чулки не нужны.       – Не хочешь?       – Д-да нет, просто ну… у меня есть.       Пик замирает и, кажется, даже дышать перестаёт, потому что Зонтик некоторое время не чувствует, что его грудь вздымается.       – Покажешь сегодня, как они на тебе сидят? – почему-то очень тихо спрашивает восьмой.       Идея с переодеванием кажется королю всё более заманчивой и возбуждающей.

***

      “Хрен с тобой, плесень, мы согласны,” – отвечает восьмой в четверг, вспоминая, как приятно длинные ноги трефа в прохладных на ощупь чёрных чулках лежали у него на плечах вчера ночью, как красиво кружевные резинки охватывали его бёдра.       “чё, уговорил тебя мальчик-колокольчик)))”       Пик практически видит ехидную ухмылку своего валета.       “Покупай барахло. В пятницу в семь. Только чулки не надо”       “а чё так, не возбуждают? 😏”       “Есть у него”       “а цветочек то с сюрпризом)) Кажется я нашёл родственную извращенскую душу 😆”       Король ничего на это не отвечает. Только шлёпает рукой по лицу и блокирует экран телефона. Эти двое его в могилу сведут. “Пускай в следующий раз между собой договариваются,” – думает он. – “Хотя нет. Хрен их знает, до чего они там договорятся”.       После той ночи, когда треф показал ему чулки, Пик едва дотягивает до вечера пятницы, настолько хочется посмотреть, как на Зонтике будет выглядеть остальные предложенные Вару вещи. Юбка… ебучая юбка…и чулки… и кружево на его мальчике. Пик едва не проезжает на красный, задумавшись об этом.       Он добирается домой к половине седьмого уже весь на взводе. Зонтик встречает его в прихожей с кухонным полотенцем в руках. Он такой домашний и простой, ничего общего с собственной “ночной” версией. Обнимая его, Пик успокаивается, но возбуждение не уходит совсем, просто сворачивается тёмным горячим клубком где-то внутри. До приезда Вару остаётся полчаса, и… этот хрен как всегда опаздывает! Он приезжает только в семь тридцать пять. Пик и Зонтик успевают поужинать, сходить в душ, где треф задерживается чуть дольше обычного, и завалиться перед телевизором.       – Ты вообще когда-нибудь приходишь вовремя? – недовольно спрашивает Пик.       – А у нас прям расписание? Или после потрахушек вы ещё куда-то приглашены? – ухмыляется пятый.       – Добрый вечер, Вару, – здоровается треф, собирая волосы в низкий хвостик.       – О, привет! Это вот для тебя.       Вару протягивает ему простой бумажный пакет без каких-либо логотипов и опознавательных знаков. Треф заглядывает внутрь и расцветает румянцем.       – С-спасибо.       – Да не за что. Уверен, тебе пойдёт этот наряд.       – Пиздуй давай в душ, любезный, – прерывает их король, – и пошевеливайся.       – Кому-то уже так не терпится, – ухмыляется пятый, – ещё бы, не каждый день твой парень так для тебя наряжается, – он подмигивает Зонтику и уходит в сторону ванной.       Он возвращается быстро, зачем-то снова одетый в бельё и футболку, и, входя в комнату, видит, как Король завязывает атласную ленту боди на шее трефа сзади. Закончив, восьмой обнимает любовника, с удовольствием поглаживая ладонями обтянутые кружевом грудь и живот. Второй валет уже полностью переоделся и выглядит… настолько горячо, что у Вару всё дрожит внутри от предвкушения, а пах обдаёт жаром. Ему очень идёт выбранный пятым наряд. Чёрное кружевное боди красиво контрастирует с бледной кожей. Юбочка шикарно подчёркивает тонкую талию, а чулки делают ноги невероятно длинными. Вкупе с растерянным, невинным выражением лица Зонтик просто чистый секс.       Его хочется до одури, и, естественно, Вару себе не отказывает. Подходит вплотную, гладит нежную алеющую щёку костяшками пальцев и, когда шестой робко смотрит ему в глаза, целует глубоко и жадно, сминая и кусая податливые розовые губы, сталкиваясь руками с ладонями короля на плоской груди их общего любовника.       Треф выгибается и вцепляется пальцами в предплечья пятого. Ему так стыдно и горячо. Он никогда не думал, что ему настолько понравится наряжаться в женскую одежду, но сейчас это ощущается чем-то правильным. Он чувствует себя таким красивым и желанным. Пик и Вару ласкают его так жадно, сжимают до боли, тискают, поглаживают соски и живот, прикусывают нежную кожу шеи. Он дышит тяжело, принимая ласки так же алчно, как пиковые их дарят. Им нравится брать и доминировать, а он обожает отдаваться. И от этого попадания в кинки друг друга то, что они сейчас делают, просто невероятно кайфово.       Зонтик задыхается, но не хочет разрывать поцелуй. Пик кладёт ладонь прямо под подбородком, заставляя захрипеть и всё же оторваться от пятого. Дышать не становится легче, ладонь давит на кадык, заставляя откинуть голову назад. Восьмой метит его шею, не сдерживаясь, впивается клыками в нежную белую кожу. Вару на контрасте нежно выцеловывает линию челюсти, лижет чувствительное местечко под подбородком прямо над пальцами короля.       