Я выбираю любить

Ханыль сидела на кухне, смотря в одну точку и морщась от шума за окном. Она проклинала себя за то, что вчера забыла выключить будильник, и теперь, как итог, сидит в 5:20 на кухне в свой единственный ближайший выходной, мучаясь от похмелья. Моргнув пару раз, она потянулась за почти пустой чашкой с кофе. Но даже несмотря на ранний и нежеланный подъем, чувствовала она себя морально лучше. У Минхо теперь не должно быть проблем с менеджером — по их с Джисоном словам. Да и Бëнхо парень неплохой. Полёты им пока никуда не светят, значит, толпы фанаток, визжащих громче, чем собака рядом с компанией, пока тоже откладываются до их следующего концерта. И неважно, что сейчас Ханыль очень хотела бы вернуться обратно в кровать, она не жалела о том, что вчера до двух ночи творила какую-то дичь с этими двумя придурками. Ну как творила? Тихонечко пила соджу и наблюдала за гениальными размышлениями и спорами танцора с рэпером о том, какую курочку лучше заказать и что им в следующий раз обязательно нужен будет один номер на двоих, потому что Минхо уже устал по несколько минут стоять под дверью, пока не получится разбудить. Поэтому то, что она сейчас сидит с растрёпанным пучком на голове, напоминающим гнездо, и пытается избавиться от синяков под глазами патчами, всё равно не затмевает их поздний ужин. Если его вообще можно было так назвать. Где-то в спальне зазвонил забытый телефон, и Ханыль недовольно простонала, сползая со стула. Кому вообще могло прейти в голову звонить в субботу раньше шести утра? Если это придурок Минхо, решивший специально разбудить её пораньше в отместку за её подзатыльник и шутки ночью — то при их следующей встрече он покойник. Уже готовя свою тираду, Ким едва не выронила телефон из рук. «Ук Чжон» — светилось на экране. Имя руководителя отдела взбодрило её быстрее любого кофе. — Руководитель Ук, доброе утро, — протараторила Ханыль, стараясь понять, зачем она могла понадобиться ему рано утром? Не могла же она где-то накосячить за эти несколько часов, сидя дома. — Что-то случилось? Но в ответ она услышала шуршание бумаги и голоса на фоне. И чью-то совершенно недружескую перепалку. Это не нравилось ей еще больше. — Ханыль, ты читала сегодня новости? Как быстро сможешь приехать в компанию? — сыпал на нее вопросы Чжон, не давая и шанса вставить хоть слово. — Минут через двадцать-тридцать, — Ханыль быстро глянула на время и прикинула, сколько займёт дорога к компании в такой час, учитывая, что нужно было ещё хотя бы переодеться и исправить тот ужас, что творился на её голове. Ну или хотя бы просто расчесаться. — Тебя встретит Янчхоль и… сейчас, подожди минутку. Непонятный гул на фоне становился только громче, а от количества всех ласковых слов руководителя глаза Ким за малым не полезли на лоб. Поставив звонок на громкую связь, она кинулась к шкафу, выхватывая первое, что попадётся. После ещё чьего-то крика она перестала пытаться понять, что там произошло, и постаралась залезть в одежду быстрее, чтобы успеть привести себя хотя бы в более менее человеческий вид. — Прости, — Ук Чжон прокашлялся, и голоса на фоне стали гораздо тише, а Ханыль замерла с расчёской в руке, тут же хватая мобильник. — По дороге можешь глянуть новости о Stray Kids, чтобы примерно понимать, о чём будет разговор. Насколько я помню, ты же вроде как подруга Ли Минхо, так? — Да, но знакома только с ним и Хан Джисоном, — ему ведь необязательно знать о том, что с последним она познакомилась только часов десять назад? — Случилось что-то серьёзное с группой? Или с Минхо? Вроде же только вчера на пару уверяли её, что теперь всё окей. И поводов для беспокойств не будет. Особенно если разберутся с менеджером Хвана. Так что изменилось за ночь? — Минхо в порядке, вроде как, — он на секунду замолчал, словно думал, стоит говорить или нет. — Если убивать ребят взглядом и угрожать вылить Сынмину на голову бутылку воды его обычное состояние, то он в полном порядке, — Ханыль впитывала в себя всю информацию, чтобы постараться разобраться в ситуации ещё до того, как приедет. Иначе зачем её ещё просят приехать? — Это его