Лагерное недоразумение

Дилан ушёл из столовой, толком не поев. Ему было не до этого, мысли были заполнены лишь переживанием, не заметил ли кто, его тревогу, трясущиеся руки, покраснеашие глаза. Лишь бы никто не знал Он подался в рандомном направлении, на удивление не было нигде вожатых. Плевать. Нужно уйти, скрытся. Спятатся от этого, лишь бы не чуствовать. Сквозь исчезающие силы, Дилан идёт прямо. Идёт, идёт. Он не смотрит куда, некогда, на душе тоска, тревога, соль в перемешку с бушующим сердцем. В итоге, доходит до какого то леса. Везде деревья, прохладно в тени. Присев под первым попашимся деревом, утыкается лицом в колени, обнимая себя трясущимися руками. Тело дёргает, боль не уходит. 《Что это?》лишь один вопрос бушует в голове. Он сейчас в тихом, спокойном месте. Он один, не нужно боятся. Все хорошо. Наверно, нет. Все ужасно, он чуть не дал слабину при друзьях. Слабый. Неженка. Убожество. Дилану страшно от эмоций нагнитающих его. Все это лишь от одного прикосновения? Или это от чего то большего. Что то более пугающие стоит за этим.                            °°°°°°°°° —ребят, он куда то ушёл. Мне кажется я сделал не правильно. Раз я первый доел, пойду поищу его. Окей?—Лололошке стало стыдно, что возможно по его вине, кому то было не приятно. Не хотелось бы портить первое знакомство —ой да не парся, наверно засел где то в своём телефоне, и проклинает нас всех. Вряд ли сейчас он будет тебе рад.—отзывается на предложение приятеля Брэндон —может и так, но я хочу всетаки извинится. Столько просил не трогать, но я чот переборщил.—Ло всетаки он понимал, что в какой то степени, это было не правильно. — я пошёл, если что то начнётся, звоните. Номер я вам дал! Лололошка побежал со столовой. Добежал до корпуса для сна, заглядывает в их с компанией комнату. Пусто. Ходит по улице, ищет. Долго это все было. Он обошёл везде где только можно, ни намёка на макушку шатена — нет. К речке далеко идти. Остаётся лес, неужели он перелез через забор. Да, он был не высоким, но странно идти туда, куда не нужно. Пройдя от забора пару метров, и оглядевшись, он видит — О чудо, макушка, которую он невзначай обидел. —хэй, Дилан!—старается не громко кричать, но что бы его точно услышали. —прости пожалуйста что так вышло, я не хотел тебя обидеть! Выходи!                             °°°°°°°°° Дилан сидел под своим уже деревом, и пытался успокоится. Дрож не проходила, сердце билось слишком больно, ноги не держали. Хотелось умереть. Пропасть. Не возращатся. Как же ему было жаль, что он все ещё в сознании. Хотелось расцарапать все что только можно. Он взял палку и начал ею водить по руке, нажимая все сильнее. Что бы оставались красные пятна. И они остались. Принося жар автору дела Послышался чей то голос. Боже, почему за ним пошли. Какого хрена, ещё и Лошка. Ну почему именно он. Не хочу выходить. Пострадавший шатен прячится на другую сторону от дерева, пытаясь укрытся от того, кто был причиной его страданий. И плевать он хотел на извинения. Но что то в его голове плывёт, и он будто отключается.                       °°°°°°°° Лошка подходит к Дилану. —Хэй, Дилан! Прости, пожалуйста, что так вышло, я не хотел тебя обидеть! Выходи! — голос Лололошки звенит в тени деревьев, тревожный и искренний. Тишина. Только шелест листвы да что-то глухое внутри, будто гул собственного сердца. Он делает шаг ближе, обходит дерево. И замирает. Дилан сидит, но… как будто не он. Спина выпрямлена, лицо повернуто, и глаза смотрят куда то в даль. Взгляд — стеклянный, пустой. Ни слёз, ни дрожи. Холод. Отрешённость. Словно перед ним — кукла, оставленная на солнце. — Дилан?.. — осторожно, почти шёпотом произносит голубенький. — Ты кто? — произносит тот, не моргнув, не изменив ни одной мышцы лица. — Эм. Это я. Лололошка. Мы же только что... в столовой, Я кажется случайно тебе сделал хуже, ты как? — Я не знаю, о чём ты.—Он встаёт. Движения плавные, почти чужие.— Это не моё имя. — Чего? — у Ло подкатывает к горлу что-то колющее. — Ты чего, блин, это не смешно. Хватит! Дилан (или кто это) поворачивается к нему с лёгкой, почти жуткой улыбкой. — Ты разбудил не того, кого хотел. Он слабо держался. А теперь – отдыхает. Ему стало слишком больно. — Подожди. Ты что, издеваешься? Дилан, хватит. Это не смешно. Ты пугаешь меня, — голос Ло начинает дрожать. Он чувствует, что происходит что-то реально не то. — Он просил не трогать, — тот кивает, как бы соглашаясь. — А ты потрогал. Ты сорвал пломбу. И теперь мы — на свободе. "Мы"? — Лололошка вжимается назад. Его пальцы сжимаются. — Кто "мы"? Ты в каком бреду? Это ты сейчас просто психанул, да? Дилан, очнись! Парень делает шаг ближе. — Дилан больше не отвечает. Его нет. Остался я. —твою ж мать, да я кажется попал. Нахуй только пёрся сюда. —Ло перед тем, как взять за руку паренька, и увести из леса, спрашивает. —Дилан, или как ты себя называешь, пойдём со мной? Я хочу тебе помочь. —ты уже помог, но пойдём. Раз уж так рвешься. —он был слишком спокоен. Аж волосы на голове дыбом становились Для Ло это был знак согласия, он берет его за руку, и ведёт к лагерю. Решая посмотреть на руку друга, замечает красные полосы. Кажется царапал себя, бедняга. И все из за меня 《Боже какой я дурак, как же стыдно. Что с ним могло такого случится, лишь от одного обьятия》 Ло винил себя очень сильно, ведь он не желал никому зла. Он хотел как лучше. Хотелось и самому расплакатся, но он держался Доведя Дилана до лагеря, пошёл искать медсестру. К счастью, она оказалась поблизости. —эй, извините пожалуйста, тут человеку плохо стало и он...—Лололошка рассказал все что случилось, и та повела пострадавшего к себе в кабинет. Кудряшка идёт за ней, он не мог оставить, может и не такого уж близкого, но друга —что ж, все что ты сказал, очень похоже на диссоциативное расстройство личности, и боль от прикосновения вскрыла не просто травму, а переключила его в другую личность, ту, которая жила в боли и страхе, но была давно подавлена.—она вздохнула и повернулась к пареньку который старательно слушал её.—ему просто нужен отдых, если он поспит ему должно стать легче. Попробуй у него узнать завтра, что было в детстве, и почему у него такая реакция. И если ты его друг, можешь попытатся помочь. —мне просто нужно показать ему, что объятья это хорошо, вывести на доверие ко мне, так ведь? —Лошка был не против такой перспективы, всетаки, Дилан ему симпатизировал как человек, и хотелось его обнимать как котёнка. —именно, перенаправить его страх в другое русло, и научить не боятся. Если вдруг что, обращайся Ло взял пострадавшего от его объятий за руку, и повёл в корпус для сна. Идя по тропинкам, он размышлял. Что такого могло произойти в детстве? Почему Дилан стал таким? Нужно позаботится о нем, раз я виноват