Пик немного ослабляет хватку, позволяя ему сделать вдох, лёгкие наполняются кислородом почти до боли, и он стонет, чувствуя, как второй валет касается под юбкой. Всё тело будто пронзает острым электрическим разрядом от грубого прикосновения к уже во всю стоящему члену. Он скулит от удовольствия, стараясь толкнуться навстречу.       – Сладкая сучка, – хрипло выдыхает Вару, – нравится тебе?       – Да… – шепчет он в ответ, – нравится… ещё…       – Надо же. Кто бы мог подумать, что тебя так заведёт наряжаться как девочка. Маленький развратник, м-м-м.       Пик усмехается и пробирается под юбку сзади, сминает ягодицы, не церемонясь лезет пальцами между полушариями и…       – Маленькая трефовая блядь… какой же ты охуенный! – хрипло выдыхает король, продолжая гладить между влажными от смазки половинками.       Зонтик только улыбается в ответ, поддаваясь навстречу жадным рукам своего мужчины. Пятый опускается перед ним на колени и забирается под подол. Плиссированная ткань скрывает зелёную макушку, приглушая его тихое “ох, бля!”.       – Какой ты гладенький, – восхищается зелёный и, с упоением вылизав в паху, принимается за член.       – Надеюсь, смазка съедобная? – спрашивает Пик, едва касаясь губами алеющего уха трефа. Ведёт носом по шее, вдыхает аромат его кожи. Такой тёплый и реальный, чуть солоноватый, такой любимый.       – Мгм, – соглашается шестой, чуть склоняя голову в сторону, давая своему мужчине лучший доступ к самым нежным местечкам, с предвкушением осознавая, зачем король об этом спросил.       – Хороший мальчик, – хвалит восьмой, целуя чувствительную шею и одновременно потирая соски трефа через кружево. Разворачивает его голову в бок и немного неловко целует в накрашенные губы.       – Бля, какой же ты вкусный, детка.       Чуть шершавая ткань усиливает ощущения, а Вару продолжает свои манипуляции у него под юбкой, и Зонтик довольно стонет. В этот же момент пальцы зелёного добираются до его ягодиц и тоже находят пробку. Тот с пошлым чпоком выпускает окончательно вставший член и, выглянув из-под подола, с ухмылкой смотрит на второго валета.       – А наша крошка полна сюрпризов. Мало того, что весь гладкий, так ещё и…       – Ага, я уже тоже нашёл, – прерывает его восьмой.       Вару чуть отстраняется, продолжая поглаживать бёдра Зонтика под юбкой, и смотрит на него снизу вверх.       – Бля, красивый. Хочу тебя сфоткать. Можно? Я бы и видос снял. Что скажешь?       – Я… не знаю, – смущённо и неуверенно выдыхает шестой.       Зонтик ещё не доверяет ему настолько, впрочем, как и Пик.       – Давай на мой телефон, – говорит он. Вару прав, треф получился просто куколкой, и не снять его таким будет преступлением.       Пик отпускает его и обходит по кругу, подхватывая по дороге телефон с комода. Несмотря на по-мужски широкие плечи, узкие бёдра и плоскую грудь, боди, чулки и юбка сидят на шестом отлично. Мягкая плиссированная ткань едва прикрывает ягодицы, а чулки с подвязками делают ноги такими длинными и соблазнительными.       – Двигайся, – командует король своему валету, всё ещё стоящему перед трефом на коленях. Тот мягко прихватывает губами через ткань встопорщивший юбку член, оставляя влажное пятно. Поглаживает стройные ноги, охваченные чёрным капроном.       – Подожди, – просит Зонтик, глядя на зелёного потемневшими глазами, – Вару… – неуверенно говорит треф, – раздвинь ноги. Хочу кое-что…       Тот заинтригованно смотрит на шестого и, разведя колени шире, немного откидывается назад, опираясь ладонями в мягкий пушистый ковёр. Треф прикусывает губу, рассматривает крепкое тело перед собой, натянувший бельё стояк и неуверенно проводит пальцами ноги по внутренней стороне бедра пятого от колена вверх. Услышав довольный вздох, усиливает нажим. Ласкает другое бедро, а после с небольшим усилием проходится ступнёй по члену, массируя, прижимая. Вару стонет и подаётся бёдрами вперёд.       – Нравится? – улыбаясь, спрашивает шестой.       – Да! – без стеснения выдыхает пиковый, – сильнее, куколка! Ещё!       Зонтик с большим усилием нажимает на затвердевшую плоть, а после задирает ногу выше и толкает второго валета в верхнюю часть живота, заставляя упасть на ковёр.       – Попроси его, – говорит король, снимая происходящее на телефон.       Вару стаскивает футболку и, отшвырнув её в сторону, жадно смотрит на шестого.       – Зонти-ик, – подыгрывает зелёный, – пожалуйста, сильнее…       Он тяжело дышит, глядя на трефа снизу вверх. Пиковому безумно нравится то, что он делает. Как одетый в женские вещи шестой грубовато ласкает его, командует и пытается доминировать. На самом деле ему хотелось чего-то такого, когда он предлагал идею с переодеванием. Вроде вот он, нежный, феминный валет треф, но при этом Вару так нравится, что тот, несмотря на женские шмотки, на самом деле остаётся мужчиной и не боится делать, что хочет.       