обычное состояние, — девушка коротко усмехнулась. Даже была уверена, что Хо всё это приправил ещё и фирменным сарказмом. Если бы она была бессмертной, то даже не отказалась бы посмотреть на это. — Постарайся приехать как можно быстрее, — голоса на фоне опять становились громче, видимо, он выходил на время из кабинета, и разобрать, что ей говорил Ук, становилось труднее. — Поверь, это и в твоих интересах. Не успела Ханыль и слова сказать, вместо руководителя она уже слушала короткие гудки. Быстро завязала низкий хвост, даже не стараясь уложить отросшую чёлку, и вернулась на кухню, чтобы допить свой кофе и вызвать такси. На автобусе она будет полдня тащиться до компании, а машина стояла в сервисном центре. Уже сидя на заднем сиденьи машины, открыла твиттер, надеясь хоть немного разобраться, что происходит. И от увиденного она пришла в ужас. Практически каждый пост был посвящён Хван Хëнджину. И плевать было бы, если это были очередные новости о его карьере. Но нет. «Адрес личной квартиры Хëнджина из Stray Kids»; фотографии с ним, снятые исподтишка; какие-то номера, подписанные, как номера его семьи и друзей. Как это, чëрт возьми, могло произойти? Судя по времени, информацию об айдоле начали распространять ещё ночью, так почему компания до сих пор молчит? В первую очередь, Ханыль зашла на официальную страничку группы, но не увидела никаких новых постов. Теперь было понятно, что за шум был слышен во время звонка руководителя. Вся компания наверняка сейчас стоит на ушах. И, судя по всему, слитые номера и адрес действительно являются той частью жизни Хëнджина, которую он старательно скрывал всё это время. Только вот Ким не могла понять, как так случилось, что в сеть просочилось сразу всё: от личного адреса айдола, до номеров его родителей. Ей казалось, что если пройдёт ещё немного времени, то даже на адрес их дома наткнётся. Всю дорогу Ханыль провела за просмотром буквально всех соц.сетей которые только знала, в надежде увидеть хоть одну нормальную новость. Или хотя бы более менее адекватную. Но, судя по всему, мозги у многих отключились, раз они так легко начали распространять личную информацию, даже не задумываясь о последствиях. И эти люди ещё называют себя фанатами? Это насколько нужно быть кретином, чтобы следить за человеком? И плевать, публичная он личность или нет. Только зачем она нужна в компании? Нужно больше людей, чтобы быстрее разобраться? Бред. Она же не юрист и не стафф Stray Kids, да и никак не относится к ним. Только тем, что знакома с двумя участниками. Буквально вылетая из машины, Ханыль уже видела менеджера Бан Чана у входа в JYP. За все эти пятнадцать минут поездки, она успела возненавидеть больше сотни людей, даже не подозревающих о том, как их действия могут отразиться на самом артисте. Ведь каждый человек мечтает, чтобы вся информация о нём гуляла по всему миру. Ага. А как же. — Сонбэ, — Ханыль быстро поклонилась. Язык даже не поворачивался сказать «Доброе утро». Звучало бы как издёвка. — Да, привет, — Янчхоль также кивнул головой и повернулся ко входу в компанию. — Пойдём. Семеня за ним, Ким старалась успокоиться. Незнание, что произойдёт дальше, вводило её в тихое состояние паники. Мимо них пробегали сотрудники, даже не обращая внимания на происходящее вокруг них, сосредоточенные на телефонных разговорах или документах. Глядя на всё, что сейчас происходило в компании, многие стажёры сбежали бы. Да и она ещё несколько лет назад поступила бы так же. Ханыль не могла даже представить, что сейчас чувствовал Хван Хёнджин, когда проснулся и первое, что увидел после того как отскакал несколько концертов и многочасовых перелётов — это слитую информацию о себе. — Ханыль, — Чхве остановился перед нужной дверью, за которой слышался уже знакомый ей шум. — Мой тебе совет о том, что ты услышишь. Это предложение может тебе сначала показаться странным и слишком поспешным, но подумай хорошенько над ним. Для тебя это хороший шанс и все риски уже рассмотрены нами. — Я не понимаю, — она нахмурилась, совсем теряя суть происходящего. — Сейчас ведь речь идёт о ситуации с Хван Хёнджином, так? Каким