Зонтик ласкает его пах, практически всем весом наступает на член, и пятый стонет и течёт, прижатый к полу изящной ступнёй. Тем временем шестой отпускает его, делает шаг вперёд и, остановившись ближе к лицу зелёного, ставит ногу ему на грудь. Смотрит тёмными жадными глазами, представляя собой похоть во плоти. Вару гладит обтянутую чулком голень и со стоном жмурится. Треф трёт его соски пальцами, перемещает ногу выше, аккуратно проходится по шее, легонько нажимая на кадык и замирает, коснувшись большим пальцем подбородка. Вару смотрит на него и, приглашающе приоткрыв рот, облизывается и обхватывает ступню любовника.       Дрожаще выдохнув, бирюзовый кивает. Мягкие влажные губы обхватывают большой палец сквозь капрон, посасывают, втягивают. Язык проходится по подушечке и с нажимом вылизывает и у основания пальца. Пятому хорошо видно, как от этой ласки вздрагивает член под короткой юбочкой. Треф еле удерживает себя в вертикальном положении, с минуту наслаждаясь влажным теплом языка на неожиданной эрогенной зоне, а затем убирает ногу и смотрит на разомлевшего пятого сверху вниз.       – Бля... ну всё-всё, разошлись, – бубнит восьмой, прерывая момент и сжимая собственный потяжелевший член через шорты. К собственному удивлению, ему тоже хочется побыть на месте Вару – дайте сфоткаю.       Пятый отползает и поднимается, заглядывает сбоку в экран. Пик делает фото спереди и сзади. Приседает и фотографирует снова, чтобы было видно ягодицы, перечёркнутые тонкими резинками подвязок под юбкой.       – Приподними-ка, – просит король, вернувшись в исходное положение. Треф смущённо опускает длиннющие от туши ресницы и задирает подол, демонстрируя влажный красивый и уже полностью готовый член. – М-м-м, молодец, очень красиво. Ложись на кровать и раздвинь ножки.       Зонтик неловко идёт к кровати, кружевные полоски трутся между ягодиц, а разрез спереди, явно не рассчитанный на мужскую физиологию, неприятно давит на основание члена сверху.       – Что такое, детка? Неудобно? – спрашивает пятый, заметивший его странные движения.       – Давит, – жалуется треф, – здесь, где вырез, – он кладёт руку на пах поверх ткани.       – Давай помогу. Подними.       Вару снова становится перед ним на колени и, когда треф задирает юбку, мягко целует головку его члена. Раздаётся щелчок камеры, валеты синхронно разворачиваются к королю, и он фотографирует снова. Вару ухмыляется и отворачивается, ощупывает вырез, тот действительно верхним краем впивается в нежную кожу в основании члена. И пиковый, недолго думая, тянет края кружева в стороны, делая небольшой надрыв.       – Так лучше?       – Да… с-спасибо, – улыбается Зонтик, – так намного удобнее.       Он доходит до кровати и осторожно устраивается полусидя у изголовья. Разводит ноги, юбка задирается, демонстрируя гладкую промежность, мошонку и налитой член.       – Спустись чуть ниже, – велит Пик, – возьми член и яички в руку. Хочу видеть пробку.       Зонтик делает, как велено, стягивает кружево выреза на ягодицы с обеих сторон, и Вару громко присвистывает, увидев голубой кристалл в основании игрушки.       – Отодвинь ягодицу, – просит король, – молодец, да… А теперь ляг ниже, подними ножки и держи под коленями. Офигенно!       Пик делает несколько снимков, подходит ближе, ложится в ногах кровати и, приподняв телефон, снимает снова.       – Охуеть, – выдыхает пятый, – хочу эту фотку. Буду дрочить на неё долгими зимними вечерами. Хватит снимать, давай уже сделаем нашей куколке хорошо.       Зонтик ёрзает бёдрами и вздыхает, когда пробка внутри сдвигается, задевая простату.       – Давай, иди к нему. Ещё пару фоток хочу. Ты был прав, – нехотя признаёт король, – это обязательно нужно сохранить для истории. Потом снимем ещё видео, хорошо, сладкий? Ты такой классный в этом прикиде, хочу, чтобы ты тоже посмотрел, – обращается он уже к трефу.       Тот кивает, глядя на восьмого блестящими глазами и непроизвольно облизывается. Вару ложится перед трефом на живот и без прелюдий принимается вылизывать его задницу вокруг игрушки. Через пару минут, наигравшись, принимается легонько толкать и покачивать основание пробки, одновременно мягко посасывая мошонку. Треф стонет, запрокинув голову и на ощупь зарывается в зелёные кудри пальцами.       – Вару, ещё, – хнычет треф и поглаживает его по голове.       Пик переключается в режим камеры и подходит ближе, снимая сладкую парочку на постели. Ему самому уже хочется избавиться от футболки и от сковывающего стояк белья и домашних штанов, но зрелище такое горячее, что он не может перестать снимать.       – Давай-ка вытащим игрушку, думаю она нам уже ни к чему. Я найду более достойное применение твоей сладкой дырочке, – воркует пятый, – или сегодня это киска? Будешь нашей девочкой?       Зонтик не говорит ничего против, только мычит и стонет, когда Вару начинает мягко тянуть из него пробку. Она тяжёлая, металлическая, состоящая из шариков разного диаметра. Самый крупный у основания, дальше – по убывающей. Король увеличивает изображение, с неприкрытым удовольствием глядя, как анус валета растягивается, будто нехотя выпуская влажно блестящий шарик. Вару сосредоточенно высовывает кончик языка, жадно рассматривая это похабное действо. Раздаётся влажный хлюп, и за первым легко выходят второй и третий. Пиковый ухмыляется, глядя на второго валета и, чуть надавливая, ведёт по кругу оставшимся внутри кончиком игрушки. После чего, вынув её окончательно, откладывает на тумбочку.       – Какая длинная, надо же, – восхищённо говорит он, рассматривая жадно пульсирующее отверстие из которого вытекает капля смазки.       Пик шумно выдыхает и толкает зелёного в плечо, чтобы можно было снять раскрытую пульсирующую дырку с лучшего ракурса.       – Хочу его вылизать, – признаётся зелёный и, наклонившись, прижимается губами между ягодиц.       Язык без труда входит внутрь растянутого ануса, чуть придавливает по краям изнутри. Но тут нога трефа задевает его бок, и в голове, словно лампочка, загорается новая идея. Он крепко сжимает бедро шестого в капроновом чулке, прикреплённом к боди тонкой резиночкой.       – М-м-м, шикарные ножки. Боишься щекотки на ногах, крошка?       – Нет, – признаётся Зонтик, заворожённо глядя на Вару, отодвинувшегося, чтобы удобнее перехватить его аккуратную ступню.       – Это хорошо.       Не долго думая, зелёный подносит ногу шестого ко рту и снова принимается посасывать большой палец. Треф охает. Вару проделывает то же самое с остальными четырьмя уже сильнее, несколько раз с нажимом лижет под подушечками и принимается влажно выцеловывать ступню, одновременно массируя над пяткой. Зонтик довольно вздыхает. Он и не подозревал, что ноги могут быть эрогенной зоной, но, видимо, у него это именно так, потому что горячие искорки удовольствия бегут от ступни до бёдер и плавно рассыпаются теплом в паху. Член вздрагивает, и Пик, глядя на это до странного интимное представление, откладывает телефон. Устраивается рядом и с легким нажимом поглаживает вторую ногу от паха вниз, ласкает под коленом, приподнимает, заставляя трефа сползти по постели и откинуться назад. Целует голень, верхнюю часть ступни и принимается повторять за своим валетом, лаская стопу и пальцы ртом.       Треф сильнее запрокидывает голову, ударяясь макушкой об изголовье. А оба пиковых поднимаются поцелуями вверх по его ногам и встречаются в паху. Вару обхватывает его изнывающий член, а Пик мягко толкается двумя пальцами во влажный растянутый анус. Зонтик выдыхает громкое “ах!” и вскидывает руку, не зная, за кого из двоих любовников ухватиться. Те одновременно принимаются вылизывать головку и ствол. Это настолько развратно и хорошо, а скользящие внутри длинные пальцы короля добавляют удовольствия.       – Я… я сейчас… Пик…       Вару заглатывает его член до основания, с силой сосет, скользя вверх и вниз. Пик сгибает пальцы, потирая простату, пятый с громким чпоком выпускает зонтиков член, и тот пульсирует, выплёскивая блёсые капли. Король с довольным рыком накрывает головку губами, выпивая всё до капли. Треф обмякает и, тяжело дыша, пытается прийти в себя, глядя, как пиковые, раздевшись, принимаются целоваться, пытаясь бороться за главенство. В итоге Вару со стоном сдаётся, когда Пик применяет запрещённый приём – сжимает его член и принимается дрочить.       – Вы, – выдыхает Зонтик, глядя на них, – такие… красивые.       – Это он нам говорит, слышишь, Вару? – ухмыляется в ответ восьмой.       – Ага, это ты себя ещё не видел в полный рост, – поддакивает валет.       – Пойдём-ка, посмотришь, – Пик тянет его за руку и, поднявшись с постели, ведёт к шкафу-купе с зеркальной створкой.       Встав перед зеркалом, обнимает трефа сзади и, прижавшись членом между ягодиц через ткань юбки, горячо выдыхает в самое ухо:       – Только посмотри, какой ты.       Зонтик смотрит на их отражение и как будто не узнаёт себя. Яркие, глянцево блестящие от розовой помады губы складываются в удивлённое “О!”