боком я иду к нему и группе? Янчхоль коротко усмехнулся, оценив попытку разрядить ситуацию. Пусть смешного было мало. — Сейчас всё узнаешь, — он открыл дверь, даже не подумав о том, что нужно хоть пальцем стукнуть по ней. Придержав её, остановился и пропустил Ким вперёд. — Куда он уже успел деться? — Чхве осмотрел кабинет и остановился на Ук Чжоне, не найдя нужного ему человека. Ханыль замерла в проходе и вцепилась в лямку от сумки, как в спасательный круг. Янчхоль подошел к руководителю и не церемонясь упал в соседнее кресло, достав телефон из кармана. — Пошёл переодеться, — скучающе бросил Чжон и повернулся к застывшей девушке. — Проходи, это не займет много времени. — Если не учитывать всех формальностей и возможных контрактов, то да, согласен, — Янчхоль оторвался от мобильника, чтобы мило улыбнуться руководителю. Потом посмотрел на ошарашенную Ханыль. — Делов-то на пять минут. Несколько секунд она просто пялилась на них. Их расслабленные позы и подшучивания друг над другом совсем не складывались с той картиной, которую она видела в интернете и слышала во время разговора с руководителем час назад. Они прикалываются или это просто она с ума начала сходить? — Я не понимаю, — осматривая помещение, подошла к ним и кинула сумку на пол рядом с другими, даже не заботясь о её дальнейшей судьбе. — Зачем я нужна здесь, руководитель Ук? — Ты ведь сейчас работаешь ассистентом До Гëн, так? — после утвердительного кивка, Чжон посмотрел на часы и что-то пробурчал себе под нос, прежде чем вернуться к Ким. — Сегодня ночью произошла одна, скажем так, неприятная ситуация. — Да ты мастер успокаивать людей, хён, — вставил Янчхоль, даже не отвлекаясь от переписки. — И «неприятная» даже близко не стоит к той заднице, в которой мы сейчас. Прекрасно. Ханыль приложила титаническое усилие, чтобы не ляпнуть «подеритесь тут ещё». Как женатая лет десять парочка, ей-богу. Ещё бы кривлять друг друга начали. Никогда она не видела этих двоих такими… — Да ты сегодня в ударе, Янчхоль, — ухмыльнулся Чжон и повернулся к нему. — Пойди лучше проверь, где он там застрял. Не удивлюсь, если фанатки и в раздевалке пытаются его по кусочкам растащить. С тяжёлым вздохом и недовольным лицом Чхве вышел из кабинета, за малым не показав язык в дверях. Ханыль заняла его кресло и посмотрела на сотрудников, которые, казалось, даже не обращали внимания на перепалку менеджера и руководителя их отдела. Сидели в другом конце кабинета и тихо ругались с кем-то по телефону. — Перейдём ближе к делу, — Ук Чжон вновь перевёл всё своё внимание на неё. Потянулся за папкой на столе и внимательно начал что-то читать. — Я удивлен, что ты все ещё ассистент. По оценкам менеджера Нам, ты уже давно готова к должности менеджера. Но мне интересно твоё мнение, — всё его напускное веселье как рукой сняло. Он смотрел на неё серьёзно, без тени шутки или сарказма, как ещё несколько минут назад с Янчхолем. — Ты готова стать менеджером артиста или ещё не уверена в своих способностях или знаниях? Подумай хорошо, Ким Ханыль, сейчас решается важный вопрос. И для тебя в том числе. Я бы даже сказал, что для тебя в первую очередь. Она застыла на месте, так и оставшись с протянутой рукой к валяющейся сумке. С чего вдруг такие вопросы? Да и кто не захотел бы поскорее занять настоящую должность, а не быть всего лишь помощником на побегушках? Ответ был простой: ответственный и здравооценивающий свои способности стажёр. Нахмурившись сильнее, она почему-то сейчас почувствовала себя той потерянной Ханыль, которая только сбежала из дома и не знала, что ей делать. Но тут же откинула эти мысли в долгий ящик. Нет. Она уже давно не та напуганная суровой реальностью девочка. Она даёт отчет своим действиям и готова нести ответственность за каждое слово. Ханыль прошла слишком долгий и тяжëлый путь, чтобы сейчас сомневаться в себе. Плевать ей было на себя. Но она не могла подвести близких людей, которые верят в неё больше, чем она сама. Она не может упасть в грязь лицом и потерять шанс работать в такой известной компании. Не может разочаровать До Гëн и Минхо. И себя. — Я полностью