. Густые тёмные, словно кукольные, ресницы делают глаза ярче и больше. Он скользит взглядом по отражению, отмечая атласную ленту на шее, торчащие под кружевом напряжённые соски, темно-синюю юбку с тонкой белой полосой по краю едва прикрывающую пах, а сзади, наверное, и вовсе больше демонстрирующую, чем скрывающую. Из-под подола вниз по гладкой коже бёдер тянутся тонкие чёрные подвязки с маленькими бантиками в районе крепления к чулкам. Две точно такие же есть сзади, и король сейчас прослеживает пальцами их натянувшиеся на ягодицах резиночки до самого кружевного края чулок. Ноги, плотно охваченные чёрным полупрозрачным капроном, кажутся длиннее, чем есть. Волосы немного растрепались, но это не портит общего впечатления. Трефу нравится то, что он видит. И, когда картинку дополняет смуглая крепкая рука восьмого, поглаживающая его по животу, член под юбкой снова наливается теплом.       – Просто невероятный, правда? – тихо говорит король и продолжает поглаживать, одновременно приподнимая ткань сзади и прижимаясь горячим твёрдым членом к голой коже ягодиц. – Моя детка. Так хочу в тебя… глубоко, медленно, чтобы ты принял на всю длину и почувствовал каждый сантиметр. Хочу смотреть на наше отражение, пока я тебя трахаю.       Зонтик со стоном выгибается в его руках, подставляясь, без слов выпрашивая всё, что обещает король. Вару сидит на постели, задумчиво глядя на них и вертя в руках тюбик смазки.       – Дай сюда, – требует Пик, протягивая руку.       Пятый выдавливает немного себе на ладонь, а потом кидает бутылёк королю. Он смотрит на любовников немного сбоку, и ему хорошо видно, как рука восьмого ныряет под юбочку, принимаясь дрочить трефу, как тот красиво выгибается и жмурится в отражении.       – Поставь ножки пошире, – ласково говорит король, – прогнись немного, держись за края.       Зонтик весь в предвкушении, между ягодиц всё сладко сжимается, заставляя смазку вытекать. Он делает, как велено: одной рукой вцепившись в зеркальную створку, а другой в край стенки шкафа, прогибается, оттопыривая зад и чувствует, как гладкая складчатая ткань тут же сползает к пояснице, оголяя ягодицы. Он вздыхает и жмурится, не в силах больше смотреть на себя в зеркало, такого развратного, жаждущего жадных прикосновений другого мужчины… даже сразу двух. Ласки Вару ему тоже очень приятны. А говорит он такие вещи, что член тут же встаёт по стойке смирно, становится сладко, стыдно и жарко.       Зонтик очень надеется, что Пик сейчас трахнет его, просто плавно войдет по смазке, которой он, кажется, налил в себя целый литр. Но король не торопится. Оглаживает кончиками пальцев подъягодичные складочки, трогает его дырочку, мягко нажимая по краям, но не вставляя, только поддразнивая. И треф хнычет. Член его окончательно твердеет, утыкаясь головкой в складки юбки. Восьмой опускается на колени позади него, целует нежные бледные половинки, прикусывает, вызвав у валета вскрик. Разводит полушария в стороны, и с упоением целует влажный пульсирующий вход. Толкается внутрь одновременно пальцами и языком, по-звериному жадно вылизывает, хлюпая слюной и смазкой.       – И правда, влажно как в киске, – чуть отстранившись, замечает Пик, – и так же горячо.       Слова будто принадлежат Вару, но сказанные устами Пика, они становятся ещё жарче. И Зонтик стонет сжимаясь на его пальцах.       – П-пожалуйста… – просит он, толкаясь назад, – ещё…       – Такой нетерпеливый, — восьмой усмехается куда-то в ягодицу, продолжая движения внутри. Его голос звучит приглушённо, срываясь на выдохе, — как тебе отказать.       Через несколько минут, наигравшись, король поднимается. Гладит валета по талии обеими руками и, разведя в стороны насквозь мокрое кружево в промежности, наконец вставляет. Сразу глубоко, скользит внутрь, не останавливаясь, преодолевая сопротивление мышц. С упоением слушая сдавленные стоны валета и ощущая, как плотно его охватывает скользкое жадное нутро.       Вару, скучающий без внимания на постели, смотрит на них и принимается поглаживать собственный член влажной от лубриканта рукой. Зрелище перед ним просто невероятное в своём распутстве. Из трефа вышла отличная “девочка”. Короткая юбочка задрана и смята руками Пика. Тот сжимает ткань и светлые бёдра шестого, двигается быстро, резко, со шлепками и хлюпами. Мышцы на ногах и подтянутой смуглой заднице сокращаются, и пятый непроизвольно облизывается, думая о том, что с удовольствием вылизал бы не только трефа, но и своего короля тоже.       Восьмой отпускает одно бедро валета и притягивает того к себе за плечо, прижимая спиной к собственной груди.       – Посмотри, какой ты сладкий. Так хорошо меня принимаешь. Уже снова твёрдый и течёшь. Давай, погладь себя.       Треф со стоном обхватывает свой член и дрочит быстро, почти без ритма, размазывая смазку по головке и стволу. Стонет на каждом движении внутрь и старается подаваться навстречу. Ему так чертовски хорошо и жарко, кружево липнет к вспотевшему животу и спине, трётся под поясом юбки.       – Эй, я вообще-то тоже хочу! – капризно раздаётся с кровати.       – Погоди, сейчас моя очередь, м-мх, – выдыхает Пик.       – Да хрен бы с тобой. Хочу, чтобы наша девочка меня трахнула, – бесстыдно заявляет зелёный.       – Слышишь, детка? Поможешь Вару?       Зонтик закусывает губу от особенно приятного движения и мычит. Затуманенные желанием голубые глаза смотрят на короля из отражения, и в них совершенно нет понимания, только желание немедленного удовольствия. Пик перехватывает его руки за запястья и, заведя за спину, чтобы не трогал себя и не кончил раньше времени, держит крепко одной рукой. Второй придерживает за плечо и дотрахивает его быстро и сильно, изливаясь внутрь уже через несколько секунд. Какое-то время с пошлыми влажными звуками двигаясь по смазке и собственной сперме. Выходит плавно, не отпуская руки Зонтика, и подталкивает его к постели.       Шестой хнычет жалобно, ему хочется кончить, он уже был близко, но его так грубо оборвали.       – Ну-ну, детка, сейчас будет хорошо, – мурлычет сытый после оргазма король, – Давай, становись раком, – командует он пятому, и Вару безропотно делает, как сказали.       Ему до странного сильно хочется, чтобы именно такой феминный, сладкий и развратный Зонтик выеб его до звона в ушах, оттаскал за волосы, возможно, даже отшлёпал. Вару виляет бёдрами, приглашая, и чувствует, как влажные от смазки пальцы толкаются в него, поворачивает голову. Треф смотрит на него, закусив губу, пока король растягивает задницу чёткими, выверенными движениями.       – Эй, детка, – мягко говорит пятый, – только давай пожёстче, не нежничай.       Зонтик кивает и, как только восьмой заканчивает, устраивается сзади. Подол юбки мягко накрывает поясницу Вару, и влажная головка с силой надавливает на едва растянутый вход.       – М-м-м, да, давай, – пиковый сам подаётся назад, насаживаясь глубже, желая как можно быстрее ощутить наполненность и растяжение.       Пик снова хватается за телефон. Несколько раз щёлкает камера, снимая их спереди и сбоку, пока треф замирает на пару секунд. Король переключается на видео и снимает с разных ракурсов: крупным планом искажённые удовольствием лица обоих валетов, общий план, приподнимает юбку и шлёпает шестого по заднице, побуждая шевелиться, снимает движущийся в заднице Вару член.       – Сильнее, куколка! – скулит пятый, – Выеби меня как следует. А ты… хмммм, порнооператор хренов…. Да! Здесь! Ещё! Ещё! Ну же… хватит снимать. Иди сюда.       Пик сдвигает подушки и становится на кровати на колени, но телефон не выключает. Берёт собственный, не до конца опавший ствол свободной рукой и, глядя на происходящее через объектив камеры, обводит влажной головкой пухлые губы валета. Тот без напоминаний открывает рот и принимается усердно сосать и вылизывать. Король хрипловато стонет, толкаясь чувствительной после оргазма головкой в умелый рот, плавно двигает бёдрами, пока Зонтик трахает пятого сзади быстро и жёстко, сжимая бёдра. Восьмой отпускает основание собственного члена и, крепко ухватив Вару за волосы на затылке, двигается, стараясь попасть в ритм с трефом.       Зелёный довольно стонет, заполненный с обеих сторон, наслаждаясь чувством беспомощности. Ему нравится так: когда его используют, берут жестко, быстро, бескомпромиссно, не давая ему самому хоть что-то делать.       – Су-ука, – выдыхает восьмой, толкаясь до основания. Это легко полувставшим членом, пятый может взять глубоко и на всю длину, – Как же ты классно сосёшь… давай, постарайся…       Вару теряется в удовольствии, течёт от похвалы и от точных сильных движений трефа, старается сосать плотнее, вылизывает набухающую головку, тычется в дырочку уретры, собирая солоноватый вкус спермы и смазки. И ему мало, мало, МАЛО!       Член во рту ощутимо увеличивается, слюна стекает струйкой по подбородку, и он причмокивает, стараясь насадиться задом сильнее. Никак не может определиться, какой из двух стволов ему нравится больше. Треф сзади движется рывками, готовый вот-вот кончить, и хочется попросить, чтобы он подрочил, но рот занят, а Вару категорически не хватает. Он виляет ягодицами и хнычет заткнутым ртом, сжимается внутри.       Зонтик вскрикивает, тонкие жгутики кружева трутся о чувствительную влажную дырочку, а пятый так приятно сдавливает член внутри, что он просто больше не может сдерживаться. Мышцы на животе напрягаются, соски дерзко торчат и елозят о прозрачную ткань, и он с протяжным стоном кончает, наполняя задницу пятого спермой, продолжая двигаться, пока не выжимает себя до последней капли.       Вару хнычет, чувствуя, как член выскальзывает, оставляя после себя пустоту. Ему оставалось совсем немного, а теперь... Он выпускает плоть изо рта, поднимает бесстыжие просящие глаза на короля, жалобно и капризно просит:       – Пик, давай ты…       Восьмой ухмыляется и наконец вырубает камеру.       – Давай баш на баш. Ты меня вылижешь, а я, так и быть, тебя трахну.       Вару сглатывает и думает, что его король – ёбаный телепат. Он совсем недавно сам об этом думал и совершенно не против.       – Давай.       Пик укладывается на спину рядом с отдыхающим после двух оргазмов трефом и, широко разведя согнутые в коленях ноги, снова включает камеру. Пятый не врубается, что он там собрался снимать, нихрена же не видно будет, но ничего не говорит. Только похабно облизывает и без того блестящие губы, глядя в объектив.       – Приступай. И поработай как следует. Мой член ещё нужно заслужить, – ухмыляется восьмой. – И чтобы без рук, только язык и губы, понял?       – Конечно, ваше величество. Ты ж знаешь, что я умею, – Вару подмигивает.       Он склоняется, гладит крепкие ягодицы, обводит нежные складочки в паху пальцами, вылизывает тяжёлую мошонку и, наконец, глянув в камеру поплывшим взглядом, чуть разводит половинки. Толкается языком в сморщенное тёмное отверстие. Оно у Пика очень чувствительное. Вару знает, ведь его язык уже бывал там пару раз, пока на горизонте не появился Зонтик, и восьмой не решил, что им пора завязывать с потрахушками. Он помнит, как короля это заводит, как он довольно вздыхает и иногда даже стонет, если с силой покружить языком внутри. Но сначала нужно как следует разогреть, поцеловать, облизать сверху вниз и вокруг чтобы кровь сильнее прилила к нежной круглой мышце, чтобы Пик расслабился, растёкся по постели, позволяя трахать себя языком. Главное, чтобы не кончил, а то планы Вару на его член пойдут по одному месту. Хотя, на самом деле, Вару ни разу не видел, чтобы кто-то кончал только от языка в заднице.       Пик вздыхает, это чертовски приятно. Сбоку прижимается Зонтик, целует его в щёку и, заглядывая в экран телефона, мягко поглаживает и сжимает пальцами пиков сосок. Перекатывает между подушечками, немного тянет.       – Что ты снимаешь? Ничего же толком н-не видно.       Вару причмокивает и отстраняется.       – Он прав, между прочим. Ты либо раком вставай, либо телефон ему отдай, пусть поснимает. А лучше и то, и другое.       – Ладно, двигайся, – решает король и, отдав шестому телефон, встаёт в коленно-локтевую.       Поза кажется слегка унизительной, но ему чертовски приятно чувствовать язык Вару там. Наверняка он был создан именно для этого, а не для тупых шуток и постоянной болтовни.       Зонтик снимает его довольное лицо, устроенное на сложенных на постели руках, красиво выгнутую сильную спину и вздёрнутые вверх ягодицы. Вару чуть разводит их, демонстрируя блестящую от слюны сжатую дырочку. Гладит её пальцем и ухмыляется, когда восьмой угрожающе шипит:       – Эй, без рук!       – Ладно, ладно, – соглашается валет, – а что, парень твой тебе не отлизывает?       Он с ухмылкой смотрит в камеру, потом на алеющего щеками шестого. Этот вид ласки они действительно ещё не практиковали. Нет, Пик часто и с удовольствием вылизывал трефу задницу, и до, и после того, как хорошенько её выебать. Но сам Зонтик такого не делал. Король не просил, а ему как-то даже в голову не приходило предложить.       – Обязательно попробуй, смотри, как он кайфует.       Пятый, довольный тем, что вогнал трефа в краску, возвращается к своему занятию. Жадно лижет, хлюпает слюной, причмокивает, всем видом показывая, как ему нравится то, что он делает. Пик довольно мычит, и шестой возвращается с камерой к его лицу.       Через пару секунд Вару начинает вытворять что-то такое, от чего король жмурится и со стоном прогибается, сильнее оттопыривая зад. Зонтик снова переползает к пятому и смотрит на экран, записывая, как валет широко развёл ягодицы короля и суёт напряжённый язык глубоко в раскрытое отверстие, а после с чпоком вынимает. Бирюзовый судорожно возбуждённо вздыхает, глядя, как нежная дырочка раскрывается и сжимается каждый раз. Как слюна стекает по оттянутой собственным весом мошонке, и король толкается назад, пытаясь насадиться сильнее. Проделав свой трюк с десяток раз, Вару отстраняется и утирает влажный подбородок.       – Кто-то обещал меня трахнуть.       – Ладно, заслужил, – сдаётся Пик и, улёгшись на спину, хлопает себя по бёдрам, – давай, садись сверху.       Вару подбирается ближе, усаживается и с блаженным стоном насаживается на крупный тёмный пиков член влажной от смазки и спермы задницей. Двигается сразу резко и быстро, с наслаждением прогибается в спине. Не прекращая снимать, треф гладит его по груди и животу и, наконец, плюнув на съёмку, откладывает телефон и принимается дрочить пятому.       – Да! Вот та-ак… м-м-м, – стонет зелёный.       Он течёт, пятная пальцы трефа смазкой, и через несколько быстрых движений изливается на живот короля, довольно мыча. Пик хватает своего валета за бёдра, вбивается снизу, упершись ступнями в постель, и, коротко простонав, кончает в пульсирующее и сжимающееся нутро.       