уверена в себе, — собравшись с духом, наконец-то ответила Ханыль. — В своих знаниях никто не может быть уверен на все сто процентов. Всё равно рано или поздно может наступить совершенно новая и неожиданная ситуация. И это нормально, не знать всего сразу или всегда. Мы на протяжении всей жизни учимся чему-то, так о чём можно говорить, касаясь работы менеджера айдола, когда даже сами артисты не знают, чего ожидать от собственных фанатов? Ук Чжон не перебивал её. Ему определённо начинала нравиться эта девочка. Изначально он отнёсся к идее Янчхоля скептически. Всё-таки она знакомая участника известной группы. Где могут быть гарантии, что она пришла сюда не для того, чтобы благодаря нему построить карьеру? Или оказаться поближе к айдолам? Но слушая её и глядя в её глаза, которые загорелись, как только она начала говорить, стало сразу понятно, что она любит своё дело и выбрала эту работу не ради кого-то, а ради себя. — Как заполнять все контракты я знаю наизусть, все свои обязанности как ассистента, так и менеджера тоже, — продолжала выпаливать всё на одном дыхании, даже не заметив, что руководитель что-то начал отмечать в папке ручкой. — И знаю, как должна вести себя во всех экстренных ситуациях, До Гëн меня хорошо обучила каждой. Но к чему я говорила, что невозможно знать всё: где-то есть гарантия, что не найдётся какого-то сумасшедшего сасэна, который учудит что-то, с чем ещё не сталкивался ни один сотрудник? Правильно, такого никто не может подтвердить, потому что неизвестно, что может прийти в голову к таким двинутым людям. Прошу прощения, но по-другому я назвать их не могу. Выдохнула Ким только тогда, когда заметила на серьёзном лице Чжона едва заметное подобие довольной улыбки. Она боялась, что переборщила с реальностью, какой бы она ни была, со своим мнением. Но уже поздно что-то менять. Да и ничего бы другого не сказала, даже если бы дали шанс вернуться назад. — Хорошо, — Ук постучал ручкой о стол, и Ханыль показалось, что у неё начнёт дергаться глаз от этого звука. — Скажи, а какой может быть мотив у менеджера, чтобы продавать информацию об артисте? — Никакого мотива быть и не может, — незамедлительно ответила Ханыль, сразу же понимая, в какую сторону клонит мужчина. — Это незаконное распространение личной информации, ещё и без согласия самого артиста. Уголовно наказуемое дело, которое не стоит никаких целей. И каждый сотрудник, насколько мне известно, обязательно подписывает бумаги о неразглашении. Ким не совсем понимала, почему он задал такой вопрос именно ей. Но шестерёнки в голове продолжали крутиться и два плюс два начали вырисовываться во что-то похожее на четыре. — Вот как. Смотри, к примеру у тебя долги или нужно срочно оплатить чей-то больничный счёт, — Ук Чжон уже буквально прожигал в ней дыру взглядом, а его вопросы с явным подвохом заставляли Ханыль нервничать сильнее. — А за всего лишь какие-то там фотографии или обычный номер телефона тебе заплатят сумму, которой тебе хватит покрыть все расходы, ещё и помаду себе новую сможешь купить. Как насчёт такой ситуации, госпожа Ким? — Никакая моя личная ситуация не даёт мне права разглашать информацию, будь то даже информация о том, какой чай сегодня выпил этот человек. — Но тебе нужны деньги, а твоей зарплаты не хватает. Это отличный шанс, особенно если есть даже маленькая, но гарантия, что никто не узнает о том, что это именно ты слила информацию. — Плевать мне на деньги, — сразу же отрезала девушка. Ей не нравился этот допрос и не нравилась его тема. — Айдолы такие же люди, как и мы. Я сомневаюсь, что мне или Вам, руководитель, понравилось, если бы ваш номер телефона гулял по всему интернету. А с деньгами я придумаю как разобраться — это уже сугубо мои личные проблемы. — Как самоуверенно, — дверь распахнулась, и в кабинет вальяжной походкой зашёл мужчина с маской на лице и кепкой натянутой почти до глаз. — Красивая речь. Всю ночь репетировала? Оторопев, Ханыль открыла рот, не веря собственным ушам. Голос казался очень знакомым, как и сама фигура этого придурка. Да как он вообще смеет ей такое говорить? Кто он такой, чтобы