Зонтик растерянно смотрит на любовников, на свою испачканную руку и снова стоящий колом собственный член, торчащий из-под задранной юбки. Вару усмехается и, не слезая с короля, дотягивается до телефона, так и оставшегося включенным в режиме видео. Переключается, делает пару фотографий трефа, а затем толкает восьмого в плечо.       – Кажется, у нашей крошки проблемы.       Пик лениво открывает глаза и довольно смотрит на своего парня.       – М-м… ложись на спину, сладкий, задирай юбочку.       Пока треф устраивается, король шлёпает пятого по заднице, заставляя слезть. Тот переползает на постель и снова хватает телефон, который по привычке заблокировал. Между ягодиц щекотно течёт, и он решает улечься, чтобы не отвлекаться от съёмки.       – Разблокируй, поснимаю, – требует Вару.       Сняв блокировку, восьмой отдаёт ему гаджет и ласково гладит разведённые бёдра второго валета.       – Какой ты красивый, – говорит он и, подавшись вперёд, целует шестого в губы. Помада размазалась, но это нисколько не портит образ. Да и они все трое в ней перепачканы.       Поцелуй мягкий и ласковый, благодарный. Отстранившись, король сам задирает на валете юбку, склоняется и лижет дырочку на вершине головки, едва касаясь языком. Смазка у Зонтика сладковатая и, король, довольно промычав, обхватывает ствол губами.       – Ля-а, кто бы мне поверил, если бы я рассказал, с каким удовольствием Пиковый король сосёт член своему фембойчику, – хмыкает Вару, продолжая снимать, – Но теперь у меня есть доказательства.       Восьмой, не прерывая своего занятия, показывает в камеру средний палец, толсто намекая, куда Вару может идти со своими доказательствами. Зонтик хнычет, к третьему разу член очень чувствительный. Король знает, каково ему сейчас, и двигается плавно, осторожно сминая губами. Движения становятся жёстче только когда шестой зарывается рукой в густые фиолетовые лохмы на затылке.       – Пи-ик… – скулит Зонтик,– внутри… п-пожалуйста…       – Какой вежливый мальчик, – ухмыляется Вару, глядя то на них, то на экран телефона.       – Иди на хуй или снимай молча, – настоятельно рекомендует Пик, поглаживая влажную, податливую дырочку трефа.       – Я уже там был сегодня, ничё особенного.       – Вару, ты допиздишься, – рычит король, трахая трефа пальцами и снова принимаясь сосать, заглатывая до упора.       Когда восьмой находит простату, валет непроизвольно подбрасывает бёдра, член сочится сильнее, и Пик вылизывает его, как леденец. Наконец он берёт быстрый темп, постоянно стимулируя набухший после двух оргазмов комочек нервов. Зонтик скулит от удовольствия, приправленного перчинкой боли и сверхчувствительности, делает несколько движений навстречу горячему рту и, всхлипнув, кончает в третий раз. Спермы немного. Пик, слизав последнюю капельку с головки, сыто, лениво отстраняется. Вару вырубает камеру.       – Снято! – громко заявляет он и заползает под бок к шестому. – Заебись кино получилось.       Ему нравится обниматься и лениво ласкаться после секса, а ещё ему нравится разморённый, хорошо выебанный Зонтик, такой обессиленный и нежный. Вару целует трефа в маленький розовый сосок под кружевом боди.       – Теперь нужен перерыв на обед для каста этого хита. Эй, альфач, кормить будут?       – Перебьёшься. Если тебя постоянно ебать и кормить, то ты вообще отсюда не уйдёшь, – усмехается Пик, примостившийся с другого бока и поглаживающий усталого трефа по животу.       – А я может, и не хочу уходить, – заявляет зелёный с каким-то странным вызовом в голосе, – я, может, хочу… да пофиг, забудьте.       Зонтик открывает глаза и удивлённо смотрит на зелёного. Мягко гладит его по плечу и улыбается.       – Ну, что ты? – ласково говорит он, – Оставайся сегодня у нас, если хочешь.       Вару смотрит на него недоверчиво, потом переводит взгляд на короля. Тот деланно недовольно вздыхает.       – Ладно, оставайся, – говорит Пик.       Он вполне понимает, что такое желание простого человеческого тепла, мягких объятий, возможности поболтать, когда хочется. У него есть Зонтик, который даёт всё это с лихвой. А у его валета только случайные перепихоны на стороне. И те, кажется, сошли на нет, когда они начали спать втроём.       – Давайте немного полежим, и я разогрею ужин, – предлагает треф, поглаживая руки пиковых на своём животе и груди.       – Отличный план. Надёжный, как швейцарские часы, – сонно бубнит пятый, – Тебе бы раздеться, куколка, а то натёр уже всё, наверное.       Зонтик только улыбается, думая, что заботливый Вару – это странно и очень мило одновременно. И даже вредный пиковый валет нуждается в тепле и ласке. А Вару думает, что он совершенно по-дурацки влюбляется в эту странную парочку. О чём думает Пик – остаётся загадкой.