начать хамить, едва переступив порог? — Хёнджин! — Янчхоль стукнул его по плечу, заходя следом. В этот момент Ким Ханыль показалось, что если бы она не сидела, то упала бы прямо под ноги Хвану, явно потешив его не маленькое эго. Да и выглядел парень не сильно похожим на человека, который сразу после сна увидел о себе всю инфу в твиттере. Или что он там первым делом читает? В своих этих шмотках от Версаче он был больше похож на модель, сошедшую из новенького журнала моды. Но точно не на человека, чьи личные данные только что были слиты всему миру. — Выглядишь неплохо для человека, торчащего всю ночь в компании, — Чжон только лишь покачал головой на выпад айдола, списывая всё на характер и последние события. — Не поделишься секретом? — Свежая одежда и двойная доза айс-американо, — Хван прошёл мимо Ханыль, даже не взглянув на неё, и присел на край стола. — Удиви, Ук. И я надеюсь, что это действительно решение проблемы — для шуток я сейчас не в том настроении. — По поводу информации: всё как и всегда — просто поменяешь свой номер и родителей. С адресом будет сложнее. Поживёшь некоторое время только в общаге, пока не найдём тебе новую квартиру, — перечислял руководитель, отложив папку. И после минутной паузы повернулся к Ханыль, всё это время пялившейся на них. — И с новым менеджером я думаю у тебя проблем не возникнет. Я ведь прав, госпожа Ким? — Что?! — в один голос рявкнули и Ханыль, и Хёнджин. Они уставились сначала на руководителя, а потом друг на друга, словно ища подтверждение, что не оглохли и услышали одно и то же. — Прекрасно, — Хёнджин закатил глаза и спрыгнул со стола. И Ким от его недовольного вида хотела скривиться, но сдержалась. — Заменить поехавшего и продажного менеджера на девчонку, которую дай бог не снесёт ветром. Что за бред?! С каких пор в мужские группы стали брать менеджеров-девушек? — Сексист, — зашипела она, не выдержав. И уже не в том восторге от перспективы работать именно с ним. Звезда, блин. Только корону свою где-то по пути из раздевалки потерял. Хёнджин, услышав её ворчание, медленно повернулся. Растянул губы в настолько наигранной улыбке, что больше было похоже на оскал гиены. Вот она, та самая улыбка и часть его самого, которую никогда не увидят фанаты. — Хейт в первую очередь на тебя же и польётся, госпожа Ким, — Хван склонил голову на бок, ожидая ответную реакцию. Но Ханыль не хотела ему потакать, не хотела вестись на откровенные провокации, ведь смысл в его словах действительно был. Правда, задетая гордость и в целом характер не давали пока этого признать. Ханыль несколько раз вдохнула-выдохнула и постаралась взять себя в руки. Вряд ли её по голове погладят и оставят в агентстве, если она сейчас побьёт одного из самых популярных айдолов. — Ханыль, по-твоему, первый стафф противоположного пола у вас, что ли? — Янчхоль усмехнулся и сложил руки на груди. По их с руководителем виду было предельно ясно, что решение уже принято. — Хейт по поводу женского персонала — это единственная причина, почему ты против? — Я против девчонки в качестве своего менеджера, — Хёнджин подошёл к ней ближе, осматривая с ног до головы. — Она хоть школу закончила? — И институт тоже, и даже успела поработать ассистентом менеджера Нам, — кивнул Янчхоль, тут же отбивая ещё одну попытку Хвана. — Если вы, господин Хван, не заметили, то я всё ещё тут — Ханыль недовольно зыркнула в сторону айдола и, игнорируя его, обратилась к руководителю: — Но с другой стороны, в его словах есть какой-то смысл. До сих пор фанаты привыкли видеть в качестве стаффа мужских групп в основном мужчин. Ну, это, конечно, если не брать в счёт визажистов, стилистов и так далее. — Да брось, тебе же не вместо его охраны работать, — Янчхоль усмехнулся, и краем глаза она заметила, как менеджер пригрозил кулаком Хвану. — Самое главное, чтобы ты была сама уверена в себе и своих силах. Ну, и хотела стать менеджером этого балбеса. Хёнджин в который раз за последние двадцать минут закатил глаза и посмотрел на часы. И судя по тому, как он поглядывал на выход, времени у айдола было не так много. — Самое главное, — Ук Чжон встал со своего места и осмотрел Ханыль и Хёнджина, складывая руки в карманы брюк, — чтобы они вдвоём были согласны работать друг с другом. Я, конечно, сомневаюсь, что у них дойдёт до драки, по крайней мере со стороны нашего воспитанного Джинни, но они должны работать вместе. Что вы скажете, ребята? Они быстро переглянулись и, тяжело вздохнув, едва заметно кивнули, принимая ситуацию. Ханыль отказываться не собиралась — это просто отличная возможность для её карьеры. Упустить её было бы ужасно глупо. — Вот и отличненько. Проведя в кабинете ещё час, если не больше, подписывая все нужные бумаги, Ханыль вспоминала слова Янчхоля и хотела его проклясть. Конечно, всего пять минут, ага. Она с Хваном спорила только минут пятнадцать, а о подписании контракта с ним вообще предпочла бы молчать. Выходила из душной комнаты Ханыль не отрываясь от перечитывания контракта. И никакой самовлюблённый айдол не сможет сейчас испортить ей день. Она смогла. Улыбка появилась на лице быстрее, чем Ханыль успела до конца осознать, что сейчас произошло. Вся её работа в последние годы была не зря. Её мечта сбылась, наконец то оказавшись в её руках стопкой документов. Больше не стажёр и не ассистент. — Так сильно уверена в себе? Ханыль, не заметив как дошла до лестницы, едва не полетела по ней вниз. Она обернулась и встретила ехидный взгляд кофейных глаз. Была уверена, что если бы не маска, натянутая до самого верха, то могла бы ещё и лицезреть такую же ухмылку айдола. — Так сильно ненавидишь девушек? — Ханыль вопросительно выгнула бровь. Она не собираясь проигрывать Хвану. Особенно когда рядом никого не было. Когда-нибудь она поплатится за свой характер и неумение вовремя захлопнуть рот, но сегодня точно не такой день. И сделать его лучше Хёнджину своей растеренностью, на которую тот явно рассчитывал, Ким не собирается. Айдол коротко усмехнулся, что она заметила по его глазам, и стянул с лица маску, делая шаг в её сторону. Ханыль буквально ощущала на себе его пристальный, изучающий взгляд, сканирующий с ног до головы. И под ним она неожиданно для себя смутилась. Стояла перед Хёнджином в простой расстёгнутой зипке поверх чёрной водолазки и широких джинсах, и чувствовала себя на фоне него вошедшей не в ту дверь. Как можно было выглядеть как чёртов бог, проведя всю ночь после перелёта и репетиций в компании, а не в тёплой и мягкой постели? — Думаешь, ты первая, кто хотел на это место? — Хёнджин медленно подходил, а Ким, наоборот, старалась вжаться в стену как можно сильнее. Чувствовала себя под этим колючим взглядом некомфортно, но старалась этого не показывать. Выходило плохо, да и папка с документами, прижатая к груди, выдавала. — Красивая картинка менеджера, путешествующего по миру с известными айдолами... Что может быть лучше, да? А сколько таких же фанаток мечтает оказаться сейчас здесь вместо тебя? — Спасибо, конечно, за переживание, — криво улыбнулась Ханыль. — Но мне как-то плевать на этих людей. Ненавижу, когда не могут нормально работать из-за своих же фантазий. — Откуда ты только появилась? — уже словно сам себя спрашивал айдол, устало зажав переносицу. — Из Кимпхо, — уже шире улыбнулась девушка, но задерживаться с ним не собиралась. — И Инчхона. Выбирай, что больше нравится. Явно не оценив её ответ, Хёнджин закатил глаза и протянул в её сторону руку. Не ожидавшая этого Ким сначала дёрнулась в сторону, а потом уставилась на свою протянутую сумку. — Не только рассеянная, но ещё и дёрганная, отлично, — не смог удержаться от очередной колкости Хван и кивнул в сторону своей руки, заметив её растерянный взгляд. — Забираешь или мне её бомжу на улице подарить? Не собираясь ничего на это отвечать, Ким схватила сумку и развернулась в сторону лифтов, которые прошла мимо. И так уже явно потешила его самолюбие своей реакцией. Может гордиться собой, это редко у кого выходит. И только когда она уже нажала кнопку в лифте, в спину прилетел вопрос: — Справишься? Ханыль коротко, но уверенно ответила, даже не удостоив Хёнджина взглядом. Смотрела на него в отражении зеркала в кабине лифта, пока двери медленно закрывались. — Увидишь.